8 февраля Госдума приняла в третьем чтении законопроект, направленный на расширение правовых возможностей для интеграции учреждений профессионального религиозного образования в систему образования РФ. Соответствующие изменения внесены в законы "Об образовании" и "О свободе совести и о религиозных объединениях" в части лицензирования и аккредитации духовных образовательных учреждений. О том, как принятые поправки повлияют на деятельность духовных школ, в беседе с заместителем руководителя Пресс-службы Московской Патриархии Михаилом Моисеевым рассказала юрисконсульт Московской Патриархии К.А. Чернега.
– 8 февраля Государственная Дума приняла постановление о государственной аккредитации дипломов церковных учебных заведений. Каково значение принятого постановления?
– Действующее законодательство до внесения в него февральских поправок не предусматривало права духовных академий и семинарий на государственную аккредитацию, и, соответственно, выпускники этих учебных заведений не получали дипломы государственного образца. В этой связи возникал целый ряд проблем, и первая проблема, которая наиболее важна и очевидна – это проблема с трудоустройством тех выпускников духовных учебных заведений, которые либо по каким-то причинам не стали священниками, либо, став священниками, изъявили желание поступить в качестве преподавателей в государственные школы или вузы для преподавания, скажем, православной культуры или теологии. Таких выпускников, как правило, не брали в государственные учреждения в связи с тем, что у них нет государственного диплома.
Та же самая проблема возникала и для выпускниц регентского отделения, скажем, Московской духовной академии. Такая выпускница, имея прекрасное музыкальное образование, не могла устроиться музыкальным работником в ту же государственную школу.
В целом же лица, окончившие духовные академии и семинарии, имеющие степени, скажем, доктора или кандидата богословия, рассматривались нашим государством как выпускники средних школ, как люди, имеющие среднее образование.
– То есть даже не среднее специальное?
– Даже не среднее специальное, поскольку на руках у них был только один документ государственного образца – аттестат об окончании средней общеобразовательной школы. Сейчас ситуация должна измениться – в случае аккредитации духовных академий и семинарий выпускники будут получать дипломы государственного образца, и, тем самым, изложенные мной проблемы будут решены.
Второй важный момент, на котором бы я хотела остановиться, это вопрос о предоставлении учащимся духовных школ отсрочки от призыва на военную службу. Дело в том, что еще два года назад в законодательство были внесены изменения, направленные на отмену отсрочки призыва для учащихся духовных школ. В результате наши студенты стали призываться в армию. Приведу такой пример. Из 75 учащихся Казанской духовной семинарии в результате призыва осталось всего лишь двенадцать студентов. Так вот, действующее законодательство предусматривает отсрочку от призыва учащихся очных отделений аккредитованных вузов. То есть в случае получения аккредитации духовными учебными заведениями их учащиеся не будут призываться в армию, а получат право на отсрочку. Это очень важно для нас, особенно это важно для тех духовных семинарий, которые расположены в отдаленных регионах, малочисленны, и для них, конечно, последствия призыва учащихся катастрофичны.
– Вы упомянули о дипломах семинарий и академий. Теперь в разряд аккредитованных, признаваемых государством, документов об окончании учебного заведения входят – на равной основе – и семинарские, и академические дипломы?
– Да, и духовная семинария, и духовная академия рассматриваются как высшие учебные заведения, и выпускникам и семинарий, и академий будут выдаваться документы государственного образца. Другое дело, что эти документы не будут скреплены печатью с изображением государственного герба – это принципиальное требование разработчиков законопроекта. Дело в том, что закон о государственном гербе предусматривает возможность использования печати с изображением герба только теми негосударственными организациями, которые наделены государственно-властными полномочиями. Наши духовные учебные заведения зарегистрированы как религиозные организации, а статья 4 Закона о свободе совести не позволяет религиозным организациям осуществлять государственно-властные полномочия.
Поэтому мы не можем пользоваться печатью с изображением государственного герба, и дипломы внешне будут отличаться от тех дипломов, которые получают выпускники государственных вузов и негосударственных аккредитованных светских высших учебных заведений.
– Будет ли означать принятие этого закона внесение каких-то изменений в существующие учебные программы духовных школ?
