Позиция православных

Православная Церковь восприняла визит Папы в США лишь как напоминание о давнем расколе

В минувшее воскресенье мой четырехлетний сын впервые причащался в нашей приходской православной церкви – Соборе Св. Иоанна Крестителя в Вашингтоне, округ Колумбия. Точно так же я проводила массу воскресений, когда была маленькой: среди икон и зажженных свечей, ощущая запах ладана, скрестив на груди руки, я принимала хлеб и вино из чаши причастия. Но здесь, в Вашингтоне, как и в православной церкви в Калифорнии, которую несколько десятков лет назад посещала моя семья, истинная правда выходит наружу лишь в церковной столовой после службы. В минувшее воскресенье разговоры в столовой проявили две очевидные истины: по православному календарю Пасха еще не наступила (торговля крашеными яйцами только началась; я купила одно, но сын его случайно разбил), и никто даже не задумывался о том, что Папа Римский, который много веков, вплоть до 1054 года, считался, главой всех христиан, вот-вот прибудет в Вашингтон на самолете.

"Я рада, что иерархом христиан заинтересовались папарацци, но для нас этот визит в духовном плане ничего не значит, – говорит прихожанка Мария Сунд. – Мы, само собой, не католики – вы знаете о разделении Церквей в 1054 году. На данном этапе институт папской власти – это прочно сформированный механизм, и я не думаю, что Католическая Церковь воссоединится с нашей, как думают некоторые". Сунд считает католичество слишком либеральным и слишком оторванным от православия за счет истории: "Проблем слишком много, и не думаю, что Папа Бенедикт в силах их решить. Помимо всего прочего, ему придется ограничить власть Рима, а этого не произойдет". Прихожанин собора Николас Троян говорит: хотя православные никогда не смогут считать такого же человека, как они, будь то Папа или кто угодно, непогрешимым, он лично воспринимает Папу Иоанна Павла II как святого. Иоанн Павел был родом из Восточной Европы и боролся с репрессиями. "Он столько сделал для свержения коммунистического режима, и Русская Православная Церковь от этого очень много выиграла. Когда он умер, я предложил нашему батюшке упомянуть об этом на службе – о, какую нотацию я получил в ответ!" – замечает Троян.

Эта неприязнь – далеко не новость; собственно, она нагнетается почти 10 столетий. Восточная Православная Церковь – это второе по численности сообщество христиан в мире (первое место занимает Римско-Католическая Церковь). Она объединяет евхаристическим сопричастием Церкви, возникшие в Восточной Европе, на Балканах, в Средиземноморье и на Ближнем Востоке. Она ближе, чем большинство других вер, к своим древним теологическим корням, восходящим к раннему христианству. Но православные считают себя не католиками, а "кафоликами" – в том смысле, что их церковь – "единая, святая, соборная (по-гречески "кафолическая") и апостольская". Она объединяет древние патриархаты: Константинопольский, Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский (а ныне также Московский). Рим входил в этот список, но лишь до 1054 года, когда длительные разногласия между Востоком и Западом в конце концов оформились в конкретную форму так называемой Великой Схизмы (в русском языке укоренился термин "разделение церквей").

Существовали расхождения в области доктрины (католики признают исправленную версию никейского Символа Веры, которая гласит "верую в Духа Святого, от Отца и Сына исходящего", а православные горячо отвергают это дополнение). Поскольку Рим был столицей Римской империи, епископ Рима считался "первым среди равных" по сравнению с остальными четырьмя епископами Константинополя, Александрии, Антиохии и Иерусалима. Однако когда центр власти переместился в Константинополь, этот почетный титул был оспорен. "В конце концов Римская Церковь стала настаивать, что ее епископ обладает не только "почетным первенством", но и "первенством по авторитетности", – поясняет отец Эндрю Джармус, официальный представитель Православной Церкви в Америке. В результате Папа и константинопольский Патриарх взаимно отлучили друг друга от церкви. "В действительности спор шел об авторитете Рима, особенно в области доктрины и церковного управления", – говорит Джармус.

