Христианская жизнь Литвы

Принятие христианства и начальный этап существования Католической Церкви

История Литвы очень тесно связана с католической церковью. Даже первое упоминание топонима "Литва" (Litua), связано с католической миссией (он упоминается в связи с убийством в 1009 году камальдулского монаха-миссионера св. Бруно, произошедшем на границе с Litua). Однако при этом для литовцев остается предметом гордости и тот факт, что именно Литва оставалась длительное время единственным языческим государством Европы, и самой последней крещеной нацией являются литовцы. В XII-ом веке Папа Римский предоставил широкие права крестоносцам, воюющим с балтийскими язычниками (чей взор сперва обратился на пруссов и ливов). Первый крестовый поход против литовцев, организованный в 1236 году орденом Меченосцев, закончился для молодого ордена катастрофическим разгромом (после которого его остатки присоединились к более успешному Тевтонскому ордену). Первые контакты государственной власти с католической церковью были обусловлены исключительно политической конъюнктурой. В 1250 году в Риге крестился претендент на престол только что образовавшегося (1248) единого государства Таутвидас. Он сделал это исключительно с целью заручиться помощью окружающих Литву католических держав. С трудом выдержав осаду, князь Миндаугас пообещал обратиться к Папе и принять крещение (что и сделал в 1251 году). Был назначен и первый епископ Литвы (Кристиан), который однако не мог фактически собирать дань с выделенных ему земель, кроме того еще не была построена кафедральная церковь, и вообще нет сведений о том, что был создан хоть один приход. Епископ Кристиан покинул Литву в 1259 году и более в своей номинальной епархии не появлялся. Примерно в это же время литовским епископом был рукоположен доминиканский монах Вит, и именно его считает первым католическим иерархом Литвы польская традиция (после неудачной попытки утвердиться, он вернулся в Польшу в 1255). После убийства Миндаугаса в 1263 году католическое присутствие в Литве практически исчезло (следующий "литовский епископ", тевтонский священник Иоанн, епископствовавший в 1271-1291, ни разу своей епархии не посетил). Также в 1285 году, после двухлетней проповеди в Литве, был убит немецкий священник Конрад, примерно в 1341 году – двое францисканских проповедников из Чехии, а в 1369 году убито еще несколько францисканцев и уничтожен их приорат в Вильне (основанный в 1347 году). Неудачной была и попытка крестить Гедиминаса в первой половине XIV века. Можно констатировать что, до принятия волевого решения главой государства, все попытки католической миссии в Литве были безуспешными.

Литва была формально крещена вскоре после крещения Великого князя Йогайлы (Ягеллы), в 1387 году. Основной причиной принятия крещения князем была возможность жениться на польской королеве Ядвиге и занять королевский престол. Договоренность о крещении князя и его двора, а также всего государства, была достигнута в августе 1385, и уже 15 февраля 1386 года Йогайла был крещен и принял христианское имя Владислав. Новокрещенный государь прибыл в Вильну в начале 1387 года, и в феврале-марте начались массовые крещения, сперва дворян, а затем и обычных людей. Язычество стало искореняться (уничтожен главный храм, затушен священный огонь, убиты священные ужи), около половины жителей столицы приняли "немецкую веру" (согласно русским хроникам). В этом же году король Владислав учредил семь католических приходов. Уже в 1388 году была воссоздана Виленская католическая епархия (ставшая самой крупной в Европе), главой которой был поставлен Андрей Ястрембец (1388-1398). В 1417 году была создана Жмудинская (Жемайтийская) епархия с центром в Медининкай. Однако крещение жемайтов проходило гораздо медленнее и не столь успешно, как в основной части этнической Литвы. Сперва большинство священников приезжали из Польши, реже из Чехии или Германии, но постепенно увеличилось количество и местных священников, отучившихся в Кракове.

