О семена, о нравы или, Рассказ о том, как заставляют людей забираться в норы

Недавно бывший новосибирец Владимир Пузаков-Мегре, автор многочисленных книг о лесной красавице Анастасии, которой якобы ведома вся мудрость мира и учение о которой Русская Православная Церковь относит к числу опасных деструктивных сект, опубликовал большую статью под названием "Кто прославляет, а кто позорит Россию"

В этой статье В. Мегре обрушился с резкими нападками на тех, кто пытается бороться сегодня с деструктивными сектами. Эта статья стала примером новых тенденций в поведении руководителей тоталитарных сект. О новых веяниях во взаимоотношениях деструктивных сект и общества мы беседуем сегодня с руководителем информационно-консультационного центра по вопросам сектантства при Новосибирском соборе во имя святого Александра Невского Олегом Владимировичем Заевым.

– Олег Владимирович, давайте для начала хотя бы коротко представим положение дел с активностью сект в России.

– Прежде всего, хотелось бы ответить, что вся деятельность нашего центра по вопросам сектантства начиналась не с выдумки и не из желания кому-то навредить. Началось с того, что в Русскую Православную Церковь потянулись вереницы людей, чьи дети пострадали от новоявленных сект. За каждым пришедшим стояли разрушенные семьи, искалеченные судьбы, а часто и смерть, которая постигла попавших под влияние руководителей тех или иных сект. Как ответ на эту проблему и возник информационный центр, который занялся сбором и распространением информации о деструктивных культах.

Сегодня число сект в России неуклонно растет. Каковы причины? Ну, во-первых, оказавшись в той или иной секте, некоторые люди понимают, что это неплохой заработок. И, научившись у своих лидеров, они создают что-то свое. В этом плане очень характерны слова некоего Сигачева, который сейчас осужден за участие в крайне экстремистской и террористической секте "Аум Синрике". В интервью одной из телепрограмм он заявил, что вообще-то сегодня нет необходимости прибегать к экстремистским методам. Для контроля над сознанием (и над кошельком) существует множество других способов.

Кому-то может показаться, что сегодня активность сект пошла на убыль. За редким исключением, сегодня не увидишь сектантских зазывал на улицах, они не хватают больше прохожих за рукав. И это потому, что для многих такая деятельность переместилась в иную плоскость. Они создали уже массу "фондов" и "фронтовых организаций" и действуют через них.

А что касается количества сект, то на конференции в Новосибирске в 2004 году таковыми были признаны более 300 организаций. Хотя, конечно, это не полная картина. Какие-то секты, я бы сказал, "делятся почкованием", о каких-то мы еще не знаем. Ведь о многих сектах мы узнаем, так сказать, постфактум, когда к нам обращаются пострадавшие от их деятельности.

Если говорить о направленности сектантских организаций, то большую часть составляют секты оккультной направленности, космологические секты. Можно сказать, что все такие секты относятся к направлению "Нью Эйдж", для которого оккультизм представляет собой естественную форму бытия. В Новосибирске к числу подобных сект относятся (по прошлому названию) "Амата-Sirius", последнее ее название "Некоммерческое партнерство "УМРАЙ-ИС-ПЕДЕЖ". Можно упомянуть "Академию фронтальных проблем" и "Рейки".

– То есть сект восточного или псевдохристианского направления меньше?

– Я не скажу, что их меньше, просто, чем дальше, тем число сект ньюэйджевского направления будет увеличиваться. Нужно заметить, что любые колдуны, любые экстрасенсы вольно или невольно попадают в это поле.

Что касается оценки количества людей, попавших в зависимость от тоталитарных сект, в России оно оценивается примерно от 800 тысяч до миллиона человек. Но если представить, что каждый из этих вовлеченных в секты имеет свой микросоциум – родных и близких, – то косвенно число подверженных влиянию тоталитарных сект вырастет до четырех-пяти миллионов.

– Мегре заявляет, будто антисектантские структуры совершенно произвольно вносят в список сект всех, кто им неугоден. Делает это безо всякого обоснования и анализа. Как пример он приводит антисектантскую конференцию в Новосибирске, где в итоговой резолюции были указаны 320 сектантских организаций. Расскажите, как та или иная структура вносится в списки тоталитарных сект, какая этому предшествует работа, кто ведет такую работу?

