"Во мне говорит геологическое прошлое"

Эти слова Сергей Михайлович сказал в самом начале своего интервью "Парламентской газеты" в сентябре 2002 года в Иркутске на Байкальском экономическом форуме.

Тогда, уже будучи председателем верхней палаты российского парламента, политиком федерального масштаба, он вспомнил свое геологическое прошлое и с болью говорил о развале любимой отрасли. "Вы посмотрите, что творится, – эмоционально говорил спикер. – Резко сокращается геологоразведка. За последние несколько лет у нас не открыто ни одного нового месторождения. На государственном уровне свертываются полевые работы. Мы должны низко поклониться тем компаниям, которые за свой счет ведут разведку новых месторождений. Там думают о будущем!"

Затем мы из его прошлого вернулись в настоящее. Говорили об сверхактуальной на тот момент теме реформирования энергетики. Тогда Сергей Михайлович так определил задачу законодателей: "Мы должны сделать все для того, чтобы россияне не почувствовали последствий принятия этих законов на себе, возможного повышения энерготарифов. Если этого добьемся, то, значит, мы грамотно прошли между Сциллой и Харибдой".

Обсуждали ход преобразований МПС, газовой отрасли. "Надо прежде всего смотреть, какую цель мы преследуем, затевая реформы в той или иной отрасли. Если самоцелью являются лишь обязательное акционирование и уход любой ценой государства из естественных монополий, то я думаю, мы не получим ожидаемых результатов. Если же отрасль реформируется для того, чтобы она при определенном участии государства работала еще более эффективно, на благо россиян, то это нормальный процесс" , – этими словами он определил свою позицию.

Тогда же, работая первый год на посту Председателя Совета Федерации, Сергей Михайлович размышлял о месте верхней палаты в системе государственной власти. Вспомнив известные слова Жоржа Клемансо, что "сенат – это время для размышления" , он развил мысль: "Госдума работает в режиме оперативного законотворчества, когда порой передохнуть от поступающих законопроектов некогда. Совет Федерации же имеет возможность спокойно, взвешенно подойти к рассмотрению каждого законопроекта". И добавил ставшую крылатой фразу: "Мы как два крыла державного орла, которые позволяют ему парить на должной высоте".

В то время шла жаркая дискуссия по поводу нового избирательного законодательства. В частности многие считали, что, обязывая избирать половину депутатов в местные законодательные органы власти по партийным спискам, власть, сама того не желая, создает поле для политической борьбы на уровне регионов. Естественно, мы не могли в беседе со спикером обойти этот вопрос стороной. "Конечно, можно было бы сказать традиционную фразу: поживем – увидим. Но все-таки хотелось бы сначала предвидеть, а потом уже пожить в новых реалиях. Для меня, например, очевидно, что некоторые политические силы, которые в настоящее время во многих законодательных органах власти регионов не имеют реального веса, при новом избирательном законодательстве могут получить значительное количество голосов. С другой стороны, новый закон подтолкнет все партии, громко заявляющие о себе в Москве, реально работать в регионах. Они будут создавать свои отделения, выращивать в них своих лидеров и местных активистов, а главное, будут заниматься проблемами региона, потому что иначе им на выборах удачи не видать" , – высказал он свое видение.

Кстати, вопросы партийного строительства были основной темой беседы нашего корреспондента в марте 2001 года тогда еще с заместителем председателя Законодательного собрания Санкт-Петербурга Сергеем Мироновым. Заметим, что "Парламентская газета" была, пожалуй, первым федеральным изданием, которое опубликовало интервью с питерским политиком. В том году обсуждался законопроект о политических партиях. Анализируя его, Сергей Михайлович в том числе обратил внимание на то, что "страсти, пожалуй, закипят из-за тех норм, которые затрагивают партийно-избирательную проблематику, особенно определение процентного барьера на выборах. Здесь, вероятно, и поступит максимальное количество разноречивых поправок. Но главная сложность состоит в другом. У нас мало пока ярких личностей, способных организовать единомышленников, сплотить их в партии, доходчиво объяснять ее цели и задачи народу. Поэтому не следует форсировать образование множества "клубов" , стоящих на разных идейных платформах и неизбежно, в силу нашей нынешней общественной инертности, превращающихся в мелкие и бесполезные политсекты. Уместнее сосредоточиться на создании и функционировании нескольких полноценных и государственно-значимых партий, цивилизованно конкурирующих между собою за парламентские кресла. Посмотрите на тот же Запад, который мы очень любим ставить себе в пример. В Америке и Англии – по две ведущие партии; остальные, если как-то и дышат, то невооруженным глазом не просматриваются. На французских политических подмостках доминируют голлисты, социалисты и в какой-то мере – коммунисты и лепеновцы из Национального фронта. Негусто! А ведь в перечисленных странах давно сложились зрелые, устойчивые демократии. Так зачем нам, только-только вступающим на стезю свободы, изобретать велосипед и иметь около 10 тысяч партий и партиек?" Это было сказано в начале 2001года!

В одном из интервью Сергей Миронов высказал свое профессиональное кредо: "Законодатели в своей работе должны придерживаться правила врачей – "Не навреди". Мы желаем, чтобы этот принцип сопутствовал ему на протяжении всей его деятельности на посту Председателя Совета Федерации.