О границах использования приемов светских СМИ в православном контексте

Доклад на секции "Церковные СМИ: миссия, проблемы развития, журналистская этика" на XVI Международных Рождественских образовательных чтениях "Православные ценности и современное образование"

---

Православные издания развиваются динамично: за прошедший год выросли тиражи издаваемых газет и журналов, появилось большое количество новых СМИ, православные сайты все увереннее занимают первые строчки Интернет-рейтингов. Долгожданное стремление выйти из ниши и категории "СМИ для своих" порождает ряд вопросов и проблем .

Первоначально планировалось проанализировать, какие из успешных приемов светских СМИ не уместны в православных изданиях, оказалось же, что большая работа должны быть проделана, чтобы в православных СМИ соблюдались хотя бы этические нормы светской журналистики. К сожалению, сегодня православные издания, которые должны быть примером этичности, такта и честности нередко представляют обратную картину, нарушая общепринятые правила журналистской этики даже больше, чем многие светские издания.

Святейший Патриарх Алексий еще 4 года назад на заседании Епархиального собрания предостерегал журналистов : "Если мы не можем профессионально работать в журналистике, то лучше ею не заниматься; если мы не умеем отстаивать интересы Церкви в радио и телепередачах, то лучше не соглашаться на приглашение в них участвовать; если наши высказывания во время интервью могут послужить соблазном для других, то лучше промолчать".

Проведем анализ на материале текстов различных изданий, как многотиражных и авторитетных, так и изданий маргинального характера, называющих себя православными. Сразу отметим, что нашей целью является не критика и разбор ошибок отдельного издания, поэтому и в приводимых примерах источники цитат мы не будем указывать. К сожалению, многие из приемов можно найти фактически в любом православном СМИ, наша задача – обратить внимание на общую и значимую проблему, решать которую нужно совместными усилиями.

Существует ряд этических кодексов журналистов, наиболее детальным из которых является многостраничный кодекс этики БиБиСи, свой кодекс есть в большинстве стран, а также во многих изданиях есть и внутренние кодексы. Несколько лет назад был принят кодекс этики православных журналистов.

Большинство положений деклараций могут быть сведены к этосу публичной речи в риторике:

честность (запрет на введение аудитории в заблуждение относительно содержания, целей речи итд ),

скромность (запрет на публичные оскорбления и бездоказательные прямые оценки),

предусмотрительность (запрет на информирование о мнимой опасности, запрет на введение паники)

Еще более требовательными к себе должны быть православные журналисты: "Православный журналист основывает свою профессиональную деятельность на Священном Писании, соблюдает канонические правила, вероучительные догматы, богословские традиции Русской Православной Церкви. Он должен помнить слова Спасителя: "Говорю же вам, что за всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда. Ибо от слов своих оправдаешься, и от слов своих осудишься" (Мф.12,36-37). ( Правила профессиональной этики православного журналиста )

Перейдем к анализу.

Умышленное искажение фактов

Первым и наиболее серьезным профессиональным нарушением считается умышленное искажение фактов.

Журналист обязан проверять достоверность информации, поступающей из любого источника, и избегать непреднамеренных ошибок. (Общество профессиональных журналистов, кодекс этических норм). Журналист распространяет и комментирует только ту информацию, в достоверности которой он убежден, он прилагает все силы к тому, чтобы избежать нанесения ущерба кому бы то ни было ее неполнотой или неточностью, намеренным сокрытием общественно значимой информации или распространением заведомо ложных сведений. ( Кодекс профессиональной этики российского журналиста ).

Приведем несколько примеров нарушений.

Издание представляет читателям митрополита Каллиста (Уэра): " Новостильный митр. Диоклийский Каллист (Уэр), ратующий за введение в Православной Церкви женского священства ". Данная подпись приводится крупным шрифтом под фотографией Владыки, следовательно, оказывает большее воздействие на сознание читателя. Искажение фактов в тексте статьи строится на подмене аргумента, в статье говорится, что "митр. Каллист, прославившийся своим одиозным заявлением о том, что вопрос женского священства в Православной Церкви весьма актуален". В своих работах о женском священстве Владыка Каллист спокойно и уважительно обосновывает невозможность женского священства, употребляя слово "актуален" в значении "фактический, современный", и действительно дискуссия действительно проходит уже много лет, автор статьи интерпретирует слово как "насущный". Подменяя значение, авторы выносят искаженную информацию в подпись к фотографии митрополита, делая эту информацию одной из ключевых в статье о Богословской конференции по Таинствам Церкви.

Другой пример: " А мериканские гуманистические психологи, которые были названы выше, как, в общем-то, все американские ученые во все времена, ничего никогда не придумывают сами . Они могут только пропагандировать, зарабатывать деньги на тренингах, на семинарах, на глянцевых журналах, заниматься тем, что поближе к деньгам ".

