Память святого великомученика Димитрия Солунского

О. В. Иванова

Святой великомученик Димитрий Солунский.

(Статья из т. XV "Православной Энциклопедии", Москва. 2007 г.)

Димитрий Солунский. (почил ок. 306), вмч. (пам. 26 окт.), один из наиболее чтимых святых в правосл. мире, покровитель г. Фессалоника (слав. Солунь). Греки именуют вмч. Димитрия Мироточцем, т. к. его мощи источали миро, а в визант. текстах великомученик часто называется Победоносцем, поскольку большинство чудес вмч. Димитрия связано с оказанием военной помощи. На Руси особо почитается как покровитель воинов и защитник отечества. После Куликовской битвы установился обычай поминовения погибших воинов в ближайшую субботу перед празднованием памяти вмч. Димитрия. Позже эта традиция распространилась на всех усопших православных, и день стал называться Димитриевской родительской субботой.

"Мученичества"

Святой великомученик Димитрий Солунский. Икона XIV в., монастырь Ватопед

Сохранившиеся "Мученичества св. Димитрия" дошли до нас в текстах не ранее IX в. Болландист К. Биэй (де Би) (ActaSS. Oct. T. 4. P. 50-209), а затем И. Делeэ разделили их на 3 редакции, представляющие собой разные стадии формирования агиографической традиции вмч. Димитрия, каждая из которых развивает и обогащает предыдущую.

В основе т. н. Passio prima вмч. Димитрия ("Первого Мученичества"), относящегося к IX в., лежит древнее несохранившееся сказание о великомученике. Это Мученичество, ставшее источником всех последующих, представлено в 3 версиях: в "Библиотеке" Константинопольского патриарха Фотия Cod. 255 (BHG, N 496b; PG. 104. Col. 104-105), в лат. переводе Анастасия Библиотекаря 876 г. вместе с рядом посмертных чудес вмч. Димитрия. (BHL, N 2122), в кратком "Мученичестве" (BHG, N 496, изд. Delehaye. 1909. P. 259-263).

Согласно Passio prima, вмч. Димитрий был ревностным учителем христианской веры в Фессалонике. С прибытием в город рим. имп. Максимиана (имеется в виду Галерий Гай Валерий Максимиан) начались преследования христиан. Перед началом гладиаторских боев Максимиан повелел арестовать вмч. Димитрия, проповедовавшего недалеко от стадиона. Святой был заключен в находящихся неподалеку термах (общественных банях). Любимец Максимиана гладиатор Лий, обладавший сверхъестественной силой, был побежден юным простолюдином по имени Нестор. Разгневанный император вернулся во дворец и, когда ему сказали, что вмч. Димитрий напутствовал Нестора на поединок, он приказал пронзить святого копьями. Ночью благочестивые христиане взяли тело вмч. Димитрия и похоронили его среди развалин рядом с термами, где он был убит. Позднее здесь стали происходить чудеса и эпарх Иллирии Леонтий построил на этом месте часовню-мартирий во имя вмч. Димитрия. Passio prima не содержит никаких указаний ни на социальное положение вмч. Димитрия, ни на духовную дружбу Нестора с великомучеником как в более поздней агиографической традиции (в версии патриарха Фотия связь между победой Нестора и казнью вмч. Димитрия вообще отсутствует).

Анонимное Passio altera ("Другое (иное) Мученичество") вмч. Димитрия, сохранившееся в рукописи Vat. gr. 821, XI в. (BHG, N 497 и 497b – ActaSS. Oct. T. 4. P. 90-95 и в PG. 116. Col. 1173-1184), содержит значительно больше сведений о св. мученике и его страданиях. Автор придал повествованию более логичную форму и добавил новые подробности, происхождение которых остается неизвестным. Эта редакция получила наибольшее распространение в рукописной традиции.

В Passio altera рассказывается о знатном происхождении святого и карьере на имп. службе. Вмч. Димитри носил сан синклитика (сенатора), затем стал анфипатом Эллады и, наконец, был удостоен от императора звания ипата. Вмч. Димитрий открыто проповедовал слово Божие, и многие эллины приходили послушать его на городскую площадь к "портику медников". Он был схвачен солдатами и приведен к императору, которого автор ошибочно называет Максимианом Геркулием (Максимиан, правивший в 286-305 и 307-310). Поскольку император в это время собирался отправиться на стадион, где проходили бои гладиаторов, он отложил суд над мучеником, которого заключили в подземелье терм. Находясь в заточении, вмч. Димитрий крестным знамением умертвил скорпиона. Затем ему явился ангел, возложил венец на голову и призвал готовиться к мученическому подвигу.

Нестор, друг и последователь святого Димитрия, вызвался сразиться с любимцем императора, единоборцем Лием, о котором автор говорит, что он происходил из племени вандалов и победил многих в Риме, Сирмии и Фессалонике. Юноша пришел к вмч. Димитрию в темницу просить молитвенной помощи во время битвы с гладиатором. Тот предсказал ученику победу и мученическую смерть. Сотворив крестное знамение и призвав имя Христово, Нестор вступил в поединок с Лием и убил противника. Когда Максимиан спросил Нестора, какое колдовство тот использовал, чтобы победить Лия, тот ответил, что гладиатор убит ангелом, посланным "Богом Димитрия". После этого Нестор был отведен в зап. часть города и обезглавлен у Золотых ворот. Узнав, что вмч. Димитрий помог победить Нестору, имп. Максимиан приказал предать его такой же смерти, какой погиб Лий: святой был убит ударами копья в темнице. Слуга святого Димитрия по имени Лупп собрал капли крови великомученика в орарь и омочил в ней его перстень. От этих предметов начали происходить исцеления, и, когда молва о них разнеслась по городу, император повелел казнить Луппа. Тело вмч. Димитрия было погребено христианами из страха перед императором на том месте, где он был убит. Много чудес и знамений совершилось у могилы мученика, и слава о святом распространилась по всей Македонии и Фессалии.

Позднее эпарх Иллирика Леонтий, страдавший тяжелым недугом, прибыл в Фессалонику, где был положен поверх могилы вмч. Димитрия и получил исцеление. Леонтий приказал снести старые печи, очистить место от проч. строений и воздвиг храм во имя вмч. Димитрия между общественными банями и стадионом. Он хотел взять часть мощей великомученика в Иллирик, но святой мученик явился ему ночью и запретил трогать мощи. Тогда эпарх увез с собой пропитанные кровью плащ и часть ораря великомученика. По дороге в Сирмий Леонтий неск. дней не мог из-за суровой зимы переправиться через Дунай. Вмч. Димитри явился ему и сказал, чтобы, взяв серебряный ковчег с реликвиями, он без страха переходил реку. Леонтий благополучно переправился на другой берег. Впоследствии на том месте, где колесница Леонтия задержалась в пути, происходило много чудес. В Сирмии (совр. Сремска-Митровица, Сербия) он построил храм во имя вмч. Димитрия недалеко от церкви св. Анастасии, в котором поместил ковчег со святынями.

Passio tertia ("Третье Мученичество" принадлежит прп. Симеону Метафрасту (960-е гг.) и включено в его минологическое собрание под 26 окт. (BHG, N 498, изд. в ActaSS. Oct. T. 4. P. 96-103 и в PG. 116. Col. 1185-1201). Сочинение Метафраста, основывавшееся на предшествующих "Мученичествах", расширено главным образом за счет многословия и агиографических топосов, но добавляет и некоторые детали о жизни вмч. Димитрия, прочнее связывает его с Нестором, подробнее рассказывает об обретении нетленных мощей при строительстве храма Леонтием. Сокращенный вариант этой редакции включен в Синаксарь Константинопольской Церкви кон. X в. (SynCP. Col. 163-166).

Полагают, что описываемые в "Мученичестве" события произошли ок. 306 г., т. е. вскоре после издания 4-го эдикта Диоклетиана о преследовании христиан. Леонтия, построившего храм в Фессалонике, отождествляют с Леонтием, эпархом Иллирика, адресатом 2 распоряжений имп. Феодосия II, получивших впосл. силу законов (412 и 413 гг.).

Делеэ, а за ним другие исследователи (Ф. Баришич, М. Викерз, П. Лемерль) подвергли сомнению сведения "Мученичеств" о том, что вмч. Димитрий пострадал в Фессалонике, т. к. древнейшие Мартирологи связывают мученическую кончину его с Сирмием. В Сирийском Мартирологе 411 г. под 9 апр. указана память "в Сирмии Димитрия" (ActaSS. Nov. T. 2. Pars 1. P. LV), а в 3 основных списках Мартиролога блж. Иеронима под этой же датой – "в Сирмии Димитрия диакона" (MartHieron. P. 41, 180). В связи с этим была выдвинута гипотеза, что культ великомученика зародился в Сирмии. Когда в 441 г. Сирмий был разрушен Аттилой, резиденция правителя Иллирика и, вероятно, мощи святого были перенесены в Фессалонику, которая затем стала центром почитания вмч. Димитрия. (Delehaye. 1909. P. 108-109; Vickers. 1974. P. 349-350). Было высказано мнение, что первоначальным днем памяти святого являлось 9 апр., а 26 окт. могло быть датой перенесения его мощей. По мнению П. Шпека, культ вмч. Димитрия был перемещен в Фессалонику еще позже – после разрушения Сирмия аварами в 582 г. (Speck. 1993. S. 387). Далеко не все исследователи приняли эту гипотезу (серьезные возражения высказали греч. археологи, производившие раскопки в базилике вмч. Димитрия).

В древнейших Мартирологах речь может идти о др. мученике по имени Димитрий. Вопрос о месте происхождения культа вмч. Димитрия (Сирмий или Фессалоника) остается нерешенным. Самым ранним бесспорным свидетельством почитания вмч. Димитри я в Фессалонике является строительство в его честь базилики не позже V в. (о различных мнениях относительно времени ее сооружения см. в ст. Димитрия Солунского великомученика базилика в Фессалонике), значительные размеры которой указывают на важность культа этого святого для города уже в то время. Вся агиографическая традиция неразрывно связывает вмч. Димитрия с Фессалоникой: здесь он принял мученическую кончину и совершил большую часть чудес.

Мощи и мироточение

В первом собрании Чудес вмч. Димитрия, составленном Фессалоникийским архиеп. Иоанном в 610-620 гг., содержатся важные сведения о гробнице и мощах святого. В то время было распространено мнение, что мощи его находились в земле под киворием. Из кивория, который почитался как "дом" великомученика, раздавался его голос, и туда шли, чтобы обратиться к нему за помощью (об устройстве кивория см. подробнее в ст. Димитрия Солунского великомученика базилика в Фессалонике). При этом автор не уверен в точном местонахождении мощей. Рассказывая о кивории, архиеп. Иоанн ссылается на местную традицию: "Где, как говорят, под землей лежат всесвятые его мощи" (Чудо I, 1 // PG. 116. Сol. 1217). Однако в другом месте он утверждает, что мц. Матрона (пам. 27 марта) – единственная из фессалоникийских святых, о мощах которой имеются достоверные сведения (Чудо I, 5 // PG. 116. Сol. 1240). В Чуде "О востребовании мощей мученика" архиеп. Иоанн рассказывает, как императоры Юстиниан I и Маврикий (582-602) безуспешно пытались получить частицы мощей святого. Первый получил ответ, что рабочие, пытавшиеся открыть захоронение, были отброшены сверхъестественной силой и императору была отправлена благоухающая пыль, собранная рядом с этим местом. Имп. Маврикию архиеп. Евсевий ответил, что не знает, где находятся мощи великомученика, поскольку он был похоронен тайно, так чтобы об этом могли знать только те, кто участвовал в погребении (Чудо I, 5 // PG. 116. Сol. 1240-1241).

В средневизант. период меняется представление о местонахождении мощей вмч. Димитрия: считалось, что тело святого покоилось в гробнице, помещенной внутри кивория (Idem. S. 105-115, 148-149). В это время серебряный киворий был заменен на мраморный, в котором находился двойной саркофаг святого: внутри гробницы содержался меньших размеров ковчег (Idem. S. 128). C XIII в. упоминаются кенотаф и находящийся непосредственно под ним в земле саркофаг с мощами вмч. Димитрия. (Иоанн Ставракий, Константин Акрополит) (Idem. S. 133).

В X-XI вв. в соч. Иоанна Камениаты (904), Иоанна Скилицы (1040), Анны Комниной (1081) и др. появились сведения о мироточении в базилике вмч. Димитрия. (Macrides. 1990. Р. 194). Поскольку свидетельство Иоанна Камениаты (PG. 109. Col. 528), подвергается сомнению (предполагают, что эпитет "мироточец" добавлен переписчиком), то древнейшим бесспорным известием о мире вмч. Димитрия является Житие прп. Фантина, написанное в кон. Х – нач. ХI в.. Паломники собирали считавшееся чудодейственным благовонное масло и увозили его в специальных сосудах – ампулах, напоминающих по форме раннехрист. евлогии. Древнейшие найденные ампулы датируются XI-XII вв., они имеют изображение вмч. Димитрия с одной стороны, Богородицы, прп. Феодоры Солунской, мч. Нестора или вмч. Георгия – с другой. Воины натирали тело священным миром перед битвой. Получили распространение и иконы с небольшим сосудом для мира (Walter. 1973. Р. 163).