К 1430 году в Виленской епархии было построено 27 церквей, за следующие 125 лет (до 1555 года) еще 232 католических храма. На первом этапе основная инициатива по постройке храмов принадлежала верховным властям государства, постройка только трех церквей была спонсирована боярами, затем роль бояр значительно усилилась – к 1555 году ими было построено еще 160 церквей, почти 70 % построенного). Церковная иерархия была малоактивна в церковном строительстве – за счет епископов и богатого духовенства было построено только 11 храмов. Фундатор церкви имел право назначения приходского священника, чем активно пользовался, только с начала XVI-го века монарх начинает в большинстве случаев передавать право назначения настоятеля местному епископу (дворянство от своих прав отказываться не собиралось). Жемайтийская епархия (в которой до самого 1555 года главная инициатива храмового строительства и церковной проповеди исходила от монарха) на 1555 год насчитывала 45 приходов (впрочем, и размеры епархии были значительно меньше, из-за чего плотность расположения приходов была заметно выше, чем в Виленской). Обе литовские епархии вскоре после своего основания были подчинены польской митрополии в Гнезно. Долгое время Виленская епархия не была разделена на более мелкие административные единицы, только в 1550-ых годах были созданы первые деканаты. Субсидирование приходов не было обязанностью, а лишь привилегией фундатора, поэтому отдельные приходы получали баснословные суммы, тогда как другие влачили жалкое существование. Служащие на подобных небогатых приходах священники старались взять в окормление сразу несколько церквей, чтобы наладить свой быт. Естественно при таком порядке качество обслуживания значительно падало и подобная практика после начала Реформации стала активно порицаться. В 1460 году усложнился процесс избрания нового епископа, т.к. монарх получил право номинировать их, после чего проходил процесс избрания в епархиальном капитуле, а затем утверждение Папой Римским. Таким образом процесс вступления в должность и обретения полновесной власти в епархии затягивался иногда до года. Если первые назначенные епископы имели высшее церковное образование, были монахами или даже ректорами университетов, то в начале XVI-го века на кафедры были назначены молодые отпрыски высшей знати (Миколай Радвила в 1515 епискпопом Жемайтским, бастард короля Сигизмунда Иоанн в 1519 епископом Вильны, обоим не было и 30 лет). Также вызывали нарекания и назначения на литовские епархии польских епископов (например Бернарда Мацейовского в Вильну). Кроме того, в начале XVI-го века было учреждено место виленского викарного епископа.

Состояние монашества

Монастыри получили достаточно слабое распространение в Великом Литовском княжестве, до начала Реформации их насчитывалось 26 на все государство (из них примерно половина на территории этнической Литвы), однако, как и по всей Европе, монастыри и их общины рассматривались как конкуренты приходских церквей. Виленский епархиальный синод 1528 года запретил верующим посещать монастырские церкви по воскресениям и большим праздникам. Также актуальным был вопрос языка, и назначаемому приходскому духовенству, не владеющему местным наречием, было вменено в обязанность нанимать викария, который в состоянии обращаться к пастве (впервые требование от настоятеля знать литовский было введено в 1597 году в приходе Пунска). Внешняя набожность в основном проявлялась в строительстве храмов (у людей богатых), участии в деятельности религиозных братств или паломничестве. Причем для новообращенных литовцев паломничества были непродолжительными, не в Святую Землю, а, например, по особым местам Вильны (в 1451 и 1501 годах), либо в Краков. В изданной в 1499 году первой виленской Агенде (богослужебном сборнике), дается текст благословления на паломничество в Рим и Сантьяго. Долгое время в Литве не было своих собственных святых, поэтому особо распространялось почитание святых, популярных в Польше. Первым литовским святым является второй сын Великого Князя и короля Казимира Ягеллончика, св. Казимир (1458-1484), который при жизни отличался особой набожностью и склонностью к молитве. После его смерти началось распространяться его почитание (поддерживаемое государственными властями). В 1501 году на месте его захоронения были засвидетельствованы чудеса, и с 1514 года начались попытки добиться канонизации. В 1520 году для расследования его дела в Вильну прибыл папский легат, и хотя официально св.Казимир был канонизирован только в 1602 году, в Литве его почитание закрепилось еще в первой половине XVI века (в Кафедральном соборе для его останков создана часовня, его изображение появилось на синодальных эдиктах епархии).

Но на дворе уже была реформация, которая сильно изменила как конфессиональную карту страны, так и саму католическую церковь. Первыми носителями идей реформации были литовцы, учившиеся в немецких университетах, и уже на епархиальном синоде 1521 года раздавались предупреждения о распространении ереси, а на синоде 1527-28 годов приходские священники были предупреждены, что не стоит принимать в качестве учителей выпускников из Германии. Однако на первых порах распространение протестантизма было спорадическим, затрагивающим отдельных людей, но не формирующим общин. Потенциальную возможность для распространения реформаторских идей предоставила индифферентность нового владыки, а реальное активное распространение новых идей началось с открытого обращения в протестантизм в 1555 году влиятельного и богатого сенатора Миколая Радвилы Черного (к 1572 году 73 % сенаторов были протестантами). К 1595 году половина католических приходов Виленской и Жемайтийский епархий фактически не действовала (некоторые были заняты протестантами, другие просто пустовали). В этих обстоятельствах католичеству необходимо было меняться, приспосабливаться к новым условиям существования. Первой важной вехой реформы в католической церкви стало основание Виленской коллегии шестью приехавшими иезуитами в 1569 году (с 1579 – университет). Кроме коллегии иезуиты развернули обширную деятельность – работали с бедными и обнищавшими, проповедовали на нескольких языках (польском, литовском, немецком), вели теологическую полемику, активно и успешно занимались возвращением в лоно католической церкви отпавших в протестантизм дворян.