Для того, чтобы доказать обратное, достаточно открыть список Нобелевских лауреатов, скажем, по медицине, чтобы увидеть не только множество американцев-лауреатов, но и осознать значимость их открытий, например:

Томас Хант Морган "За открытия, связанные с ролью хромосом в наследственности"

Герман Джозеф Мёллер "За открытие появления мутаций под влиянием рентгеновского облучения"

Роберт Холли, Хар Гобинд Корана, Маршалл Ниренберг "За расшифровку генетического кода и его роли в синтезе белков".

"Однако факт остается фактом: патриарх Алексий, всю жизнь молившийся с еретиками, никогда не отказывался и не отказывается от своей экуменической ереси, продолжая открыто, ex cathedra , исповедовать еретиков и не-христиан "Церковью Христовой", той церковью, к которой он относит сам себя и к которой, следовательно, принадлежат его последователи ".

В данном случае, помимо намеренно излагаемых ложных фактов и намеренной клеветы в адрес Церкви и ее Предстоятеля использует классический софизм: "Никогда не отказывался от своей экуменической ереси". "Что ты не терял, то имеешь; рога ты не терял; значит, у тебя рога". Задача софистической аргументации – введение собеседника в заблуждение относительно действительного замысла или содержания речи.

Убедившись в том, что он опубликовал ложный или искаженный материал, журналист обязан исправить свою ошибку, используя те же полиграфические и (или) аудиовизуальные средства, которые были применены при публикации материала. При необходимости он должен принести извинения через свой орган печати. ( Кодекс профессиональной этики российского журналиста ). Ни одна из приведенных цитат не повлекла за собой извинений в печатном органе.

Ответственность за героя материала

Следующим важным требованием этики является обязанность журналиста "делать все возможное для того, чтобы встретиться с "героями" своих публикаций и предоставить им возможность ответа на обвинение в правонарушении или проступке". Следование подобному требованию – прекратит целый жанр, недавно полюбившийся многим изданиям: выдергивание из обсуждения на форумах цитат и полемики с их авторами, прежде всего, священнослужителями, на материале этих высказываний.

Автор цитат уязвим, в первую очередь потому, что каждое высказывание ориентировано на определенного слушающего, и то, что в одном случае нужно проговаривать, в другом можно сказать максимально кратко, вырывание мысли из ее контекста неминуемо приведет к ее искажению. Это, несомненно, должен понимать и автор цитат, особенно в том случае, если тенденция цитирования и разбора цитат повторяется, соблюдая большую осторожность формулировок. Надо признать, что ряд высказываний, представляющих основу для полемики действительно вызывает недоумение, однако журналист при подготовке подобного материала должен предоставить автору возможность комментария.

Журналист обязан проявлять внимание к тем, кому может быть нанесен ущерб в результате репортажа. ( Кодекс профессиональной этики российского журналиста ).

Плагиат

Серьезным профессиональным нарушением является плагиат. Сегодня сложились две тенденции:

– во взаимодействии Интернет-ресурсов – использование материалов без требуемой ссылки на источник, с нарушением целостности текста, заменой автора. Одним из самых памятных примеров этого стала перепечатка статьи Пелагеи Тюренковой "Ты – женщина!" об одежде православных женщин. На одном из сайтов текст (написанный от 1 лица, т.е. в женском роде) был подписан именем митрополита Кирилла.

– использование материалов одних изданий в печати без согласия издания-источника и без соблюдения условий авторского договора. Об этом часто даже нет возможности узнать: если издание-источник находится в Москве, а книга или газета издается на Камчатке, то вероятность раскрытия плагиата чрезвычайно мала. Этому способствует также и отсутствие выходных данных в ряде книг: материалы издания расходятся тысячными тиражами, а на книге лаконично указано: "Москва, 2007 г."

Надо отметить, что вопросы с урегулированием таких ситуаций очень сложны, поскольку в православной среде выработалось стойкое неуважение к авторским правам, каждый раз при обращении к коллегами по этому поводу, автор выслушивает отповедь о том, что "главное – чтобы Слово Божие распространялось, а вам что ли, денег мало? Или сайт надо продвинуть? Может вам оптимизатора посоветовать?"

Православный журналист уважает авторские права; используя работу своего коллеги, он ссылается на имя автора (Правила профессиональной этики православного журналиста).

