Бедность – не порок?

Во время поездок по регионам (а только за время парламентских каникул довелось объехать около двух десятков) меня часто спрашивают: "Вы говорите о поддержке социально-экономического курса президента России и в то же время часто выступаете с резкими критическими оценками по социально-экономическим вопросам. Почему?"

Никакого противоречия нет. Убежден: курс президента Владимира Путина на развитие экономики, удвоение ВВП, продвижение к достойной жизни для всех россиян – единственно верный. Но есть политика президента, и есть чиновничество, которое сам Путин назвал однажды "замкнутой, надменной кастой". Есть то, что можно назвать силами торможения. Это категория людей, считающих, что в их персональном благополучии, в том "личном коммунизме", который построен ими для самих себя в лихие 90-е годы, и состоит высшая справедливость. Для этих деятелей отец родной – дикий рынок, а мать родная – коррупция. У них атрофировано социальное чувство и не болит сердце за чужую обездоленность. Их волнует одно – пусть все идет как есть, и как можно дольше. И таких, к сожалению, много и в нынешней Госдуме, и в бывшем правительстве, и в других госструктурах, и в рядах некоторых партий, и в бизнесе.

Именно эти силы несут ответственность за ошибки в монетизации льгот, бездарную пенсионную реформу, сбои в лекарственном обеспечении, попытки забюрократизировать дачную амнистию и многое другое. Именно из-за их сознательного противодействия или непрофессионализма очевидные успехи в экономическом развитии, достигнутые в последние годы, с таким трудом конвертируются в повышение уровня жизни людей. Куда ни приедешь, испытываешь двойственное чувство. С одной стороны, налицо позитивные перемены: развивается производство, люди строят планы, начинают новые проекты. С другой – звучит все больше недоуменных вопросов: почему у нас так обесценен труд и сохраняется такое позорнейшее явление, как бедность работающего населения? Почему при таком росте и нефтедолларовом дожде столь убоги пенсии и социальные пособия? Почему не сокращается более чем 15-кратный разрыв между бедными и богатыми?

Создается впечатление, что есть две разные России. В одной – Росстат радует приятными сообщениями: доходы населения растут, число тех, кто за чертой бедности, неуклонно сокращается, средняя зарплата уже перевалила за 13 тысяч рублей. В другой – живут реальные люди, чьи заботы и нужды не сопрягаются с официальным благополучием. Вот данные недавнего опроса ВЦИОМа: чтобы свести концы с концами, пятая часть россиян вынуждена регулярно отказываться от покупок необходимых продуктов питания. Треть откладывает из экономии поездки к родственникам или друзьям. Почти половина не может съездить в отпуск куда хочется. Особенно досадно, что по некоторым позициям даже наметилось ухудшение. Так, в 2005 году 30% опрошенных вынуждены были по финансовым мотивам отказаться от лечения или восстановления здоровья, а в 2007 году их стало уже 33%.

А взять такую проблему. По данным "Левада-Центра", две трети россиян не имеют сбережений. Значит, не имеют возможности делать крупные покупки и даже не имеют необходимой суммы на черный день. Для сравнения: в США имеют накопления в банках более 70% граждан, в Германии – более 90% работающих к старости скапливают солидную сумму, обеспечивающую весомое дополнение к и без того солидной пенсии.

Радуясь, как в России растут инвестиции, Стабфонд, как разворачиваются крупные нефтегазовые проекты, мы не должны забывать о человеческом измерении экономики. Увы, нередко забываем. Правительство может сколько угодно рапортовать о "героической" борьбе с инфляцией. Но одного факта июльского скачка цен на хлеб, другие продукты достаточно, чтобы перечеркнуть любые усилия. Поражает, как цинично это оправдывается некоторыми высокопоставленными чиновниками: мол, многие подорожания и не заметят. Миллионеры не заметили. А вот для малообеспеченных – это драма. Неужели непонятно, что инфляция для богатых и инфляция для бедных – разные вещи?

Нам все МРОТ да МРОТ...

Борьба с бедностью – ключевая проблема сегодняшней политической жизни России. По отношению к ней проявляется реальная готовность партий отстаивать народные интересы. У КПРФ все идет по одному сценарию: помахать флагами, покричать об "антинародном режиме", погрозить бизнесу деприватизацией. Из года в год – только выпускание "пара" в гудок без какого-либо конструктивного выхода.

Свои подходы у "Единой России". То, что в стране бум миллиардеров, что самые крупные состояния растут темпами в 6 раз быстрее ВВП страны, – это во многом "заслуга" ЕР, которая, кстати, и в составе своей думской фракции имеет 23 рублевых миллиардера. Но массовому избирателю не будешь же говорить об этом. Поэтому говорят о борьбе с бедностью. Одна из излюбленных тем единороссов – повышение минимального размера оплаты труда (МРОТ) до уровня прожиточного минимума.

Но не случайно гуляет по России присказка: "Нам все МРОТ да МРОТ, а народ все мрет да мрет". Людям непонятна корявая аббревиатура и то, какое отношение она имеет к их благосостоянию. Нелишне напомнить, что и МРОТ, и нынешний прожиточный минимум – это порождение гайдаровской шоковой терапии, когда инфляция доходила до 1600%. Они вводились как временная мера, чтобы обозначить ориентиры физиологического выживания человека.

