Восстановление единства РПЦ глазами западных СМИ

Восстановление единства Русской Православной Церкви было достаточно подробно освещено в западных средствах массовой информации, однако материалы не только сильно отличаются друг от друга, но и позволяют сделать ряд интересных наблюдений.

Англоязычные СМИ осветили тему на удивление однообразно: половина изданий, перепечатали статью агентства Associated Press, а другая половина скопировала обзор Reuters. Несмотря на очень детальное освещение события отечественными СМИ, прямую трансляцию из храма Христа Спасителя и авторские статьи (причем чаще всего написанные доброжелательно и качественно) почти в каждом издании, западные СМИ ограничились всего лишь перепечаткой статьи информагентства или вообще проигнорировали данную тему. В целом, западные издания очень регулярно пишут о различных событиях российской жизни, поэтому сложно объяснить такое узкое освещение столь важной для России и Зарубежья темы.

Французские и испанские СМИ писали о событии количественно меньше, но более разнообразно: фактически каждое издание, освещавшее тему, опубликовало авторскую статью.

Еще одну интересную тенденцию можно было проследить на рассматриваемом материале: если статьи, написанные зарубежными журналистами, были в целом достаточно нейтральными, то большинство самых враждебно настроенных по отношению к Русской Православной Церкви публикаций было написано нашими же соотечественниками, работающими в западных СМИ.

Большинство всех статей носит близкое название: "Русская Православная Церковь исцеляется от 80-летнего раскола" или "исцеляется от 80-летней раны".

Ряд статей предлагает читателю небольшое информационное сообщение: дата, место, стороны подписания Акта о каноническом общении, историческая справка о расколе, Русской Православной Церкви Заграницей, хронология воссоединения.

Некоторые издания разнообразили сухой фактический материал фрагментами из интервью с представителями Русской Православной Церкви за рубежом. Так, The Republican цитирует слова митрополита Лавра: "Нет ни одной страны, которая пострадала бы так же, как Россия, и все это привело к трагическому расколу".

Швейцарское издание 24 heures обращает внимание на особенности торжественной службы в день Вознесения: "В знак торжества Царские врата были открыты в момент Причащения священнослужителей, что происходит всего лишь раз в году – на Пасху (а также в течение всей Светлой Седмицы – прим. ред). Мужской хор в начале и смешанный впоследствии, составленный из певчих двух церквей, звучал на Литургии, а более 3000 человек присутствовали на службе в храме, взорванном при Сталине и восстановленном после распада СССР, – в 90-е годы.

Испанская газета Terra также пишет, что служба, продолжавшаяся более трех часов (точнее, более пяти – прим. ред.), завершилась причащением священнослужителей из одной Чаши – восстановлением единства евхаристического общения.

Издание La Croix приводит фрагмент интервью с о. Жаном Гюи – настоятелем собора в Ницце, в котором говорится: "мы очень рады за обе стороны, счастливы, что Церкви обрели свое единство во Христе.

Газета Le Monde, пожалуй, подробнее других изданий осветившая тему восстановления единства Русской Православной Церкви, приводит слова протоиерея Николая Артемова: "Восстановление единства – это долгий процесс, который не всегда был простым. Отношения между двумя сторонами были непростыми, но, в конце концов, согласие было найдено даже между самыми непримиримыми сторонами.

The Washington Times напоминает читателям историю возникновения Православия в Америке: русские монахи, достигшие берегов Аляски в конце 18 века, стали первыми православными христианами США.

Надо отметить, что и в некоторых достаточно беспристрастных и сугубо-информационных, на первый взгляд, публикациях, нельзя не уловить определенного негативно по отношению к Русской Православной Церкви.

Так, например, Los Angeles Times пишет, что "Русская Православная Церковь положила конец 80-летнему расколу, начавшемуся, когда эмигранты (букв. в тексте – изгнанные за рубеж – прим. ред.) отказались принять подчинение церкви Советскому государству. На службе в храме Христа Спасителя, который был разрушен советским диктатором Иосифом Сталиным и восстановлен в 1990 году, предстоятели Церкви зарубежной и Церкви в отечестве подписали Акт о каноническом общении".

В данном отрывке "подчинение Церкви Советском государству" представляется историческим фактом, приводящимся в качестве объяснения других событий, в то время как даже высшую степень возможной лояльности к власти, отсутствовавшую в гонимой Церкви-мученице, назвать подчинением никак нельзя.