Никита Хониат рассказывает о бесчинствах, которые творили в храме захватившие Фессалонику норманны (1185): они набирали миро в кастрюли, жарили на нем рыбу, мазали обувь и пр. (Nicetae Choniatae Historia / Ed. J. Van Dieten. B., 1975. Pars. 1. P. 306).

С нач. XIV в. по свидетельствам визант. авторов (Никифор Григора, Исидор Глава, Симеон, архиеп. Фессалоникийский) прослеживаются изменения в характере мироточения: миро-елей сменило миро-вода, проистекавшее потоками из колодца, где якобы находилось тело великомученика. Х. Бакирдзис связывает это изменение с перенесением мощей святого (или их значительной части) в аббатство итал. городка Сан-Лоренцо-ин-Кампо близ Сассоферрато. Когда точно произошло это событие неизвестно. В 1520 г., при проведении ремонтных работ в соборе под центральной частью алтаря была обнаружена деревянная гробница с мощами. В надписи на медной табличке (которую исследователи по почерку датировали кон. XII – нач. XIII в.) сообщалось, что эти мощи принадлежат вмч. Димитрию. По мнению Бакирдзиса, мощи были перевезены в Италию в период лат. господства в Фессалонике (1204-1224), и отсутствие в храме мощей породило легенду о местонахождении тела вмч. Димитрия в колодце.

Мироточение прекратилось с превращением базилики в мечеть в 1493 г. Православные сохранили за собой право поклоняться кенотафу вмч. Димитрия, сделанному из мрамора в поствизант. период и установленному в сев.-зап. углу базилики.

В 1978 г. из Сан-Лоренцо-ин-Кампо в Фессалонику была возвращена честная глава вмч. Димитрия, в 1980 г. – основная часть мощей (в Италии осталось 6 больших частиц). Эти святыни были помещены в базилике вмч. Димитрия. Мироточение от мощей в наст. время прекратилось, но раку открывают раз в год 8 нояб. после вечерни и раздают верующим пропитанную ароматизированной жидкостью вату.

В крипте с раннехрист. времен существовал источник св. воды. В Х в. была реконструирована система водопроводных коммуникаций: вода из колодца (действует до наст. времени), который располагался перед сев.-зап. столпом алтаря, проходила через мраморный ковчег, вделанный в лестничную площадку сев. лестницы, соединявшей крипту с алтарем, и вытекала в находившийся в крипте фиал. Г. Сотириу и Х. Бакирдзис полагали, что с возникновением мироточения миро протекало там, где раньше текла св. вода. Им возражает А. Мендзос, ссылаясь на единодушное свидетельство письменных источников об истечении мира из гробницы вмч. Димитрия, а не в крипте.

С раннехрист. периода получило распространение почитание крови великомученика. В алтаре под престолом находилось крестообразное углубление с мраморным ковчегом, внутри которого археологами был обнаружен стеклянный сосуд с засохшей кровью. По мнению ряда исследователей, под алтарем первоначально находилась гробница вмч. Димитрия. (Г. и М. Сотириу, Д. Вакарос).

А. Мендзос предположил, что в средневизант. период содержимое гробницы вмч. Димитрия представляло собой не мощи, а смешанную с землей кровь. Однако, как справедливо заметил Х. Бакирдзис, от подобной реликвии не могло проистекать миро. Сохранились мощевики с кровью великомученика (Великая Лавра, XII в., и др.) и с кровавой землей (Ватопед, 2-я пол. XII в., серебряный с позолотой реликварий имеет форму гробницы вмч. Димитрия и украшен сценами из его Жития), а также энколпионы с кровью и миром XIII-XIV вв. (Британский музей, XII-XIII вв.; Дамбартон-Окс, Вашингтон, XIII-XIV вв.).

Фессалоникийский архиепископ Евстафий (1175-1195/96) сообщал, что вместе с миром из гробницы проистекала и кровь великомученика (Eustathius metr. Thessalonicensis. Opuscula / Ed. Th. E. L. Tafel. Amst., 19642. Р. 171). Он же упоминает о чудесах от перстня вмч. Димитрия. (Idem. Р. 178-179).

Сказания о чудесах вмч. Димитрия

Существует неск. собраний рассказов о чудесах вмч. Димитрия, древнейшими из которых являются 2 первых, созданные в нач. и в кон. VII в. в Фессалонике, именно они легли в основу всех последующих. В них показаны основные черты образа великомученика и характер его подвигов. Автором древнейшего собрания (Собрание I – BHG, N 499-516) является архиеп. Фессалоникийский Иоанн (кон. VI – нач. VII в.), создание его сочинения относится ко времени правления имп. Ираклия (610-641) (Lemerle. 1981. Т. 2. P. 27-34). Собрание Иоанна состоит из 15 тематически подобранных чудес. Первые 3 посвящены исцелениям. Однако, по мнению Шпека, которое большинство исследователей не разделяет, тексты, связанные с почитанием вмч. Димитрия дошли до наст. времени в поздней переработке, сделанной в эпоху возрождения визант. агиографии в IX в.

Чудо 1 "Об эпархе Мариане" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 54-67; BHG, N 500) является очень распространенным и встречается в 20 рукописях Собрания I из 34 сохранившихся. Эпарх Иллирика Мариан стал предаваться чревоугодию, плотским страстям и проч. грехам, от чего тяжело заболел, и никакое лечение не могло ему помочь. Мариан отверг предложенный ему магический амулет, предпочтя спасение души выздоровлению. Тогда во сне ему явился вмч. Димитрий и приказал идти в его храм. Проведя ночь в храме великомученика, Мариан исцелился. Это событие могло иметь место не ранее сер. V в., когда после падения Сирмия резиденцией правителя Иллирика стала Фессалоника. Не исключено, что оно заимствовано Иоанном из более древнего собрания.

Чудо 2 "Об имевшем кровотечение" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 68-71; BHG, N 501) невозможно точно датировать, в нем не названо даже имя исцеленного. Некий военачальник, служивший под властью эпарха Иллирика, страдал сильным желудочным кровотечением. Т. к. он был известен своей верой и кротким нравом, весь город сочувствовал ему, но ни одно лекарство ему не помогало. Находясь при смерти, он попросил отнести его в храм главного защитника города. На вопрос, кто это, он ответил: вмч. Димитрий. В его храме он получил исцеление. Возможно, это чудо также заимствовано из более древнего собрания.

Чудо 3 "О чуме" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 72-82; BHG, N 502) повествует об избавлении Фессалоники от эпидемии чумы, охватившей всю страну. Иоанн подробно описывает эпидемию, от которой умирали и младенцы, и воины, и правители. Уповая на помощь покровителя Фессалоники вмч. Димитрия, люди усердно молились всю ночь в его храме, а наутро многие из них стали выздоравливать, те же, кто остался дома, умирали. Это событие относят к июлю 586 г. (Lemerle. 1981. Т. 2. P. 79).

Следующая группа Чудес (4-7) в Собрании I относится к категории "духовного исцеления", или избавления от заблуждений.

Чудо 4 "О демонах" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 82-86; BHG, N 503) рассказывает о воине, которым овладели демоны, и он не мог молиться. Товарищи отвели его в храм вмч. Димитрия и положили там, а наутро рассудок вернулся к нему.

Чудо 5 "О востребовании мощей мученика" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 87-90; BHG, N 504-504b). Имп. Маврикий потребовал у архиеп. Фессалоникийского Евсевия прислать ему мощи вмч. Димитрия, для помощи на войне. Евсевий отказал императору, напомнив, что еще имп. Юстиниан тщетно пытался получить мощи святого. Тогда служители церкви решили открыть мощи, производя раскопки в предполагаемом месте их нахождения, но были остановлены внезапно появившемся пламенем и голосом вмч. Димитрия, запретившего им делать это.

Чудо 6 "О серебряном троне" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 90-95; BHG, N 505). Во время пожара в храме вмч. Димитрия (см. Чудо 12) был разрушен серебряный киворий над его гробницей – главное украшение храма. Архиеп. Евсевий для возмещения серебра, недостающего на восстановление кивория, решил расплавить трон, находившийся в храме, но одному из священников во сне явился вмч. Димитрий и запретил делать это. Однако Евсевий не поверил ему, тогда Д. С 2-й раз явился священнику, а через 18 месяцев – 3-й, на этот раз обещая позаботиться о кивории. Вскоре к Евсевию обратился некто по имени Мина, а затем и др. жертвователи серебра на восстановление кивория.

Чудо 7 "О пономаре Онисифоре" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 96-99; BHG, N 506) часто встречается в последующих собраниях. Некий юноша Онисифор, в обязанность которого входило зажигать свечи и оправлять лампады в храме вмч. Димитрия, начал красть и продавать свечи, а деньги присваивать. Вмч. Димитрий явился ему во сне, но Онисифор не внял предостережению святого. Однажды ночью он хотел похитить свечи из кивория, но был остановлен голосом вмч. Димитри я из гроба. Онисифор упал, как пораженный громом, а очнувшись, покаялся и оставил греховную страсть. Чудо имело место во времена Евсевия (предшественника Иоанна на церковном престоле Фессалоники), но до того, как он стал епископом, т. е. до 586 г.

Чудеса 8-15 рассказывают о защите Фессалоники от различных бедствий.

Чудо 8 "О помощи великомученика в голоде" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 100-103; BHG, N 507). После снятия осады города (см. Чудеса 13-14), наступил голод, т. к. нападавшие варвары уничтожили посевы и все припасы в округе. К тому же из-за распространившихся слухов, что Фессалоника захвачена, торговые корабли перестали приходить в город. Жителем угрожала голодная смерть. Тогда великомученик явился во сне Стефану, капитану кораблей с хлебом, идущих в Константиполь, и велел ему изменить курс и плыть в Фессалонику. Святой шел по морю впереди корабля и указывал путь. Когда капитан прибыл в город, он рассказал о видении. Вмч. Димитри впервые проявил чудотворную силу вне стен Фессалоники. Событие датируется осенью 586 г.

Чудо 9 "О помощи мученика в голоде другой раз" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 103-108; BHG, N 508) имеет много общего с предыдущим. Великомученик направил суда с продовольствием в родной город, которому грозил голод, но на этот раз он не являлся купцам, а внушил им идти в Фесалонику. Датируется ок. 610 г.

Чудо 10 "О госпоже Евтаксии" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 109-116; BHG, N 509-509b). Рассказ относится ко времени кровопролитной гражданской войны при имп. Фоке (602-610), начавшейся на Востоке (М. Азия, Киликия), а затем перекинувшейся на Иллирик и Фессалонику. Одному человеку, недавно прибывшему в город и еще не знакомому с ним, приснилось, что он находится в храме вмч. Димитрия, в левой части которого был киворий необычайной красоты. Он спросил, что это за сооружение, и ему ответили, что, по слухам, там покоится вмч. Димитрия. Человеку захотелось заглянуть внутрь, и ему отворили врата кивория. Там он увидел некое подобие серебряного ложа, в изголовье которого был золотой престол, усыпанный драгоценными камнями, а на нем восседал сам вмч. Димитрий. В нижней части ложа был др. престол из серебра, на котором сидела красивая знатная женщина. Она поднялась и сделала шаг к двери, но святой остановил ее и просил не покидать город, который нуждается в ней. Видевший сон поинтересовался, кто она, и получил ответ, что это некая Евтаксия. Она послана Богом в спутницы вмч. Димитрия. Сон был истолкован как знак того, что великомученик не позволяет Евтаксии (имеется в виду персонификация: греч. благочиние) покинуть город, переживающий междоусобицу. Это чудо содержит самое детальное описание кивория, предполагаемого надгробия вмч. Димитрия.

Чудо 11 "О богохульствующем эпархе" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 116-120; BHG, N 510), возможно, это чудо помещено в Собрании I не на своем месте, т. к. относится скорее ко 2-й группе чудес (духовное исцеление). Центральной фигурой здесь снова является некий эпарх Иллирика, который был очень надменным и презрительно обращался с гражданами. Когда он дошел до богохульства, то в наказание был поражен болезнью: его тело покрылось страшными язвами. Так он страдал почти год, и был избавлен от болезни только после того, как со слезами исповедовался в храме вмч. Димитрия. Это чудо относится ко времени ок. 586 г. (Lemerle. T. 2. P. 79).

В Чудесах 12-15 содержится описание военной помощи, оказанной вмч. Димитрием городу. Все они касаются исторических событий, свидетелями которых были современники архиеп. Иоанна.

Чудо 12 "О возгорании кивория" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 120-129; BHG, N 511). На 2-й день праздника в честь вмч. Димитрия (26 окт.) в ночь на 28 окт. киворий загорелся, и расплавленное серебро потекло рекой по полу. Разбуженные горожане бросились тушить пожар. Когда огонь был потушен, а горожане еще не разошлись, служители церкви стали опасаться, как бы не ограбили храм, и не знали, как вывести из него людей. Тогда вмч. Димитрий внушил одному из них объявить ложную тревогу о нападении варваров. Вскоре толпа рассеялась, и служители стали спокойно собирать расплавленное серебро. Когда же горожане, вооружившись, поднялись на стены города, то оказалось, что слав. войско и в самом деле незаметно подступило к Фессалонике. Бой длился целый день, пока атакующие не отступили. Это чудо содержит самое раннее упоминание о дне памяти святого – 26 окт. Отнести событие к определенному году трудно, а предлагаемые датировки варьируются от 584 до 609 г. (Свод, II 182).