– Я бы начал ответ на этот вопрос с перечня статуса и титулов людей, принимавших участие в новосибирской конференции. Я бы отметил Гюнтера Бекштайна – Министра внутренних дел земли Бавария. Он очень серьезно изучал опасную секту сайентологов и на нашу конференцию представил свой доклад. Это и Джозеф Сизар, публицист из США, который также очень серьезно изучал проблему сайентологических сект. Это и Жиль Боттин – генеральный секретарь межминистерской миссии по борьбе против сектантских преступлений при премьер-министре Франции. Нужно отметить, что Франция – это страна, которая выделяется на фоне других государств тем, что организовала противодействие тоталитарным сектам на уровне министерств. Семь министерств Франции подотчетны этой Миссии, которая занимается защитой своих граждан от преступлений, которые несут тоталитарные секты. Среди участников конференции была Антье Блюменталь – эксперт по культам и сектам Правительства Германии. Это и Томас Гандоу – полномочный представитель Берлинско-Брандербургской лютеранской церкви, вице-президент "Диалог-центра" из Германии. Как лютеранин он также обеспокоен проблемой активности тоталитарных сект.

– Можно сделать вывод, что не только Русская Православная Церковь обеспокоена активностью деструктивных культов.

– Вы совершенно верно подметили это обстоятельство. Среди участников конференции были атеисты, лютеране, писатели, юристы. Например, прокурор Северного административного округа Москвы Татьяна Кондратьева, чей доклад был посвящен опасной деятельности секты "Свидетелей Иеговы". Сама Татьяна Кондратьева была непосредственным участником процесса, который закончился запретом деятельности "Свидетелей Иеговы" в столице. То есть в конференции принимали участие люди, сталкивавшиеся с проблемами сект и готовые засвидетельствовать ту социальную опасность, которая исходит от деятельности тоталитарных сект.

– Насколько в работе таких конференций учитывается мнение пострадавших от деятельности опасных сект?

– Законы формируются обществом для защиты себя, для защиты тех, кто созидает, тех, кто работает, тех, кто способствует развитию. И, безусловно, одним из двигателей процесса защиты общества от деструктивных проявлений являются пострадавшие. В нашей стране эти процессы несколько заморожены. Гражданское самосознание сегодня еще не способно встать на свою защиту в полном смысле этого слова.

Во Франции, об опыте которой я уже упоминал, эти процессы протекали несколько раньше, и, безусловно, современной позиции правительства Франции предшествовала работа очень многих слоев общества. И начиналась эта работа с создания обществ защиты граждан, пострадавших от тоталитарных сект. Это были и родительские комитеты, и различные общественные организации, которые, объединив усилия, смогли донести эту проблему сначала до сената, а потом до парламента.

– Расскажите, как вообще организуются конференции по проблемам сектантства, кто в них принимает участие, проводятся ли подобные конференции за рубежом. Насколько авторитетно их мнение за границей?

– Подобные конференции за границей проводятся. Есть организация FECRIS (Европейская федерация центров по сбору и распространению информации о деструктивных культах). Кстати, в конференции в 2004 году в Новосибирске принимал участие Президент FECRIS Фридрих Грисс (Австрия). Ежегодно в Европе проходят такие конференции, в которых принимают участие представители разных государств. На конференциях в Европе происходит обмен информацией, обмен мнениями, обмен наработками по преодолению негативных последствий деятельности деструктивных культов. Благодаря европейским конференциям, такая информация попадает и к нам, в Россию, и в частности в Новосибирск. Органы власти узнают о том, что делается по отношению к тоталитарным сектам в Германии, во Франции. Конечно, ждать очень быстрой отдачи от таких конференций неверно, но они способствуют формированию отношения к проблеме сект. И сегодня мы видим в этом направлении положительную динамику. Как один из примеров можно привести договоренность между архиепископом Новосибирским и Бердским Тихоном и начальником новосибирской школы милиции В. Бровкиным о проведении годового цикла лекций по сектоведению.

– Могут ли такие конференции стать основанием для выработки властями отношения к тем или иным религиозным организациям?

– Безусловно. Не случайно среди участников конференции в Новосибирске были и представители губернатора региона и полномочного представителя президента в Сибирском федеральном округе. Информация о деятельности деструктивных сект, таким образом, попадает к ним, и, безусловно, со временем власти выработают по отношению к этой проблеме четкую позицию. Другое дело, что несовершенство нашего законодательства не позволяет кардинально изменить сложившееся и очень опасное для наших граждан положение. Но тем и важны подобные переходные моменты, что в это время общество накапливает некоторый потенциал и в будущем сможет выработать столь необходимые законы.