Массивная реформация церкви, в соответствии с решениями Тридентского собора, началась только после провинциального синода, состоявшегося в Гнезно в 1577 году. Этому способствовала как деятельность папского нунция (нунциатура начала постоянно действовать с 1555 года), так и назначение на епархии умных и активных администраторов, инспектирующих свои епархии. Эти проверки открыли весьма плачевное моральное состояние католического духовенства На местных соборах (в 1577-78 годах для Жемайтийской епархии и 1582 году для Виленской) были провозглашены идеи Тридентского собора. До середины XVII века епископы совершали инспекции и старались почаще проводить епархиальные соборы (до 1655 года в Виленской епархии их состоялось двенадцать). Были приняты меры к усилению дисциплины среди священников – им было приказано жить в пределах своих епархий (что было редкостью), носить священнические облачения, запрещено играть в азартные игры, содержать при себе сожительниц. В 1582 году в Вильне была основана семинария, которая должна была повысить образовательный уровень священников и дать возможность подготовиться к священническому сану людям небогатым. В 1583 иезуитами открыта семинария для студентов из соседних некатолических стран. Священникам было вменено больше внимания уделять проповеди и катехизации верующих, возобновлена практика всех семи таинств (т.к. часто номинальные христиане, особенно в Жемайтийской епархии, обходились только крещением, игнорируя остальные таинства и в действительность не многое знали о христианстве). Сложнее всего было вводить практику захоронения на приходских кладбищах, люди продолжали хоронить покойников на старых полевых кладбищах. Таким образом, католической церкви удалось начать формировать приходскую общину и поменять уже сложившееся пагубное мнение о своем духовенстве, священников стали уважать. К 1651 году в Виленской епархии число деканатов выросло до 26. В 20-ых годах XVII века отдельный деканат был создан для белорусской территории (где число католических приходов было невелико), а в 1652 году для белорусов был назначен викарный епископ. Также выросла и популярность монашества, в страну начали приходить новые ордена, старые ордена развили бурную деятельность – к середине XVII века в стране действовало двадцать орденов, имеющих 135 монастырей (к 1555 их было лишь 26). Особенно активно монашеская жизнь начала развиваться на территории Жемайтийской епархии. Интенсивно развивалось женское монашество (хотя ранее был только один женский монастырь). Важным событием в жизни католической церкви было введение Унии, подчинившей православную церковь Папе Римскому.

Период с середины XVII до середины XVIII

Период с середины XVII до середины XVIII веков можно назвать временем конфессиональной стабильности, каждая из конфессий заняла свою географическую и социальную нишу, смена религии стала вещью скорее необычной, социально-религиозные брожения и потрясения были позади. Политическая борьба с инославными соседями, то и дело повторяющиеся мор и голод привели к ощутимому демографическому кризису, что отразилось и на религиозной жизни – ее активность заметно упала, а на все некатолические церкви налагалось все больше ограничений (религиозная толерантность была восстановлена в 1768 году, однако дезинтеграция государства уже набрала обороты). Кроме войн (в ходе которых была потеряна часть земель, а на оставшихся разрушена часть храмов) и уменьшающих народонаселение бедствий значительный урон церкви нанесли и сами католические иерархи, более пекущиеся о собственной выгоде, чем о процветании веры. Так, в ходе политической борьбы между двумя претендентами на престол Виленской епархии, этот самый престол был вакантным в течении десяти лет (1672-1682). В конце XVII века из-за конфликта епископа с Великим Гетманом и Палатином Вильны немало церковного имущество было уничтожено собственной же армией. Не обошлось в епархии и без внутреннего раскола, когда большая часть религиозных орденов (особенно спонсируемые семьей Сапега) отказались признавать интердикты, выпускаемые епископом. Количество епископских инспекций и созываемых синодов заметно упало и почти сошло на нет. Этот период стабильности, и даже в чем-то стагнации, был весьма успешен для монашеских орденов – старые ордена активно росли, появилось малые ордена, также большей частью именно в этот период стали формироваться отдельные литовские провинции крупных орденов. Однако расцвет монашества затронул большей частью мужские ордена, женские конгрегации практически не развивались. Увеличилось в этот период и количество епархиального духовенства, только треть приходов обслуживалась одним священником, вторая треть двумя, а третья насчитывала от трех до семи служащих священников. Выросло священство и качественно – большая часть священнослужителей учились в семинариях, а епископский указ требовал от них еженедельной исповеди, в это же время часто проходили и трех/пятидневные реколлекции. Среди мирян распространяется участие в деятельности различных братств и сестричеств (имелись почти в половине приходов) и почитание чудотворных икон Девы Марии (в Вильне, Троках, Кодене) и статуй Христа (Вильна). К моменту первого раздела Речи Посполитой (1772) в Великом княжестве Литовском было 1234 римско-католических прихода, окормлявших около 2 миллионов верующих (тогда как находящаяся в более подчиненном состоянии униатская, Греко-католическая церковь насчитывала почти 10 тысяч приходов и более 4,5 миллионов верующих). Виленская епархия в это время состояла из 429 приходов с церквями и 192 приписных часовен.

