Почему христиане не считают Мухаммеда пророком

Почему христиане не считают Мухаммеда пророком? Этот вопрос, волнующий многих мусульман, чаще всего задается христианам, и нередко в такой форме: "Вот мы, мусульмане, почитаем Иисуса Христа как пророка, а вы Мухаммеда пророком не признаете! Почему такая несправедливость?".

Но намного важнее признания посланничества признание самой природы. И тут дело обстоит прямо противоположным образом: мы, христиане, признаем Мухаммеда человеком, как и мусульмане, а вот мусульмане Иисуса Христа Богом не признают, как признаем мы. Итак, если мы признаем их человека – человеком, а они не признают нашего Бога – Богом, то кому же более пристало указывать на несправедливость?

Не ограничиваясь этим указанием, дадим подробный и исчерпывающий ответ на вопрос: почему христианин не может считать Мухаммеда истинным пророком Божиим.

Во-первых, христиане не считают Мухаммеда пророком потому, что в Божественном замысле спасения такая фигура, какой является Мухаммед согласно исламу, лишняя.

Посмотрите: Господь заключил с Авраамом завет с обетованием, произвел от него через Исаака народ, посвященный Ему, обновил и расширил этот завет через Моисея, далее непрерывно посылал малых пророков, вплоть до Иоанна Крестителя, которого послал как Предтечу (то есть приуготовляющего путь) перед Христом. Наконец явился Христос и сказал, что все пророки и закон прорекли до Иоанна (Мф 11: 13) и после Крестителя пророков-законодателей больше не будет.

Новый Завет являет совершенное завершение и исполнение Божественной истории, как она изложена в Откровении.

Всемогущий Господь возжелал явиться на земле и обращаться между людьми (см.: Вар 3: 38). Он посылал пророков, чтобы подготовить человечество к его приходу. И когда человечество было подготовлено, когда смог появиться на свет человек такой чистоты, как Дева Мария, тогда Бог явился во плоти (1 Тим 3: 16) и совершил задуманное Им дело спасения людей, установив посредством таинств принципиально иные отношения между человеком и Богом, при которых каждому открывается возможность личностного единения с Всевышним. Ничего нового, более совершенного быть уже не может, как не может быть ничего совершеннее Бога.

Но тогда какая нужда в новых пророках? Время пророков прошло. Пророки были необходимы человечеству тогда, когда оно находилось в начале своего пути к Богу, так же, как воспитатель необходим малолетнему ребенку. Но если к ставшему взрослым лет эдак через сорок опять явится некто выдающий себя за воспитателя и станет пеленать его, кормить из ложечки, а за неповиновение ставить в угол, то это встретит, мягко говоря, недоумение, не так ли? Человеку зрелого возраста не нужен воспитатель. Точно так же и человечеству, получившему возможность личного, непосредственного общения и жизни с Богом и в Боге. Тот, кто объявляет себя вещающим волю Бога, воспринимается как явно неуместный, лишний. Именно поэтому в Новом Завете нет указаний на будущих новых пророков, посланных Богом с особой миссией, но зато есть предупреждения о том, что многие лжепророки восстанут и прельстят многих (Мф 24: 11). И еще прежде Сам Господь предупреждал, что далеко не все, кто называет себя пророком, являются на самом деле таковыми: Пророки пророчествуют ложное именем Моим; Я не посылал их и не давал им повеления, и не говорил им; они возвещают вам видения ложные и гадания, и пустое и мечты сердца своего (Иер 14: 14).

Во-вторых, христиане не признают Мухаммеда пророком потому, что он учит прямо противоположно Христу.

Приведем несколько примеров.

Христос сказал: Всякий, разводящийся с женою своею и женящийся на другой, прелюбодействует, и всякий, женящийся на разведенной с мужем, прелюбодействует (Лк 16: 18); если жена разведется с мужем своим и выйдет за другого, прелюбодействует (Мк 10: 12). Коран же учит следующему: если разведенные муж и жена захотят снова друг с другом сочетаться браком, то для этого жене необходимо прежде выйти за другого мужчину (!), потом развестись с ним и только после этого вернуться к прежнему: "Если же он дал развод ей, то не разрешается она ему после, пока не выйдет она за другого мужа, а если тот дал ей развод, то нет греха над ними, что они вернутся" (Коран 2: 230).

