"Без выработки отношения к мусульманскому миру не состоится переустройство мира..."

Выступление на круглом столе "Что значит Ислам для России" в Российском Фонде Культуры 22 мая 2003 г.

Я с большим удовольствием вижу среди присутствующих очень много знакомых лиц, специалистов по исламу, что, безусловно, с одной стороны, делает мое сообщение достаточно непростым, поскольку не хотелось бы повторяться, а с другой стороны, так или иначе стимулирует к тому, чтобы высказать относительно новые соображения.

Заранее хочу предупредить аудиторию, что буду отходить от какой-то конкретики; если будут вопросы, я попробую на них ответить. Задача этого небольшого выступления видится в том, чтобы порассуждать, что такое сегодня ислам и в России, и для России.

Первая проблема: какое количество мусульман в России? Если вы посмотрите на соответствующие публикации, то цифры колеблются колоссальным образом: где-то от 3,5 млн. до 30 млн. Видимо, истина лежит посередине, и в России проживает примерно 20 млн. мусульман. Почему примерно? – Потому что надо прежде ответить на вопрос: можно ли отнести к российским мусульманам тех азербайджанцев, которые сейчас в России проживают (это примерно 1 млн., а может быть, даже и больше)? А также казахов, таджиков и т.д.? Но дело даже не в этом, а дело в самом критерии. В этом отношении существуют два принципиальных подхода.

Одни полагают, что мусульманин – это только тот, кто обязательно по пятницам ходит в мечеть, кто три или пять раз молится и соблюдает все обряды. Таких, действительно, по некоторым данным насчитывается около 3 млн. Я придерживаюсь в этом отношении другой точки зрения: мусульманин – тот, кто себя мусульманином считает, тот, кто считает, что принадлежит и к мусульманской общине России, и к мусульманской мировой умме. И в этом отношении совершенно неважно, как часто он ходит в мечеть, как часто он молится и, кстати говоря, как сурово он соблюдает всю мусульманскую обрядность и не нарушает запретов. Заранее прошу прощения, может быть, я подвергнусь критике, но если мусульманин позволяет себе употребление алкоголя, то для меня он по-прежнему остается мусульманином. Это первое.

Второе. Феномен исламского возрождения – был ли он или не был? И что он означает?

Во-первых, исламское возрождение в России состоялось. И состоялось, как бы к этому не относиться, со знаком плюс. Что имеется в виду под исламским возрождение, какие моменты его определяют?

Первое – рост религиозного, в данном случае исламского, самосознания. Самосознания мусульман как приверженцев этой религии, религиозной традиции. Кстати говоря, в этом отношении положение с мусульманами достаточно пикантно в Российской Федерации. Можно говорить о тройной самоидентификации или о трех уровнях одной самоидентификации. Назовем не по степени важности, а просто потому, что они существуют: этнический уровень, гражданский уровень и религиозный уровень. На эту тему можно говорить много, но остановлюсь на одном обстоятельстве: в отдельных ситуациях, безусловно, может возникнуть противоречие между религиозной и гражданской идентичностью, то есть принадлежность к самоидентификация как россияне может вступать в противоречие с принадлежностью к исламской умме. Это трудно оценивать в критериях хорошо или плохо; конечно, лучше бы если бы этого не было бы. Но вы понимаете, в каком сложном мире мы живем, и к такой ситуации, в которую очень часто попадают наши мусульмане, нужно относиться терпимо и спокойно.

Второе – это формирование системы религиозного обучения, или образования. Состоялась такая система? – Конечно, состоялась. Есть минусы? – Я могу вам привести огромное количество позитивных и негативных примеров, но если смотреть с точки зрения тенденций, то в общем итоге мы получим плюс. Но тем не менее эта система есть, и она действительно помогает мусульманам. Вот одна из цифр: на 1999 год было более 100 высших и средних исламских учебных заведений. Сейчас, если мне память не изменяет, за 120.

Обрядность. Может быть, я не прав, но восстановление обрядов - не самое главное. Они и так в той или иной степени соблюдались. Соблюдение обрядов – это не самый главный критерий для того, чтобы говорить, мусульманин человек или нет. К обрядности можно добавить вопрос о мечетях. Официально их зарегистрировано 4.750, но на самом деле, конечно, мечетей больше. [Местных исламских религиозных организаций по данным на 1 января 2003 г. зарегистрировано 3345. – Прим. ред.] Я только что был в Дагестане и задавал вопрос самым разным людям – и администраторам, и прихожанам, и тем, кого там называют ваххабитами... По Дагестану количество мечетей колеблется от 1600 до 3000. Причем это колебание отмечают и правоохранительные органы, и духовные лица. По всему Северному Кавказу положение примерно аналогичное, но что касается Татарстана, Башкирии и Сибири, так все-таки там учет более строгий. Так или иначе можно говорить о 7000 мечетей как минимум. Это много или мало? – В общем, много.

