Православный приход

Ватикан и РПЦ сошлись в том, что христианская Церковь должна участвовать в европейской политике

ПОВОД ДЛЯ ВИЗИТА ГЛАВЫ РУССКОЙ православной церкви во вторую по значимости европейскую католическую страну создал Совет Европы – идея пригласить патриарха возникла еще во время российского председательства в СЕ. За подготовку миссии взялись и светские, и духовные власти. РПЦ, к слову, имеет в Страсбурге приход и даже наделила ее настоятеля игумена Филарета (Булекова) полномочиями своего представителя при Совете Европы. Правда, официально ни одна из конфессий в ранге неправительственной организации в СЕ не зарегистрирована. Хотя следует отметить, что слухи о возможности проведения исторической встречи Патриарха Московского и Папы Римского взросли именно на страсбургской почве – европарламентарии не прочь войти в историю в качестве замирителей Церквей. Но Святой престол и патриархия явно не торопятся представить ПАСЕ такую возможность, справедливо считая встречу иерархов событием века, в котором участие и влияние светской власти должно быть сведено к минимуму. Более того, Церковь не только стремится оградить себя от влияния извне, но и пытается сама играть на чужом поле, все активнее вмешиваясь в решение политических вопросов. И в этом стремлении Рим и Москва едины, так что слова о координации усилий, которые произносят представители обеих Церквей, следует, похоже, понимать буквально.

Можно только подивиться, насколько насыщенной оказалась программа визита. Четыре дня, в которые вместились десятки встреч, молебны, посещение исторических мест, приемы, пресс-конференции, выступления. В Нотр-Дам де Пари патриарх поклонился христианской святыне – Терновому венцу. Службе коммуникаций патриархии, правда, пришлось потом опровергать появившиеся в западных СМИ заявления о проведении совместного богослужения. Впрочем, и западных журналистов можно понять – происходящее сильно напоминало совместную литургию. Судите сами: собор был полон (несколько тысяч верующих), половина зала по католической традиции села на скамьи, вторая – по православной – осталась стоять. После торжественного выноса святыни католиками православные установили под Венцом икону (список) Владимирской Богоматери...

Но, пожалуй, самым ярким событием стало выступление Алексия II перед депутатами Парламентской ассамблеи. Его Святейшество – первый из религиозных лидеров, не просто выступивший в ПАСЕ, но и ответивший на вопросы зала (они, правда, были согласованы заранее). В выборе такой формы общения, несомненно, был тонкий расчет: православие становится популярным в Западной Европе именно по причине, как здесь говорят, большей искренности. К слову, за последние пятнадцать лет численность католиков в Европе упала с 80 до 51 процента, атеистов же, напротив, стало больше (31 процент вместо 23). На этом фоне православная Корсунская епархия под руководством архиепископа Иннокентия (Васильева) растет день ото дня: сегодня она насчитывает 34 прихода (во Франции, Италии, Испании, Швейцарии и Португалии), два женских монастыря и три мужских.

Как поведал "Итогам" архиепископ Страсбургский Жан-Пьер Гралле, "православие привлекает красотой литургии, а также культом святых и ангелов. Думаю, что оно способно вернуть Церкви заблудшие души – те, что уже не знают, христиане ли они вообще. И это хорошо. Я верю, что Дух Божий должен возрастать пропорционально силе Веры. Я также надеюсь, что православная Церковь будет крепчать. И я могу в этом помочь. У нас нет конкуренции – все под Богом ходим, конкуренция же всех погубит".

Словом, в чем-чем, а в том, что христианская Церковь вновь должна играть активную роль в европейской политике, сходятся и Святой престол, и патриархия. Недаром в Страсбурге помимо переговоров с руководством Совета Европы и выступления на сессии ПАСЕ у патриарха была запланирована встреча с премьером Сербии Воиславом Коштуницей. К слову, Алексий II ответил во Дворце Европы на два вопроса, посвященных ситуации в Косово. Смысл ответов сводился к тому, что без учета сербской позиции проблему не решить – точка зрения, неоднократно озвученная Кремлем. Кстати, и Ватикан не упускает возможности повысить свой авторитет на поприще дипломатии: месяц назад Бенедикт XVI встречался в своей загородной резиденции с президентом Израиля Шимоном Пересом. Разговор, понятно, шел об арабо-израильском урегулировании и о визите Папы на Святую землю.

Другое дело, что в отличие от Святого престола, который принужден вести диалог и с представителями иных религий, и со светской властью в одиночку (как субъект, облеченный государственным статусом), РПЦ явно сделала выбор в пользу тесного сотрудничества с властью. Такой тандем для Запада нетрадиционен, а для России – вполне: достаточно вспомнить уваровскую триаду "Православие – Самодержавие – Народность". Но в то время как российские политики от мала до велика под прицелами кинокамер отстаивают храмовые православные службы, Ватикан пытается внести в текст конституции ЕС пассаж о христианских корнях европейской цивилизации. Поддержки эта инициатива пока не снискала, хотя христианские общины на территории Евросоюза по-прежнему сильны и многочисленны, и сосуществуют весьма мирно: в том же Страсбурге практически на одной улице соседствуют протестантская церковь и католическая средняя школа, именуемая институтом. Архиепископ Жан-Пьер Гралле подтвердил: Страсбург всегда был перекрестком Европы. Неудивительно, что на встречу с патриархом он пригласил двух протестантов. Лютеран в городе порядка 200 тысяч душ, есть здесь и весьма влиятельная еврейская община ("У нас с ней самые замечательные отношения", – убеждает архиепископ), мечеть ("Численность мусульман резко возросла в последние десятилетия") и, конечно, католические приходы (около 20 церквей с 1,3 миллиона паствы). Теперь вот появился и православный храм – Всех Святых.

Парижская православная паства куда многочисленнее. Часть ее составляют мигранты и их потомки, многие из которых уже не говорят по-русски, от того службы идут не только на старославянском, но и на французском языке. Как пояснил "Итогам" князь Дмитрий Шаховской, немало и французов – атеистов и бывших католиков. Последних, к слову, привлекает возможность вступления во второй брак (Святой престол разводов не признает).

И все же почва для встречи глав двух крупнейших христианских конфессий готовится – слишком уж мощными оказались вызовы времени. Христианская Церковь в Европе испытывает давление с двух сторон: ислама, множащего число своих приверженцев в геометрической прогрессии, и секулярного подхода. Правда, несмотря на это, оба иерарха не спешат: ведь помимо устранения целого ряда претензий (самая серьезная из которых прозелитизм) существуют и сложности протокола. Как, например, случилось в Нотр-Дам при встрече Алексия II и архиепископа Парижского. Присутствующие не могли не заметить паузы, легкой заминки, вызванной тем, сколькими поцелуями православный и католический иерархи могут приветствовать друг друга – двумя (по французской традиции) или тремя (по русской). Патриарх Московский и всея Руси разрубил гордиев узел, приложившись к щеке кардинала в третий раз.