Лоскутки

Заголовок для ненаписанной статьи: "Распутинщина как широкий путь псевдодуховного возрождения". Да, это путь широкий. И легкий. И очень популярный. Не случайно после фильма "Остров" – фильма на самом деле очень хорошего и миссионерски нужного – начали звонить с телеканалов, просить: "Дайте нам поснимать старца – лучше гонимого, да где-нибудь в глуши, где нет официальной Церкви"...

Проще всего увлечься неким "единственным окном в небо", да еще и объяснить себе, что все остальное – это банальщина, официоз, "мелководье"... Вот только названия этому явлению очень простые – идолопоклонство и эзотеризм. Ни тому, ни другому в христианстве места быть не может. Любой, кто считает, что в одном храме причащаться лучше, чем в другом, – уже встал на опасный путь. А если старец стал "единственным", да еще все другие оказались "не совсем православными" – мы имеем дело уже не с Церковью, а с сектой в буквальном смысле этого слова, то есть с отколовшейся, обособившейся частицей, пусть даже принадлежащей пока к церковному телу.

◆❖◆

Христианин всегда должен быть странником. Длительные остановки на пути, "домашний" застой, бытовая короста – это не для нас. Церковь призвана быть кораблем – плывущим, не останавливаясь, через бурные воды мира сего к берегу Царства Небесного. Невозможно примирить христианство и Церковь с житейской стагнацией, посадить ее на мирскую мель. Мы всегда в движении, всегда поверх волн, ибо не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего (Евр 13:14). И в то же время мы не должны суетиться, превращаясь из паломников, идущих к вечной святыне, в бегающих взад-вперед искателей мирских выгод и удовольствий. Ведь мы странствуем здесь, но твердо знаем, где наш Отчий дом. Именно потому, что идем к нему, мы и не нуждаемся в земных дворцах и крепостях.

◆❖◆

Что проще: воспитывать духовное чадо в каждодневном получении "благословений" – то на учебу, то на звонок матери, то на покупку книги, – или "повозиться" с человеком, научив его принимать решения? Второй путь отнимает время, силы. Но дает гораздо больше радости и спасает священника от духовного плена среди своих же пасомых, каждодневно стоящих в очередях за теми самыми "благословениями". Да, есть люди совершенно "несмысленные", которые действительно не могут сами и шага ступить. Но, по крайней мере, попытаться воспитать не раба и не вечное "чадо", а свободного и взрослого человека – всегда стоит.

◆❖◆

И снова о реформах... Главное – чтобы под ними не скрывалось элементарного приспособленчества, желания стать "своими" миру, с его духовной расслабленностью, с его апатичностью, с его грехами и пороками. И пусть лучшим предостережением для всех нас будет путь некоторых западных православных общин, совершивших духовное самоубийство. Начиналось все вроде бы хорошо: "открытая" Церковь "с человеческим лицом", не властвующая, но служащая, не изолированная, но живущая жизнью общества... Дальше – диктат мирян с их материальными нуждами, дальше – отмирание исповеди, поста, серьезной подготовки к причастию, что становится как бы естественным: ведь все перечисленное мешает "быть как все", быть близкими миру! Результат – духовная смерть. 70 процентов детей и 95 процентов внуков таких православных уже не помнят о вере отцов и дедов. И не надо на них обижаться. Они просто пошли до конца по пути, выбранному их учителями. Те же, если еще живы, не случайно пытаются поучать Церковь в России. У себя они никому не нужны...

◆❖◆

Говоря о христианской этике, светские журналисты, политики, а подчас и священнослужители постоянно упоминают Десять заповедей Моисеева закона. Словно и не было Нагорной проповеди! Словно и не говорилось нам: Всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду, ...всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал, ...не противься злому, ...любите врагов ваших (Мф 5:22,28,39,44)! Сводить христианскую нравственность к ветхозаветной – это все равно что рассуждать о новейших компьютерах, приводя в пример стародавние ЭВМ с перфокартами. Часто, слишком часто, говоря об этике, мы на самом деле ставим в пример ту самую "праведность книжников и фарисеев", о которой Сам Господь нам сказал: если ваша праведность не превзойдет ее, то вы не войдете в Царство Небесное (Мф 5:20). Христианский нравственный идеал – это не удобная для повседневных нужд житейская мораль, не "правила человеческого общежития" вроде работ Дейла Карнеги. И уж тем более не горделивая самоправедность. Это решительный, радикальный призыв к святости – той, что отсекает саму мысль о грехе. Проповедниками именно этого призыва нам надо быть.

