Режиссер Павел Лунгин: "Россия – лаборатория Господа Бога"

Завтра в российский прокат выходит фильм "Остров" о монахе, когда-то совершившем убийство, а затем снискавшем славу святого человека. Картина Павла Лунгина закрывала в этом году Венецианский кинофестиваль, но поездка в Италию сыграла с ней злую шутку: во время дубляжа одна из копий была украдена и попала на пиратский рынок. В беседе с корреспондентом "Известий" Анной Фединой режиссер Павел Лунгин призвал всех поклонников картины поддержать ее, посмотрев еще раз на большом экране.

ВОПРОС: Как вы пришли от "Олигарха" к "Острову"?

ОТВЕТ: "Олигарх", по-моему, глубоко недооцененный фильм. Наша интеллигенция так была озабочена проблемой, много ли денег я получил от Березовского, что не обратила внимания на то, что никакого отношения к Березовскому "Олигарх" не имеет. Это печальная история, во-первых, об измене интеллигенции своим идеалам, а во-вторых, о неизбежности столкновения свободных предпринимателей и охранительной машины государства. Никто этого не заметил, поэтому считается, что на "Олигархе" я оступился. Хотя этот фильм, как и все остальные мои картины, рассказывает о пробуждении в человеке души. С другой стороны, если учесть, что я всегда пытался как-то запечатлеть хронику меняющегося времени, то "Остров" – это свидетельство того, что время остановилось. В современном мире нет верхнего этажа, он целиком посвящен деньгам и успеху. На этой материально-телевизионной сковороде поджаривается большинство людей, и мне не кажется, что они счастливы. Посмотрите на Европу: там люди коллекционируют вещи 80-х годов, 70-х, а 60-е и вовсе стали предметом культа. Человек, как червь: у него из попки вылезает шелковинка материализованной истории. В России нет никакой истории, нет даже кружек, из которых мы пили пиво в пивных автоматах. Мы не оставляем никаких материальных следов, только идеи.

в: Так время остановилось только в России или за ее пределами тоже?

о: Я люблю повторять, что Россия – это лаборатория Господа Бога. Хочешь узнать, что происходит в мире, посмотри на Россию. Здесь все видно, как под сильной лупой. По-моему, отсутствие высших целей и убеждений пожирает этот мир.

в: Снимая "Бедных родственников", вы не были столь пессимистичны. А всего-то два года прошло...

о: Почувствовал я все это, конечно, раньше, но, наверное, именно сейчас, с "Островом", произошел какой-то поворотный этап в моей жизни. Видимо, не случайно я пригласил в эту картину Петю Мамонова, с которым когда-то снимал свой первый фильм. Мы с ним 15 лет почти не виделись, каждый шел своим путем, а потом вдруг раз – и встретились.

в: Вы до "Острова" были знакомы с монастырской жизнью?

о: Нет. Только перед съемками я объехал много знаменитых монастырей: был на Валааме, Селигере, Соловках, но понял, что ни один из них для нас не подходит. Нам нужен был маленький, заброшенный скит, а все современные монастыри – это огромные, обнесенные высокими стенами города. К тому же фильм-то не церковный, он не о монастыре, а о чувстве греха и стыда – главном, что отличает человека от животного.

в: Так где же в результате снимали "Остров"?

о: В городе Кемь. Это то место, откуда отходят пароходики на Соловки. Мы там нашли затонувшую баржу, которая, видимо, осталась от заключенных: она старая, с кованными гвоздями – явно двадцатые годы. И к этой барже мы привязали весь фильм. Мы построили церковь и после съемок ее даже освятили. Один человек, который был у нас подсобным рабочим, остался в этом ските жить и, видимо, стал первым монахом нового монастыря.

22.11.2006