Чудо 13 "Об осаде города" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 130-138; BHG, N 512). Архиеп. Иоанн называет его "главнейшим из чудес мученика", которое спасло Фессалонику от неминуемой гибели. Замыслив причинить как можно больше горя имп. Маврикию, вождь (каган) аваров, собрал подчиненных ему славян и выступил с огромным войском против Фессалоники. Сметая все на пути, войско продвигалось к городу быстрее, чем можно было ожидать. Но вмч. Димитрий наслал на врагов помрачение, так что те приняли крепость мц. Матроны за город и задержались там, только к рассвету обнаружив ошибку. Когда все-таки начался штурм города, вмч. Димитрий появился на стене в снаряжении тяжеловооруженного воина, сбросил копьем первого варвара из поднимавшихся по лестнице на стену. Падая, тот увлек за собой всех остальных. Охваченные страхом, варвары отступили от стен. После первой неудачи авары и славяне плотным кольцом окружили город, Горожан охватил ужас, т. к. они никогда еще не видели вблизи такого количества варваров. К тому же население города сильно сократилось после эпидемии чумы, и спасение казалось невозможным.

Повествование продолжает Чудо 14 "О певце" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 138-158; BHG, N 513-513b). Полагают, что первоначально Чудеса 13-14 представляли собой единый рассказ, который из-за большого объема был разделен на 2 части. В 1-й говорится о том, как вмч. Димитрий не дал варварам внезапно захватить город, во 2-й – как Фессалоника была избавлена от осады. В центре каждого из рассказов лежит чудо, связанное с явлением великомученика для оказания военной помощи, но, кроме того, имеется еще неск. др. чудес святого, которыми объясняются удачи горожан и промахи варваров во время осады. За несколько дней до появления варваров архиеп. Евсевию приснилось, что он находится в городском театре, где некий певец собирался петь о нем и его дочери. Проснувшись, Евсевий догадался, что дочь – это Фессалоника. Зная, что сны такого рода предвещают несчастье, он молился день и ночь. Когда варвары напали на город, он сразу понял, что пророчил певец. В городе не хватало ни людей, ни денег, ни оружия, чтобы отразить атаку.

Но вдруг, к удивлению нападавших, на стенах появились неизвестно откуда взявшиеся воины – это Бог послал на помощь свое войско. Автор подробно описывает осаду, в ходе которой варвары несколько раз были близки к тому, чтобы взять город, но вмч. Димитрий помогал отражать атаки, и нападавшие ни с чем возвращались в лагерь. На 7-й день осады варвары решили предпринять решающее сражение. Однако в назначенный день они неожиданно отошли от стен города, охваченные ужасом. Отступая, они грабили и убивали друг друга. Перебежчики с их стороны рассказали, что накануне видели, как из ворот города выехало войско, во главе которого был "муж огненный и сияющий на белом коне и одетый в белую одежду". Горожане поняли, что это было ангельское войско во главе с вмч. Димитрием. Это событие можно отнести к 586 или 597 г. Большая часть исследователей склоняется к датировке 22-29 сент. 586 г. (Свод, II 186-187).

Чудо 15 "О явлении ангелов" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 159-165; BHG, N 514-516**), последнее чудо в Собрании I, одно из самых известных в визант. и в слав. агиографической традиции. На 3-й день осады одному иллюстрию (эпитет, обычно указывающий на принадлежность к аристократии, в слав. переводах превратился в имя собственное) было видение в храме великомученика: 2 ангела постучали во врата кивория. Врата отворились, и иллюстрий увидел внутри вмч. Димитрия, от которого исходил ослепительный свет. Ангелы передали ему, чтобы он оставил город, который Бог предает в руки язычников. Вмч. Димитрий опечалился и просил ангелов передать Богу его просьбу не отдавать город или позволить ему положить свою душу за жителей города. Ангелы исчезли, и вмч. Димитрий вернулся в гробницу. Наутро варвары были обращены в бегство. Это чудо имеет большое значение для формирования образа святого как защитника отечества, который отказывается покидать город, наказанный за грехи, и вымаливает ему прощение у Бога.

Собрание I представляет собой хорошо продуманную композицию с т. зр. логики и развития сюжета, но не хронологии. Чудеса в Собрании I подобраны без соблюдения хронологической последовательности, так что взаимосвязанные события оказались в разных главах. В Чуде 3 речь идет о чуме, предшествовавшей аваро-слав. осаде, в Чудесах 13-15 – о самой осаде, а в Чуде 8 – о голоде, последовавшем за этой осадой. Чудо 12 рассказывает о пожаре в храме вмч. Димитрия, а Чудо 6 – о восстановлении кивория после пожара. Архиеп. Иоанн описывает чудеса, относящиеся в основном к времени пребывания его предшественника на церковном престоле – архиеп. Евсевия. Сам он мог быть свидетелем некоторых из них, другие же известны ему только по рассказам Евсевия. Чудеса 1, 2 и 4 могли быть заимствованы из несохранившегося более древнего собрания и не поддаются датировкe. Исторические события Собрания I охватывают почти 3 десятилетия и приходятся на периоды правления императоров Маврикия и Фоки. Композиция содержит уникальные свидетельства о походах аваров и славян на Балканы.

Только одна из 34 сохранившихся рукописей Собрания I содержит все чудеса Собрания I и полностью Собрание II (Paris. gr. 1517, XII). В др. рукописях число Чудес и их подбор значительно варьируются. Чаще всего встречается Чудо 1 – 20 раз, реже всего, по 3 раза – Чудеса 9 и 12 (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 31-34). Собрание I – это систематизированный подбор текстов о вмч. Димитрие, положивший начало посвященной ему агиографической традиции. По мере повествования архиеп. Иоанн увеличивает объем конкретных сведений о мученике и его подвигах. Характерной чертой Чудес является подробное описание пребывания мученика в кивории, где у него были ложе и трон, и отсюда он защищал город. В последних главах (Чудо 13-14) Вмч. Димитри впервые предстает в образе воина, сначала пешего тяжеловооруженного, а затем на белом коне с копьем в руках.

Собрание II (BHG, N 516z – 523) возникло как непосредственное продолжение Собрания I. Во введении автор дает основания отнести его составление на 80-90-е гг. VII в. Собрание II сохранилось в единственной рукописи (Parisin. gr. 1517), где оно идет вслед за Собранием I. Ни имя автора, ни его социальное положение неизвестны, т. к. лист с началом 1-й главы утрачен, но из сочинения понятно, что автор был жителем Фессалоники. Собрание II состоит из 6 Чудес и более насыщено историческими сведениями, чем Собрание I. Все Чудеса (кроме 6) связаны с обороной города от варваров.

Чудо 1 "О снаряжении кораблей дрогувитов, сагудатов, велегезитов и других" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 169-179; Свод, II 125-135; BHG, N 517) рассказывает о чудесах вмч. Димитрия, совершенных во время нападения на Фессалонику флота слав. племен. Прежде чем приступить к осаде города, славяне, нападавшие со стороны моря на судах моноксилах (однодревках), опустошили др. области Греции – Фессалию, Эпир, Ахайю, захватили большую часть греч. островов и дошли до берегов М. Азии. Для штурма Фессалоники они приготовили сложные осадные орудия. Когда после 3-дневных приготовлений славяне пошли на штурм, они увидели, как вмч. Димитрий в белой хламиде обходил стену и шел по морю, как по суше. И тогда суда славян стали неуправляемыми, сталкивались друг с другом и переворачивались. Подул встречный ветер, и уцелевшим кораблям не удалось повернуть назад, они едва смогли уйти в сторону. Славяне задумали захватить город изнутри. Их вождь по имени Хацон хотел тайно проникнуть в Фессалонику, но был обнаружен и выдан горожанам. В память об этом существовало изображение (вероятно мозаика или барельеф) недалеко от несохранившегося храма вмч. Димитрия в местечке Ксилон.

Морскую атаку славян на город датируют ок. 615 г. (Свод, II 190-191). Об активных действиях славян на Балканах в первые десятилетия VII в. сообщают и др. визант. авторы, но Собрание II – единственный источник, позволяющий восстановить ход событий в юж. областях полуострова. Во время атаки славяне привели под Фессалонику свои семьи, намереваясь захватить город и поселиться здесь. Их морские операции охватили практически все побережье Греции, включая Пелопоннес, с прилегающими островами, морскую зону Македонии и малоазийские берега. Предварительно славянам необходимо было захватить внутренние области полуострова. То, что Фессалоника уцелела в этих обстоятельствах, воспринималось современниками, как чудо.

Чудо 2 "О войне кагана" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 180-189; Свод, II 135-143; BHG, N 518) хронологически и тематически продолжает Чудо 1. Потерпев неудачу под Фессалоникой, славяне послали множество даров аварам, пообещав дать еще больше, если те помогут им захватить город. Собрав все подвластные ему племена, каган выступил против Фессалоники. Это нападение было еще опаснее предыдущего. Архиеп. Иоанн старался поддержать дух осажденных, он поднимался на стены, призывая уповать на помощь Божию и вмч. Димитрия. Кто-то из горожан, написав на камне имя великомученика, пустил камень на врагов, тот столкнулся с др. камнем, больших размеров, брошенным славянами, и обратил его назад. Оба камня упали на катапульту варваров, что привело к большим жертвам. В тот же день произошло сильное землетрясение, варвары увидели, что стена рухнула, и устремились в город, но, приблизившись, они убедились, что стена стоит, как раньше. Пущенные варварами стрелы оборачивались против них. Неожиданно гавань города заполнилась кораблями с различными припасами. Моряки говорили, что их направил неизвестный чиновник, но горожане сразу поняли, что это был вмч. Димитрий, т. к. в стране еще не знали о внезапном нападении варваров на Фессалонику. Каган, увидев, не может взять город, согласился на выкуп и отступил. Осада длилась 33 дня. Ее датируют 618 г. (Свод, II 196).

Чудо 3 "О землетрясении и о возгорании храма" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 190-197; BHG, N 519). Вскоре после осады, о которой шла речь в предыдущем Чуде, архиеп. Иоанну было видение о землетрясении в городе. Он просил Бога отсрочить наказание до его смерти. Его мольба была услышана. Примерно через месяц после смерти архиеп. Иоанна произошло землетрясение. Толчки продолжались несколько дней, но особенно сильным был первый, так что часть города сразу разрушилась, но никто из горожан не погиб, успев покинуть дома и город попечением вмч. Димитрия. Др. чудом было то, что славяне, находившиеся поблизости, не напали на Фессалонику. Они рассказывали, что когда увидели город разрушенным и ворота открытыми, то, взяв орудия для расчистки завалов, отправились за имуществом горожан, решив, что все погибли. Подойдя ближе, они обнаружили, что город стоит, как и раньше, а на стенах вооруженная охрана. В чем именно состояло чудо, можно толковать двояко: то ли славяне стали жертвой иллюзии, то ли стены действительно рухнули, а вмч. Димитрий их восстановил. Во время бедствия вмч. Димитрий сам являлся для охраны города, и на этот раз он шел в сопровождении др. святых (не названы).

Вскоре после землетрясения загорелся храм вмч. Димитрия. Потушить его не смогли, несмотря на все усилия, и базилика оказалась полностью разрушенной. Фессалоникийцы восприняли это как наказание за грехи, а некоторые решили, что вмч. Димитрий просил Бога покарать его храм, чтобы отвести от города еще большее наказание. Вмч. Димитрий, явившись во сне одному праведному человеку, сообщил, что храм будет восстановлен. Описанные события относят к 20-м или 30-м гг. VII в. (Свод, II 197). Археологическое изучение храма показало, что он сильно перестраивался в VII в. после пожара (Swthr...ou. 1952. S. 66-67, 143-146).

При обследовании храма была открыта и мозаичная надпись под 3 медальонами (в центре вмч. Димитрий, по бокам епископы): "Видишь храм Димитрия, прежде сгоревший, а во времена Льва восстановленный" (Spieser. P. 155). Чудом 3 заканчивается рассказ о событиях времен архиеп. Иоанна. Последующие Чудеса относятся к последующим десятилетиям, и рассказывают о событиях, современником которых был неизвестный автор Собрания II.

Чудо 4 "О голоде и осаде из-за Первуда" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 198-221; Свод, II 144-169; BHG, N 520). Этот текст самый большой в собрании, он является наиболее ценным в историческом отношении. Автор делит его на неск. частей. В основе сюжета – попытка славян, уже давно поселившихся вокруг Фессалоники, захватить город. Поводом для конфронтации был арест находившегося в городе слав. кн. Первуда. Слав. племена окружили город со всех сторон, так что жителям угрожала голодная смерть. Для спасения соотечественников вмч. Димитрий совершил неск. чудес. По его промыслу был пойман Первуд, которому удалось бежать после первого ареста. Затем им было остановлено бегство жителей к славянам из-за сильного голода: вмч. Димитрий внушил славянам продавать горожан в рабство славянам внутренних районов полуострова. Спустя некоторое время, когда в городе остались только самые немощные, т. к. все молодые и сильные отплыли на кораблях за продовольствием в Фессалию, славяне решились на штурм.