"Хороший человек" мира сего – воспитанный, помогающий ближнему, не задающий лишних вопросов, выполняющий все писаные и неписаные законы, верящий "во что-то где-то там" – праведности книжников и фарисеев не только не превосходит, но и не достигает. Его нравственный идеал нельзя назвать христианским, а значит, истинным. И нам не следовало бы под этот идеал подстраиваться. Не забудем, что отвержение Его истины, Его учения Господь прямо связывает с диавольским действием. Древним иудеям, даже уверовавшим в Него (Ин 8:31), но сомневавшимся и не понимавшим Его речи (см. Ин 8:43), он говорит: Ваш отец диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего (Ин 8:44). К апостолу Петру, пытавшемуся "отговорить" Его от крестного пути, Христос обращает те же слова, которые Он сказал на горе искушения: Отойди от Меня, сатана (Мф 16:23)! Помня это, мы должны быть особенно чуткими к любой попытке принизить, "опростить", "инструментализировать" Евангелие, приспособить его к духу этого мира.

◆❖◆

Наши критики любят попенять на то, что большинство наших современников, именующих себя православными, не знают в подробностях церковного учения. Так, между прочим, было и много веков назад. Но не случайно социологи говорят, что людей, обладающих пытливым умом и способных жить убеждениями, – не более 10 процентов. Для большинства же достаточно доверять Церкви, говорить себе: я этого не знаю, но соглашаюсь с тем, чему Церковь учит. Можно не разбираться в тонкостях богословия, но верить жизненным примерам, голосу и делам любви, а главное – принимать в сердце благодать Божию. Если таких людей в народе большинство – он и является православным. Даже если не отличает Флоренского от Флоровского и – о ужас! – не помнит, какой собор что постановил. Воспитать именно таких людей (не забывая, впрочем, об интеллигенции, которой необходима и пища для ума), – задача для нас более важная, чем насыщение интернета тоннами информации.

◆❖◆

Где мера вкуса и разумности в "технической модернизации" нашего клира? Я был приятно поражен, когда мы вселялись с одним архиереем в гостиницу, и тот сразу же спросил: "У вас есть Wi-Fi"? А вот уже неприятно удивила меня фраза одного архимандрита на церковной конференции, который говорил об "интеграции креативного потенциала" православной среды. Через Wi-Fi можно передать что угодно. Но некоторые модные термины несут в себе и свой смысл, не всегда христианский по сути.

◆❖◆

Гражданское общество – это не только интеллигентские посиделки в офисах американских фондов. Вот есть в Вятке настоятель одного храма – отец Александр Перминов. У него окормляются десятки местных байкеров. Решил он поменять на храме табличку – с "Большевистской" улицы на "Казанскую", как было до революции. Вызвали батюшку в районную администрацию, обвинили в самоуправстве. Пишите, дескать, в комиссию по топонимике, пусть там изучают вопрос, а мы его потом рассмотрим... Вскоре вокруг здания, где заседают власти, стали нарезать круги бородатые ребята на мотоциклах. Новая табличка осталась на своем месте. Как правило, без такого гражданского действия мало что в России можно изменить.

◆❖◆

В Москве появляется огромное количество молодых (и не очень) людей, одиноких или "перебивающихся" случайными связями, но предъявляющих крайне высокие требования к материальным условиям для создания семьи. Брак воспринимается прежде всего как способ подняться по имущественно-социальной лестнице, причем минимум ступенек на десять. Скажешь такому молодому человеку или девушке: обрати внимание на того, кто рядом, – реакция следует очень унылая. "Нет, это не тот вариант. Вот я видел(а) такого-то (такую-то) с машиной за сто тысяч, вот об этом еще стоит подумать". Результат – тоска, прожигание жизни, бесконечные поиски пары в богатых странах. Если и удается создать семью с человеком не своего круга, очень часто это в первые же годы заканчивается скандалами и разводами. Виновато же в огромной степени телевидение. Промывание мозгов картинами "шикарной жизни" убивает любовь. Делает человека неспособным глядеть в глаза, а не на модные дорогие "примочки".

◆❖◆

Позднее взросление серьезно меняет характер нашего общества. Один сикхский религиозный лидер как-то сказал, что в его традиции формирование личности должно заканчиваться в десять лет, после чего человек уже сам отвечает за свою судьбу. В традиционном русском обществе юноша или девушка становились взрослыми лет в 14-15. Сейчас образование заканчивается в лучшем случае лет в 25. В худшем – человек превращается в "вечного студента". Я знавал одного раба Божия, который окончил институт, семинарию, академию, поучился в Англии и Америке, а сейчас – приближаясь к шестому десятку – подрабатывает на Западе в качестве внештатного "молодого ученого" (это что-то вроде старшего аспиранта). Что ж, осталось протянуть еще пятнадцать-двадцать лет – и можно будет поступать на курсы для пенсионеров...

Впрочем, бывает и так: человек устроился на работу, вступил в брак, родил детей – и все это будто бы свалилось на него как снег на голову, не встретив серьезного отношения и чувства сопричастности. Инфантилизм порождает массу проблем и одновременно побуждает обвинять в них родителей, общество, духовника, правительство, американский империализм и жидомасонский заговор. Взять в свои руки собственную судьбу инфантил не хочет и боится. Порой единственное, что может изменить его, – это перемена привычной среды и образа жизни, разрыв с застойным спокойствием и с теми, на кого он привык возлагать свои "бремена", в первую очередь бремя ответственности.