В Новом Завете есть слова: В искушении никто не говори: "Бог меня искушает"; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого, но каждый искушается, увлекаясь и обольщаясь собственной похотью (Иак 1: 13-14); в Коране же от лица Бога говорится: "Мы искушаем вас то тем, то другим способом: страхом, голодом, потерею имущества, жизни, плодов" (2: 150, 151).

Новый Завет: Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божию. Ибо написано: Мне отмщение, Я воздам, говорит Господь (Рим. 12: 17, 19). Коран: "Верующие! Вам предписана месть за убитых" (2: 173).

Примеры можно продолжать еще долго, ограничимся же только этими.

Это очевидное противоречие является еще одной веской причиной недоверия христиан к пророческой миссии Мухаммеда. Бог не может противоречить себе и давать прямо противоположные заповеди, следовательно, Новый Завет и Коран – это откровения из разных источников, а тот, кто принес Коран, не является пророком Бога, Который даровал христианам Евангелие.

В-третьих, притязающий быть пророком Мухаммед не привел никаких объективных доказательств своей избранности на это поприще.

Как говорил мусульманам святитель Григорий Палама, "у вас и у нас есть обычай, утвержденный длительным временем и законом: без свидетельств ничего не принимать и не почитать за истинное. Свидетельства же бывают двоякого рода: они идут от самих дел и явлений или от людей, достойных веры. Так, Моисей покарал Египет знамениями и чудесами, жезлом заставил море расступиться и вновь сомкнуться, по его воле хлеб выпал с неба (см.: Исх 16: 4). Нужно ли еще что-нибудь говорить, поскольку и вы считаете Моисея достойным веры? Он был и Богом признан как Его верный раб (см.: Числ 12: 4), но не Сыном и не Словом. Затем по Божественному повелению он взошел на гору и умер, и соединился с теми, кто был до него (см.: Втор 32: 49-50). В отношении же Христа, совершившего многие великие и небывалые деяния, имеются свидетельства самого Моисея и других пророков. От начала века Он один признается, даже вами, Словом Бога; Он один от начала века рожден от Девы; Он один от начала века взят на небо и остается там бессмертным; Он один от начала века, как надеются, снова снизойдет оттуда, чтобы судить живых и мертвых (см.: 2 Тим 4: 1; 1 Пет 4: 5), которые воскреснут. Говорю же я о Нем то, что и вами, мусульманами, признается. Вот почему мы веруем во Христа и верим Его Евангелию. Что же касается Мухаммеда, то мы не находим ни свидетельств о нем у пророков, ни чего-то необычного и достойного упоминания в его деяниях, способного вызвать веру в него. Поэтому мы не веруем в него и не верим его книге".

Итак, вполне разумное замечание: чтобы принять что-либо как истину, нужно иметь для этого весомые аргументы. Ведь и сами мусульмане далеко не всех признают пророками, кто себя таковыми называет. Например, в XIX веке на территории Пакистана появился человек, который объявил себя новым пророком Аллаха, призванным восстановить откровение, замутненное позднейшим исламом. Он нашел себе приверженцев, но подавляющее большинство мусульман не признали его притязаний быть пророком и считают ахмадийцев еретиками. А совсем недавно некая женщина в Азербайджане объявила себя пророчицей, но мусульмане не спешат ее признавать. Наверное, потому, что не видят тому достаточных доказательств.

Точно так же и христиане не видят таких доказательств в отношении Мухаммеда. Конечно, Мухаммед пытался их представить. Но доказательства должны соответствовать уровню притязаний. Допустим, выступает некий человек и объявляет всем: "Слушайте, люди! Вы теперь должны мне подчиняться как своему правителю, кроме того я – пример вам во все, потому что я прямой посланник Божий!" Естественно, возникает вопрос: а почему это мы должны принять тебя за такового? А в ответ: "Да вот стихи у меня хорошие есть. Таких никто не сможет написать!" Признайтесь честно: разве, услышав подобную аргументацию, вы посчитаете ее достаточной?