Тогда вмч. Димитрий, явившись воочию с жезлом в руке, отогнал врагов от ворот. Благодаря этому чуду и тому, что, несмотря на осадные машины с одной стороны и истощение сил защитников – с другой, враги все-таки не могли взять Фессалонику, они поняли, что у города есть святые заступники. Когда на помощь пришло имп. войско, со славянами был заключен мир. Главным чудом в этом пространном сюжете является обращение слав. мастера-изобретателя в христианство. Некий умелец решил построить необычную осадную машину в виде башни, где могли бы разместиться воины с разнообразным вооружением. Но ему явился вмч. Димитрий, ударил его по лицу, и мастер потерял рассудок. Он бежал в горы, где стал жить как дикий зверь. Придя в себя, он разузнал, кто был явившийся ему святой, и вскоре принял Крещение. Этот важный эпизод намечает новую линию в чудотворениях святого – обращение язычников в христианство. Блокада города славянами заняла 2 года и относится, скорее всего, к 676-678 гг. (Lemerle. 1981. T. 2. P. 128-131; Свод, II 202-203).

Чудо 5 "О междоусобной войне, задуманной против города болгарами Мавром и Кувером" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 222-234; Свод, II. 169-179; BHG, N 521) содержит богатый исторический материал и рассказывает о событиях, не известных по др. письменным источникам. Сюжет относится к переломному моменту в истории Балканского полуострова, когда авары уже не упоминались в источниках, славяне стали важным демографическим элементом, а болгары начинают представлять серьезную угрозу. Из текста видно, насколько быстро менялась ситуация в Македонии и на полуострове в целом.

Часть подданных аварского кагана, потомки захваченных когда-то в плен греков, смешавшихся со славянами и болгарами, решила уйти из каганата и вернуться под власть империи. Перейдя Дунай, они дошли до Фессалоники и стали лагерем недалеко от города. Болгарин по имени Кувер, возглавивший этот исход из каганата, не захотел отпустить народ, стремившийся вернуться в города предков, опасаясь лишиться власти. Люди начали бежать от него в Фессалонику.

Тогда Кувер задумал послать преданного ему человека по имени Мавр в город, чтобы там вызвать "междоусобную войну" и так овладеть городом. Осуществление этого плана предотвратил вмч. Димитрий. Он явился во сне стратигу кораблей Сисинию у о-ва Скиатос и велел ему срочно идти с войском в город, при этом великомученик сделал ветер попутным. Прибытие кораблей Сисиния спасло город. Эти события датируют 80-ми гг. VII в. (Свод, II 206). Сохранилась печать Мавра и др. свидетельства, подтверждающие подлинность сведений.

Этим чудом заканчиваются рассказы об осадах города варварами. По мысли автора, все их попытки овладеть Фессалоникой, были обречены на неудачу, ибо город как дом вмч. Димитрия должен был оставаться нетронутым. Возникали предположения, что Чудо 5 принадлежит др. автору, но издатель "Чудес св. Димитрия" П. Лемерль с этим не соглашался (Lemerle. 1981. T. 2. P. 138).

Чудо 6 "О епископе Киприане" (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 234-241; Свод, II 179-181; BHG, N 522), который отправился из Африки в Константинополь. У берегов Эллады он был захвачен славянами и попал в рабство. Однажды перед ним предстал некий юноша в военной одежде и сказал, что его имя Димитрий и его дом в Фессалонике. Он велел Киприану следовать за ним, но хранить по дороге молчание и не обращаться к нему. Через 8 дней Киприан достиг Фессалоники, и его провожатый исчез. Епископ искал в городе дом воина Димитрия, чтобы поблагодарить его, в храме вмч. Димитрия он узнал своего спутника на иконе и рассказал обо всем архиепископу Фессалоники. По возвращении в Африку, Киприан воздвиг на родине храм в честь вмч. Димитрия, который сам помог ему достать мрамор для строительства. В этом храме многие исцелялись от укуса скорпионов, помазавшись маслом от лампады перед иконой великомученика.

Это чудо выделяется в Собрании II и по языку и по содержанию. Скорее всего, оно принадлежит др. автору и вошло в состав Собрания II позже. Кроме парижской рукописи, оно сохранилось отдельно в афонской рукописи XII в. (Ath. Esph. 44). В нем нет эпитетов, употреблявшихся при упоминании города и вмч. Димитрия, как в предыдущих текстах, и это может указывать на то, что автор не видел лично ни Фессалоники, ни храма. В рассказе нет указаний, позволяющих отнести его к определенному времени, поэтому чудо датируется в пределах VII в. (Свод, II 211). Оно содержит важное свидетельство о распространении почитания вмч. Димитрия на визант. провинцию в Африке – Бизацену, правда, в др. источниках существование там храма вмч. Димитрия не зафиксировано. Если до этого рассказа чудеса совершались мучеником в городе или для города, то на этот раз география его чудотворений значительно расширилась.

Хронологически Собрание II делится на 2 части, в 1-й события происходят в 10-20-х гг. VII в., а во 2-й – в 80-х гг. VII в. В 1-й ч. (Чудо 1-3) речь идет о событиях времен архиеп. Иоанна, автора Собрания I. Она, видимо, составлена на основе письменных источников (Lemerle. 1981. T. 2. P. 84). 2-я ч. (Чудеса 4-5) написана неизвестным автором-очевидцем происходившего. Только условно к Собранию II можно отнести Чудо 6, которое могло быть присоединено к нему составителем парижской рукописи XII в. (Ibid. P. 169). В целом Собрание II отличается богатством фактического материала и точностью свидетельств, что сближает его с историческими трудами визант. авторов, такими как "Монемвасийская хроника" или рассказ об осаде славянами г. Патры в трактате "Об управлении империей" имп. Константина VII Багрянородного. П. Лемерль называет Собрание II "городской хроникой" (Ibid. P. 174). Автор подходит к описанию чудес более формально, возможно потому, что почитание великомученика было широко распространено и не нуждалось в поддержке. Вероятно, по тойже причине Собрание II сохранилось в единственной рукописи, уникальной по отношению к димитриевской рукописной традиции. Она содержит только тексты, посвященные вмч. Димитрию (кроме чудес, Passio altera, гомилию имп. Льва VI, энкомии архиепископов Фессалоникийских Иоанна и Иосифа),и была написана, видимо, в Фессалонике как первая попытка создать Corpus Demetrianum (Lemerle. 1979. Т. 1. P. 34-35).

Собрание III (ActaSS. Oct. T. 4. Col. 190-197; PG. 116. Col. 1383-1398; BHG, N 524-531) составлено во 2-й пол. X в. неизвестным автором. В рукописи Paris. gr. 1517 оно следует за Собранием II и имеет заглавие "Рассказ о чудотворениях, совершенных в разные времена и разных местах святым и всеславным великомучеником Димитрием" (Lemerle. 1981. T. 2. P. 203). География чудотворений Д. C. в этом собрании значительно расширяется: они происходят в Константинополе, во Фракии, в Греции, в Македонии и в Каппадокии (М. Азия). Собрание III содержит 5 коротких рассказов о чудесах. 1. Исцеление слепого в храме Богородицы (называемом "Ойкономион") в Константинополе, имевшем мозаичную икону вмч. Димитрия. 2. Поездка слепого из Адрианополя за исцелением к могиле вмч. Димитрия в Фессалонике. 3. Прибытие паломников из Италии в Фессалию, где вмч. Димитрий предупреждает их о захвате Фессалоники агарянами, и они идут в Константинополь (относится к 904 г., когда город был захвачен арабами). 4. Недалеко от Фессалоники находились источник и храм вмч. Димитрия, именуемый "Источник", или Гермогенис. 5. Явление вмч. Димитрия крестьянину в Каппадокии, и строительство там храма в честь великомученика. Остальные чудеса Собрания III (кроме Чуда 3), трудно отнести к определенному времени. В целом оно свидетельствует о том, что в X в. почитание вмч. Димитрия было распространено почти во всех провинциях империи и за ее пределами.

3 первые собрания содержат новые Чудеса, не повторяя известных, все последующие переписывали и заново редактировали рассказы из первых собраний, лишь изредка добавляя к ним новые. Из поздних собраний следует отметить произведение митр. Никиты Фессалоникийского (BHG, N 531m; кон. XI – нач. XII в.), которое включает Чудеса из "Мученичества" прп. Симеона Метафраста, полностью Собрание I (кроме Чудес 8 и 11), а также Чудо 6 из Собрания II. Следующее по времени собрание Чудес Иоанна Ставракия, диакона и хартофилакса храма вмч. Димитрия в Фессалонике (BHG, N 532; 2-я пол. XIII в.). Иоанн Ставракий собрал наибольшее количество Чудес вмч. Димитрия. К уже известным по "Мученичеству" и 3 первым собраниям он добавил 4 новых, близких ему по времени: притчу о Виталии (10), Чудо о болг. царе Радомире (14), Чудо о перенесении мантии Мануила Комнина на гроб великомученика в Фессалонику (20) и Чудо о Калояне (21).

2 из них (Чудо о Радомире и Чудо о Калояне) нашли широкое отражение в греч. и слав. иконографии.

Чудо о Радомире Болгарский царь Радомир был человеком лютого нрава. Любимым его занятием была охота, во время которой он травил людей зверями. Доведенные до отчаяния, они молили вмч. Димитрия избавить их от мучителя. Однажды во время охоты, заманив Радомира в труднодоступное место, великомученик явился перед ним на коне и одним ударом сбросил Радомира с коня и пронзил копьем, а затем стал невидим. Речь идет о Гаврииле Радомире (1014-1015), который был сыном болг. царя Самуила и возглавлял борьбу болгар против визант. завоевания. Он был убит двоюродным братом Иваном Владиславом во время охоты, о чем свидетельствуют некоторые исторические источники.

Чудо о Калояне. Болг. царь Калоян (1197-1207), разорив множество городов во Фракии и Македонии, собрался захватить и Фессалонику, где хранились мироточивые мощи вмч. Димитрия. Он подошел к городу и расположился на отдых. Ночью ему явился вмч. Димитрий на белом коне и ударил копьем в сердце. Калоян проснулся с глубокой раной и рассказал видение военачальнику Манастыру. Калоян умер, а его войско, охваченное ужасом, бежало, забрав тело царя.

Калоян был младшим братом создателей Второго Болгарского царства Петра (Феодора) и Асеня (Белгуна). Известно, что он внезапно умер или был убит ночью в своей палатке накануне штурма Фессалоники. Болгары сразу же отступили от города, а убийцы не были найдены. Таинственная смерть Калояна породила много слухов, на основе которых и был записан рассказ Иоанна Ставракия. Легенда об убийстве Калояна вмч. Димитрием встречается и у зап. писателей Альберика и Робера де Клари (XII-XIII вв.).

Следующая по времени редакция Чудес вмч. Димитрия принадлежит Константину Акрополиту (кон. XIII – нач. XIV в.). Она включает большую часть Чудес Собрания I (1, 5, 7, 11, 12, 10, 16, 13-14, 15), 3 Чуда из Собрания II (1, 4, 6), а также притчу о Виталии и Чудо о Радомире из собрания Иоанна Ставракия. Самым поздним было собрание Чудес уроженца Фессалоники, митр. Навпаксткого и Ларисского Дамаскина Студита (почил в 1577) под названием "Сокровище", которое содержало в числе проч. слов религиозно-нравственного содержания Слово о вмч. Димитрие, в котором пересказаны Чудеса из первых собраний (I 8, 1, 12, 13. 15. 17 и II 6), и добавлены 2 новых. Это рассказ о чудесном масле и притча о том, что неким христианам на р. Вардаре явились вмч. Димитрий и свт. Ахиллий, еп. Ларисский, и из их разговора спутники поняли, что святые оставляют свои города туркам. Этот рассказ относится примерно к 1430 г. Сочинение Дамаскина написано простым языком как занимательное чтение. Оно легко воспринималось читателями, чем объясняется его популярность со времени первого издания в 1561 г. до XIX в. Сборник с переводом "Сокровища" на слав. язык и добавлением др. произведений получил название "дамаскин", такие сборники были чрезвычайно популярны у юж. славян, а одним из самых используемых сюжетов в них было слово о вмч. Димитрие. (Петканов-Тотева. 1965. С. 21-23).

Почитание в Византии

Первоначально вмч. Димитрий почитался как местный святой, защитник и покровитель Фессалоники. Среди множества эпитетов, которыми награждался вмч. Димитрий, были "градолюбец" и "градоспаситель". Вмч. Димитрий избавлял город от различных бедствий (голод, эпидемии, землетрясения, восстания) и становился на его сторону в случаях противостояния с центральной властью (Macrides. 1990. Р. 189-191). То, что во время варварских нашествий в VI-VII вв. город устоял под натиском аваров, славян и болгар, не получая никакой помощи извне, а затем выжил в ситуации, когда Македония и почти вся Греция были захвачены славянами, воспринималось современниками как чудо. Именно в эпоху варварских нашествий складывались культы покровителей визант. городов. Богоматерь становится защитницей Константинополя, спасая его от осады 626 г., патроном Фессалоники – вмч. Димитрия. Жители верили, что любые замыслы против города обречены на неудачу, т. к. дом вмч. Димитрия не может быть осквернен. Если же город все-таки становился добычей врагов (в 904, 1185 и 1430), считалось, вмч. Димитрий оставлял его из-за грехов жителей.