– Мегре пишет в своей статье: подобные конференции не имеют никакого статуса. Их решение никого ни к чему не обязывает. Есть ли в России официальная организация, которая занимается изучением деятельности тоталитарных сект?

– Сегодня в России этим занимается Центр религиоведческих исследований. Этот центр зарегистрирован в Москве и имеет филиал у нас в Новосибирске. Существует также РАЦИРС – Российская ассоциация центров по изучению религий и сект. Эти центры имеют статус общественных организаций. На официальном уровне проблемами деструктивных сект занималась Академия госслужбы при Администрации президента РФ. Пока окончательно правовые нормы в отношении тоталитарных сект в России не сформированы. Но определенные подвижки тут есть. Скажем, уже созданы правовые нормы в отношении действий тоталитарных сект в местах лишения свободы. И все-таки пока нельзя сказать, что государство взяло на себя функции противодействия опасным сектам и защиты своих граждан от них. Эту функцию взяли на себя сегодня общественные организации.

– Владимир Мегре уверяет, что вся такая работа делается исключительно на антисектантских конференциях, и все ограничивается мнением фактически одного человека – руководителя центра по вопросам сектантства во имя св. Иринея Лионского Александра Дворкина.

– Александр Леонидович Дворкин стал первым, кто обратил внимание на растущую активность сект в России. Так бывает всегда. Существует какая-то проблема, она зреет, и кто-то первым ее озвучивает, кто-то является первопроходцем. Существование такой проблемы в обществе невозможно поддерживать искусственно. Кроме прочего, тут есть еще и нравственный аспект. Ведь невозможно, как уверяет в своей статье Мегре, врать налево и направо. Реальная беда многих наших сограждан побуждает делать в направлении противодействия сектам реальные шаги. Изыскивать определенные средства для работы в этом направлении. Такая активность продиктована еще и понимаем того, что сегодня государство не готово взять на себя решение этой очень острой проблемы. А это государственная проблема. И церковь занимается ею потому, что первыми, куда пришли наши люди, не получившие подобающей помощи от государства, стали церкви.

– Если посмотреть интернет-пространство, то можно увидеть, что создано огромное количество сайтов, прямо ставящих своей целью дискредитацию Александра Дворкина, диакона Андрея Кураева и всех тех, кто пытается противостоять тоталитарным сектам. Можно ли сказать, что это своеобразная оценка эффективности деятельности антисектантских центров?

– Безусловно, да. Если бы деятельность антисектантских центров не мешала, то активисты всевозможных ложных учений не придавали бы им такого значения. Но я хотел бы сказать еще вот о чем: существование всякого рода сект невозможно без поддержки наших сограждан. Именно благодаря их средствам секты обретают немалый потенциал. Часть этих средств направляется на издание книг, создание сайтов в Интернете. А что касается антисектантских сайтов, то их очень часто атакуют хакеры. Разумеется, это делается не случайно. Так в интернет-пространстве у сектантов возникает перевес. Это своего рода война.

– Можно ли сказать, что тоталитарные секты сегодня переходят на новый уровень борьбы? Недавно нам звонили в редакцию представители организации Григория Грабового и прямо заявили: мы приняли решение перейти к активным действиям, первым этапом будет массовая подача исков к СМИ, которые нелестно высказываются о Грабовом и его учении. Вот появляется статья В. Мегре. В Интернете появляется все больше сайтов, направленных на дискредитацию борцов с опасными сектами. На новый уровень выходит деятельность "Свидетелей Иеговы" (они уже прямо говорят в своих листовках о скором наступлении конца "ложной" религии, подразумевая под ложной религией Православную Церковь). С чем, на ваш взгляд, связано такое изменение тактики руководителей тоталитарных сект?

– Лидеры сектантов, так же как и мы, прекрасно понимают все несовершенство российского законодательства. И они очень опасаются того, что это законодательство в части противодействия тоталитарным сектам будет совершенствоваться. Но пока этого не произошло, они хотят как можно больше юридических прецедентов в свою пользу. Если они выиграют один иск в суде, второй, десятый – это подкрепит их позицию. Они смогут ссылаться на то, что закон стоит на их стороне. Я бы сказал, что предвкушение скорой победы дает им новый импульс.

