"Будничный" стал праздничным

Колокола называют иконами в звуке. Их звон исстари величается в народе гласом архангела. В ходе устроенной большевиками антирелигиозной кампании, сопровождаемой изъятием церковных ценностей, закрытием храмов и монастырей, славный на всю Первопрестольную своим благозвучием ансамбль из 18 колоколов с Большой надвратной колокольни Данилова монастыря чудом не был разбит и не отправлен на переплавку. В 1930 году он был продан американскому промышленнику и филантропу, ценителю русских колоколов и церковного пения Чарльзу Крейну.

Только спустя полвека разоренная обитель начала восставать из небытия и стала официальной резиденцией Патриарха Московского и всея Руси.

На заново отстроенной по старым чертежам монастырской надвратной колокольне церкви Симеона Столпника временно были размещены 15 колоколов старого литья, собранные со всех концов России (из Ярославской, Московской, Кировской, Костромской областей) в ожидании возвращения из изгнания в заокеанском Гарварде родных монастырских кампанов.

На протяжении всей истории Гарварда колокола играли исключительно важную роль. Их звоном регулировалась вся университетская жизнь. Со дня основания и до 1920-х годов в Гарварде сменилось не менее десяти колоколов. Причем каждый новый колокол увеличивался в размере и весе. Первый, всего в 68 килограммов, был доставлен из итальянского монастыря. Впоследствии колокола заказывались в Англии, и только с начала XIX века их стали отливать также и в Массачусетсе. Несколько раз предпринимались попытки заказать набор колоколов (карильон), чтобы вызванивать на нем мелодии. Но из-за отсутствия надежной колокольни, способной выдержать большой вес, от подобных намерений приходилось отказываться.

Отношение к колоколам было трепетное, они символизировали определенный период в истории колледжа. Из отслужившего свое треснувшего колокола изготавливались памятные медали для выпускников. Университетские звонари становились легендарными личностями, как, например, Остин Кингслей Джонс, созывавший студентов на богослужения и занятия в течение полувека, с 1858 по 1908 год...

В 1927 году Гарвард получил в подарок от анонимного дарителя новый колокол, отлитый на заводе Тейлора в английском графстве Лоуборо, весом почти в 2,5 тонны. На нем была многозначительная надпись: "В память голосов, которые смолкли навсегда". Пока колокольня Гарвард-холла укреплялась специальными скобами и подпорками, дабы выдержать небывалый до этого груз металла, прежний колокол в 340 килограммов, пребывавший на колокольне последние 27 лет, решено было переместить на башню Библиотеки Бейкера. Она располагалась на территории нового кампуса Бизнес-школы – факультета, появившегося в Гарварде всего за 20 лет до этого.

В 1924 году Джордж Фишер Бейкер – финансист и филантроп, основатель Первого национального банка Нью-Йорка, в настоящее время известного под именем Сити-банка, пожертвовал 5 млн. долл., которые позволили возвести для нужд Бизнес-школы целый университетский городок по другую сторону реки Чарльз – там, где кончается собственно Кембридж и начинается Бостон. Первоначально предполагалось, что на территории нового кампуса будут построены своя церковь и три колокольни (в центре, над зданием Библиотеки Бейкера, и с флангов, над двумя выходящими к реке корпусами общежитий). Но ввиду экономии средств пришлось ограничиться одной звонницей над библиотекой. Строительство велось под непосредственным наблюдением президента Гарварда Эббота Лоуренса Лоуэлла, который был убежден в том, что гармоничное окружение повлечет за собой гармонию в мыслях, стремлениях и поступках подопечных ему студентов.

Рубеж конца 1920-х – начала 1930-х годов в США стал периодом великих потрясений, связанных с экономической депрессией. Это было время роста среди американской молодежи симпатий к социалистам и коммунистам. Привезенный из Советской России уникальный подбор из 18 колоколов Данилова монастыря должен был, по мнению Эббота Лоуренса Лоуэлла, стать частью единой программы по воспитанию у студентов Гарварда – будущей элиты Соединенных Штатов – консервативных политических и религиозных убеждений.

Русские колокола собирались поднять на башню Лоуэлл-хауса – одного из новых кампусов. Однако в итоге на башню были подняты и развешаны в порядке, полностью повторявшем схему расположения в родном Даниловом монастыре в Москве, только 17 колоколов. 18-й даниловский колокол, называемый "Будничный", был признан экспертами, несмотря на чудную и глубокую тональность звучания, лишним в подборе. Лоуэлл предложил его декану гарвардской Бизнес-школы Уоллесу Донхэму.

Двухтонный богатырь под названием "Будничный" (или "вседневный", употребляемый в повседневных службах, в отличие от "праздничных" и "воскресных"), был разъединен с остальными своими 17 собратьями. Поднятый на башню Библиотеки Бейкера, русский колокол впервые подал голос летом 1931 года – в память о скончавшемся накануне Джордже Бейкере, на средства которого и был построен кампус. Как писала по этому поводу газета Boston Herald, "на похоронах американского миллионера звонил колокол, купленный у коммунистов".

В отличие от колоколов Лоуэлл-хауса, управляемых на русский манер вручную, "Будничный" колокол электрифицировали. Звук из старинной русской бронзы стали извлекать два ударных молоточка, прилаженных снаружи. Вплоть до наших дней голос "Будничного" колокола можно было слышать в гарвардской школе бизнеса по окончании экзаменационных сессий и в дни выпускных торжеств.

Первые попытки вернуть уникальный 18-голосный колокольный ансамбль были предприняты еще в середине 1980-х годов, накануне празднования 1000-летия крещения Руси. Заметный прогресс в реализации этой задачи наметился в декабре 2003 года, когда делегация Данилова монастыря во главе с его наместником архимандритом Алексием (Поликарповым) побывала в Гарварде и подписала договор о намерениях. Тем не менее в практическую плоскость переговорный процесс перешел только в 2004 году. Тогда учредитель культурно-исторического фонда "Связь времен" Виктор Вексельберг откликнулся на просьбу Святейшего Патриарха Алексия II и взял на себя расходы по возвращению колоколов на родину. Вскоре в Москве было подписано соглашение о том, что Гарвардский университет вернет колокола Данилову монастырю при условии изготовления их точных художественных копий. И вот в этом году отлитый на воронежском заводе "Вера" ансамбль отправился за океан, а в ответ поднятый последним на башню Библиотеки Бейкера колокол "Будничный" первым из 18 колоколов начал свой путь на родину.

12 сентября, в день памяти перенесения мощей святого благоверного князя Александра Невского и обретения мощей его младшего сына благоверного князя Даниила Московского, основателя монастыря, Патриарх Алексий II совершил молебен у мощей святого князя Даниила. По его завершении Виктор Вексельберг передал Святейшему Патриарху документ, подтверждающий подлинность колокола "Будничный" и его возвращение в собственность монастыря. В качестве символического завершения акта передачи колокола Патриарх Алексий II и вслед за ним почетные гости трижды ударяли в него, и он каждый раз радостно отзывался замечательно чистым, густым и протяжным звуком. Звуком, который в стенах обители не был слышен почти восемь десятилетий.