Александр Кырлежев: "Историческая практика Церкви показывает, что Православие де факто признает разные степени благодатности за своей церковной оградой"

В Москве завершилась большая конференция "Православное учение о Таинствах". Мы попросили одного из участников данной конференции рассказать о том, как она проходила и какое значение имела эта конференция для православных христиан. На вопросы портала "Религия и СМИ" отвечал научный консультант Синодальной Богословской комиссии, член оргкомитета конференции Александр Кырлежев

Александр Иванович, как осуществлялась подготовка к данной конференции, каким был ее масштаб?

Подобные конференции Синодальная Богословская комиссия, которую возглавляет митрополит Минский и Слуцкий Филарет, проводит раз в два года. Нынешняя – уже пятая. Тема утверждается Священным Синодом. В данном случае – это "Православное учение о церковных таинствах", тема не только богословская, но и связанная с повседневной жизнью Церкви. Специфика темы задала жесткую структуру конференции: пленарное заседание было посвящено таинствам в целом, затем несколько секции по отдельным таинствам, и в конце – круглый стол по церковно-практическим вопросам. Учение о таинствах рассматривалось в нескольких аспектах: с точки зрения библеистики, патрологии, литургики, канонического права. Для освещения каждой конкретной темы были приглашены специалисты, как отечественные, так и зарубежные. Всего на конференции было прочитано около 100 докладов. Среди докладчиков были ведущие богословы Русской Церкви, а также более 40 иностранных ученых из университетов Тюбингена, Бонна, Мюнхена, Вены, Парижа, Страсбурга, Рима, Милана, Оксфорда, Дарэма, американских университетов, в том числе Йеля и Нотр-Дам. Были представлены православные богословские школы: богословский факультет Афинского университета, Свято-Сергиевский богословский институт в Париже, Свято-Владимирская семинария в Крествуде (США), Православный институт в Кембридже. Участвовал также и недавно назначенный ректор Киевской Духовной Академии епископ Бориспольский Антоний.

В целом научный уровень конференции был весьма высоким, что отмечали как российские, так и иностранные участники. Но и подготовка к конференции была весьма напряженной. В течение года проходили семинары, посвященные различным таинствам, в разных духовных школах Русской Церкви; в семинарах приняли участие представители трех академий, девяти семинарий и двух богословских институтов. Таким образом, в работу были вовлечены региональные научно-богословские силы.

Какое значение имеет конференция о Таинствах для обычного верующего?

Одна из причин, почему была избрана эта тема, состоит в том, что учение о таинствах – это не просто часть догматики, изложенной в учебниках. Речь в данном случае идет о содержании литургических действий, которые совершаются в Церкви каждый день и касаются каждого христианина. Очень важно, чтобы и священнослужители, и миряне хорошо понимали вероучительный смысл таинств и их значение в духовной жизни каждого члена Церкви. Материалы конференции, которые будут изданы в ближайшее время, дадут богатый материал исторического и собственно богословского характера. Такая книга, имеющая систематическую структуру, будет полезна студентам, духовенству и каждому верующему, стремящемуся осознано участвовать в церковной жизни.

Кроме того, в последний день конференции состоялся круглый стол, который вел митрополит Кирилл (Гундяев). В ходе обсуждения были выявлены многие актуальные проблемы совершения таинств. Высказывались предложения создать своего рода руководство для пастырей по этим вопросам. Но это дело непростое и включает в себя не только богословский аспект, но и другие аспекты – дисциплинарно-канонический, литургический, собственно пастырский. Решения по созданию такого рода рекомендаций принимаются, конечно, не участниками конференций, а Священноначалием. А сама по себе дискуссия очень полезна; она показывает открытость нашей Церкви к существующим проблемам и к поиску их решения, что отмечали и некоторые иностранные участники.

Обсуждался ли на конференции вопрос о Крещении младенцев?