Я надеюсь, что здоровое общество сможет преодолеть такую атаку. Сможет в ответ выработать правовые акты, которые будут препятствовать манипуляциям сознанием.

– Владимир Пузаков-Мегре считает, что разоблачение анастасийцев заслуживает внимания ФСБ, ГРУ, поскольку такое разоблачение якобы свидетельствует о крупномасштабной провокации против России. Дескать, Запад подхватывает тезис о засилии опасных сект в России, и это наносит имиджу страны сильный удар. Что на самом деле представляет из себя учение анастасийцев? В чем его опасность для людей, которые поставили Анастасию, извините за такое выражение, на божницу?..

– Прежде всего опасность для последовавших за мифической Анастасией в потере всех социальных связей. Я помню, уже много лет назад к нам пришла сухонькая старушка с газетой анастасийцев, и с возмущением сказала, что не желает, чтобы ее дети жили в каких-то "лисьих норах". Напомню, что одной из "фишек" Мегре является построение родовых поместий. Уход из задымленных городов на природу. Мегре мотивирует это своими "расчетами". Он пишет: посмотрите какие у нас убогие нормы на жилье! Когда проводился анализ условий жизни, были определены девять-десять квадратных метров на человека при условии высоты потолка в три метра. Но ведь эти нормы, с возмущением писал Мегре, рассчитаны были в свое время для тюрем! И вот мы, де, до сих пор живем по тюремным нормам! А какое превосходство дает создание собственного жилья! Вы в своей фантазии формируете родовое поместье и... Вот только путь к "поместью" начинается почему-то у Мегре с землянок.

Мегре приходится воспевать уже землянки. Оказывается, земляные стены – они крепчают год от года. Так "родовое поместье" оказывается "морковкой" перед осликом, за которой он будет бежать всю жизнь. Вот что пишут в газете анастасийцев: "Простейшая конструкция лисьей норы – обычная землянка. Самая дорогая вариация может удовлетворять самым изысканным требованиям по уровню комфорта и по эстетическим соображениям... при этом помещение может быть самой произвольной формы, что совершенно невозможно в наших четырехугольных городских тюрьмах".

Последователи культа Анастасии говорят, что сектоборцы мешают возрождению России и мешают строительству этих родовых поместий. На самом деле каждый здравомыслящий человек понимает, что родовое поместье – это хорошо. Такие поместья формируют правильное мировоззрение у детей, прививают уважение к родителям, дают возможность ухода за ними. В такой усадьбе может размещаться весь род. Никто не говорит, что это плохо. На Руси так жили и крестьянские, и купеческие, и княжеские роды. Но ведь объединяло этих людей Православие. Правильное мировоззрение, которое способствовало созиданию государства Российского. Крепость этого мировоззрения проверялась временем и позволяла на протяжении многих веков сохранять и преумножать наше государство. И только разрушение православных основ превратило Россию в коммунистическое тоталитарное государство.

Мегре предлагает свой путь возрождения страны. В его основе – оккультная система. В своих книгах он пишет: для того чтобы победить, нужно изменить свое мировоззрение, нужно из последнего стать первым. Как он предлагает это сделать? Сейчас Россия в хвосте цивилизации, заявляет он, давайте же развернем производство экологически чистых продуктов и поднимем на них цену. Для того чтобы вырастить такую "экологически чистую продукцию", нужно последовать примеру Пузакова-Мегре. В частности, нужно во время посадки помещать семена будущих огурцов и помидоров... в рот, держать их там некоторое время, думая о нехватке микроэлементов в собственном организме, и тогда семена через слюну "услышат" эту информацию и произведут на свет плоды, которые восполнят этот недостаток.

...Можно предположить, что в этом случае посадка картофеля займет очень много времени. Ведь каждую картофелину придется подержать во рту...

Мало того, поливать высаженные растение надо водой, которой омыто ваше тело. Помылись в бане – и на грядку! Вот это все называет оккультизм. Другими словами – бред.