Судьба Католической Церкви в составе Российской империи

После третьего раздела Речи Посполитой большая часть этнической Литвы (за исключением занеманья), вместе в Виленской и Жемайтийской епархиями, оказалась включенной в состав Российской Империи. На всю территорию распространились правила управления католическими приходами, действующими в России (целью которых было отгородить католическую церковь от непосредственного сношения с Римом) – вся корреспонденция контролировалась государственным аппаратом, письма переводились на русский. В январе 1782 года императрица Екатерина учредила в Могилеве архиепархию и подчинила ей все епархии империи, создав таким образом новую церковную провинцию (хотя официально Рим этого назначения не признал, но все же предоставил архиепископу все необходимые права). После длительных переговоров Папа Римский все же признал новую церковную структуру (согласно ей некоторые деканаты Виленской епархии переходили в прямое подчинение архиепископу Могилевскому). Также императрица Екатерина не признала папской буллы, запрещающей орден иезуитов, и орден продолжал легально работать на территории империи. В Литве с присоединением настало время перемен – монастырские земли были конфискованы, а Виленская епархия объединена с Курляндской в новую, Ливонскую католическую. С восшествием на престол императора Павла I (1796) религиозная политика в отношении католиков изменилась, были вновь установлены отношения с Римом. Заметным событием в жизни литовского католичества было издание в 1816 году Библии на литовском языке (переведенной жемайтийским епископом Юзефом Арнульфом Гедройцем). С 1829 года для вступления в обитель нужно было просить разрешение у гражданской администрации (для женских монастыре подобное требование было введено в 1842 году). Поворотным пунктом в истории литовской католической церкви было восстание 1831 года. Его активно поддержал жемайтийский епископ Гедройц, призвавший священников присоединяться к бунтующим и "защищать свободу Церкви и родины", активное участие в восстании приняли и монахи. После подавления беспорядков на католическую церковь, как одного из их апологетов, обрушились карательные санкции – участвовавшие в восстании священники ссылались в Сибирь, некоторым было запрещено проповедовать (а позже было введено требование проповедовать по заранее утвержденным книгам), закрыты монастыри. В 1841 году была конфискована земля у обителей и высших церковных иерархов (за нее стали давать денежные выплаты). Сами монастыри с 1842 года поделены на три класса, в соответствии с которыми выплачивались зарплаты (этатными, т.е. субсидируемыми, на присоединенных территориях стали 36 мужских и 14 женских монастырей, остальные были обречены на вымирание, т.к. платили им совсем немного, и в них было запрещено принимать новых послушников). Слегка облегчил положение католиков подписанный с Римом в 1847 году конкордат, установивший четкие правила взаимодействия церкви и властей. Тогда же на Жемайтийскую епархию был назначен просвещенный епископ Мотеюс Валанчус, отметившийся в истории проведением активной национальной политики (назначая священников-литовцев, в том числе в приходы, присоединенные от Виленской епархии, где была сильна полонизация), организацией обществ трезвости (мощные организации мирян, в Ковенской губернии в них входило более 82 % взрослых католиков) и активной культурно-просветительской деятельностью. Во многом благодаря ему начала зарождаться литовская национальная культура. Даже после первого восстания российские власти ограничились частичными притеснениями и снятием вольностей католической церкви. Полномасштабные преследования пришли после подавления нового восстания в 1863 году, в котором снова весьма активную роль сыграло католическое духовенство. Только тогда властями было принято решение начать полномасштабное давление на католичество и пропаганду православия. Мощный удар был нанесен монастырям – к 1905 году в обеих епархиях осталось всего 5 обителей, в которых доживали свой век престарелые монахи. Как антиправительственные организации, активно участвовавшие в восстании, были в 1864 запрещены общества трезвости. Приходские священники назначались администрацией, а их проповеди проходили цензуру. Тогда же в православные церкви были превращены некоторые костелы, было запрещено строить новые и ремонтировать старые храмы. Запрещены были и религиозные процессии в городах, а в деревнях подобные процессии могли проходить только на церковной территории. Для официального использования была запрещена латиница (литовские тексты печатались на кириллице, так называемой "гражданке"), и печатание литовских книг было организованно в Пруссии, а их перевоз через границу и распространение во многом шло благодаря католическому священству. Епископ Валанчус, сам написавший и издавший несколько книг о притеснениях церкви, всячески поддерживал подобные начинания.