Авторитет вмч. Димитрия как защитника Фессалоники был так высок, что его почитание затем распространилось по всей империи. В Чуде I, 9 упоминается, что вмч. Димитрий оказал помощь имп. Феодосию I Великому (379-395) во время похода на имп. Евгения и Арбогаста (394) (PG. 116. Col. 1260). В Житии прп. Ипатия, игум. Руфинианского монастыря близ Халкидона (406 – ок. 446), Фессалоника упоминается в числе наиболее важных центров паломничества (Callinicus. Vie d'Hypatios / Ed. J. M. Bartelink. P., 1971. P. 226). Базилика "А" в Никополе (сер. VI в.) была освящена во имя вмч. Димитрия.

Предпринимались попытки перенести реликвии великомученика и центр почитания в Константинополь. Имп. Маврикий (582-602) потребовал у архиеп. Евсевия прислать ему мощи вмч. Димитрия. Евсевий ответил отказом, пояснив, что еще имп. Юстиниан (527-565) хотел получить мощи святого, но при попытке раскопать то место, где, как полагали, они находились, внезапно вспыхнуло пламя и послышался голос вмч. Димитрия, велевший прекратить работы (Чудо I, 5).

В визант. эпоху в Константинополе насчитывалось 9 церквей, освященных во имя вмч. Димитрия, и довольно известный монастырь (Janin. Eglises et monasteres. P. 88-94). Самым древним храмом, вероятно, была ц. вмч. Димитрия в Девтероне, перестроенная имп. Василием I Македонянином (867-886), где проводились офиц. торжества по случаю праздника в честь вмч. Димитрия. Вообще императоры Македонской династии (867-1056) выказывали особую приверженность культу вмч. Димитрия. Лев VI Мудрый (886-912) построил ц. св. Димитрия в Константинополе и написал 3 гомилии в его честь. Родной город вмч. Димитрия получил при нем экономические привилегии – туда было перенесено подворье болгарских купцов из Константинополя (Magdalino. 1990. Р. 98-201).

Славяне, безуспешно осаждавшие город в VI-VII вв., а затем поселившиеся в его округе, рано познакомились с культом вмч. Димитрия и вскоре стали ревностными его почитателями. Из славяно-греч. среды Фессалоники вышли равноапостольные братья Кирилл и Мефодий, которые перенесли любовь к вмч. Димитрия в большой славянский мир. Впосл. славяне неоднократно пытались "присвоить" себе покровительство вмч. Димитрия, но никогда не отрывали его имени от Фессалоники, всегда называя "Солунским" (Obolensky. 1974. P. 19-20).

Почитание вмч. Димитрия продолжало распространяться в империи в XI-XII вв. В период, когда под властью Комниных была объединена большая часть Балкан, централизация гос-ва и укрепление имп. власти нашли отражение и в культе вмч. Димитрия. Из местного он окончательно приобретает масштаб имперского. Видимо, одновременно происходит трансформация образа вмч. Димитрия в универсального святого воина. Он начинает упоминаться в одном ряду с др. небесными воителями – архангелами Михаилом и Гавриилом, великомучениками Феодором Стратилатом, Феодором Тироном, Меркурием, Прокопием и, конечно же, Георгием Победоносцем. Особая заслуга в "централизации" культа вмч. Димитрия принадлежит имп. Мануилу I Комнину (1143-1180). В марте 1149 г. Иосиф, игум. монастыря Пантократор, склонил императора перенести в столицу чудотворный покров с изображением вмч. Димитрия с гробницы великомученика в Фессалонике. По поручению Мануила I Георгий Скилица составил канон в честь великомученика. Накануне Пасхи вмч. Димитрий перенес усыпанную драгоценными камнями мантию императора в Фессалонику и покрыл им свою гробницу. Это чудо, записанное Иоанном Ставракием и Константином Акрополитом, некоторые исследователи считают своеобразным ответом фессалоникийцев на перемещение реликвии вмч. Димитрия в Константинополь (Macrides. 1990. P. 193).

Во время освобождения Болгарии от визант. господства и создания Второго Болгарского царства братья Петр и Асень предприняли попытку перенести центр почитания вмч. Димитрия в Тырново и сделать святого покровителем Болгарии. Они заявили, что после захвата Фессалоники норманнами в 1185 г. вмч. Димитрий оставил свой город и переместился в Тырново, где была построена церковь в его честь (см. в разд. "Почитание вмч. Димитрия у южных славян и на Руси"). Изображение вмч. Димитрия появляется на монетах болг. царей. На "узурпацию" вмч. Димитрия болгарами последовала визант. реакция: была создана легенда об убийстве в 1207 г. великомучеником царя Калояна, которая появилась в сочинении Иоанна Ставракия, а затем получила широкое распространение в литературе и живописи (Тъпкова-Заимова. 1979. С. 11-12).

В XIII-XIV вв., в период культурного расцвета Византии при Палеологах, отмечено самое широкое почитание вмч. Димитрия. В это время было написано наибольшее количество похвальных слов и гомилий. Визант. историк Никифор Григора даже посетовал, что он вряд ли сможет добавить что-то новое о вмч. Димитрие. Свт. Григорий Палама создал образ молодого вмч. Димитрия, приближенный к идеалу монахов-исихастов. Георгий Палеолог построил монастырь во имя вмч. Димитрия в Константинополе, а Михаил VIII Палеолог (1259-1282) восстановил его после разрушения латинянами. Деспот Фессалоники Димитрий Палеолог (1322-1340) заказал для себя украшенный миниатюрами Минологий (Оксфорд Bodl. Gr. Th. F. 1), в котором есть иллюстрации к "Мученичеству" вмч. Димитрия, небесного патрона деспота: кроме традиц. портрета в образе мученика с крестом в руке и на фоне Фессалоники, имеется еще 6 сцен: святой перед императором, вмч. Димитрий умерщвляет скорпиона, бой Нестора с Лием, смерть Нестора, убийство вмч. Димитрия в темнице и погребение его. (Walter. 1973. Pl. 13)

С VII в., визант. писателями было создано большое количество похвальных слов (энкомиев), поучений (гомилий) и близких им по жанру сочинений в честь вмч. Димитрия. (BHG, N 534-547). Значительная часть их написана для произнесения в день памяти святого. Авторами этих сочинений в основном были фессалоникийские архиереи: Иоанн (кон. VI – нач. VII в.), Фотий (VII в.), Плотин (время жизни точно не установлено: VII, IX и нач. Х в.), свт. Иосиф Студит Исповедник (807-809, 811-815), Никита (кон. XI – нач. XII в.), Евстафий (1175-1195/96), свт. Григорий Палама (1347-1357), Исидор Глава (1380-1396), Гавриил (1397-1425), Симеон (1416/17-1429), уроженцы или жители города: напр., Константин Арменопул (сер. ХIV в.), свт. Филофей Коккин, патриарх Константинопольский (1353-1354, 1364-1376), Макарий Хумн (2-я пол. ХIV в.), свт. Николай Кавасила (почил после 1391) и Димитрий Хрисолор (почил после 1416).

С X в. посвященные вмч. Димитрию похвальные слова были созданы в Константинополе и др. местах известными писателями, философами, гос. и церковными деятелями: имп. Львом VI Мудрым (886-912), архидиаконом и референдарием Григорием (Х в.), Феофаном Керамевсом (XII в.), прп. Неофитом Затворником (почил после 1214), диаконом Григорием (XIII в.), Константином Акрополитом (почил ранее 1324), Феодором Метохитом (почил в 1332), Мануилом Филом (почил в 1345), Никифором Григорой (почил между 1358 и 1361), Иоанном Анагностом (упом. 1430), Марком Евгеником (почил в 1457), Геннадием II Схоларием, патриархом Константинопольским (1454-1456, 1463, 1464-1465) и др.

Наиболее ранее указание на то, что память вмч. Димитрия отмечалась 26 окт., относится к кон. VI – нач. VII в. (Чудо I, 12). Описание праздника сохранилось в более поздних источниках. Согласно "Тимариону" (XII в.), он длился 3 дня, с ночи на 26 окт. В эти дни совершались всенощные службы и торжественные процессии, в которых принимали участие городские власти и многочисленные паломники (Тимарион. С. 30, 32, 34). "День святого Димитрия – такой же большой праздник, как Панафинеи в Афинах или Панионии в Милете; это – величайшее македонское торжество, и стекается на него народ не только тамошний, македонский, но всяческий и отовсюду: греки из разных областей Эллады, мисийские племена, населяющие земли вплоть до Истра и пределов Скифии, кампанцы, италийцы, иверы, луситанцы, кельты из-за Альп. Коротко говоря, даже прибрежье Океана посылает молящихся поклониться этому святому – так велика его слава по всей Европе" (Там же. С. 28). К этому празднику приурочивалась одна из наиболее важных на Балканах осенняя ярмарка (Там же. С. 28-30).

В XIV в. празднику вмч. Димитрия предшествовал пост, 25 окт. крестный ход шел той дорогой, которой святой следовал на мученичество, – от ц. Пресв. Богородицы, называемой "Прибежище", к храму вмч. Димитрия 3 нояб. завершающая церемония закрывала праздник.

Свт. Григорий Палама и Константин Арменопул пишут, что крестные ходы происходили в течение всего октября. Кроме того, каждую неделю совершалось 3 службы в честь вмч. Димитрия: в воскресенье – память его мученической кончины, в среду – его рождения, в пятницу – совместное празднование с Божией Матерью в ц. Богородицы Ахиропиитос. При архиеп. Симеоне Фессалоникийском с 19 по 26 окт. совершались особые службы, составленные по образцу служб Страстной седмицы, а день памяти великомученика уподоблялся Пасхе (эта традиция была возрождена в 1979). Попразднство, вероятно, также длилось неделю.

Значительное почитание вмч. Димитрия в наст. время в Греции связано с тем, что освобождение Фессалоники от турок в 1912 г. произошло в день памяти святого. В Греции насчитывается 547 приходских церквей, освященных во имя вмч. Димитрия.

На Западе почитание вмч. Димитрия распространилось под влиянием Византии в Италии (напр., фреска с изображением вмч. Димитрия в ц. Санта-Мария Антиква в Риме, ок. 649 г.). Римский Мартиролог дважды упоминает вмч. Димитрие под 9 апр. (как и Сирийский Мартиролог) и под 8 окт. (происхождение этой даты не установлено). Именно память 8 окт. вошла в более поздние Мартирологи (напр., в Мартиролог Флора сер. IX в.) и затем утвердилась в Зап. Церкви. В IX в. Анастасий Библиотекарь перевел "Мученичество" с Чудесами вмч. Димитрия на лат. язык в работе, посвященной Карлу Лысому. В результате крестовых походов и роста культурного обмена с Византией возросло почитание вмч. Димитрия на Западе. Так, согласно Хронике Петра Тудебода, вмч. Димитрий вместе с великомучениками Георгием и Феодором возглавляли христ. войско во время Антиохийской битвы в 1098 г. Крестоносцы привезли в Европу иконы и реликварии с изображением вмч. Димитрия. (Grabar. 1950. Р. 1-28). Самыми известными являются иконы XII – нач. XIII в. в соборе Сан-Марко в Венеции: вмч. Димитрий в полный рост в тунике и вмч. Димитрий-воин, сидящий на троне с мечом (LCI. Р. 41-45).

Ист.: BHG, N 496-547z; ActaSS. Oct. T. 4. P. 50-209; PG. 104. Col. 104-105; PG. 116. Col. 1081-1426; Tougard A. De l'histoire profane dans les Actes grecs des Bollandistes. P., 1874. P. 8, 80-205Lemerle P. Les plus anciens recueils des Miracles de Saint Dйmйtrius et la pйnйtration des Slaves dans les Balkans. Vol. 1: Le texte. P., 1979; Speck P. De Miraculis Sancti Demetrii qui Thessalonicam profugus venit oder Ketzerisches zu den Wundergeschichten des heiligen Demetrios und zu seiner Basilika in Thessalonike. Bonn, 1993 (Poik...la Buzantin?. T. 12. Varia 4); idem. Nochmals zu den Miracula Sancti Demetrii. Die Version des Anastasius Bibliothecarius. Bonn, 1994 Чудеса св. Димитрия / Текст, пер. и коммент.: О. В. Иванова // Свод древнейших письменных известий о славянах: (VII-IX вв.). Т. 2. М., 1995. С. 91-211; Житие Димитрия Солунского // БЛДР. СПб., 1999. Т. 2. С. 176-189; Св. Димитрий // Реликвии в Византии и Древней Руси: письменные источники. М., 2006. С. 23-25.