– Здесь есть один аспект, который мне бы хотелось сейчас затронуть. Аккредитация духовных учебных заведений предполагает их переход на государственный образовательный стандарт, и, конечно же, программы должны меняться, должны приводиться в соответствие с требованиями государственного образовательного стандарта, который мы изберем. На мой взгляд, действующий стандарт по специальности "Теология" не предназначен для реализации в духовных учебных заведениях. Во-первых, в соответствующем приказе, которым утвержден этот стандарт, сказано, что стандарт по теологии не преследует цели подготовки священнослужителей. А наши духовные школы – это кузница кадров, они предназначены для подготовки священников, религиозного персонала; об этом, кстати, и в Законе о свободе совести сказано, в статье 19.
Кроме того, стандарт по теологии декларирует, что во время учебных занятий не могут совершаться религиозные обряды. Я сама преподаю в Московской духовной академии, и каждое занятие начинается и оканчивается молитвой, поэтому этот требование стандарта тоже не может быть выполнено.
Наконец, самое главное – стандарт по теологии отдает наибольший объем учебных часов на изучение таких предметов, которые практически не имеют отношеняи к богословию – на математику, информатику, физкультуру, и получается, что на изучение дисциплин конфессиональной подготовки выделена примерно одна треть всех учебных часов, предусмотренных стандартом. Это тоже нас не устраивает, поэтому в минувшем году Священный Синод принял церковный стандарт, предназначенный для реализации в духовных учебных заведениях, и мы надеемся, что наши пожелания и наработки будут использованы при разработке специального, предназначенного для реализации в духовных школах, государственного образовательного стандарта. Возможно, будет учтен действующий стандарт по теологии в какой-то части, но я считаю, что для духовных школ нужен свой образовательный стандарт.
– Вы сказали, что дипломы духовных учебных заведений внешне будут отличаться от государственных. В чем вообще будут состоять особенности аккредитации церковных учебных заведений, их отличия от аккредитации государственных вузов?
– Главная особенность заключается в том, что в ходе государственной аккредитации духовных школ государство не будет устанавливать их тип, вид и категорию. При государственной аккредитации обычного светского вуза устанавливается, является ли данный вуз академией, университетом или институтом. При этом вуз должен удовлетворять определенным требованиям, которые предусмотрены специальным приказом Рособрнадзора, и лишь при соблюдении этих требований, так называемых аккредитационных показателей, вуз может быть аккредитован в качестве института или академии. Принятый закон освобождает духовные учебные заведения от соблюдения этих, установленных приказом Рособрнадзора, требований.
Поясню на примере. Упомянутый мною приказ устанавливает, что для аккредитации вуза в качестве академии нужно, чтобы 60 % преподавателей были докторами или кандидатами наук, причем их ученые степени и звания должны быть подтверждены государственными дипломами. Для аккредитации вуза в качестве института нужно, чтобы 55 % профессорско-преподавательского состава удовлетворяло этому требованию. Но у нас в духовных учебных заведениях преподаватели, как правило, не имеют ученых степеней и званий, подтвержденных государственными дипломами – например, являются докторами или кандидатами богословия, но их степени подтверждены внутрицерковными дипломами. Поэтому, если бы мы согласились на аккредитацию наших учебных заведений в общем порядке, который установлен для всех светских вузов, нам бы пришлось менять кадровый состав. А с заменой преподавателей, вышедших из недр духовных учебных заведений, дипломированными, но не воцерковленными специалистами, хоть и имеющими государственную "корочку", традиции духовного образования были бы утрачены.
Между тем еще в 2004 году на Архиерейском соборе была отмечена необходимость получения государственной аккредитации при сохранениии многовековых традиций церковного образования, носителями которых в первую очередь являются люди, преподающие в духовных учебных заведениях.
Вот почему мы рады тому, что новый закон предусматривает для духовных учебных заведений особый порядок государственной аккредитации. В результате, скажем, Московская духовная академия, сохранив свое историческое название академии, не будет вынуждена подгонять свой учебный процесс под те требования, которые установлены государством для вузов, аккредитованных в качестве академий. Вот в чем основная специфика этого закона.
Источник: Патриархия. Ру