Католическая Церковь в ХХ веке

В 1897 году, после снятия запрета на строительство новых католических храмов, начался строительный бум, преимущественно на крестьянские деньги было возведено несколько десятков неоготических костелов. Но самый мощный импульс развитию церкви дал указ о веротерпимости от 1905 года, прекративший всяческие притеснения. В 1906-07 годах сформировались первые католические профсоюзы имени св. Иосифа Работника, образовались другие профессиональные, женские, молодежные, благотворительные, просветительские организации. Кроме того, достаточно большое количество номинально православных (бывших униатов) пополнили ряды католической церкви. Немецкая оккупация (1915-1918) внесла новые поправки в жизнь церкви – в качестве официального был восстановлен григорианский календарь (в Российской Империи католическая церковь жила в соответствии с юлианским), однако военное положение затормозило собственно церковное развитие, церковные здания страдали от военных действий. После окончания Первой Мировой началась локальная советско-польско-литовская война, в результате которой территории Виленской/Вильнюсской и Сейнской епархий оказались разделены между Литовской и Польской Республиками – их центры попали в Польшу, и территории, подчиненные Литовской Республике, фактически действовали самостоятельно.

В Литовской Республике доминирующая католическая церковь занимала весьма крепкую позицию. До переворота 1926 года самой влиятельной партией, формирующей правительство была Христианско-Демократическая, в рядах которой было достаточно много священников (например, они составляли 10 % членов Учредительного Сейма), входили они и в правительство. Расцвели и различные неправительственные организации, охватывающие почти весь спектр общественной жизни. В 1919 году был основан Центр Католического Действия, объединяющий католические неполитические организации. В 1922 году была основана Литовская Католическая Академия Наук, и верующие католики интеллектуалы составляли большую часть национальной элиты. В 1926 году была преобразована иерархическая структура – создана независимая литовская церковная провинция, с центром в Каунасе, где была учреждена архиепископия. Жемайтийская епархия была разделена на Каунасскую и викарные епархии в Тяльшай (к которой присоединена территория Клайпедского края, ранее входившая в состав немецкой епархии Эрмланд), Паневежисе, Вилкавишкасе и Кайшядорисе (из оставшейся ни литовской территории Виленской епархии). Проводились епархиальные соборы и евхаристические конгрессы, кульминацией которых стал в 1934 году Первый Национальный Евхаристический Конгресс, во время которого Литва была торжественно посвящена Сердцу Иисуса. Также был завершен полный перевод Священного Писания на литовский язык (в 1932). Расцвело и монашеское движение – к 1918 году на территории межвоенной Литовской республики было всего два мужских и один женский монастырь. К концу тридцатых годов уже было 23 мужских и 73 женских монастыря (многие их них правда были скорее малыми подразделениями с 2/3 монахами), в которых проживали 401 монах и 639 монахинь. Весьма популярными были ассоциации и организации мирян – крупнейшим было Молитвенное Общество св. Антония с 200 тысячами членов. В 1927 году был подписан конкордат, который дал гражданским властям определенное влияние на церковную иерархию (епископы должны были присягать на верность правительству и обеспечивать лояльность подчиненных священников). После переворота 1926 года к власти пришли секулярные националисты, основное внимание уделяющие лояльности к государству. Новое правительство уравняло в правах все религии и даже попыталось уменьшить влияние католической церкви на общество – например, сильно урезало влияние церкви в образовании (многие церковные школы были преобразованы в государственные), что вызвало волну протеста. В результате на ряд священников были заведены уголовные дела, некоторые были посажены в тюрьму, а вступившийся за них нунций – объявлен персоной нон грата.

