Осторожно, художники

Использование религиозных символов в искусстве – тема чрезвычайно серьезная, от которой не отмахнешься словами "художники не хотели никого обидеть". Этот аспект становится все более актуальным: публичная рубка икон в Манеже, выставка "Осторожно, религия!", еще один проект Сахаровского центра, несколько карикатурных скандалов, потрясших мир, а недавно и выставка "Соц-арт".

Использование религиозных символов в искусстве – тема чрезвычайно серьезная, от которой не отмахнешься словами "художники не хотели никого обидеть" и "демократия в опасности, антисемиты наступают". Вот Михаил Рыклин в своей книге "Свастика, крест, звезда" не стал подробно разбирать тему кощунства в искусстве. А между тем, этот аспект становится все более актуальным: публичная рубка икон в Манеже, выставка "Осторожно, религия!", еще один проект Сахаровского центра, несколько карикатурных скандалов, потрясших мир, а недавно и выставка "Соц-арт", о пользе и вреде которой сейчас спорят на самом высшем уровне.

Создается впечатление, что часть художников сознательно старается спровоцировать верующих на бурную реакцию, чтобы отрекламировать свое творчество и заявить о притеснениях со стороны властей.

К сожалению, верующие слишком часто поддаются на такие провокации и устраивают свои "перфомансы": жила-была выставка "Осторожно, религия!", которую посетили человек 150, пришли туда и двое православных, оскорбились, разбили экспонаты, сделали всякие надписи на стенах, и вот уже возникло грандиозное медиа-событие, обсуждаемое не первый год. Потом был суд и приговор организаторам выставки. Имели ли право православные подать в суд? Да, безусловно. Но демонстративно молиться на камеру и выкрикивать оскорбления из зала совсем не стоило, ибо такие действия превращают правовое решение серьезной проблемы в постмодернистскую инсталляцию, не имеющую отношения ни к вере, ни к суду, ни к искусству. Ошибки, кстати, были учтены, и последующие попытки спровоцировать христиан имели куда меньший успех. Однако проблема остается и имя ей – размытость представления о кощунстве, оскорблении религиозных чувств и "безнравственности" в искусстве.

Очевидно, что безнравственные шоу на ТВ вызывают протест не только у православных, но и вообще у нормальных людей, заботящихся о будущем своих детей. Не случайно, идея Клуба православных журналистов создать Общественный совет по нравственности при федеральных телеканалах нашла поддержку не только у патриарха Алексия II и главного законодателя страны Сергея Миронова и, но и у значительной части общества.

С другой стороны, понятно, что далеко не каждое безнравственное шоу или картина являются кощунством. В качестве иллюстрации настоящего кощунства приведем пример некоего художника, который в публичном месте рубит иконы топором и предлагает желающим сделать тоже самое. Очевидно, что в этом случае происходит прямое надругательство над религиозными символами, которое не имеет отношения к искусству, а является просто хулиганской выходкой. Защитникам свободы творчества, говорящим о том, что эти иконы он купил на свои деньги, стоит предложить совершить нечто неприличное на могилах своих родственников или с фотографией любимого человека, даже при условии, что "инсталлятор" сам оплатит новый памятник или печать фотографий.

Это – два очевидных полюса, когда безнравственность и кощунство легко различимы, а проблемы начинаются на более тонком уровне, когда некий религиозный символ присутствует, но не подвергается явному оскорблению или уничтожению, а выступает в неуместном контексте. Скажем, на выставке "Осторожно, религия" любой желающий мог вставить свою голову в оклад к иконе Пресвятой Богородицы. Понятно, что перед нами надругательство над чувствами верующих, явное издевательство над святыней, но здесь нет уничтожения святынь, как в первом случает с топором. Можно ли "художнику" проводить такие инсталляции?

Начнем с того, что выскажем две принципиальные позиции: 1) речь не идет о том, чтобы верующие, конфессии или власти запрещали какое-то произведение или публичное действие по идеологическим мотивам (в случае с рубкой икон речь идет о хулиганстве и вандализме); 2) верующим нужно предоставить право публично оценивать те или иные произведения и подавать в суд в том случае, если их что-то оскорбило, а уж судебное решение может быть положительным или отрицательным.