Лит.: Delehaye H. Les legendes grecques des saints militaires. P., 1909. P. 103-109; Grabar A. Quelques reliquaires de Баришиz Ф. Чуда Димитриjа Солунског као историjски извори. Београд, 1953; Janin R. Demetrio di Tessalonica // BiblSS. Vol. 4. Col. 556-564; Петканова-Тотева Д. Н. Дамаскините в Българската литература. София, 1965; Aubert R. Dйmйtrius de Thessalonique // DHGE. Vol. 14. P. 1493-1499; Walter J. St. Demetrius: The Myroblytos of Thessalonika // ECR. 1973. Vol. 5. P. 157-178; Vickers M. Sirmium or Thessaloniki? A critical examination of the St. Demetrius Legend // BZ. 1974. Bd. 67. S. 337-350; Obolensky D. The Cult af St. Demetrius in the History of Byzantine-Slav Relations // Balkan Studies. 1974. Vol. 15. P. 3-20; LCI. 1974. Bd. 6. S. 41-45; Pallas D. I. Le ciborium hexagonal de St.-Demetrios de Thessalonique. // Зограф. Београд, 1979. Т. 10. C. 44-58; Тъпкова-Заимова В. Култът на св. Димитър Солунски и някои въпроси, свързани с византийското културно влияние в балканските и славянските страни // Проблеми на балканската история и култура. София, 1979. С. 5-19; Lemerle P. Les plus anciens Recueils des Miracles de St. Dйmйtrius et la pйnйtration des slaves dans les Balkans. Vol. 2: Commentaire. P., 1981; Spieser J.-M. Thessalonique et ses monuments du IVe au VI siecle: Contribution a l'etude d'une ville paleochretienne. Athenes; P., 1984; Cormack R. Writing in Gold: Byzantine Society and its Icons. L., 1985. P. 50-94; Macrides R. Subversion and Loyalty in the Cult of St. Demetrios // Bs. 1990. T. 51. P. 189-197; Magdalino P. St. Demetrios and Leo VI // Bs. 1990. T. 51. P. 198-201; Kazhdan A. P., Seveenko N. P. Demetrios of Thessalonike // ODB. 1991. Vol. 1. P. 605-606;

А. А. Турилов

Почитание великомученика Димитрия Солунского у южных славян и на Руси. В кирилло-мефодиевскую эпоху

О почитании вмч. Димитрия славянам было известно еще до принятия ими христианства, в период расселения на Дунае, прежде всего в Сирмии (Среме). вмч. Димитрий был одним из небесных покровителей воссозданной в 869 г. Сирмийской (Паннонской) архиепископии, во главе которой стал слав. первоучитель равноап. Мефодий (869-885), уроженец Фессалоники. В ближайшем окружении архиепископа (если не им самим) был создан один из древнейших памятников слав. гимнографии – канон вмч. Димитрию. (см. разд.: Гимнография). 26 окт. в день памяти вмч. Димитрия Мефодий окончил перевод ветхозаветных книг и "святое возношение таиное с клиросомь своим вознес, сотвори память святаго Димитрия" (БЛДР. 1999. Т. 2. С. 80).

Имя вмч. Димитрия помещено в числе святых великомучеников в "Молитве на диавола", относимой исследователями к кирилло-мефодиевской эпохе (Конзал В. Старославянская молитва против дьявола. М., 2002. С. 67, 109), и в "Молитве Св. Троице" (Mares F. W. An Anthologie of Church Slavonic Texts of Western (Czech) Origin. Munch., 1979. P. 70), написанной, вероятно до 1096 г., в Сазавском монастыре в Чехии и следующей в русле кирилло-мефодиевской традиции (Konzal V. Otazniky kolem cirkevneslovanske Modlitby k sv. Trojci i eeskych vlivu na literaturu Kyjevske Rusi // Palaeoslovenica: Pamatce J. Kurze (1901-1972). Praha, 1991. S. 8-23; здесь же обзор мнений о происхождении памятника).

Традиция особого почитания вмч. Димитрия в Среме должна была сохраняться и в позднейшие времена, по крайней мере до XIII-XIV вв., поскольку в кон. IX – нач. XI в. эта область входила в состав Первого Болгарского царства и западноболг. державы комитопулов и здесь существовала епископия, упоминаемая в хрисовуле визант. имп. Василия II (1018) Охридской архиепископии (Снегаров И. История на Охридската архиепископия. София, 1924, 1995р. Т. 1. С. 25-26, 56, 62). Во времена венг. владычества в Среме на месте совр. Сремска-Митровицы до 1334 г. под юрисдикцией Константинопольского патриарха существовал правосл. монастырь во имя вмч. Димитрия. (см.: Gyorffy G. Das Gutenverzeichnis des griechischen Klosters zu Szavaszentdemeters (Sremska Mitrovica) aus dem XII Jh. // Studia Slavica Academiae Scientiarum Hungaricae. Bdpst., 1959. T. 5. S. 73-74; Cирковиz С. Civitas Sancti Demetrii // Сирмиум – Сремска Митровица. Сремска Митровица, 1969. С. 59-68).

В XII в. обители оказывал покровительство бан и палатин (позднее недолгое время великий жупан Рашки) Белош (Калиz J. Жупан Белош // ЗРВИ. 1997. Бр. 36. С. 79), давали жалованную грамоту рус. князья – изгои из Галича – внуки Ярослава Осмомысла Василько и Иоанн-Владимир (Gyorffy. Ibid. S. 54-58). Во 2-й трети ХIII в. монастырь находился во владениях кн. Ростислава Михайловича (сын св. благ. кн. Михаила Всеволодовича Черниговского), которому Срем был пожалован венг. королем.

Память вмч. Димитрия встречается также в месяцесловах хорват. глаголических богослужебных книг архаической традиции – напр., в Миссале 2-й пол. – кон. XIV в. (Vat. Borg. illir. 4. Fol. 163, см.: Джурова А., Станчев К., Япунджич М. Опис на славянските ръкописи във Ватиканската библиотека. София, 1985. N 73. С. 147-148). Это может быть и отголоском кирилло-мефодиевской традиции и остатком почитания великомученика в визант. Далмации.

Болгария

В Болгарии почитанию вмч. Димитрия (при том, что письменные свидетельства об этом немногочисленны) несомненно способствовали как наличие христ. населения еще до офиц. крещения страны в IX в., так и близость к главному центру культа великомученика – Фессалонике. Дополнительным фактором в эпоху Первого Болгарского царства являлось существование центра почитания великомученика в Сирмийской епископии. Ситуацию в Болгарии характеризуют события, связанные с началом борьбы против визант. владычества и создания Второго Болгарского царства (1185).

По свидетельству визант. историков Никиты Хониата и Феодора Скутариота (Никита Хониат. История. P. 485; Теодор Скутариот. Обзорна Хроника // Извори за Българската история. София, 1971. Т. 15. С. 243-244), предводители восстания братья Петр и Асень начали с подготовки общественного мнения. Они построили в Тырнове ц. во имя вмч. Димитрия и во время ее освящения греч. архиереями стали убеждать соплеменников, что святой покинул Фессалонику (в 1185 г. захваченную итал. норманнами) и пришел как помощник и покровитель к болгарам. В доказательство своих слов они предъявляли икону вмч. Димитрия, принесенную из Фессалоники (и, по всей видимости, выдаваемую за "гробную доску"). Этого оказалось достаточным, чтобы склонить народ к выступлению против византийцев.

Имя вмч. Димитрия не входило в болг. царский ономастикон ни Первого, ни Второго Болгарских царств, но во времена последнего он явно почитался как покровитель династии Асеней. Его изображение помещалось на печатях царей Иоанна Асеня I, Борила и Иоанна Асеня II, а также на монетах последнего и деспота Иакова Святослава. На реверсе золотой монеты Иоанна Асеня II вмч. Димитрий представлен коронующим царя и вручающим ему меч (см.: Петров. 1985. С. 335, 336, 339-340). Применительно к Болгарии примечательна (как и в случае с вмч. Георгием) огромная популярность в стране святого, прославленного как греч. воителя против болгар: напр., в болг. иконографии (см. ниже) не менее, чем в визант. и поствизантийской, распространен сюжет "Чуда о Калояне".

Параллельно с распространением офиц. церковного почитания вмч. Димитрия оно рано проникает и в народные верования. Вмч. Димитри фигурирует в охотничьем заговоре, представляющем приписку болг. писца к глаголической Псалтири XII в., найденной в 1975 г. на Синае (Sinait. Slav. 3/N – см.: Tarnanidis I. С. The Slavonic Manuscripts Discovered in 1975 at St. Catherines Monastery on Mount Sinai. Thessal., 1988. P. 93). Сохранившиеся сведения о посвящении вмч. Димитрию в Болгарии (помимо Македонии) монастырей крайне малочисленны: известны обитель в Бобошеве, основанная не позднее 1488 г. и Подгумерский монастырь на Стара-Планине, свидетельства о котором не выходят за нач. XIX в. (Мутафчиев П. С. Избрани произведения. София, 1973. Т. 2. С. 264-269). Свидетельством большого почитания вмч. Димитрия в Болгарии является широкое распространение муж. и жен. имен Димитр, Димитрин(к)а и фамилии Димитров.

Сербия

Ситуация здесь во многом (наличием христ. населения до Крещения страны и близостью к Фессалонике) во многом напоминает болгарскую, но есть и особенности. Имя Димитрий на протяжении всего периода существования серб. государственности не входило в королевский и царский ономастикон, изредка его носили областные правители не самого высокого ранга: в XIII в. – Димитрий-Давид, внук Стефана Немани (прп. Симеона Мироточивого), основатель монастыря Давидовица, в XIV в. – его внук Вратко, отец св. кнг. Милицы (только применительно к данному случаю можно говорить о какой-то семейной традиции наречения имени), 4-й сын кор. Вукашина (см.: Мрнявчевичи), и воевода Димитр, родственник братьев Деяновичей (в 2 последних случаях речь идет о представителях недолговечных династий, возникших в результате распада царства Стефана Душана).

Никто из этих исторических лиц, носивших имя Димитрий, не основал монастыря, посвященного вмч. Димитрию. Не сохранилось сведений о монастырях во имя вмч. Димитрия, основанных серб. правителями из династий Неманичей, Лазаревичей и Бранковичей. Известно, впрочем, что родоначальник первой из них, великий жупан Стефан Неманя посылал богатые дары в храм вмч. Димитрия в Фессалонике (Там же. С. 64). В XII в. в Димитриевском монастыре в Фессалонике существовала значительная серб. иноческая община, члены которой в 1185 г. героически защищали город во время его осады норманнами. Почти нет данных о средневек. монастырях во имя вмч. Димитрия на территории собственно Сербии, лишь в грамоте кор. Стефана Уроша II (Милутина) хиландарскому пиргу Хрусия (1309-1316) упомянут монастырь с таким посвящением у с. Билуша, близ Призрена. Посвященные вмч. Димитрию монастыри, основанные серб. правителями и вельможами, располагаются в основном в Македонии, на территориях, присоединенных к Сербскому королевству в посл. четв. XIII – сер. XIV в.

Наиболее известен среди них Марков монастырь близ Скопье, основанный буд. кор. Вукашином в 1345 г., обновленный его детьми (в т. ч. Марком, по которому обитель получила название) ок. 1366 г. (Там же. С. 110-111), ок. 1337 г. известен соименный монастырь в Кочани (до наст. времени не сохр.), которому "великий слуга" кор. Душана Иоанн Оливер (буд. деспот) пожаловал село (Там же. С. 112). 2 монастыря в честь вмч. Димитрия существовали в XIV в. в районе Велеса – один близ Таора (история его неизвестна, основан до 1348), 2-й около Бабуны, основанный Георгием Мирославом, внуком жупана Страцимира (Там же. С. 121). Вмч. Димитрию посвящена также соборная ц. в Пече, построенная на средства архиеп. Даниила II. К периоду тур. завоевания и владычества в Сербии относится основание только одного монастыря во имя вмч. Димитрия – Велика-Реметы на Фрушка-Горе в Среме (см. Ресмста). Со времени кор. Стефана Уроша I (1243-1276) на 26 окт. приходилась выплата коммуной Дубровника верховным серб. правителям ежегодной дани в объеме 2 тыс. перпер, которая по дате получила название "Светодмитарски доходак" (Диниz М. Дубровачки трибути: Могориш, Светодмитарски и Конавоски доходак, Провижиун брапа Влатковипа // ГСКА. 1935. Бр. 86. С. 1-7; Михаsчиz Р. Трибути // Лексикон српског сред?ег века. Београд, 1999. С. 746-747). Выбор даты был, вероятно, обусловлен тем, что по народным обычаям у юж. славян этот праздник считался основной хозяйственной границей года, когда заканчивались сроки долговых обязательств и договоров и заключались новые (Славянские древности: Этнолингвист. слов. М., 1999. Т. 2. С. 93-94).

Россия

Почитание вмч. Димитрия как популярнейшего визант. святого пришло на Русь не позднее рубежа IX и X вв., еще в языческие времена, вероятно, посредством торговли и войн с Византией, сначала он воспринимался как воплощение идеального воина. В рассказе "Повести временных лет" о походе Олега на Константинополь в 907 г., греки воспринимают рус. князя как воплощение вмч. Димитрия – "и убояшася греци, и реша: несть се Олег, но святый Димитрий послан на ны от Бога" (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 30). С принятием христианства в кон. X в. вмч. Димитрий стал одним из наиболее почитаемых на Руси святых. В "Сказании о Борисе и Глебе" заступничество этих святых сравнивается с покровительством вмч. Димитрия Фессалонике: "Темьже и борета по своемь отечестве и пособита, якоже и великий Димитрий по своемь отечестве. Рек: "Аще убо и веселящемся им с ними бех, тако же и погыбающем им с нимь умьру". Но обаче сий великый милосердый Димитрий о единомь граде сице извеща, а вы не о единомь бо граде, ни о дву, ни о вьси попечение и молитву воздаета, но о всей земли Русьскей!" (БЛДР. 1997. Т. 1. С. 348).

