Главный вопрос, который занимал меня на протяжении фестиваля: что же такое мусульманское кино? Пыталась найти ответ с помощью фильмов, гостей и участников форума (в смотре – работы из 146 стран).
Цель фестиваля – обмен опытом деятелей культуры и искусства России и мусульманских стран ближнего и дальнего зарубежья, показ творческих достижений мусульманских кинематографистов и представителей других конфессий, создание объективного представления об исламе и мусульманах.
В конкурсном и внеконкурсных показах – около 200 игровых, документальных, телевизионных фильмов.
Документальная картина "Окончательное решение" исследует истоки национальной ненависти. Фильм Ракеша Шарма – о геноциде и насилии над мусульманами, разоблачает фальшь политики "справедливой Индии". Это цепь свидетельств жертв и очевидцев. Малыш рассказывает, как папе отрубили пальцы, тетю раздели и убили...
Похожая история в основе внеконкурсного фильма, снятого председателем жюри Радославом Спассовым, – "Украденные глаза". Этничес-кий геноцид: турецкие имена жителей местных деревень меняют на болгарские. Детей давят бэтээрами. На фоне этого кошмара возникает невозможная, трагическая любовь между турчанкой и болгарином.
"Грбавица" боснийского режиссера Ясмилы Жбанич (приз за режиссуру + лучшая женская роль). О трагической судьбе мусульманки Эсме, одной из жертв войны 90-х.
Главный почетный гость фестиваля мусульманского кино... Катрин Денев.
Единственное, что связывает ее с мусульманской культурой, – недавний иранский анимационный фильм "Персеполис", получивший в Каннах спецприз жюри. Денев озвучила одну из ролей. Иранские власти послали в Канны ноту протеста, по их мнению, история, рассказанная от лица девочки, взрослеющей на фоне исламской революции, – неверно отражает реальность. Жаль, "Минбар", пригласив Денев, не догадался показать эту прекрасную полифоническую картину. И раз уж Катрин Денев приехала в Казань, как было не расспросить французскую звезду?
Казань строится почти с той же скоростью, как и Москва. Главная достопримечательность города – самая большая мечеть Европы Кул-Шариф. (Построена перед недавним тысячелетием города в центре старого Кремля.) Главная площадь – Свободы с огромным памятником Ленину на мощном гранитном постаменте.
На открытие фестиваля в новенький хайтековский центр в форме пирамиды пришел президент Минтимер Шаймиев. Был по-домашнему раскован: "Тут проходил по красной дорожке и услышал, в толпе спрашивают: "Кто это идет?". "Это главный режиссер Татарстана, – отвечаю, – такого, какой он есть сегодня". Шаймиев подмечает: "Сейчас человек с любого края планеты может с помощью новейших средств связи поговорить с другим человеком. А взаимопонимания между людьми и конфессиями еще меньше, чем раньше".
Мне показалось, в большинстве картин был некоторый перекос, односторонний взгляд на множество межнациональных конфликтов. Конечно, и эта точка зрения должна быть услышана и понята. Но, чтобы не впасть в тенденциозность, необходимо понимание: проблемы неоднозначны. И в Косове, и в Индии, и в затяжном палестино-израильском конфликте есть две стороны. Популяризация исламских и мусульманских ценностей – да. Но мне недоставало на "Минбаре" (слово это переводится как кафедра, с которой произносится проповедь) диалога культур и конфессий.
И тогда я решила разговаривать на трудные темы с участниками форума.
Большим успехом у зрителей пользовалась трагикомедия "Поездка в Зигзигленд". Палестинский актер работает в Лос-Анджелесе таксистом. Ходит на собеседования в киноагентства. Но предлагают ему лишь... роли террористов.
В такси главное не признаваться, что ты из Палестины. Иначе замучают вопросами о терроризме. Поэтому Башар выдумывает себе прародину Зигзигленд.
"Где это?" – "За одну остановку от Мальты, между Ираком и Испанией". Вот на заднем сиденье пара средних лет. Шепчутся... "Простите, откуда вы родом?" – "Примерно из Иерусалима". – "Ну вот, я же тебе говорила. Что же ваш Шарон такой пассивный? Пора принимать против палестинцев решительные меры. Вот вы, молодой человек, что бы предложили?" – "Стереть с лица земли всех палестинцев, что ли?" – "Ну не знаю... Впрочем... видишь, дорогой, будущее за решительной молодежью".
Разговариваем с создателями фильма – режиссером Николь Баллиньян и ее мужем, актером Башаром Даасом.
В программе был и ряд фильмов, расширяющих представление о современном мусульманском мире. Тонкая живописная притча "Баба Азиз" – путешествие по пустыне старого слепого дервиша и маленькой девочки Иштар (главный приз).
Сюжет фильма "Ахлям" ("Счастье") разворачивается на руинах разбомбленной в Ираке психбольницы. "Бахрейнская история" происходит в год смерти лидера арабского мира Насера. "Туземцы" – страница Второй мировой войны. Путь 1-й Французской армии, воевавшей против фашистов. 200 тысяч воинов были рекрутированы из жителей французских колоний.