А ведь единственное "доказательство", которое привел Мухаммед, – его собственный Коран: "А если вы в сомнении относительно того, что мы ниспослали нашему рабу, то принесите суру, подобную этой, и призовите ваших свидетелей, помимо Аллаха, если вы правдивы. Если же вы этого не сделаете, – а вы никогда этого не сделаете! – то побойтесь огня, топливом для которого люди и камни, уготованного неверным"! (2: 21-22). В другом месте Мухаммед требует для того же представить уже не одну, а десять сур (11: 16).

Неудивительно, что арабский мыслитель Ар-Раванди (ум. в 906 г.) восклицал: "Как можно доказывать истинность пророческий миссии Мухаммеда на основании его же собственного Корана? Если бы Евклид стал утверждать, что люди никогда не смогли бы создать ничего подобного его книге, неужели же на основании этого было бы доказано, что он пророк?"[1].

Вот как мусульманская аргументация выглядит со стороны: Мухаммед считается пророком, потому что получил "священное писание" – Коран, а Коран считается священным писанием, потому что его назвал таким "пророк" Мухаммед. Это типичная логическая ошибка: доказательством не может быть то, что само еще должно быть доказано.

Возвратимся же к нашему примеру: поверите ли вы человеку, претендующему на звание правителя и пророка только лишь на основании имеющихся у него стихов? Даже если он представит действительно очень хорошие стихи?[2] Думается, вряд ли. Стихи – это, конечно, хорошо, но они могут подтверждать только претензии на звание поэта. Если же речь идет о пророческом достоинстве, то здесь требуются доказательства посерьезнее и совершенно из другой области.

Чтобы понять, какие доказательства могут считаться достаточными, нам стоит вспомнить, что такое пророчество.

Пророчество – это особенный дар от Бога. Пророк возвещает будущее. И это – доказательство его истинной связи с Богом. Как мы знаем, время – принадлежность нашего сотворенного мира. Мы все существуем во времени, воспринимая настоящее, прошлое и будущее. То, что в действительности произойдет, – нам неизвестно. Точно знает это лишь Тот, Кто находится вне времени и для Кого ясно видно и наше прошлое, и настоящее, и будущее. А вне времени и мира находится лишь Тот, Кто сотворил мир и время, – Бог. И тем, кто находится в непосредственном общении с Ним, то есть пророкам, Он из Своего Божественного знания открывает грядущее.

Именно поэтому в Библии дается четкий критерий, как отличать ложного пророка от истинного: И сказал... Господь:...пророка, который дерзнет говорить Моим именем то, чего Я не повелел ему говорить, и который будет говорить именем богов иных, такого пророка предайте смерти. И если скажешь в сердце твоем: "Как мы узнаем слово, которое не Господь говорил?". Если пророк скажет именем Господа, но слово то не сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил сие пророк по дерзости своей, – не бойся его (Втор 18: 17, 20-22). Если какой пророк предсказывал мир, то тогда только он признаваем был за пророка, которого истинно послал Господь, когда сбывалось слово того пророка (Иер 28: 9).

Любой из читателей может произнести формальное "пророчество". Например, он скажет: завтра я напишу письмо, и действительно, на следующий день напишет. Но мы прекрасно понимаем, что это не имеет никакого отношения к настоящему пророчеству. Ибо реального будущего он не знает, и завтра вполне может случиться нечто такое, что нам станет совсем не до письма.

Кстати, точно так же действуют лжепророки и гадалки, равно как и дьявол, вещающий через них: в чем-то их прогноз – это план наших предполагаемых действий. Но и дьявол не знает будущего, он, как сотворенное существо, находится "внутри" времени. Именно потому дьявольские предсказания, как и людские прогнозы, всегда даются на краткосрочную перспективу. И это понятно. Легко сказать: завтра напишу письмо – и написать. А вот запланировать через год написать письмо и выполнить это – уже сложнее: вероятность исполнения даже собственного плана намного меньше. А сказать: через тридцать лет напишу письмо? Это выполнить еще сложнее. Да и будем ли мы живы к тому времени?! А сказать: через сто лет мой потомок напишет такое-то письмо? Ну, тут всякий махнет рукой...