Число средневек. рус. монастырей, посвященных вмч. Димитрию невелико. В честь него в 1051 г. был возведен монастырь в Киеве вел. кн. Изяславом Ярославичем (в крещении Димитрий), который не возобновлялся после взятия города войсками хана Батыя в 1240 г. (Макарий. История РЦ. Кн. 2. С. 157, 170-171; Зверинский. Ч. 3. С. 61, N 1580). В домонгол. время существовал также монастырь во имя вмч. Димитрия в Суздале, упоминаемый в летописи под 1096 г. как митрополичий (Там же. С. 60, N 1577; о позднейших монастырях в честь великомученика см. там же. Ч. 1. С. 135-136. N 171-173; Ч. 2. С. 125-126. N 782-783; Ч. 3. С. 60-61. N 1578, 1579, 1581-1583).

Храмы, посвященные вмч. Димитрию, имелись (иногда несколько) почти в каждом значительном рус. городе. Так, в Новгороде в период независимости было 3 храма, посвященных вмч. Димитрию (на Софийской стороне на Даньславле ул. в Кожевниках, на Торговой стороне – на Славкове ул. и на Лубянице) и придел на хорах в ц. Константина и Елены на Росткине ул. (Смирнова Э. С., Лаурина В. К., Гордиенко Э. А. Живопись Великого Новгорода: XV в. М., 1982. С. 226. Кат. 15). Миро вмч. Димитрия находилось и в серебряном золоченом кресте-мощевике 2-й пол. XVI в. из ризницы Троице-Сергиевой лавры (Николаева Т. В. Произведения мелкой пластики XIII-XVII вв. в собр. Загорского музея: Кат. Загорск, 1960. С. 278-279. N 129).

Вмч. Димитрий считался небесным покровителем псковского г. Гдова, где ему был посвящен городской собор. Псковские летописи приписывают заступничеству вмч. Димитрия неудачу войск Ливонского ордена при осаде Гдова в 1480 г. (Псковские летописи / Под ред. А. Н. Насонова. М.; Л., 1955. Т. 2. С. 58) и швед. армией в 1612 г. (Там же. 1941. Т. 1. С. 119). Из писцовой книги Гдова (между 1584 и 1585, 1587 и 1588) явствует, что в городском соборе в то время находилось 3 почитаемых образа вмч. Димитрия (местный и 2 "против клиросов"), все чрезвычайно богато (в масштабе города) украшенные. На местной иконе помимо оклада с финифтью и камнями были надеты 3 басменные гривны (цаты), 2 серебряных креста и панагия, и привешено 6 золотых монет и пелена, на иконе "против правого клироса" находилась гривна с жемчугом и камнями, панагия и пелена, на второй клиросной иконе 10 серебряных гривен (6 "витых" и 4 басменные), привешены малый золотой и 3 креста, обложенных серебром (Города России XVI в.: Мат-лы писцовых книг / Изд. подг. Е. Б. Французовой. М., 2002. С. 168-169). Храмовая местная житийная икона вмч. Димитрия почиталась чудотворной. В 1614 г., когда Гдов был взят войсками швед. кор. Густава Адольфа, образ загорелся и обгорел "кругом" "в угль". Обгоревшая икона в 1636 г. была привезена горожанами в Псков, где иконописец Авраамий Иванов на "горелой доске" написал "по прежнему" образ вмч. Димитрия "с деяниями" (Псковские летописи. М.; Л., 1941. Т. 1. С. 140). Чтимая икона вмч. Димитрия находилась в XVI в. и в соименном приделе Успенского собора в Коломне, причем учитывая патрональный характер образа и то обстоятельство, что город входил в удел св. блг. вел. кн. Димитрия Иоанновича Донского, нельзя исключить, что это почитание восходило еще к XIV в. По писцовой кн. 1577/78 г. здесь значился "оброз великой мученик Дмитрей празник, локотница на золоте, а венец у него злат глаткой, а у него десять золотых да цата серебряна" (Города России в XVI в. С. 9-10).

Особым почитанием вмч. Димитрий пользовался со 2-й пол. XII в. во Владимиро-Суздальском княжестве. Димитрием был назван в крещении Всеволод Большое Гнездо (род. в 1154), младший сын вел. кн. Георгия Владимировича Долгорукого, (ПСРЛ. Т. 25. С. 58). По этому имени получил название г. Дмитров на р. Яхроме в совр. Московской обл., основанный тогда же отцом на месте его рождения (вероятно, вмч. Димитрий был посвящен первоначально и местный собор). В 90-х гг. XII в. кн. Всеволод Юрьевич построил в своей столице Владимире в составе дворцового комплекса белокаменный собор в честь своего небесного покровителя. В 1197 г. из Фессалоники во Владимир (вероятно, к окончанию строительства Димитрия Солунского великомученика собора во Владимире) была принесена мироточащая "гробная доска" вмч. Димитрия прославившаяся чудотворениями и на новом месте и "сорочка" святого (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 414). Сама "доска", перенесенная (согласно позднему свидетельству) в 1380 г. из Владимира в Москву, сохранилась до наст. времени в местном ряду иконостаса Успенского собора Кремля, но живописное изображение на ней (работы мастера Кирилла Уланова) относится уже к 1701 г. (Христианские реликвии. 2000. С. 118-121. N 28). Вероятно, с обустройством Димитриевского собора связано и появление на Руси серебряного позолоченного реликвария вмч. Димитрия визант. работы 1059-1067 гг. (Там же. С. 115-118. N 27). Современна строительству Димитриевского собора во Владимире также тронная икона вмч. Димитрия, происходящая из собора в Дмитрове и ныне хранящаяся в ГТГ (см. разд. "Иконография"). В составе ВМЧ под 26 окт. (ВМЧ. Окт. Стб. 1912-1913) помещена небольшая заметка древнерус. паломника домонгол. времени с описанием фессалоникийской базилики великомученика (Соболевский А. И. Неизвестный русский паломник // ИОРЯС. 1911. Т. 16. Кн. 1. С. 6-8).

Частицы мощей вмч. Димитрия, миро от них и кровь великомученика неоднократно приносились на Русь церковными иерархами в разное время. Кровь вмч. Димитрия значится среди реликвий драгоценного креста прп. Евфросинии Полоцкой (1161) (Рыбаков Б. А. Русские датированные надписи XI-XIV вв. М., 1964. Табл. XXXI). Мощи вмч. Димитрия находились в серебряном новгородском мощевике рубежа XIII и XIV вв. и в 2 суздальско-нижегородских княжеских нач. XV в. – кнг. Марии 1409/10 г. и кн. Иоанна Даниловича 1413/14 г. (Там же. С. 53-56. N 4, 5), миро – в мощевике новгородской работы 1561/62 г., подаренном игумену Соловецкого монастыря (впосл. митрополиту) свт. Филиппу (Колычеву) Семеном Трусовым (Там же. С. 59-63. N 12) и в кресте-мощевике 2-й трети XVII в. из с. Большие Вязёмы (Христианские реликвии. 2000. С. 136-137. N 37). В ризнице Благовещенского собора Кремля хранится ампула рус. работы кон. XVII – нач. XVIII в. для мира вмч. Димитрия. (Царский храм. 2003. С. 296-297. N 107). В XVII – 1-й пол. XVIII в. частицы мощей вмч. Димитрия находились помимо Благовещенского собора также в Образной палате (опись 1669) и в ризнице новгородского Софийского собора (опись 1736 – Христианские реликвии. 2000. С. 34, 114-115).

В 1369 г. свт. Алексий Московский установил в числе новых седмичных постов Димитриевский в память избавления Москвы от осады вел. кн. Литовским Ольгердом: "положили есмо пост неделю Дмитрову дни, а заговети октябра 19 день" (Бенешевич В. Н. Митр. Алексия "Слово о новых постах" // Библиографическая летопись. Пг., 1917. Вып. 3. С. 105-110; Макарий. История РЦ. Кн. 3. С. 543-544. Коммент. 160; ПЭ. Т. 1. С. 642). Этот пост не укоренился в рус. церковной практике, но возможно, повлиял на установление в скором времени (после Куликовской битвы 1380) празднования Димитриевской родительской субботы. В 1627 г. в Новгороде митр. Киприан по благословению патриарха Филарета установил особое празднование вмч. Димитрия в 4-ю неделю Великого поста, с крестным ходом в ц. великомученика на Славкове ул. по случаю бывшего там чуда, когда в храме слышались церковное пение и колокольный звон (Бегунов. 1998; СККДР. Вып. 3. Ч. 4).

Имя Димитрий наряду с именем Георгий в XI-XVI вв., начиная с вел. кн. Изяслава (Димитрия) Ярославича, занимало одно из самых почетных мест в рус. княжеском (позднее царском) христ. ономастиконе, хотя и неравномерно представлено в разные столетия (см.: ПСРЛ. Т. 14. Указ. С. 48-49). С сер. XII в. наречение этим именем в княжеской среде связано преимущественно с потомками вел. кн. Георгия Владимировича Долгорукого, начиная с Всеволода Большое Гнездо. Порой это имя могли носить 2 одновременно живших брата – вел. кн. Димитрий (Фома) и кн. Димитрий Ноготь Константиновичи Суздальские в XIV в., князья Дмитрий Шемяка и Дмитрий Красный Юрьевичи галицко-звенигородские в XV в. У московской ветви Рюриковичей (потомков св. блгв. кн. Димитрия Иоанновича Донского) в кон. XV – сер. XVI в. имя Димитрий претендует на то, чтобы занять главенствующее место при наречении. Его носили старший сын первенца вел. кн. Иоанна III Васильевича Димитрий Внук, венчанный в 1498 г. на царство, и первенец Иоанна IV Васильевича Грозного, утонувший во младенчестве. Вероятно, последнее обстоятельство, вкупе с мученической кончиной в отрочестве св. царевича Димитрия Угличского, явилось причиной того, что в XVII в., с воцарением династии Романовых, имя вышло из употребления в царской фамилии, полностью сохранив при этом свои позиции в среде аристократии.

С XIV в. имя Димитрий (явно под влиянием ономастической традиции Рюриковичей) получило широкое распространение среди правосл. потомков вел. кн. Литовского Гедимина. Его носили сын Гедимина, волынский (луцкий) кн. Любарт, внук – туровский и городоцкий кн. Димитрий Давидович (Наримантович), двое сыновей вел. кн. Ольгерда, и др. (см., напр.: Яковенко Н. М. Укра?нська шляхта з кiнця XIV до сер. XVII ст.: Волинь i Центр. Укра?на. К., 1993). Со временем вмч. Димитрий стал одним из популярнейших персонажей рус. религ. фольклора. Духовный стих о нем, опирающийся на сюжет чуда о 2 девицах и прославляющий мученика как защитника правосл. земли от иноверных завоевателей, получил в России в XVII-XIX вв. широчайшее распространение (см.: Федотов Г. П. Стихи духовные: Рус. народная вера по духовным стихам. М., 1991. С. 60-61; Бегунов. 1975). Под влиянием этого стиха поверженный царь на ряде рус. икон XVII-XVIII вв. (преимущественно провинциального происхождения), изображающих "Чудо о Калояне", определяется как "царь Мамай" (Рогов А. И. Белградская икона с изображением Дмитрия Солунского и царя Мамая // ССл. 1968. N 5. С. 58-61). Достаточно часто имя великомученика (хотя значительно реже имени вмч. Георгия) упоминается в воинских заговорах и заговорах "на оружие" (см., напр.: Отреченное чтение в России XVII-XVIII вв. М., 2002, по указ.). вмч. Димитрию посвящена одна из ранних рус. пьес – школьная драма "Венец Димитрию", написанная в 1704 г. в. Ростове учителями школы св. митр. Димитрия и тогда же поставленная на сцене силами ее учеников (см.: Берков. 1960).

Славяно-русская агиографическая традиция

Агиографические тексты, посвященные вмч. Димитрию с древнейших времен широко распространены в средневек. правосл. слав. рукописной традиции. "Мученичество" вмч. Димитрия представлено неск. версиями. Наиболее часто встречается перевод дометафрастовского "Мученичества", т. н. Passio altera (BHG, N 497), который был выполнен, вероятно, не позднее нач. X в. (в Вел. Моравии или Болгарии) и известен в десятках списков XIV-XVII вв. (см.: Hannick. Maximos Holobos. S. 127-128. N 74 (предложенная здесь дробная классификация представляется довольно случайной и неточной); Творогов О. В. Древнерусские четьи сборники XII-XIV вв.: Статья 2-я: Памятники агиографии // ТОДРЛ. 1990. Т. 44. С. 205-207), в т. ч. в минейных Торжественниках XIV в. архаического состава – среднеболг. ("Германов сборник" – Бухарест. Б-ка Румынской Патриархии. Слав. N 1; 1358/59), 2 серб. (НБКМ. N 1039; Архив ХАЗУ. III с 24) и русском – ГИМ. Чуд. N 20 (текст издан по первому и последнему: Мирчева Е. Германов сборник от 1358/1359 г.: Изслед. и изд. на текста. София, 2006. С. 365-386; Попов А. Н. Библиографические материалы. N 20 // ЧОИДР. 1889. Кн. 3. С. 25-33), а также в Минеях Четьих и многочисленных сборниках XV-XVII вв., включено в состав ВМЧ (Окт. Стб. 1883-1891).