В лингвистике такой прием называется заменой ассерции на пресуппозицию: то есть в качестве аргумента для доказательства используется суждение, нуждающееся в объяснении и доказательстве.

Во многих англоязычных СМИ были опубликованы статьи, преисполненные политическим пафосом и попыткой интерпретировать событие церковной и духовной жизни как государственную акцию. Варианты целей, преследуемых в этом событии, отличаются в разных публикациях, однако метафорический и дисфемистический ряд сохраняется устойчивым.

Одна из самых ироничных и негативных публикаций была представлена в издании Форбс (Русский Православный Акт исцеляет раскол): "Два пожилых бородатых священнослужителя в блестящих головных уборах наклоняются, чтобы поцеловать друг друга в щеку. Молящиеся крестятся и проливают слезы, несколько фотографий на мобильные телефоны, струящийся ладан...". Такое восприятие происходящего вполне закономерно для человека внешнего, об этом уже говорилось в некоторых публикациях в преддверии великого события: "Доподлинное представление о Церкви могут иметь те, кто имеет к ней непосредственное отношение, о Церкви можно верно судить только изнутри, только будучи ее членом. Человеку "внешнему", с другим, как принято говорить сегодня, менталитетом создать истинное представление о Церкви трудно. Внешний человек не может верно судить о церковной жизни. Он не постигает ту истину, что глава Церкви – это Христос, а не патриархи или епископы, которые являются предстоятелями перед Богом, стоящими во главе земной части Церкви", отмечал профессор Свято-Тихоновского Богословского Университета Н.Гринев.

Однако если непонимание церковного события человеком светским вполне предсказуемо, то едва ли можно оправдать попытку истолковать событие как "происки советских спецслужб". Именно в этом контексте ряд англоязычных изданий говорит о присутствии Президента на Литургии не как о присутствии Президента Российской Федерации В.В. Путина, но как о присутствии "бывшего офицера КГБ Путина".

Олеся Дмитрасова, корреспондент Sydney Morning Telegraph, делает особый акцент на том, что, ряд членов РПЦз покинет Церковь из-за этого объединения, т.к., на их взгляд, слишком уж тесен союз Православной Церкви и коммунистического режима, возглавляемого и до настоящего времени "бывшим советским шпионом Путиным". Подобные заявления, к сожалению, нельзя списать даже на профессиональную некомпетентность журналиста: ведь следующим важным событием, последовавшим за подписанием Акта и о котором не мог не знать корреспондент, пишущий на эту тему, стало освящение храма Новомучеников и исповедников Российских в Бутово. Память о пострадавших в Отечестве за веру Христову в 20-м веке, сонм прославленных святых делает бессмысленными все попытки упрекнуть Церковь-Мученицу в тайных сговорах со светскими властями.

Обозреватель Юрий Захарович, чья статья "Объединенная Церковь Путина" была опубликована в издании Time, обвиняет власть и Церковь в сотрудничестве, приводя в пример попытки введения курса Основы православной культуры (так и не введенного на государственном и общефедеральном уровне уровне) и судебное дело против центра им. А. Сахарова, регулярно проводящего кощунственные выставки. При этом автора возмущает не нарушение закона о разжигании межнациональной розни и религиозной вражды организаторами выставки, а факт ее разгрома и последовавшего за этим судебного иска. при этом автор проводит четкое вербально противопоставление между "художественной галереей" с одной стороны и "фундаменталистами, совершившими акт вандализма" – с другой, создавая образ Церкви как главного административного ресурса страны и создавая этот образ такими словосочетаниями, как "идеологический ресурс", "русский национализм" итд. Если вынести за скобки весь уничижительно-негативный пафос автора по отношению к Русской Православной Церкви, то нужно заметить, что участие Президента РФ в этом событии в высшей степени логично: если раскол произошел по политическим причинам, то и прекратился он тогда, когда политический фактор претерпел изменения.

Особенно удивительно читать такие и подобные им статьи, написанные нашими соотечественниками для изданий, выходящих в христианских странах, в то время как, например, исламские СМИ опубликовали заявления своих духовных лидеров о радости, испытываемой ими в связи с восстановлением единства Церкви.

Подобные публикации находятся в общем ключе с рядом других статей о России, ежедневно выходящими в ряде западных средств массовой информации, и если в плане освещения политических событий еще можно говорить о занимаемой западными изданиями противоположной позиции, то здесь, на примере такого важного и радостного события, объединившего во Христе православных верующих многих стран, все акценты расставляются сами.