Конечно, возникает проблема с наполнением мечетей. И здесь складываются самые разные ситуации. Если посмотреть на дагестанские мечети в пятницу, то это производит большое впечатление. Да и не только в Дагестане. Если походить по российским мечетям, в том числе в пятницу, то иногда возникает вопрос: а зачем надо было на это тратить деньги? И все-таки, если у человека есть возможность прийти в дом своей веры, то это уже хорошо, и наверное не самое главное, если он пять дней в неделю пустует. Это какой-то символ, если угодно. Боюсь произносить выспренние слова, но тем не менее это – символ новой России. Действительно, есть место, куда верующий может прийти в зависимости от своего вероисповедания.

И последнее обстоятельство, которое тоже можно отнести к исламскому возрождению: это воссоздание духовной мусульманской элиты. Самый мучительный процесс, который требует минимум одного поколения, а наверное даже двух. Есть у нас эта новая духовная элита? – Нет. Зато появляются отдельные ее представители, отдельные ростки. Но и на фоне этой поросли, безусловно, есть такие имамы, духовные лидеры, которые состоялись в конце 80-х – в 90-е годы. Как духовных лидеров их, наверное, можно практически пересчитать по пальцам, поэтому я не буду никого называть, чтобы не обидеть других. Но сам факт их существования и их работы можно отнести к позитиву.

А вот чего точно нет – и я не знаю, появиться ли, во всяком случае в ближайшее время – это наши мусульманские богословы. Пусть присутствующие здесь мусульмане на меня не обижаются, но пока что ни одного серьезного мусульманского богослова в России не видать. Есть интерпретаторы, есть люди, которые грамотно пишут... Дай Бог, если я не прав, поскольку сам не богослов и кого-то и не знаю.

Одна черта из этого возрождения, безусловно, выделяется и заслуживает отдельного упоминания. Это – политизация ислама. Этот процесс продолжается у нас уже лет 15. Что это означает? – Это создание религиозно-политических организаций – раз. Это использование ислама как инструмента в политике – два. И в том числе использование ислама как инструмента в политике светскими силами – от Ельцина и Путина до Лужкова.

Сам факт, что религия и политика идут бок о бок, в данном случае ислам, –нет ничего противоречивого. Во-первых, потому, что у нас в принципе – и не только у нас, но и вообще во всем мире – был искусственно завышен, предел секуляризации, отделения религии от политики. Но даже на не гниющем более Западе нет такого огромного разделения. Есть секуляризм, есть масса всего, что можно привести в поддержку отделения религии от государства, но пропасти между ними нет. Тем более, если мы говорим о России. Кстати говоря, православие, никогда не было отделено от политики и государства, и особенно хорошо это видно сейчас. В этом отношении, наш российский ислам дважды политичен: он политичен как ислам, потому что там изначально не было этого разделения на духовное и светское (у этой позиции очень много противников), а во-вторых, потому, что это российский ислам. В России религия и политика всегда взаимодействовали, и мы это прекрасно знаем.

Не хочу вдаваться в детали. У нас были и есть мусульманские политические организации, которые имеют явный конформистский характер. Была попытка создать исламскую оппозицию на общероссийском уровне. В итоге единство политики и ислама как феномена в России, безусловно, состоялось. Но можем ли мы говорить о влиятельных исламских политических движениях? – Нет. Где-то в середине 90-х годов, может быть, существовали в некоторые условия, причем чисто субъективные, для появления такого рода одного-двух влиятельных движений. И исламские политические группировки возникли. По тем временам это были достаточно влиятельные движения, во всяком случае на региональном уровне. Если мне память не изменяет, в Татарстане, например, "Нур" собрал официально 5%, неофициально, как они говорили, около 12%. Так что попытки были, но единого исламского политического движения у нас нет и, скорее всего, не будет.

Кстати, в свое время я доказывал, что такое движение вполне может возникнуть. Но – все мы люди, и все мы ошибаемся. Этого движения не будет хотя бы потому, что у нас что нет единой российской мусульманской общины. Есть российское мусульманское сообщество со своими региональными, этническими и собственно политическими интересами. Есть попытки интеграционизма, безусловно, есть попытки объединения –на собственно религиозном, на религиозно-политическом уровне. Но все-таки лидеры мусульманской России – это в основном региональные лидеры, хотя кое-кто и претендует на статус общероссийских.