А вот в Библии существуют конкретные пророчества, детально сбывшиеся спустя столетия после того, как они были произнесены и записаны. Достоверность их несомненна: рукописи с этими предсказаниями датируются на много веков ранее того, как они исполнились. Вот пример. Однажды некая женщина приступила к Христу с алавастровым сосудом и возлила благовоние на главу Его, и когда апостолы вознегодовали о напрасной трате столь драгоценного благовония, то услышали: Истинно говорю вам: где ни будет проповедано Евангелие сие в целом мире, сказано будет в память ее и о том, что она сделала (Мф 26: 13). Эти слова содержатся в манускрипте p64, датируемом II веком по Р.Х., когда христианство было гонимо, а христиане представляли собой небольшую по численности группу. Что уж тут говорить о проповеди в целом мире, когда по всем людским меркам не было никакой гарантии того, что и Писание вообще-то сохранится: вспомним, что позднее, начале IV века, император Диоклетиан постановил по всей Римской империи изымать и уничтожать христианские книги, намереваясь покончить с христианством: "Да погибнет имя христиан" – так было написано в его указе. И однако же мы все свидетели, что слово Господа Иисуса Христа сбылось в точности, во всех деталях, причем много столетий спустя. И Библия теперь является самой распространенной книгой в мире, ее читают на всех шести континентах, она переведена на 2426 языков, издана общим тиражом около 6 миллиардов экземпляров, и в целом мире известна история о женщине с алавастровым сосудом. Конкретный пример точного пророчества, которое не записано задним числом, но есть в рукописях, более древних, чем исполнение его, и в этом точном исполнении может убедиться любой.

Еще пример. Пророк Исайя предрекает: И Вавилон, краса царства, гордость Халдеев, будет ниспровержен Богом, как Содом и Гоморра. Не заселится никогда, и в роды родов не будет жителей в нем... (Ис 13: 19-22).

Также и пророк Иеремия сообщает откровение о Вавилоне: И не возьмут из тебя камня для углов, и камня для основания. Но вечно будешь запустением, говорит Господь (Иер 51: 26).

Когда произносилось это пророчество в VIII веке до Р.Х., эти слова казались невероятными: к тому времени Вавилон стоял уже полторы тысячи лет и процветал.

Но в VI веке до Р.Х. город был захвачен и частично разрушен войсками персидского царя Кира. В IV веке до Р.Х. Вавилоном овладел Александр Македонский, который решил возродить хиреющее поселение, восстановить главный языческий храм и сделать Вавилон столицей своего царства. Однако сразу после этого решения великий полководец заболел и умер – раньше, чем даже были разобраны развалины.

Древнейший список книги пророка Исайи – Qisa датируется II в. до Р.Х., а древнейший папирус с текстом книги пророка Иеримии – III в. до Р.Х. В то время Вавилон еще был населен. А к I в. по Р.Х. полностью исполняется пророчество: в 116 году проезжавший мимо император Траян застал здесь "лишь курганы и легенды о них".

Алекандр Македонский был не единственным правителем, который попытался оспорить пророчество. В конце 1980-х годов лидер Ирака Саддам Хуссейн приказал подготовить проект возрождения Вавилона. Он хотел устроить здесь город с гостиницами и увеселительными заведениями, превратив его в крупнейший туристический центр Ближнего Востока. Первые работы начались в 1991-м году... и в нем закончились. Из-за операции "Буря в пустыне". Так мы видим буквальное исполнение слова Божия на протяжении тысяч лет, в том числе и в наше время.

В Библии немало других столь же ясных примеров истинности пророчеств.

А вот о "пророчествах" Мухаммеда сказать этого никак нельзя. К тому же в Коране он сам прямо говорит, что не знает, "что будет сделано со мною и с вами" (46: 8). В одном из хадисов Мухаммед утверждает: "Никто не знает, что будет завтра, что скрыто в утробах, что он приобретет завтра, в какой земле умрет и никто не знает, когда пойдет дождь" (Бухари, 1039). Итак, он сам расписывается в том, что не знает будущего, но это еще, как говорится, полбеды. Согласно мусульманским же источникам, Мухаммед все-таки делал предсказания, и они – не сбывались!

