Из списка вычеркнуть!

США исключили Вьетнам из черного списка стран, ограничивающих свободу вероисповедания. Об этом на брифинге в Вашингтоне 13 ноября заявил посол Соединенных Штатов по особым поручениям Джон Ханфорд.

Официальное название черного списка – "Перечень стран, имеющих особое значение в связи с жестокими ограничениями свободы вероисповедания". Он публикуется Государственным департаментом США каждую осень как приложение к "Ежегодному докладу о свободе вероисповедания в мире". Страна может попасть в черный список в том случае, если на ее территории религиозная группа или ее члены преследуются государством или другой религиозной группой, если в стране запрещается или ограничивается религиозная деятельность. Особое внимание уделяется фактам принудительного обращения граждан США в "местную" религию.

В этом году черный список претерпел ряд изменений: из него исчез Вьетнам, зато к странам-нарушителям добавилась бывшая советская республика Узбекистан. Примечательной особенностью списка (помимо нахождения в нем ряда стран из так называемой "оси зла") является отсутствие в нем стран, большинство населения которых – христиане. Среди нарушителей либо преимущественно мусульманские страны (Иран, Саудовская Аравия, Судан и Эритрея), либо страны буддийско-конфуцианского культурного доминирования (Китай, Мьянма и Северная Корея). Положение христианских общин в этих странах – вот та лакмусовая бумажка, по которой зачастую Госдеп США и дает оценку ситуации с соблюдением свободы вероисповедания.

Вьетнам был включен в черный список в 2004 г. Тогда, по словам Джона Ханфорда, "многие верующие находились в тяжелом положении, которое характеризовалось в некоторых районах кампаниями по принуждению людей к отречению от своей веры, арестами десятков верующих, притеснениями и плохим обращением с некоторыми верующими". Однако в 2004–2005 гг. во Вьетнаме были приняты правовые акты, в которых, как отметил посол, значительно пересмотрена политика государства в религиозной сфере. Речь идет об "Указе о верованиях и религиях", в действительности принятом в 2004 г. до включения страны в черный список, о "Руководстве для протестантских религиозных организаций" (2005 г.) и т.п.

Позитивной особенностью данных документов является запрет на принуждение вьетнамцев к отречению от своей веры. Кроме того, как отметил Ханфорд, в последнее время были амнистированы ряд буддийских, католических и протестантских религиозных деятелей, находившихся в заключении многие годы. Религиозные общины смогли увеличить количество священнослужителей: так, в 2005 г. в Ханое были посвящены в духовный сан 57 католических священников. Ряд протестантских церквей, закрытых в начале 2001 г., были вновь открыты и зарегистрированы. Вообще, за последнее время во Вьетнаме увеличилось количество зарегистрированных религиозных организаций (правда, в северных и северо-западных районах процесс регистрации продвигается медленно).

Официальный представитель МИД Вьетнама Ле Зунг назвал исключение страны из перечня "нарушителей свободы совести" правильным решением, "точно отражающим реалии Вьетнама в соответствии с принципами и позитивными изменениями вьетнамо-американских отношений". Здесь важна увязка решения Госдепа именно с прогрессом двусторонних отношений, а не с изменением религиозной политики во Вьетнаме. На протяжении двух лет (с 2004 г.) черный список был для Вьетнама проблемой не внутри-, а внешнеполитической, и все усилия руководства страны были направлены не на реформу своей религиозной политики, а на убеждение США в том, что такая реформа осуществляется.

Если обратиться к недавней истории Вьетнама, становится очевидно, что в сравнении с изменениями, осуществленными в религиозной политике страны до 2004 г., "прогресс в соблюдении религиозной свободы" за последние два года (о котором говорил на брифинге Ханфорд) не выглядит столь значительным. Специалисты отмечают, что в начале 90-х гг. Вьетнам пошел на либерализацию религиозной политики под воздействием событий, произошедших в СССР. В 1992 г. была принята Конституция, закрепившая за гражданами свободу совести и вероисповедания, равенство всех религиозных общин перед законом. В 1998 г. ЦК Коммунистической партии Вьетнама принял "Директиву о работе с верующими в новых условиях", в 1999 г. вьетнамское правительство издало "Постановление о религиозной деятельности". В 2004 г. Национальное собрание приняло "Указ о верованиях и религиях". Эти акты заложили правовую основу для выстраивания новых отношений между государством и религиозными организациями, которые ощутили ослабление государственного контроля уже в начале 90-х гг.

Однако, как в 90-е гг. XX в., так и в начале XXI в., Вьетнам неохотно пересматривает политику в отношении религиозных групп, выступающих с критикой политического режима. К таким группам относятся Объединенная буддийская Церковь Вьетнама, буддийское течение Хоахоа и протестантские меньшинства центрального Вьетнама, обобщенно называемые монтаньярами. Государство постоянно пытается взять эти группы под контроль, используя при этом официальные структуры – Центральную буддийскую Церковь Вьетнама, Административный комитет Хоахоа и Евангелическую Церковь Вьетнама. Перед глазами у вьетнамских властей пример мусульманской Индонезии с отколовшимся католическим Восточным Тимором, и оно прекрасно осознает, что в полиэтническом обществе рост религиозности, о котором сообщают многие источники, может создать угрозу национальному единству.

Вопрос о причинах включения и исключения Вьетнама из черного списка стран, где нарушаются права верующих, нужно рассматривать в контексте внешней политики США. Причем немаловажное значение здесь приобретают экономические интересы Соединенных Штатов. Большинство стран черного списка ограничивают деятельность не только религиозных, но и экономических организаций. И совершенно не случайно выход Вьетнама из "клуба" попирателей религиозных свобод совпал с его вступлением во Всемирную торговую организацию (ВТО) и с рассмотрением в американском Конгрессе законопроекта о предоставлении Вьетнаму постоянного статуса торгового партнера США (без этого законопроекта США не смогут эффективно использовать вступление Вьетнама в ВТО). Это не означает, что черный список – полностью идеологический документ, просто реальные проблемы во взаимоотношениях того или иного государства и религиозных общин рассматриваются в нем сквозь призму интересов США.