Теперь остановимся на менее очевидных, но, возможно, более сильных приемах журналистики – скрытого воздействия на сознание аудитории , или манипулирования сознанием. Средства массовой информации реализуют возможность влияния на общественное сознание столь интенсивно, что манипулятивное воздействие нередко называется одной из важнейших функций средств массовой информации наряду с информационной, образовательной, артикуляционной, функциями критики и контроля. Это языковое воздействие на адресата, намеренно вводящее его в заблуждение относительно замысла или содержания речи, осуществляемое на трех уровнях: индивидуальном, групповом и массовом. Язык манипулирования существует на всех уровнях языка СМИ: от слога до текста.

Анонимный эксперт

Введение эксперта является одним из видов риторического аргумента к авторитету. С помощью этого приема утверждениям придается значительно большая весомость, это – "весьма изящный прием, позволяющий эффективно маскировать самую пышную пропаганду в строгих формах "авторитетного мнения" какого-нибудь эксперта" [1] . Категория "эксперта" формируется определенным набором слов, имеющих соответствующие внешние коннотации: достоверность, точность, правильность. К таким "знаковым" словам, помимо слова "эксперт", можно отнести слова "специалист", "советник", "участник", "свидетель", "высокопоставленное лицо".

В православных СМИ проблема анонимной экспертизы имеет и иную реализацию: часто в качестве эксперта приглашаются священники и миряне, которые не являются специалистами в обсуждаемом вопросе. Считается, что священный сан дает право высказываться в качестве эксперта по любым вопросам, причем не в стилистике частного суждения, но представляя экспертное мнение или мнение Церкви. Получается, что отцов, получивших медицинское образование, просят высказаться по проблемам филологии и истории, а иеромонахов – прокомментировать вопросы ведения беременности и родов. В результате аудитория теряет доверие к священнику как к профессионалу и специалисту и происходит снижение доверия к священному сану в целом.

Другая связанная с этим проблема заключается в неумении редакции обосновать выбор того или иного лица в качестве эксперта. Зачастую основная полемика по конкретному материалу разгорается по одному вопросу: по какому праву определенное лицо высказывает свое мнение и критику в определенном вопросе? Часть этих вопросов была бы снята, если бы в публикации было дано подробное представление автора, объясняющее его полномочие высказываться по данному вопросу в СМИ.

Здесь стоит обратить внимание и на частое смешение жанров в православных изданиях: в жанре аналитических обозрений пытаются писать многие журналисты, однако, большинство статей написано не на аналитическом осмыслении фактов, а на эмпирических наблюдениях и субъективных суждениях автора, в результате чего необходимость подтверждения представленной в статье информации отпадает.

"Однако раз уж "позиционируешь" себя как аналитик, надо соответствовать, а не впадать в лиризм " – словно уговаривают себя авторы некоторых изданий прямо в статье.

Подмена авторитета

Православный журналист обязан в своих сообщениях проводить различие между фактами и тем, что составляет мнения, версии или предположения. (Правила профессиональной этики православного журналиста)

В СМИ нередко факт – мнение Церкви (подтвержденное принятыми документами) подменяется личной позицией автора, нередко идущей вразрез с официальным церковным суждением по вопросу. Автор выдает личное суждение за суждение церковное, или же допускает таковое его восприятие . Необходимо четко прояснять дискуссионность поднимаемой проблемы и, если таковая существует, позицию священноначалия по данному вопросу, недопустимо подменять факт мнением.

Архимандрит "подверг критике миф о том, что безбрачие является по определению более высокой формой христианской жизни, чем брак". Таким образом архимандрит дерзнул ниспровергнуть учение Самого Спасителя, ясно сказавшего в ответ на слова Апостолов "лучше не жениться": "не все вмещают слово сие, но кому дано, кто может вместить, да вместит" (Мф. 19:10-12). Это учение раз навсегда принято Церковью и не подлежит пересмотру.

Однако оказывается, что учение не только подлежит пересмотру, но особо на это указано в Основах Социальной концепции Русской Православной Церкви: "Иные монашествующие духовники запрещают своим духовным чадам вступление в брак и принуждают их к принятию монашества на том основании, что монашество якобы выше брака. Высоко оценивая подвиг добровольного целомудренного безбрачия, принимаемого ради Христа и Евангелия, и признавая особую роль монашества в своей истории и современной жизни, Церковь никогда не относилась к браку пренебрежительно и осуждала тех, кто из ложно понятого стремления к чистоте уничижал брачные отношения. Священный Синод Русской Православной Церкви в определении от 28 декабря 1998 года, ссылаясь на эти правила, указал на "недопустимость негативного или высокомерного отношения к браку".