Вот пример: "Однажды, в конце своей жизни, пророк совершил с нами вечернюю молитву, поднялся и сказал: "Понимаете ли вы, что это за ночь? Поистине, через сто лет после этой ночи не останется на земле ни одного из живущих на ней"" (Бухари, 116). Любой, читающий эти строки, является опровержением лжепророчества, ибо не только через сто, но и через полторы тысячи лет земля полнится живущими.

Еще хадис: "Посланник Аллаха сказал: "скоро Евфрат откроет сокровищницу, полную золота, но пусть тот, кто будет жить в это время, ничего не берет оттуда... Евфрат раскроет гору золота под ним"" (Бухари, 7119). За более чем полторы тысячи лет это "скоро" так и не наступило.

И еще: "Никогда не преуспеет народ, который сделает женщину своим правителем" (Бухари, 9.88.219). Английский народ вполне преуспевает при полувековом правлении королевы Елизаветы II, как и до того преуспевал при правлении королевы Виктории. Аналогичные примеры из истории можно продолжать, но их, впрочем, образованный читатель и так знает.

Как мы помним из Библии, по закону Моисееву, даже одного несбывшегося пророчества достаточно, чтобы не только признать человека лжепророком, но и поступить с ним весьма сурово: такого пророка предайте смерти (Втор 18: 20).

Однако это не единственный критерий, и Божественное Откровение предлагает нам второй, универсальный способ определения – истинно или ложно откровение, а также те, кто его приносит.

Вот он, второй библейский критерий: Если бы даже мы или ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема (Гал 1: 8).

Вполне логично. Поскольку мусульмане знают, что у христиан священное Писание – Библия, то, естественно, для того чтобы признать Мухаммеда пророком или хотя бы просто человеком незаблудшим, нужно, как минимум, чтобы его учение не противоречило тому, что нам уже известно как истинное Откровение Божие.

Что интересно: сам Мухаммед был совершенно согласен с этим критерием. В Коране говорится, что он был послан "для подтверждения истинности того, что было ниспослано до него, как прямой путь и радостная весть верующим" (Коран 2: 97), а также уточняется, что конкретно имеется в виду: "Ниспослал Он тебе в истине, подтверждая истинность того, что ниспослано до него. И ниспослал Он Тору и Евангелие раньше в руководство для людей" (Коран 3: 3-4). В другом месте говорится, что в принесенном Иисусом "Евангелии – руководство и свет" и что оно дано "с подтверждением истинности того, что ниспослано до него в Торе, и руководством и увещанием для богобоязненных" (Коран 5: 46).

Наконец, для христиан прямо заповедано: "И пусть судят обладатели Евангелия по тому, что низвел в нем Аллах" (Коран 5: 47).

Так мы и поступаем, но не потому, что слушаемся Корана, а потому, что это предписано в Библии и это же подсказывает здравый смысл.

Однако даже мусульманам хорошо известно, что в том, что принес Мухаммед как якобы подтверждение Библии, находятся весьма существенные и даже кардинальные противоречия Библии. Мы уже показали это выше.

Следовательно, и этому критерию не удовлетворяет Мухаммед.

(Окончание следует.)

--------------------------------------------------------------------------------

[1] Мец А. Мусульманский ренессанс. М., 1996. С. 321-322.

[2] Вообще поэзия – это во многом дело вкуса. И собственно арабские поэты весьма скептически были настроены по отношению к художественным качествам Корана. Известный поэт Башшара ибн Бурд (убит в 783 г.) на многолюдном собрании в Басре, выслушав стихотворения современных ему поэтов, сказал о некоторых из них: "Эти стихи лучше любой суры Корана". А его младший современник поэт Абу ал-Атахия (750-825) не только не признавал несотворенности Корана, но считал, что некоторые из его собственных стихотворений по своим качествам намного выше коранических сур. Ар-Раванди (ум. в 906 г.) утверждал, что у проповедника Актама ибн ас-Сайфи можно найти куда более изящную прозу, чем в Коране. В это же время высокопоставленный чиновник Абу ал-Хусайн ибн Абу ал-Багл пишет книгу об имеющихся в Коране ошибках. Наконец, тогда же известный поэт Абу ал-Ала Маарри позволяет себе сочинить рифмованную параллель к Корану, полностью в манере "святой книги", разделив ее на суры и аяты.