В Виленском крае, где большинство жителей не имели четкой национальной самоидентификации и называли себя "тутейшими", католическая церковь стала мощным инструментом полонизации края. Именно через священников у жителей этих мест формируется национальное самосознание. Конфликты на национальной почве в Вильне начали возникать еще во время войны, когда для литовских беженцев стали организовывать литовские мессы. Местными жителями это было воспринято как попытка отнять у них город и костелы, что вызвало бурные протесты. В результате в большинстве костелов литовские мессы были прекращены. В феврале 1918 года Вильнюс был объявлен столицей созданной Литовской Республики, а 1 декабря новым епископом Виленской/Вильнюсской епархии становится литовец Юргис Матулайтис. С уходом немецких войск 31 декабря 1918 года город занимают части Красной Армии, а в апреле 1919 польские войска (окончательно занят в 1920, а в 1922 году формально Виленский край включен в состав Польской Республики). При этом духовная католическая жизнь края также расцветает. Так, в 1940 с присоединением Виленского края к Литве, на новых литовских территориях проживало более 500 монахов и монахинь, лишь в половину меньше, чем во всей Литве. 10 февраля 1925 года, согласно конкордату, была создана Виленская архиепархия, ставшая одной из пяти польских католических церковных провинций. Новая епархия насчитывала 401 приход, а провинция охватывала и территорию Западной Белоруссии. Из-за сложных национальных отношений, и иерархических преобразований архиепископ Матулайтис отказывается от должности виленского прелата и назначается апостольским визитатором Литвы, после чего процесс полонизации набирает обороты. Новый архиепископ Ромуальд Ялбжиковский активно поддерживает политику полонизации – так в капитуле архиепископии не было ни одного литовца, даже в полностью литовских приходах иногда проповеди читались на польском. В 1927 году 14 литовских священников были арестованы и заключены под стражу, некоторые бежали в Литву или же в нее высылались. К 1939 году в епархии были 371 полноценный приход, 110 филий, по 8 военных приходов и приходов восточного обряда (неоуниатских), 549 приходских священников и 105 священников-монахов, действовали 24 мужских и 19 женских монастыря.

С передачей виленского края Литовской Республике на ее территории оказалось 87 приходов (117 костелов), остальные остались на советской территории. После передачи и переноса в Вильнюс столицы Литовской республики католические церкви стали одними из самых активных распространителями антилитовской пропаганды, а архиепископ всячески противился усилению литовского влияния – только 3 декабря 1939 года было разрешено проповедовать на литовском, в мае 1940 литовские службы начались еще в трех храмах. В июле 1940 года помощником архиепископу был назначен литовский иерарх Мечисловас Рейнис. Однако установленная советская власть начала активно вытеснять религию из общественной жизни, религиозная проповедь в школах и армии была запрещена, закрыты организации мирян и ликвидирована вся церковная пресса, некоторые священники подверглись тюремным заключениям. Пострадала церковь и финансово – ей не только отрезали все государственные субсидии, но и конфисковали значительную часть имущества. Приход немецких войск католической церковью Литвы приветствовался, его воспринимали как избавление от большевистского ига, однако достаточно скоро выяснилось, что и новая оккупация не несет церкви ничего хорошего. В начале Великой отечественной войны, с нападением немецких войск, погибло 12 священников, в 1942 году закрыты все семинарии. В июне 1942 вместо вывезенного архиепископа Ялбжиковского управляющим епархией назначен архиепископ Рейнис. Вообще же за все время немецкой оккупации погибло 85 священников Виленской архиепархии и еще 40 находились в заключении, но остались живы.

После возвращения советской власти начался новый виток борьбы с религией, однако после Второй Мировой войны проект полного уничтожения религии был забыт, теперь основным направлением деятельности был плотный контроль за религиозными организациями и максимальное сужение их поля деятельности и влияния. Антирелигиозная компания набрала в Литве достаточно мощные обороты. К 1949 году не осталось ни одного действующего монастыря (изгнанные оттуда монахи иногда организовывали неофициальные тайные обители). До середины 50-ых годов церковь была фактически оторвана от центра, любой, пытающийся поддерживать связи с Римом, сразу же объявлялся шпионом Ватикана. Таким образом, с десяток лет католическая церковь Литвы была вынуждена действовать самостоятельно и в условиях религиозных притеснений. Также достаточно быстро репрессии коснулись католического епископата. Архиепископ Ялбжиковский был выслан в Польшу, тяльшайский епископ Борисявичус расстрелян, еще трое арестованы. К второй половине 1947 года, после того как еще двое епископов умерли от естественных причин, в Литве остался единственный епископ, поэтому управлять епархиями были назначены временные администраторы, которые в течении нескольких месяцев были также высланы в Сибирь. К 1949 году шесть епархий управлялись тремя клириками, которые приняли все основные требования режима (вроде отказа от активной пасторской работы), дабы спасти церковь от еще больших преследований. Также были введены и новые правила регистрации приходов, для легального существования которым был нужен приходской совет (так называемые двадцатки). К 1 января 1949 года в Литве было зарегистрировано 677 приходов, и лишь 34 костела были закрыты (большей частью это были храмы в городах, ранее принадлежавшие орденам, из них девять были в Вильнюсе и десять в Каунасе). В провинции официально было закрыто всего несколько храмов, однако несколько десятков были прикрыты неофициально. Осталась и только одна семинария (в Каунасе), значительная часть имущества которой было национализировано, и постепенно уменьшено количество обучающихся (с 350 в 1946 до 60 человек в 1949 году), а с начала 60-ых годов ежегодно принималось не более пяти семинаристов, тщательно отобранных КГБ.