Известна и др. редакция перевода этого "Мученичества", отличающаяся большей близостью к греч. тексту – в рус. пергаменном сборнике РГБ. Беляев. N 54, нач. XV в. (Творогов. Древнерусские четьи сборники. С. 206-207). Вероятно, в сер. – 2-й пол. XIV в. в Болгарии или в Константинополе был сделан перевод Passio prima вмч. Димитрия. (BHG, N 496, известный по славяно-молдав. списку XV в. из б-ки румын. монастыря Драгомирна, N 1789 (Hannick. Maximos Holobos. S. 128. N 75), и Жития, написанного прп. Симеоном Метафрастом. Последний содержится в 2 сборниках Владислава Грамматика – минейном Торжественнике (Панегирике) 1478-1479 гг. (Болгария. Б-ка Рильского монастыря, N 4/8 – Ibid. N 76) и в рукописи 80-х гг. XV в., почти целиком состоящей из сочинений, посвященных вмч. Димитрию. (РНБ. Вяз. Q. 279 – Христова Б. Опис на ръкописите на Владислав Граматик. Велико Търново, 1996). В сборнике Драгомирна (N 1789) наряду с Passio prima находится еще одно переводное "Мученичество" вмч. Димитрия. (нач.: "В времена же Максимиана мучителя..."), текстология которого остается неисследованной (Hannick. Maximos Holobos. S. 127. N 73). Все эти переводы XIV в. – в отличие от древнейших – получили, насколько можно судить, лишь локальное распространение и не были известны на Руси.

Краткое Житие вмч. Димитрия переведено не позднее сер. XII в. в Константинополе или на Руси в составе Пролога Константина, еп. Мокисийского, др. редакция (в составе Стишного Пролога и корпуса проложных чтений в Минеях служебных) дважды или трижды переводилась юж. славянами в 1-й пол. XIV в., возможно, на Афоне. Вместе с последней было переведено и краткое изложение чудес вмч. Димитрия.

Отдельные повести из циклов чудес вмч. Димитрия (об их составе и источниках см.: Тъпкова-Заимова. 1982. С. 144-153), такие как Чудо о Пребуде и Чудо об ангелах, пришедших к гробнице великомученика (вероятно, вместе с вступлением к Собранию I и Похвальным словом архиеп. Иоанна) были переведены отдельно от жития, возможно, еще в X в. в Болгарии (Д. Е. Афиногенов полагает, что этот перевод был выполнен для Руси в Константинополе в XII в. в составе комплекта студийских дометафрастовских Миней Четьих – см.: Новгородское переводное четье-минейное собрание: Происхождение, состав, греч. оригинал // Abhandlungen zu den Grossen Lesemenaen des Metropoliten Makarij: Kodikologische, Miszellanologische und Textologische Untersuchungen. Freiburg i. Br., 2006. Bd. 2. С 261-283). Перевод сохранился только в рус. списках XV-XVII вв., преимущественно в составе Миней Четьих (старший – РГБ. Вол. N 591, Л. 274-288, посл. четв. XV в.), во 2-й четв. XVI в. в Новгороде включен в ВМЧ, в октябрьском томе которых и опубликован (ВМЧ. Окт. Стб. 1924-1944). Необыкновенно популярное на Руси Чудо о 2 девицах, попавших в плен к сарацинам, греч. источник которого не найден (Тъпкова-Заимова. 1982. С. 152), известное в списках XIV в. и вошедшее в Пролог, принадлежит, вероятно к числу древнерус. переводов домонгол. периода (см.: Соболевский А. И. История русского литературного языка. Л., 1980. С. 146). Редакция Чудес XIII в. фессалоникийского хартофилака Иоанна Ставракия, включающая 28 чудес и переведенная на славянский не позднее сер. XV в. (возможно, на Афоне или в Сербии) представлена только 2 южнослав. ресавскими списками в составе уже упомянутых сборников Владислава Грамматика (Христова. Опис. С. 86, 122) и не получила известности на Руси.

Похвальное слово "и мало исповедание о чудесех" вмч. Димитрия архиеп. Фессалоникийского Иоанна, составителя Собрания I (см.: Hemmendinger-Iliadu D. L'encomion de St. Demetres par Jean, archeveque de Thessalonique // Balkans Studies. Thessal., 1960. Vol. 1. P. 49-56; Тъпкова-Заимова. 1982. С. 153), было переведено, по всей видимости, одновременно и в комплексе с Чудом о Пребуде (см. выше). Оно содержится в восточнослав. Минеях Четьих, начиная с волоколамского комплекта 80-х гг. XV вв. (Сергий (Спасский). Месяцеслов. Т. 1. С. 503) и неизвестно в южнослав. списках (издано по списку ВМЧ. Окт. Стб. 1924-1928). Включенное в ВМЧ (Там же. Стб. 1944-1959) анонимное Похвальное слово вмч. Димитрия представляет перевод части вступления к Собранию I (Тъпкова-Заимова. 1982. С. 145, 154), выполненный, вероятно, тогда же, когда переводились последние. Ок. сер. XIV в. (в 1343 ?) на слав. язык было переведено (в составе "Патриаршего гомилиария" – т. н. Евангелия учительного константинопольского патриарха свт. Филофея Коккина или Каллиста I) Поучение на память вмч. Димитрия. Оно получило широкое распространение в церковнослав. письменности (особенно в восточнославянской), было включено в состав ВМЧ (Там же. Стб. 1876-1883) в XVI-XVII вв. (и позднее у старообрядцев) неоднократно издавалось в составе этого сборника (первое изд. – Заблудов, 1569). Примерно в то же время в Сербии или на Афоне был сделан перевод Похвального слова вмч. Димитрию, написанного свт. Григорием Паламой (нач.: "Мне же зело чьстни быше друзи твои, Боже..."), представленный уже списком ок. 1370 г. из собрания монастыря Крка в Далмации (ныне – Белград, депозит МСПЦ), N 282/64 и рядом др. серб. рукописей XIV-XV вв. (Hannick. Maximos Holobos. S. 128. N 77); в рус. традиции текст неизвестен.

Значительное количество текстов (преимущественно гомилетических), посвященных вмч. Димитрию, создано в IX-XVI вв. слав. авторами. Похвальное слово вмч. Димитрию написано Климентом Охридским (почил в 916), учеником равноапостольных Кирилла и Мефодия, – неясно еще в Вел. Моравии или уже в Болгарии. Оно сохранилось во мн. списках XV-XIX вв. (не менее 25) (Климент Охридски. Събрани съчинения. София, 1970. Т. 1. С. 221-236), преимущественно восточнославянских, к которым восходят и все известные в наст. время южнославянские (сербские). Его событийная канва основана на тексте Passio altera, что, возможно, указывает на время перевода последнего на слав. язык. На рубеже XIII и XIV вв. известный серб. книжник, хиландарский мон. Феодосий, включил рассказ о чудесном убиении вмч. Димитрием болг. царя Калояна во время осады Фессалоники в пространное Житие свт. Саввы Сербского (Teoдocuje Хиландарац. Живот св. Саве. Београд, 1973. С. 101-114); источник рассказа (возможно, устный) близок к повествованию Иоанна Ставракия (см.: Тъпкова-Заимова. 1982. С. 152). Киевский (Западнорусский) митр. Григорий Цамблак в конце жизни (между 1416 и 1419) написал Похвальное слово вмч. Димитрия (нач.: "Прежде Христова плотского смотрения человеком страшна бяше смерть..."), которое по словам митр. Макария (Булгакова) "тихо и спокойно,... и более походит на житие, нежели на церковное поучение" (История РЦ. Кн. 3. С. 505-506). Слово очень широко распространено в восточнослав. рукописной традиции XV-XVII вв. (в т. ч. в составе авторского сб. "Книга Григорий Цамблак" – Дончева-Панайотова Н. Григорий Цамблак и българските литературни традиции в Източната Европа XV-XVII вв. Велико Търново, 2004. С. 246-281), дважды помещено в ВМЧ (под 26 окт. и под 31 июля в составе сборника сочинений этого автора). Есть оно и в 2 ресавских списках, в рукописях Владислава Грамматика – рильском Торжественнике 1478-1479 гг. и сборнике посвященных вмч. Димитрию сочинений.

С именем "Григория, архиепископа Российского" в рус. рукописях XVI-XVII вв. (напр., РГБ. Рум. N 436, нач. XVI в.; Виф. духовная семинария. N 91, 2-я четв. XVII в., и др.) встречается иногда и другое, т. н. "праздничное" слово вмч. Димитрия, которое исследователи с уверенностью также атрибутируют Цамблаку (Бегунов. 1978; Тъпкова-Заимова. 1984). Вероятно, не ранее 1479 г. известный южнослав. книжник греч. происхождения Димитрий Кантакузин написал пространное Похвальное слово своему небесному покровителю (издано: Димитър Кантакузин. Събрани съчинения. София, 1989. С. 78-90), предназначавшееся для произнесения в неустановленном храме, посвященном вмч. Димитрию, и сохранившееся в неск. ресавских по орфографии списках XV-XVII вв., старший из которых находится в сборнике 80-х гг. XV в. РНБ. Вяз. Q. 279 (Христова. Опис. С. 122-123); на Руси это сочинение не было известно. Между 1517 и 1539 гг. на Руси (по всей вероятности, не ранее 1526 г. в Новгороде, в окружении архиепископа свт. Макария) создано "Чудо о Калояне (или Аскалоне) царе", включенное в ВМЧ (Окт. Стб. 1900-1902).

Оно не является переводом с греческого, как это порой принято считать в лит-ре (Бегунов. 1975. С. 158; Тъпкова-Заимова. 1982. С. 152-153), а представляет комбинацию отдельных дословных фрагментов (с изменением их последовательности в сравнении с источником) из главы "О напрасной смерти Стрезовои" пространного Жития свт. Саввы Сербского, написанного Феодосием (см. выше) и принесенного в Москву с Афона в 1517 г. (похвала свт. Савве из исходного текста в рус. переделке "переадресована" здесь вмч. Димитрию – см.: Турилов А. А. Визант. и слав. пласты в "Сказании инока Христодула" // Славяне и их соседи. М., 1996. Вып. 6. С. 96-97. Примеч. 5). На рус. почве с чудесами вмч. Димитрия связан единственный лит. сюжет – редко встречающееся в рукописной традиции "Чудо 1627 г. в новгородской церкви вмч. Димитрия на Славкове улице" (см. выше), записанное, по всей вероятности тогда же в окружении Новгородского митр. Киприана (Бегунов. 1998; СКДР. Вып. 3: (XVII в.). Ч. 4. С. 270).

Лит.: Берков П. Н. Школьная драма "Венец Димитрию" // ТОДРЛ. 1960. Т. 16. С. 323-357; Бегунов Ю. К. Греко-слав. традиция почитания Димитрия Солунского и рус. духовный стих о нем // Bsl. 1975. Т. 36. N 2. S. 149-172; он же. Неизвестные и малоизвестные сочинения Григория Цамблака // Bbl. 1978. Т. 5. С. 311-322; он же. Из истории новгородских легенд XVII в.: "Чудо" Димитрия Солунского в Новгороде в 1627 г. // Русь и юж. славяне: Сб. ст. к 100-летию со дня рожд. В. А. Мошина. СПб., 1998. С. 356-362; Тъпкова-Заимова В. Новооткрити славянски (български) преводи на похвални слова за св. Димитър Солунски // Българско средновековие: Българо-съветски сб. в чест на 70-годипшината на проф. И. Дуйчев. София, 1980. С. 263-264; она же. Похвално слово за св. Димитър Солунски от Григорий Цамблак // Търновска книжовна школа. София, 1980. Т. 2. С. 133-138; она же. Текстове за св. Димитър Солунски в Макариев сборник // Руско-балкански културни връзки през Средновековието. София, 1982. С. 144-154; она же. Празнично слово за св. Димитър Солунски // Търновска книжовна школа. София, 1984. Т. 3. С. 61-65; Петров П. Х. Възстановяване на Българската държава: 1185-1197. София, 1985. С. 77, 78, 80, 81, 86, 333-344 (Прил. 2: Култът към Димитър Солунски в средновековната България); Кожухаров С. Канон за Димитър Солунски // КМЕ. 1995. Т. 2. С. 215-217; Христианские реликвии в Московском Кремле. М., 2000. С. 115-121; Матейко Л. Отъ мьглы лютый и невеждьствие очисти ны // Cyrillomethodiana in honorem A. Blahova et Venceslai Konzai. Praha, 2001. C. 383-403; idem. (Matejko L.) Zivot stredovekeho textu: O tzv. Metodovern kanone sv. Dimitrovi Solunskemu. Bratislava, 2004; Царский храм: Святыни Благовещенского собора в Кремле: Кат. выставки. М., 2003; СККДР. Вып. 3: (XVII в.). Ч. 4. С. 270.