Фильм иранского режиссера Надера Талебзаде "Мессия" – любопытнейший сравнительный анализ христианских и мусульманских источников. После христианской версии авторы демонстрируют интерпретацию мусульман: Христос вознесся на небеса живым. А вместо него распяли... Иуду.
В зрительном зале много девушек в хиджабах. Вот Фаюрза и Вероника. Вероника – русская. Обе студентки медресе Мухаммадия. Планируют стать переводчицами с арабского. Фаюрза, прежде чем ответить по мобильнику, сообщает, что молодых людей в мусульманской одежде в городе все больше: "А разве вам не нравится?".
Фестиваль мог бы способствовать развитию татарского кино. Пока фильмы в республике появляются по капле (одной игровой картине) в год. В конкурсе "Минбара" был фильм "Дилемма" (приз зрительских симпатий), рискованный для целомудренного мусульманского глаза рассказ о юной девушке, пытающейся осознать себя через историю своей страны. Запускается фильм по мотивам произведений Аяза Гилязова – на национальную тему, с татарскими актерами, на татарском языке, но при поддержке российского Минкульта (15 млн руб.). На эти средства трудно пригласить известных исполнителей, создать русскоязычную версию. Есть резолюция президента Татарстана, поддерживающая проект. А республиканское министерство культуры в содействии все равно отказало.
Один из лучших фильмов конкурса – "Гражданский долг". Это история обычного бухгалтера, добропорядочного американского гражданина Терри (работа актера Питера Краузе названа лучшей), жизнь которого перевернулась после 11 сентября. Он потерял работу. И когда в соседнюю квартиру въехал мусульманский студент Хасан, взвинченный постоянными новостями о террористах бухгалтер решает: вот он – потенциальный убийца.
Джеф Ренфро снял фильм-перевертыш. Зритель до финала... нет, и после финала сам решает. С кем он? Был ли Хасан террористом? Или это паранойя страха внедрилась в мозг бедного бухгалтера?
– В основе фильма – реальные события?
Продюсер Эндрю Лантер:
– Я бы уточнил – комбинация реальных событий, происходивших после 11 сентября. Надо понимать, что СМИ делают с нашим сознанием. Каждый зритель сделает свои выводы...
Мне кажется, фильмы-перекрестки, фильмы-диспуты и должны составлять основу конкурса подобного форума. Что же касается понятия "мусульманское кино"...
Вадим Абдрашитов признается, что сам не очень понимает определение. Возможно, в ходе строительства фестиваля "Золотой Минбар" (он проводится в третий раз) устроители сумеют на него ответить?
От первого лица
Катрин Денев: "Понять умеренных"
– Вы снимались в картине с символичным названием "Восток – Запад". Преодолимы ли барьеры между Западом и Востоком?
– Но в фильме Режи Варнье говорится о других барьерах, скорее политических. Людей в те времена разделяли иные, "железные стены".
– Уточню. Насколько, по вашему мнению, в сознании европейцев укореняется страх перед мусульманским миром?
– Эта боязнь оправданна. Но нельзя всех мазать подозрением в терроризме. Главное, чтобы были услышаны и поняты умеренные мусульмане. А мы чаще всего слышим про экстремистов, крайних. Мне понравилось в Казани. Здесь царствует дух толерантности, здесь фильмы говорят о взаимопонимании, о преодолении страха друг перед другом. Подобные акции и могут влиять на состояние и настроение общества.
Николь Баллиньян, Башар Даас: "Туман в сознании"
– После 11 сентября в США усилились фобии?
Николь. Это было и до трагедии, после – стало еще хуже. Хотя сейчас замечаю, как постепенно рассеивается туман в сознании многих людей. Возник интерес к реальной жизни мусульман. Меня эта тема привлекла потому, что я сама из семьи эмигрантов.
– Башар, в какой степени эта история ваша, про вас?
Башар. Мой герой – это и есть я. Учился актерскому мастерству в Палестине, в Европе, престижной школе США. А работать пришлось таксистом. Все сюжеты с пассажирами – из моей практики.
– Часто ли на бытовом уровне вы сталкиваетесь с ксенофобией?
– Посмотрите на мою внешность, на мои волосы. Когда приходишь на интервью по поводу работы, открываешь счет, снимаешь квартиру... Они сразу начинают проверку твоего прошлого до пятого колена.
– Меня смутил финальный пропагандистский монолог маленькой палестинской школьницы про гнев, который всегда будет гореть в сердце...
Николь. Это стихотворение. Написал его известный палестинский поэт Махмуд Дарвиш.
P.S. Фестиваль закрывали песнями и плясками. А на следующий день наступил священный месяц Рамадан. Глава Совета муфтиев России шейх Равиль Гайнутдин призвал мусульман не только соблюдать пост, но и нести мир, развивать братство не только с единоверцами, но и с представителями других религий. Этим же идеям посвящен и фестиваль "Золотой Минбар", президентом которого является господин Гайнутдин.
Источник: Новая газета