Очевидно, что для верующего христианина дороги изображения Христа, Богородицы, для ислама недопустимы карикатуры на Мухаммеда, но это совершенно не значит, что художник не может изобразить Христа или использовать иные религиозные символы. Вполне может, но он должен быть осторожен. Вот среди экспонатов "Соц-арта" есть изображение Путина, Пушкина и Христа как неких "брендов" современного общества. Эта работа, вероятно, неприятна для части верующих, но она не затрагивает глубинных религиозных чувств, поскольку образ Христа не искажен, и не подвергнут непосредственному осмеянию. Это работа "на грани", но, чтобы удержаться на лезвии меча, нужен чрезвычайно большой такт, которым обладают далеко не все люди. А вот другой образчик "искусства": по интернету гуляет картинка, на которой Христос изображен с телом культуриста, выламывающего крест с помощью силы мышц. Здесь попираются основы христианства – в недопустимом контексте обыгрываются крестные муки Спасителя, и ставится под сомнение одно из фундаментальных представлений христианства о добровольной жертве Христа. Автор этой работы может не знать богословских тонкостей, но должен понимать, что данный сюжет крайне болезнен для верующих (по той же причине недопустимо использование образа Христа в рекламе жидких гвоздей). Иными словами, в последнем случае свободу подобного творчества стоит ограничивать, во всяком случае на уровне демонстраций в публичных местах, но такое решение должны принимать либо организаторы выставки, либо суд по обращению христиан. Есть и третий способ: христиане могут объявить мораторий на покупку продукции или услуг фирмы, разместившей подобную рекламу. Средство достаточно действенное при единодушии верующих.

На вышеприведенное размышление могут возразить, что автор статьи относится к искусству как к факту реальности, а не как к фантазии художника, вольного творить все, что он пожелает.

Еще раз подчеркнем, что ни одна организация или религия не может запретить творческий акт. Любые работы могут быть представлены дома у художника или в частной коллекции, но как только произведение входит в открытое и публичное пространство, оно тут же может стать предметом открытого и гласного обсуждения, а иногда и осуждения. Когда произведение превращается в коммерческий продукт, верующие должны понимать, что их неадекватная или просто негативная реакция сильно поднимает стоимость той или иной вещи, а значит не должны давать использовать себя в рекламных целях.

Наконец, в постхристианскую эпоху безусловно возникает вопрос о пресловутых "двойных стандартах". Когда в этом году президент Ирана объявил конкурс карикатур на тему Холокоста, "все прогрессивное человечество в едином порыве" отказалось рассматривать этот конкурс как "творческий акт" и стало говорить о попирании базовых принципов западной цивилизации. Ни в коей мере не одобряя конкурс карикатур на подобную тематику, следует отметить, что в таком случае нельзя объявлять и конкурс карикатур на "лучшее изображение" Христа или Мухаммеда. Поскольку либо в обществе нет вообще табу и неприкосновенных символов, либо запреты работают в обе стороны, и оскорблять нельзя ни жертв Холокоста, ни верующих. Возможно, последний вывод покажется резонерством и банальностью, но тот же Михаил Рыклин, говоря о недопустимости антисемитизма, почему-то считает, что художники имели право весьма вольно использовать христианскую символику.

При этом еще раз подчеркнем, что во всех спорах о кощунстве и границах допустимого в искусстве в роли арбитра не должен выступать государственный чиновник или епископ, запрещающий либо выставку, либо постановку в театре по сказке Пушкина "О попе и его работнике Балде". Решение должно оставаться за кураторами выставки, театральным коллективом, писателем и издателем, а оспаривать те или иные художественные акты можно только в суде. С другой стороны, и художники и верующие должны быть готовы к диалогу – открытому, честному, с уважением позиции другой стороны. Только в этом случае "карикатурные скандалы" останутся фактом прошлого и бульдозер не будет ездить ни по храмам или мечетям, ни по произведениям искусства.