Ситуация в городе Старая Русса, где с конца 80-х годов сотрудники музея Ф. М. Достоевского развили активную и своеобразную церковную деятельность, – явление едва ли не уникальное. Литературные и краеведческие музеи еще в советское время были заповедниками, в которых сотрудники стремились сохранить дореволюционную культуру во всей полноте. Желание понять и воссоздать в заповедных усадьбах и особняках утерянную красоту мысли и красоту быта, особенно в окружающем мире советского провинциального уродства, естественно способствовало обращению к православию. Можно привести целый ряд примеров, когда музеи стали очагами провинциального интеллигентского православия, но пример музея Достоевского в Старой Руссе – самый яркий и самый впечатляющий.
Несмотря на то, что превращение музея практически в центр православного просвещения произошло по воле многих людей, все же наиболее значительна в этом деле роль Веры Богдановой, директора музея до весны 2007 года. Ее яркий характер и оригинальное мировоззрение отложили заметный отпечаток на духовную интеллектуальную атмосферу музея, характер его деятельности. Богданова с гордостью говорит о себе, что она потомственная новгородская крестьянка с берегов Ильменя, интеллигент в первом поколении. Крестьянское происхождение сразу видно в ее политических взглядах – главным для успешного развития страны она считает вопрос о земле. Земля должна принадлежать тем, кто ее обрабатывает. По ее словам, родители сохраняли веру и воспитывали ее в христианском духе. Но, когда она стала ученым, исследователем творчества Достоевского, наследие писателя открыло для нее глубину евангельской правды. Большинство других сотрудников музея стали верующими еще в советское время, благодаря Достоевскому.
Богданова считает, что Достоевский открывает людям тайну души человека, трагедию свободы и спасения. "Я воспринимаю наследие Достоевского через призму опыта человека XXI. Его мысли о государственном устройстве – это груз XIX века. Из Достоевского можно надергать цитат для обоснования национализма и авторитаризма – но в этом Достоевский ничего оригинального самостоятельного не сказал. Если бы было только это, он никому не был бы интересен".
Сотрудники музея, по словам Богдановой, считают себя "носителями открытого православия, лишенного обрядоверия и ксенофобии, понятного и близкого интеллигенции и молодежи".
К началу перестройки музей представлял собой значительный для Старой Руссы потенциал православной интеллигенции, но без поддержки и организационного оформления со стороны епархии он бы и остался потенциалом. Такую поддержку и оформление музейные православные получили в 1990 году, когда Новгородскую епархию возглавил епископ (с 1995 г архиепископ) Лев (Церпицкий). Церковная деятельность сотрудников музея осуществляется при активном участии Старорусского благочинного настоятеля Воскресенского собора протоиерея Амвросия Джигана.
В 1993 г. епископ Лев одобрил инициативу сотрудников музея и помог организовать Катехизаторские курсы при музее. Эти курсы с энтузиазмом были поддержаны либеральной профессурой СПб Духовной академии и православной академической гуманитарной интеллигенцией Петербурга. Представители тех и других регулярно читали лекции на этих курсах.
Курсы просуществовали четыре года – до 1997 г. За это время их кончили несколько сотен представителей старорусской интеллигенции – города и района. В результате среди учителей, врачей, агрономов, и инженеров Старорусского района весьма заметно представительство людей, приобщившихся к православию "через призму Достоевского". К 1997 году энтузиазм спал и среди жителей Старой Руссы, и среди питерской профессуры. Курсы прекратили свое существование. По словам Богдановой, "благодаря работе этих курсов, в городе появилась православная закваска – никто из выпускников курсов из Церкви не ушел, несколько человек стали священниками, существует православно ориентированная общеобразовательная школа, во всех храмах района существуют воскресные школы, в которых преподают выпускники курсов. В городе существует православная общественность". Через несколько лет – в 2003 году, при музее был организован Православный университет для учителей. В нем и учащихся поменьше, и преподавательские кадры уже не те. Однако традиция сохраняется.
Для школьников района в музее проводятся Достоевские школьные конференции. Многие из детей, таким образом, связаны с музеем и через общеобразовательную школу, и через школу воскресную, и через летний православный лагерь, и через церковь. Сотрудники музея часто вынуждены помогать детям решить проблемы, о которых Достоевский действительно много знал – как вести себя, когда твои родителя алкоголики или безработные, когда ты растешь без родительской заботы в условиях нищеты.
Музей имеет широкие связи среди петербургской и московской интеллигенции, что позволяет ему организовывать различные культурно – художественные мероприятия. Наиболее значительные из них – всероссийские фестивали театра по произведениям Достоевского, которые проводятся ежегодно. Завсегдатаем этих фестивалей, в частности, является Георгий Тараторкин, который почти никогда их не пропускает.
Своей религиозно – просветительской деятельностью музей обращается не только к жителям Старорусского района, существует и другая сторона – активность среди научного сообщества. Основное объединение исследователей творчества Достоевского – Международное общество Достоевского (МОД). МОД регулярно проводит свои конференции в Старой Руссе на базе музея. Ежегодные международные конференции собирают достоевсковедов из десятков стран мира. С 1993 года конференцию открывает архиепископ Лев, а в ее работе на равноправной основе участвуют представители Церкви. "Для нас, – говорит Вера Богданова, – эти конференции стали не только местом встречи исследователей творчества Достоевского из разных стран, но и местом для встреч и дискуссий светской и церковной интеллигенции". За прошедшие годы несколько крупных филологов, в т. ч. не только из России, были крещены в Старой Руссе (некоторые имена довольно известны, но без согласия их носителей, я не решаюсь их называть). Они считают, что в православие их обратил Достоевский, но его рукой была Вера Богданова. В 2007 г. из-за слабого здоровья Богданова оставила директорство, сейчас она рядовой научный сотрудник музея. Новый директор Наталья Костина – ученица и последовательница Богдановой, продолжает ее курс.
Наиболее удивительно в истории православной деятельности музея, что она не встретила заметного противодействия ни со стороны церковных структур (церковными бюрократами такая самодеятельность мирян в другой епархии могла бы быть воспринята как ересь или бунт), ни со стороны светских противников распространения православия на различные сферы общественной жизни.
Богданова вспоминает, что в середине 90-х гг. некоторые участники международных конференций несколько раз протестовали против участия в них духовенства. Но, со временем, убедившись, что принцип "не хочешь – не слушай, а другим не мешай" жестко соблюдается, протестующие удовлетворились.
Сотрудники музея говорили мне, что никакой существенной поддержки от властей области и района они не получают, и считают это нормальным. "Мы и есть Церковь, а наша православная деятельность и есть именно то, что теперь называют гражданским обществом". Возможно, эта позиция, предполагающая отсутствие поддержки светских властей и автономность от властей церковных, отсутствие агрессивности и воинствующего этатизма, предотвращает от возникновения агрессивного противодействия, желания некоторых секулярных кругов избавиться от церковного давления..
Источник: Русское ревью №25