Сегодня ситуация принципиально иная. Поэтому СР считает, что этот инструментарий пора отбросить, как страшный сон. Мы предлагаем ввести почасовую систему оплаты труда, предусмотрев региональную дифференциацию и повышающие коэффициенты в зависимости от режима работы, квалификации работников и т.д. Такая схема сразу повысит прозрачность, в разы увеличит легальные доходы населения.

Еще одно наше предложение – сделать основой экономических расчетов не убогий и нечестный "прожиточный минимум", на который в действительности прожить невозможно, а социальный стандарт потребления, куда включены расходы на оплату услуг ЖКХ, образование, лечение, отдых, питание и т.д. Полагаю, что и расходы на приобретение жилья тоже непременно должны войти сюда, ибо право на жилье каждому россиянину гарантирует Конституция.

Нужен "встроенный стабилизатор"

Я не сторонник слепого копирования и переноса на российскую почву западного опыта. Но есть вещи, которым у Запада совершенно не зазорно поучиться. Имеется в виду огромный опыт обеспечения высокого качества жизни в рыночных условиях. У них все расписано: то, что развитая система социальной защиты требует расходов не менее 20–25% ВВП, что доходы бедных и богатых не должны отличаться более чем в 8–10 раз. Рассчитаны наиболее разумные доли государственных расходов на оплату труда, системы здравоохранения, образования и т.д.

Эти и другие принципы, стандарты для сбалансирования экономики не менее важны, чем макроэкономические показатели. К сожалению, у нас развелось слишком много политиков и экономистов, которые охотно говорят о дефицитах и профицитах, о мультипликаторах и индексах-дефляторах, но не способны видеть за всем этим простого человека с его нуждами. Это напоминает СССР, где поклонялись валовым объемам выплавки стали и чугуна, полагая, что вот еще немного выплавим – и наступит коммунизм.

Когда "Справедливая Россия" говорит, что у нас в стране недоплачивают за труд как минимум втрое, мы берем это не с потолка, а основываемся на прецедентах. У нас доля зарплаты в ВВП – немногим более 20%, в развитых странах – 60–80. А когда говорим, что пенсии должны составлять не менее 50% заработка (мы докатились до 24), тоже отнюдь не фантазируем, а сверяемся со стандартами Международной организации труда.

Нас обвиняют в популизме. Но, во-первых, никто не предлагает повышать зарплаты и пенсии в один день. Но ясные и обязывающие социальные ориентиры для конкретной работы государство просто обязано поставить перед собой и перед работодателями.

Во-вторых, надо очень внимательно посмотреть, что реально, что нереально. Почему, к примеру, Латвии, Литве оказались по силам европейские пенсионные стандарты, а России нет? Разве у них нет таких проблем со старением населения? Есть. А вот чего нет, так наших чиновников, которые цинично относятся к пенсионерам, считая их "балластом для экономики".

В-третьих, не надо заводить заезженную пластинку, что повышение зарплат якобы фатально вызывает рост цен и инфляцию. Этого не происходит, если одновременно идет работа по снижению издержек производства и перераспределяется предпринимательский доход. Кроме того, высокие зарплаты стимулируют экономический рост, увеличивая платежеспособный спрос. А вот низкие зарплаты сдерживают и рост, и новые технологии. Зачем их внедрять, если можно набрать побольше дешевой рабсилы? Другое дело, что проведение политики на повышение доли оплаты труда в ВВП требует гораздо более квалифицированной работы, нежели та, на которую способны правительство и Госдума.

И наконец – главное. "Справедливая Россия" не просто ратует за кардинальное повышение зарплат и пенсий, за расширение социальных программ. Мы четко указываем, за счет чего это можно и нужно делать. Уже давно внесены предложения по трехступенчатому изъятию природной ренты. Это рыночный механизм, выгодный нефтяным компаниям и позволяющий дополнительно получить в бюджет до 1 трлн. руб. Другая идея – госмонополия на производство и оборот этилового спирта. Это еще около 450–500 млрд. руб. ежегодно.

Как важнейший акт социальной справедливости мы рассматриваем введение прогрессивной шкалы налога на доходы физических лиц. Плоской шкалы, какая у нас сейчас, нет ни в одной развитой стране мира. Повсеместно богатые платят по более высоким ставкам. Нам говорят: единая 13-процентная ставка, мол, выводит доходы из тени. Но это спорный вопрос. А вот то, что она мощно работает на социальное расслоение, – факт, доказанный жизнью.

Существенно пополнить бюджет помогло бы и введение налога на предметы роскоши. А начать неплохо бы с себя – сократить зарплаты и льготы депутатов и членов Совета Федерации.

Да, мы предлагаем вещи, которые кое-кому не нравятся. Мы говорим, что общество дошло до той черты, когда уже не обойтись без определенного перераспределения доходов от самой богатой и благополучной части общества к бедной. Для решений такого рода требуется гражданская позиция, честность и политическое мужество. Увы, ничего подобного у нынешнего парламентского большинства, которое бездумно блокирует наши инициативы, нет. Но мы уверены, что в следующем составе Думы будет гораздо больше людей с иной нравственностью и иной психологией. Понимающих, что нельзя бесконечно испытывать терпение народа. Попытки имитировать изменения, ничего не меняя по сути, сохраняя экономику обесцененного труда, сверхприбыли одних и нищету других, могут привести лишь к одному – к нарастанию протестной энергии в обществе. Это чрезвычайно опасно, и это Россия уже проходила.