Для православной традиции (равно как и для католической) такой проблемы не существует, поскольку ответ на это вопрос уже был дан. Это не дискуссионный вопрос, он возник в ходе Реформации и связан с протестантским подходом к таинствам. Проблема состоит в другом: как поступать со взрослыми, принимающими Крещение; какова должна быть подготовка к этому таинству, иными словами речь идет о проблеме катехизации. В истории Церкви в разные периоды была разная практика. В древности Крещению предшествовала долгая подготовка, включавшая, кроме собственно оглашения, экзорцизмы, пост и молитву; были тайноводственные поучения после крещения. Сейчас, наверное, нужны иные формы подготовки. На конференции, в частности, поднимался вопрос о крещальных литургиях, о необходимости оглашения перед крещением. Но это опять вопросы, с одной стороны, имеющие богословский аспект, а с другой, церковно-практические по характеру.

Насколько правомерна практика перекрещивания христиан, переходящих в православие из других конфессий?

Это тоже вопрос, имеющий два аспекта. На круглом столе было сделано сообщение по этой теме, которая требует специального изучения и осмысления. Здесь приходится считаться с наследием синодального периода, с теми, правилами, которые были установлены еще до революции. Тогда было три чиноприема инославных в Православную Церковь, но сегодня их порой трудно использовать без изменений. Например, лютеране начала ХХ века совсем не похожи на нынешних: те были достаточно консервативны, а сегодняшние порой весьма либеральны – вводят женское "священство" и благословляют однополые "браки". Поэтому нужно пересмотреть эти чины с учетом изменившихся обстоятельств. Все это требует специальных усилий, о чем и была речь в ходе обсуждения на конференции.

В разных храмах РПЦ практикуется разное отношение к исповеди и причастию. Обсуждался ли вопрос обязательности исповеди перед причащением?

Наличие в рамках Православной Церкви различных практик ни для кого не секрет. На конференции обсуждался вероучительный аспект таинств Покаяния и Евхаристии, но были затронуты и упомянутые вами проблемы. Здесь есть разные точки зрения, разные предложения со стороны пастырей. С богословской точки зрения, между таинством Покаяния и таинством Причащения нет прямой, жесткой связи. Но есть русская традиция обязательной исповеди перед причащением. В то же время отмечалось, что в Греческой Церкви исповедь перед причастием не обязательна, но это привело почти к исчезновению исповеди из практики. Правда, сейчас эта ситуация меняется. С другой стороны, очень многое зависит от самих пастырей. Есть опыт некоторых общин, в которых пастыри хорошо знают своих активных прихожан и практикуют разные формы благословения на причастие, при условии, конечно, регулярной исповеди. Но такая практика неприменима по отношению к не воцерковленным людям. Так что здесь нет и не может быть универсального правила.

Шла ли на конференции речь о взаимном признании Таинств Православной и Католической Церквами?

Это, по существу, вопрос о границах Церкви, который обсуждался в связи с приемом инославных в православие. В православной богословской традиции единой позиции по этому вопросу пока нет. Его решение во многом зависит от того, как трактуется собственно само таинство. Что такое таинство? То, что совершается самой Церковью и только Церковью, даже за ее видимыми границами? Или некое действие, которое можно считать действительным при соблюдении определенных условий? Во обоих случаях признание таинств за каноническими пределами Православия возможно – с учетом дополнительных факторов. Но с древности существовала и ригористическая точка зрения: за видимой оградой истинной Церкви все священнодействия безблагодатны. Полярные точки зрения трудно соединить. Но историческая практика Церкви показывает, что Православие де факто признает разные степени благодатности за своей церковной оградой. Вся проблема в том, что, как отмечал еще русский богослов о. Николай Афанасьев, у нас часто практика не соответствует учению, или учение – практике.

Что касается собственно вашего вопроса, то конференция не занималась сравнительным богословием, хотя в ней участвовали католики, выступавшие с докладами как о католической сакраментологии, так и о различных аспектах истории учения о таинствах в древности, до разделения церквей.