Со смертью Сталина уровень репрессий (которые в той или иной степени коснулись двух третей католического духовенства) спал, государство стало ориентироваться на усиление невидимого контроля над церковью. Начались некоторые послабления – в 1955 году было рукоположено двое епископов, началось издание богослужебных книг и календарей (католическая печать полностью отсутствовала с 1946 года), участились епархиальные визитации, возросла посещаемость церквей. Более того, в 1957-1960 годах в Клайпеде был построен новый католический костел, активно велся ремонт старых храмов. Также в период с 1953 по 1957 год более двухсот священников вернулись из тюрем и лагерей (их старались назначать на небольшие сельские приходы). Хрущовские гонения на религию в Литве прошли относительно мягко, за два года десять священников осуждены и еще несколько снова отправлены в тюрьму из-за якобы незаконной амнистии, пара епископов сосланы в отдаленные местечки, а самой распространенной мерой борьбы было аннулирование регистрационных документов, после чего священники теряли право совершать службы. В 1958-1963 годах было закрыто несколько десятков храмов (том числе так и не был передан верующим построенный храм в Клайпеде), разрушена Крестовая Гора под Шауляй, часовни на Крестном пути (калварии) в Вильнюсе и Вепряй (бывшие местом паломничеств верующих). Также в 60-ые годы активизировалась атеистическая пропаганда, и произошла достаточно сильная секуляризация общества, к 70-ым годам очень сильно упал процент венчающихся пар и крещеных младенцев (примерно до 30 % и 45 % соответственно). На проходящий Второй Ватиканский собор были отпущены епархиальные администраторы (но не епископы). После их возвращения начались перемены в духовной жизни церкви. 10 февраля 1965 года была создана "Коллегия ординариев литовских епархий" (в 70-ых годах, с увеличением количества епископов, переименована в Конференцию епископов). Тогда же возникла и литургическая комиссия, которая должна была провести в жизнь решения Собора. Литургические изменения начались с мая 1967 года, в 1968 был выпущен новый молитвослов, а первая месса на литовском языке была отслужена 1 ноября 1970 года. При этом значительной частью священников, особенно старшего поколения, реформы воспринимались с подозрением. В то же время, с конца 60-ых, началось так называемое Движение за права верующих (формализировалось оно лишь в 1978 году). За 1968-1971 годы было подписано десять коллективных петиций от священнослужителей (одна из них была подписана примерно половиной всех служащих священников). С начала 70-ых годов в этом движении активизируются и миряне. В 1972 одну петицию подписало более 17 тысяч верующих. В марте 1972 вышел первый номер "Хроники Литовской Католической Церкви", подпольного альманаха, рассказывающего о преследованиях церкви и действиях "Движения за права верующих". "Хроника" оставалась самым влиятельным подпольным рупором, хотя в 70-е годы появилось еще несколько периодических изданий (технической стороной самиздата занимались в основном монахини). В начале 1979 года 550 священников и двое епископов дописали протест против нового Положения о Религиозных Организациях. В конце 60-ых годов сформировалось движение "Друзья Евхаристии", часто объединявшее молодых людей, изучающих христианскую историю и доктрину, имевшее и патриотическую направленность. Началось и подпольное обучение священников, в котором под надзором иезуитов участвовало более пятидесяти человек, и с 1970 по 1988 годы 27 мужчин были тайно рукоположены священниками (конечно, они не могли служить открыто, и приходилось делать это подпольно). На активизацию церкви советская власть попыталась ответить репрессиями – в 1980-1983 годах в тюрьму было посажено несколько священников и мирян. Однако, уровень движения был слишком высок, а репрессивный потенциал советской власти слишком мал, чтобы удалось задушить движение. Властям, чтобы сбавить накал страстей, приходилось идти на некоторые уступки, вроде разрешения издания Малого катехизиса или литургического календаря.