Как пример разницы между декларируемым и реальным может служить рассказ женщины, обратившейся в наш центр. Женщина рассказала, что ее муж, после того, как увлекся идеями анастасийцев, стал запрещать ребенку мясное и сладкое, стал противиться тому, что ребенок обучается в обычной школе. В конце концов он поставил жене, не разделявшей его взглядов, ультиматум, и семья разрушилась. Вот так в тоталитарных сектах сначала происходят деформации на личностном уровне, потом – на микросоциальном (разрушение семьи), а в перспективе – на макросоциальном, то есть полная потеря связей с обществом. А в нашей истории отец похитил ребенка, долго прятал его, перемещаясь из одного "природного уголка" в другой. И только после вмешательства суда и судебных приставов матери удалось вернуть ребенка. К тому моменту ребенок был в ужасном состоянии – голодный, немытый, больной.

Совершенно естественно, что вокруг подобных сект формируется мошенническая среда. В 2005 году было возбуждено уголовное дело в отношении организации "Люкс". Эта организация обещала выстроить "родовые поместья". В результате деньги клюнувших на приманку анастасийцев были разворованы, а люди обобраны.

Вот и сравните то, что написано в книгах В. Пузакова-Мегре и то, с чем сталкиваются люди в жизни. Вообще, любая ложь опасна тем, что она крадет у человека время. Человек направляет все свои силы по ложному пути. Конец этого всегда один – разочарование. Благо, если это разочарование происходит с человеком, когда он еще в силах что-то изменить. Попытка выстроить собственные родовые поместья для последователей Анастасии может обернуться тем, что они навсегда окажутся в землянках.

– В. Мегре в своей статье уверяет, будто российские власти, СМИ пляшут под дудку антисектантских структур. Насколько власти прислушиваются к мнению антисектантских центров?

– Такое заявление Мегре свидетельствует об отсутствии у него уважения к руководителям страны и отдельных регионов. Мегре ставит наших руководителей в число ничего не понимающих людей. Дескать, кто-то в состоянии ими легко манипулировать. Это, конечно, не так. Большинство наших чиновников – люди ответственные, понимающие опасность происходящих процессов для их сограждан.

– Есть ли какая-то законодательная база для деятельности тех, кто пытается оградить людей от влияния тоталитарных сект?

– Основной закон в этой сфере – Закон о свободе совести и религиозных объединениях, в рамках которого и пролегает наша деятельность. В этом законе прописано, что в России существует четыре традиционных религии: это христианство, ислам, иудаизм и буддизм. И что предпочтение отдано Православию, как культурообразующей религии. В этой ситуации деструктивные культы прибегают к сектозащитным организациям. К таким, как "Институт религии и права", близкий к неопятидесятникам. Число сектозащитных организаций в стране растет, поскольку секты располагают огромными финансовыми средствами, и им несложно искать своих защитников.

– Как вы уже рассказали, на Западе проводится активная борьба с сектантами. Во Франции, в Германии целый ряд псевдорелигиозных организаций ограничен в своей деятельности законами. Может быть, настала необходимость создать такую структуру и в одном из официальных российских ведомств?

– Действительность показывает, что это нужно сделать, но реальных предпосылок к этому пока не очень много. Создание любой серьезной структуры в правительстве является следствием формирования надлежащего самосознания в обычных гражданах, в чиновниках, в работниках правоохранительных структур. Да, сегодня подобное самосознание растет, но пока еще не достаточно. А попытки создания специальной структуры встречают мощное сопротивление лобби тоталитарных сект.

– В СМИ часто встречаются публикации об опасных тоталитарных сектах. Иногда кажется, что такие публикации могут, наоборот, послужить рекламой сектам...

– Надо отметить, что сознание многих наших сограждан ориентируется на сильного. В связи с этим порой возникает и отрицательный момент вокруг публикаций, направленных против тоталитарных сект. Обычный обыватель может подумать следующим образом: "Вот, погляди-ка, несмотря на то, что эти секты обличают, о них часто пишут негативное, однако же они существуют! Они не только существуют, но и умножаются и растут! Не говорит ли это о том, что с ними Бог?"

Вот видите, к каким духовным заблуждениям может привести несовершенство законодательства, позволяющее безнаказанно действовать тоталитарным сектам? Общество должно понять, что беспредел в этой области невозможен.

А что касается будто "с ними Бог", то историки церкви расскажут вам о сотнях всевозможных ересей, которые за 2000-летнюю историю церкви нередко превращались в секты. Практически никакая из этих сект не выжила. Не было с ними Бога! Такая же судьба ждет и новоявленные секты. Другое дело, что новые ереси, новые секты за время своего существования успеют принести людям немало бед.

13.12.2006