Приведем еще несколько примеров

Подмена аргумента

"Телеведущий православной передачи в своем интервью газете "Известия" заявляет, что пора прекратить относиться к верующим как к недотепам и неудачникам, которые перебиваются с хлеба на квас, не умея заработать копейку. Сегодняшний православный уже не тот. Да, у него на шее крест, но зато в кармане кредитная карточка! И вообще, у него все как у нормальных людей". В данном случае автор противопоставляет неумению трудиться (что, вероятно, хотел высказать телеведущий, употребляющий слово "недотепа") кредитную карточку, приобретающую в контексте коннотации стяжательства, заменяя авторское противопоставление "недотепа" – "созидательный человек" на "стяжатель" – "нестяжатель".

Дисфемизмы и сниженная лексика

Журналисту нельзя употреблять заведомо положительно или отрицательно "заряженные" определения, идеологические ярлыки и оскорбительные эпитеты. В текстах изобилуют грубые и пренебрежительные слова. Одним из самых ярких дисфемистических всплесков стала реакция ряда СМИ на письмо 10 академиков и критика в адрес академика В.Гинзбурга:

"Воинствующий безбожник и еврейский националист опроверг сообщения СМИ о том, что он изменил свою позицию по поводу ОПК"

"Напомним, что скандально известный академик, воинствующий атеист Виталий Гинзбург был одним из авторов письма академиков к Президенту, в котором высказывалось суждение об опасности "клерикализации" общества".

"Этот скандально известный, погрязший во лжи, "бог ослов" непрестанно публикует оскорбления и клевету в адрес апостолов Церкви – архиереев, крепко стоящих в Истине, обвиняя их во всех смертных грехах и призывая вездесущее государство применить к ним всю мощь своей карательной системы".

Градация

Градация представляет собой развертывание слова или словосочетания в синонимический ряд так, что интенсивность значения каждого последующего члена нарастает (восходящая градация) или убывает (нисходящая) [2] . Градация усиливает экспрессивность текста.

"Отравленные этим ядом души (обсуждением чина Таинства Венчания) примут все: и однополые браки и эвтаназию. Начало положено: уничтожен Страх Божий перед Словом Божиим и Преданием Церкви, четкая иерархия ценностей в системе нравственных координат православного христианина".

В данном контексте автор с легкостью устанавливает причинно-следственную связь между богословской дискуссии и однополыми браками.

Стиль заголовков

Пожалуй, на общем фоне нарушения правил журналистской этики, написание броских, цепляющих заголовков, является наименьшим промахом. Обратим внимание, что в большей степени это свойственно Интернет-журналам, которые привлекают читателя именно заголовками статей, и заголовкам, выносимым на обложки журналов и первые полосы газет. Заголовок не должен дезинформировать или обманывать ожидания читателя. Но нередко, авторы стремятся поднять общественный интерес к непопулярным темам, например болезни детей, и с этой целью заголовок и вводка к материалу строится наиболее позитивным и оксюморонным способом с целью– снять привычный барьер табуированности и неприятия читателя к такого рода темам.

Детский хоспис: сплошной праздник

Работа над абортом

Новый центр для алкоголиков

Крестный ход против суррогатного алкоголя

Важно, что в этом стремлении должны быть свои границы, т.к. чрезмерный оксюморонизм может, скорее, породить отрицательную реакцию или сформировать равнодушное отношение к проблеме:

Наконец, в православных СМИ возникает собственный ряд прагматически нагруженных лексических групп – образы и понятия, конструируемые в средствах массовой информации с помощью лексико–грамматических средств и повторяющиеся в большом количестве печатных изданий с целью достижения определенной реакции реципиента. Слово повторяется в определенном контексте и приобретает дополнительную эмоциональную окрашенность. Наиболее яркими примерами являются слова "ИНН", "российский паспорт", "экуменизм", сегодня этот ряд дополняется словами "глянец", "рок-музыка", "новостильный", "мобильный телефон", "кредитная карточка", "бизнес", "бизнес-леди", "работа" и даже "русский язык".

Проделанный анализ свидетельствует о том, что в журналистском сообществе необходимо повышать лояльность к кодексу этики православных журналистов. Для достижения этой цели предлагается:

1. Детально обсудить существующие " Правила профессиональной этики православного журналиста", расширить, дополнить, уточнить неопределенные понятия, проговорить сложные случаи практики.

2. Направить православным изданиям предложение подписать свод правил профессиональной этики православного журналиста и следовать ему.

3. Принять ряд мер по повышению авторитетности и значимости правил профессиональной этики журналиста, в частности, в дискуссиях и спорных моментах руководствоваться предписаниями кодекса.

4. В перспективе создать координационный совет для решения спорных случаев и проблем, возникающих в процессе работы СМИ, консультирующий редакции в возникающих в работе вопросах.

[1] Миронов А. С. Раздувай и властвуй. Практическое руководство по технологиям "мягкой" пропаганды. – М., 2001. – С. 40.

[2] Волков А.А. Курс русской риторики. – С. 312.