Католическая Церковь с середины 80х годов ХХ века до наших дней

С началом Перестройки уровень контроля за религиозной деятельностью стал снижаться, и хотя массовое празднование 600-летия крещения Литвы разрешено не было, степень контроля постепенно падала, пока к лету 1988 года не сошла на нет. Начался процесс возвращения закрытых костелов, ремонтировались запущенные здания. 24 декабря 1991 года церковь в Литве была разделена на две провинции – Вильнюсскую и Каунасскую Также в 1991 году были рукоположены епископами управляющие епархиями, а в 1997 году выделена новая, Шауляйская епархия. Однако освобождение и свобода действия принесла церкви и новые проблемы. Остро чувствовался недостаток священников, особенно молодых и активных, у многих старых клириков укоренилось защитное мышление, отсутствовали навыки активной пастырской работы с людьми, а их образовательный и интеллектуальный уровень был невысок. Поэтому открытие семинарии в Тяльшай в 1989 и завершение строительства семинарии в Вильнюсе в 1993 воспринималось как больше достижение. Несмотря на то, что в период с 1992 по 1997 был рукоположен 171 священник, их средний возраст колебался в районе 60 лет, что не позволило значительно увеличить их число. Кроме того, атеистическая пропаганда сделала свое дел: большинством населения католичество воспринимается скорее как часть национальной и культурной идентичности, всего 10 % людей, называющих себя католиками более-менее регулярно ходят на службы, и 35 % посещают костел только по большим праздникам (а больше половины вообще ограничивается крещением/венчанием/отпеванием). При этом две поведенческие тенденции, два видения деятельности церкви – одна по межвоенной формуле с доминирующей в обществе церковью, другая с постсоветской, в которой церковь боролась с секулярным миром – также нуждались в преодолении. С приходом к власти бывших коммунистов в 1992 году энтузиазм церковных верхов немного угас, однако через какое-то время церковно-государственные отношения уравновесились, и до сих про церковь старается активно не вмешиваться в политику. С одной стороны, церковные иерархи призывают к ответственному выбору и делают легкие намеки, за кого следовало бы голосовать, с другой стороны, никакой открытой поддержки или пропаганды в чью бы то ни было пользу не допускается.

Сейчас Католическая Церковь в Литве состоит из двух провинций, объединяющих семь епархий, 677 приходов с 710 приходскими священниками и 95 священниками-монахами, 112 монахами и 790 монахинями, во время переписи населения 2001 года католиками себя навали 79 % населения страны (2 миллиона 750 тысяч человек). Вильнюсская архиепархия насчитывает 94 прихода (с 110 храмами), которые обслуживают 116 приходских и 43 монашествующих священника. Они обслуживают 573 тысячи католиков епархии (70 % населения), из них 336 тысяч живут в самом Вильнюсе, в котором действует 27 римско-католических церквей. Две основные группы прихожан в городе – поляки и литовцы, в большинстве церквей богослужения проходят на обоих языках. При этом поляки, хоть численно и уступают литовцам, однако уровень их религиозности значительно выше – каждый десятый поляк посещают мессу в воскресение, тогда как среди литовцев таких всего 5 %. Еще 43 % поляков посещают службы не реже чем раз в месяц (литовцев – 24,5 %). Таким образом, очень сильно ощущается удельный вес польских верующих в епархии. В 1991 были восстановлены дипломатические отношения со Святым Престолом, три договора, регулирующих отношения с которым, были подписаны в 2000 году. В 1993 году для католической церкви страны произошло знаменательное событие – впервые на литовской земле побывал с пастырским визитом Папа Римский Иоанн Павел II. С середины 90-ых годов в качестве приоритетов были выделены пасторская работа в городах и работа с молодыми семьями, в которых видят главную основу приходов. Кроме того, католическая церковь активно занимается обучением детей в школах, где изучение религии (фактически катехизация) введено в школьную программу и является одной из двух обязательных альтернатив (заменяющим предметом может быть этика). Из-за недостатка интеллектуалов в церкви она не стала, как это было после Первой Мировой войны, духовным лидером нации, также это отразилось и на медийных проектах церкви – достаточно удачно работает только радио "Малая студия", тогда как телевизионные проекты не смогли прочно закрепиться и получить значительной аудитории, хотя работа велась в разных форматах.