митрополита Антония Сурожского – как его книги, так и впечатления от личных встреч с ним – оказывают огромное воздействие, укрепляют духовно тех, кто занимается душепопечением в хосписе, преподает в вузе, трудится в области психиатрии и психологии и даже юристов из Военного университета. Доклады об этом прозвучали на первой международной конференции, посвященной осмыслению наследия митрополита Антония Сурожского. Форум состоялся в Москве, в Библиотеке-фонде "Русское зарубежье", 28-30 сентября.
29 сентября священник Христофор Хилл, клирик Андреевского монастыря и настоятель домового храма Святой Троицы при I Московском хосписе, зачитал два доклада об опыте работы с умирающими: своей и соратницы по работе в хосписе Федерики де Грааф, которая не смогла лично принять участие в конференции. Федерика (в православном крещении – Мария) – – голландка. Будучи студенткой, "случайно" встретилась в Амстердаме с митрополитом Антонием и переехала в Лондон, где более 20 лет жила и работала рядом с ним. Несколько лет назад, получив небольшое наследство, перебралась в Москву, чтобы работать как волонтер с умирающими в I Московском хосписе.
В этой работе она все время опирается на то, чему учил своим собственным примером митрополит Антоний: стяжанию внутреннего молчания, которое помогает увидеть "сияние вечной жизни в глазах каждого уходящего в мир иной человека". Ф.де Грааф на своем опыте переживает, что молчание и сострадание тесно связаны, как говорил ее духовный отец. Он учил забыть о своих собственных переживаниях, настроиться на страдающего и сострадать. Он понимал сострадание не как жалость, но как "творческий подход к горю человека, позволяющий принять его горе на глубине, так, чтобы он был не один в своем страдании". Суть наследия митрополита Антония – и это может быть использовано в любой работе – "борьба за раскрытие сердца навстречу Богу и ближнему", считает сотрудница хосписа.
Именно митрополит Антоний познакомил ее с англичанином, православным священником Христофором Хиллом, и они работают в хосписе вместе уже седьмой год в условиях, которые священник считает "близкими к военным" (с той лишь разницей, что на войне все же есть надежда, что "смерть когда-нибудь кончится"). О. Христофор тоже остановился на теме молитвенного молчания: "В хосписе слова не помогают, надо развивать умение слышать, что владыка Антоний делал гениально". Священник рассказывал о своем трудном опыте: как он учится понимать боль человека, слышать именно боль в обиде, агрессии, унынии, и "принимать" эту боль; о том, насколько популярны в хосписе книги митрополита Антония, наследием которого руководствуется директор I Московского хосписа – Вера Миллионщикова. Участникам конференции важно было услышать размышления священника об исцелении, которое, по митрополиту Антонию, не обязательно связано с излечением от болезни, но с обретением целостности человека, соединившегося с Богом, часто – через смерть. Конечно, в хосписе немыслима пропаганда эвтаназии – о. Христофор коснулся этой темы, видимо, отвечая на некие домыслы. "Хоспис – это не место умирания; это место, где человек достойно живет до самой смерти, и мы не имеем права вмешиваться в этот процесс", – – сказал он. "Чем больше будет хосписов, стоящих на принципах митрополита Антония, тем лучше будет для России", – – отметил он в заключение, и эти слова из уст священника-практика не звучали пафосно.
Известный психолог Федор Василюк посвятил свой доклад категории понимания у митрополита Антония. По словам психолога, у владыки был особый дар не объяснения, но понимания – "всей душой и всем собой", "дар быть ближним". Однако сближение с человеком всегда несет в себе риск: "Так неудобно быть с ближним; гораздо лучше быть с "дальним", а еще лучше – со "средним". Митрополит Антоний принимал этот риск, т.к. в основе его понимания был опыт встречи с живым Христом: как Его он увидел в отрочестве "на расстоянии вытянутой руки", так и другого человека он был способен видеть именно на этом расстоянии, оптимальном для полноты общения.
Психиатр Борис Воскресенский рассказал о том, как антропология митрополита Антония позволяет соотнести духовную жизнь и душевную болезнь. Докладчик очень глубоко раскрыл единство пастырского и врачебного служения митрополита Антония, говоря о нем как о "клиническом психотерапевте", о "трихотомической концепции личности как о наиболее адекватной и полной методологии" клинической психиатрии, о сложных взаимоотношениях веры и болезни и о роли врача-психиатра, взаимодействующего с человеческой личностью, целостность которой нарушена душевной болезнью.
Филолог, преподаватель Библейско-богословского института св. Апостола Андрея Светлана Панич говорила о "другом" языке проповеди митрополита Антония. Этот язык не является оригинальным, он не выстроен с помощью неких "приемов", но является очевидно "другим" – – по отношению к "выхолощенности обыденной речи", десакрализации, обессмысливанию многих понятий христианского обихода, по отношению к "стилизованному православию" (по выражению Н. Бердяева) и к "идеологическому христианству". Исследовательница считает возможным говорить о появлении особого "религиозного новояза", "предназначенного для чего угодно, но не для подлинного религиозного общения". Слово же митрополита Антония всегда "обнажено, правдиво, уязвимо и радикально"; это "взрослый" язык, обращенный к зрелому человеку. Он противостоит и "детскому лепету с его инфантильной мистикой, и старческому брюзжанию с его повышенной склонностью к эсхатологизму", считает С. Панич. Наследие митрополита Антония дает надежду, что "ситуация небезнадежна: пока человек может молиться, словам может быть возвращен их подлинный смысл".
Преподаватель, доцент кафедры теории и истории культуры одного из тверских вузов Анастасия Журавская подробно рассказала о том, как использует она наследие митрополита Антония в преподавании курса "История религий". Интересны ее наблюдения о том, что язык митрополита Антония внятен как верующим, так и неверующим студентам. Именно Сурожский архиерей помогает молодому преподавателю "донести до студентов мысль о том, что все, о чем сказано в Евангелии, – – это сказано о нас и о нашей жизни". А. Журавская особо отметила также, что наследие митрополита Антония дает "замечательный пример терпимости и диалога культур, пример, столь необходимый в данной ситуации".
Заседание завершилось докладом профессора юридического факультета Военного университета Константина Харабета, тема которого звучала несколько неожиданно: "Проблема борьбы с грехом в контексте предупреждения девиантного поведения человека в трудах митрополита Антония". Оказывается, на кафедре этого военного вуза пристально изучают наследие митрополита Антония в свете концепции "духовности как составляющей в формировании мотива преступления". Так, в трудах митрополита Антония специалисты Военного университета находят ценные наблюдения, позволяющие с точки зрения духовности подойти к профилактике девиантного (т.е. греховного, по К. Харабету) поведения. К девиациям (отклонениям) поведения он относит не только наркоманию, алкоголизм и другие пагубные формы зависимости, но и ...бюрократизм. "Митрополит Антоний – убежденный обличитель бюрократизма как одной из самых страшных язв неолиберального общества", – – услышали участники конференции от докладчика. Он отметил также неоценимый вклад митрополита Антония в конфликтологию и предложил включить его проповеди в программу учебной дисциплины "Юридическая конфликтология".
Организаторы конференции – фонд "Духовное наследие митрополита Антония Сурожского" и библиотека-фонд "Русское зарубежье" обещали опубликовать доклады, прозвучавшие на конференции.
Источник: Благовест-инфо