Будут ли такие движения на региональном уровне? – Были, есть и будут – и на Кавказе, и в Татарстане и т.д. На региональном уровне этот политический фактор ислама будет играть весьма заметную роль. Где-то – больше. Где-то меньше. Где-то будет подавляться, где-то будет приветствоваться. Так что, с этой точки зрения, спокойную жизнь нашим политикам в так называемых мусульманских регионах никто не обещает. Опять же, не стоит это рассматривать с точки зрения плохо–хорошо, черное или белое... Это нормально. Больше всего я боюсь, что за организацию этих движений будут преследовать, что в каждом человеке, который пытается соединить политику и ислам, будут видеть ваххабита, на самом деле слабо представляя, что это такое. Как известно, мы своими руками умеем создавать себе трудности, чтобы потом их мужественно преодолевать, и эта фраза имеет самое непосредственное отношение к политике властей по отношению к исламу.

Так или иначе, говоря об исламе, нельзя обойтись без терминов фундаментализм, ваххабизм и пр. Сейчас не хочется подробно об этом говорить, поскольку это делается регулярно и в газетах, и в сборниках. Мы всегда имеем ввиду оппозиционный ислам, как хотите его называйте.

Есть несколько причин его появления, они объективны. Даже не знаю, с какой начать. Поскольку сейчас очень модно говорить, что радикальная исламская идеология к нам приходит извне, с Ближнего Востока, можно начать с этого. Был Советский Союз, был "железный занавес". Его подняли, и пришла не только западная культура и традиция – с Запада, но и с Юга, в том числе в виде тех исламских идей, которые раньше у нас были запрещены. Официальное отношение к ним во времена СССР было заранее негативно, был запрет на ввоз соответствующей литературы, да и среди подавляющего большинства мусульман отсутствовал к этому интерес. Но вот занавес подняли, и началось: литература, и люди, которые являются носителями радикальной идеологии. Вариант "поднятой целины". Естественно, что молодежь – особенно молодежь, да и не только она, которая, и об исламе-то знала понаслышке – проявила к этому интерес. Это совершенно понятно: когда проникают непонятные идеи, то хочется разобраться. Особенно, когда их носителями являются люди, на порядок выше знающие ислам, чем наши местные имамы; более того, люди, которые владеют искусством проповеди и за которыми стоят деньги... В этом отношении успех был обеспечен.

Вторая причина успеха – это социальные корни. Опять же, если ситуацию упростить, то получается, что коммунизм нас, мусульман, надул, никакой демократии и в помине нет, Москва нас надула, местные власти полностью коррумпированы, ничего сделать нельзя, реформы не идут... И появляется идея исламской альтернативы, исламской справедливости и т.д. Утопия это или не утопия? – Может быть, сидя вот здесь, за этим столом, можно говорить, что это утопия, но в любом случае это та утопия, которая захватывает определенную часть масс. Какую часть? – А Бог его знает: 5%, 10%, 20%... В Алжире было 66%, в Иране – еще больше... Во всяком случае, это реальная сила.

Это не значит, что все наши мусульмане немедленно выступают за исламское государство, но идея – достаточно привлекательная. Если в Москве, по христианской России идут разговоры о православной России, то почему бы не поговорить об исламском государстве? Как потом дальше раскачивалась ситуация, не мне вам объяснять: это и Чечня, это и влияние внешнего мира, это глупость наших правоохранительных органов. Это и действительно проникновение действительно радикалов извне, которые готовы на самые крайние действия... Можно ли было предотвратить это раскачивание, противостояние между радикалами и властью? – Конечно, можно было. Иногда складывается ощущение, что все это готовилось собственными руками, что это даже было кому-то на руку, поскольку был повод опять побороться с внешней угрозой. Где истинная угроза этих радикалов, а где она выдуманная, сказать трудно. Об этом еще много будет писаться. А пока что службам ФСБ на низшем уровне, омоновцам абсолютно все равно, где реальная угроза, а где виртуальная, искусственная, придуманная. Где просто недовольство людей их положением. Процесс пошел, а как из него выбираться, сказать трудно.