◆❖◆

Святитель Московский Филарет писал: "Нет времени, которым не опасаясь можно было бы пренебрегать, ибо во всякое время можно спастись или погибнуть". Одна минута может решить нашу судьбу в вечности, как решила она судьбу благоразумного разбойника. И время – а его у нас, городских жителей, так мало – нужно научиться использовать. Мне, например, приходится править документы и читать новости практически повсюду – в очереди на посадку в самолет, вообще в любой дороге, а иногда, грешным делом – на заседаниях... Но иначе невозможно. Ибо, если ты будешь заниматься этим в "присутственные" часы, ты лишишь себя общения с людьми, которые хотят поговорить о своих нуждах. Причем многие – о срочных вопросах, возникающих по ходу каждого дня. Я давно понял, что в ежедневном расписании нужно оставлять около двух часов на "неожиданные" дела, связанные как раз с тем, что кому-то срочно нужна твоя помощь. Если расписывать весь день по минутам, то ты просто не сможешь откликнуться или будешь вынужден сделать это настолько кратко и формально, что сам такой подход обидит человека.

Вместе с тем необходимо уделять время для молитвы, для чтения, для культуры... И это реально – если только ты твердо решил так поступать. Не могу понять людей, которые говорят на исповеди, что не имеют 15-20 минут на утреннюю или вечернюю молитву, но одновременно грешат привязанностью к телесериалам. "Личное время", если оно вообще должно быть у христианина, – это время для развития ума, очищения сердца, созидания души!

◆❖◆

"Священство выше царства"... Да, выше. Святой Иоанн Златоуст пишет: "Земные властители имеют власть связывать, но только тело; а эти узы связывают самую душу и проникают в небеса; что священники совершают на земле, то Бог довершает на небе". Но не дай нам Бог измерять высоту священства и Церкви политическими мерками, "рейтингами" и "индексами влияния". Высота пастырской и пророческой миссии – не в уровне земной власти, а в том, что Церковь дает – сразу или со временем – оценку всему, что происходит в этом мире, в том числе любым решениям власть имущих. Церковь судит историю. И любой юродивый может оказаться в этом смысле выше, чем царь, президент, олигарх или телевизионная "совесть нации".

◆❖◆

История "мира сего" развивается в сторону усложнения общественных процессов. Законы, нормы политкорректности, расходящиеся интерпретации поведения людей и народов становятся все более хитросплетенными. Проект Евроконституции (240 страниц, 465 статей, 5 протоколов, 3 декларации!) многие избиратели "прокатили" просто потому, что не смогли прочесть. Экономические правила и различные директивы Евросоюза толком неизвестны даже многим его чиновникам. И не случайно, если посмотреть в окна какого-нибудь из зданий Еврокомиссии – правительства ЕС в Брюсселе – там можно увидеть весьма ответственных лиц, часами раскладывающих компьютерные пасьянсы... Вспоминаешь слова Исаии, словно обращенные к Европе: Мудрость твоя и знание твое – они сбили тебя с пути, и ты говорила в сердце твоем: я, и никто кроме меня (Ис 47:10).

Впрочем, некоторые видят в нарастающей сложности глобального управления знак прогресса. И даже удивляются, как человечество жило раньше – наверное, просто прозябало в дремучей темноте? На самом деле, слыша о современных правовых и бюрократических нагромождениях, я исподволь вспоминаю хорошо всем нам знакомые слова: "Где просто, там ангелов со сто, а где мудрено – там ни одного". Верующим людям не нужно усложнять правила поведения в обществе. Чистое, духовно просвещенное сердце заменит им сотни кодексов и тысячи инструкций. Сложность исторического процесса – это лишь еще один знак духовного кризиса человечества. На пороге конца этого мира в нем наверняка будут действовать сложнейшие законы, регламентирующие все до мелочей, но никому не известные и не понятные.

◆❖◆

Отец Георгий Митрофанов рассказывал в интервью об описаниях чудес, которые присылают в Синодальную комиссию по канонизации. Было среди них и такое: по молитве к одному старцу у человека "улучшилось душевное состояние и даже появилось желание работать". Вот ведь что бывает! Редко, правда...

◆❖◆

В кино, театре, литературе нам очень не хватает образа христианина, действующего в обществе, – образа такого, за которым хотелось бы следовать, с которого можно было бы брать пример. Замечательно, что появился фильм "Остров". Но не все могут "лепить себя" с монастырского юродивого. Писатели, сценаристы, режиссеры, актеры! Давайте покажем христианина-политика, христианина-предпринимателя, христианина-офицера, христианина-ученого, христианина-учителя, христианку – мать и супругу! Такие образы сегодня могут сделать больше, чем тысячи умных книг "для знающих"...

◆❖◆

На одной конференции некий лютеранский пастор сказал: "Давайте уберем из Евангелия слово "Бог", и оно станет платформой для диалога с атеистами". Может, тогда лучше вообще о Евангелии не говорить? Там так много "недиалогичного"... Оставить только про левую щеку, да добавить что-нибудь про экологию и демократию. ■