В этой связи возникает вопрос: есть ли исламская угроза для России? (Этот термин уже вошел в оборот.) Кстати говоря, очень занятно бывает: пишешь на эти мусульманские темы, а потом выходит твоя собственная публикация под заголовком "Исламская угроза в России", хотя содержание совсем иное. Так что, когда вы видите такие названия, то не надо думать, что именно так автор и полагает, это все бывает с точностью до наоборот.

Угрозы нет. Тут придется отделаться общим термином: есть то, что называется исламским фактором – со всем его многообразием и со всеми его противоречиями. Это действительно до конца не осознанный фактор. Что он дает для России? Как он может быть интерпретирован? Какую роль могут сыграть мусульмане и могут ли они ее сыграть как конфессиональная община? Это тоже очень большой вопрос.

Самое печальное, что эта "угроза" пошла гулять. И чем больше пишут об исламской угрозе, тем больше у меня возникает ощущение, что среди мусульман эта идея – что они могут создать для кого-то угрозу, – она даже начинает восприниматься позитивно. Особенно после 11 сентября. Так совпало, что буквально через несколько недель после этих событий я поездил по мусульманским регионам России и по Средней Азии. Так вот искренне сочувствие у многих мусульман сочеталось с неким ощущением гордости, что никто ничего не может могущественным американцам противопоставить, а вот мусульманин сумел это сделать. Причем это была, так сказать, подавляемая гордость – как-то неудобно говорить в открытую, но такое мнение высказывалось многими.

И последний тезис, который в чем-то связан с внешней политикой. Приходится иногда читать в прессе, в Интернете о том, что самое главное – это отношения Америка–Китай, Америка–Европа, и одновременно проскальзывают такие соображения, что мусульманский мир уходит на периферию. С этим я категорически не согласен (пишу сейчас статью на эту тему). Как бы мир ни обустраивался заново – а он действительно обустраивается, потому что нельзя все время жить итогами второй мировой войны, – без мусульманского мира, без исламского фактора ничего ни у кого, в том числе у США, не получится. Есть какой-то символ в том, что импульс главных событий последних двух лет, которые происходят и подталкивают эту перекройку мира, так или иначе идет от мусульманского мира. Это и Афганистан, и Ирак, это проблема бен Ладена, это, если угодно, и Югославия, где тоже был мусульманский фактор. Без выработки отношения к мусульманскому миру ничего не состоится. Отношение это должно быть адекватно, и выработать его очень сложно. Полностью подстроить под себя мусульманский мир, невозможно. Когда сейчас говорят о его модернизации в широком смысле этого слова, это замечательно. Идея ОБСЕ плюс арабский мир; идея помочь создать в мусульманском мире некую новую, более умеренную систему религиозного образования и обучения, – это все хорошо, если только за этим стоит реальное желание модернизировать, а не подстроить. Практика показывает, что любое подстраивание вызывает мощнейшую реакцию сопротивления, и мы прекрасно знаем, чем это кончается.

Таким образом, от того, как будут складываться отношения между мусульманским миром и евро-христианским миром, плюс Россия, которая является частью этого мира, – от этого в колоссальной мере зависит то, как будет обустраиваться мир и что мы получим в итоге. Я могу по пунктам перечислять те угрозы, которые могут возникнуть, если не установятся нормальные отношения. Не отношения вызов и ответ: исламский вызов – христианский ответ, христианский вызов – исламский ответ. Если продлжать жить в этой парадигме, то мы действительно доберемся до Хантингтона. Но хотелось бы, чтобы этого все-таки не было. Сейчас действительно ключевое время. Будут ли налажены нормальные, адекватные отношения, взаимопонимание?

И самое последнее – даже не вывод, а просто фраза. Я думаю, что России будет очень трудно найти свое место в выстраивании этих отношений. У нее очень много шансов выстраивать их со знаком плюс, но и не меньше угроз. На этой полупессимистической - полуоптимистической ноте я закончу свое выступление.

[Об авторе: Алексей Малашенко – доктор исторических наук, заместитель председателя ученого совета Московского центра Карнеги, профессор МГИМО МИД, заведующий сектором Исламоведения в Институте востоковедения Российской Академии Наук. Подробнее]

Ссылки по теме:

Сергей Градировский. "Русский ислам" как явление и как предмет исследования
Выступление на круглом столе "Что значит Ислам для России" в Российском Фонде Культуры 22 мая 2003 г.

"Что значит Ислам для России" – круглый стол 22 мая 2003 г. в Российском фонде культуры

5 марта 2003 г. в Российском Фонде культуры состоялось заседание круглого стола "Православие и Ислам в России в XX веке"

© Фото http://www.temadnya.ru/