Этот вопрос – о первенстве и законности Папы – пока ждет удовлетворительного ответа, на взгляд православных. После раскола 1054 года, рассказывает Джармус, "Восток и Запад на официальном уровне почти не вели между собой диалога вплоть до 1960-х годов, когда впервые за много веков Папа и константинопольский Патриарх встретились лично". Православные считают это событие знаменательной вехой, которая повлекла за собой ряд первых реальных шагов к примирению. "В 2001 году Папа Иоанн Павел II принес извинения за то, что крестоносцы разграбили Константинополь, – говорит Джармус. – Я лично почувствовал себя отмщенным. Если дойдет до примирения, обеим сторонам придется взять на себя ответственность за весь нанесенный ими ущерб".

Однако, Ватикан, по-видимому, больше склонен преуменьшать важность этих различий. Дональд Вуэрль, архиепископ Вашингтона, сказал в интервью NEWSWEEK: "Я очень люблю цитировать слова, которые произнес много лет назад патриарх-экуменист. Когда его спросили: "Что разделяет Православную Церковь и Католическую?", он ответил: "Ничего, кроме девяти столетий". По мнению Вуэрля, это отличный ответ: "Он подразумевал: когда пробиваешься через всю историю и политику, через все эти наслоения, и доходишь до сердцевины нашей веры, то оказывается, что нас почти ничего не разделяет. На мой взгляд, Папа Иоанн Павел II смело старался навести мосты между Церквями. Думаю, Папа Бенедикт XVI всей душой привержен делу по дальнейшему строительству этих мостов и готов их перейти".

Честер Джиллис, глава кафедры теологии Джорджтаунского университета, говорит, что Папа Бенедикт продолжает осуществлять чаяния Папы Иоанна Павла по объединению Церквей: "Для него был очень болезненным тот факт, что Церкви не объединены. Он всегда мечтал о наведении мостов через эту пропасть, и Бенедикт воплощает эту мечту в жизнь". Однако, хотя попытки пойти навстречу имеют место, – отмечает Джиллис, – разногласия очень глубоки. К примеру, Иоанну Павлу II так и не удалось посетить Россию, на что он очень надеялся. (Поскольку в 1990-е годы я много работала в Москве как корреспондент, то сама помню: российские агентства новостей бессчетное число раз сообщали, что он приедет, или не приедет, но, может быть, все-таки приедет.) Джиллис поясняет: российская сторона хотела, чтобы Папа приехал с официальным визитом как глава государства, а он желал, чтобы это был визит одного главы Церкви к другому: "Он не хотел ехать в качестве главы государства. Но Православная Церковь не хотела, чтобы он приехал в рамках диалога между Церквями, так как это значило бы, что они признают его лидерство, это придало бы ему определенный религиозный вес, с которым они не могли смириться".

Джордж Вейгель, старший научный сотрудник вашингтонского Ethics and Public Policy Center, аналитик, занимающийся Ватиканом, уверяет: хотя православные и утверждают, будто не хотят обсуждать вопрос о первенстве Папы, их действия говорят о другом: "Патриарх Московский и экуменический Константинопольский патриархат обращались к Ватикану с просьбой помочь им разрешить их давние разногласия. Если это не наглядное признание первенства, то что же?". Вейгель добавляет: хотя с Москвой Католическая Церковь не поддерживает крепких связей, она находится в тесных отношениях с Церковью Украины, которая, как и Католическая "ерковь, выразила поддержку демократической "оранжевой революции" 2004-2005 годов. Кроме того, в 2005 году, встретившись с комитетом, который был учрежден для начала диалога между Востоком и Западом, Бенедикт назвал готовность к дискуссиям "новой фазой диалога" после 15 лет обострившихся сложностей – на сей раз одной из причин был расцвет католических церквей на территории бывшего СССР, который, как сказано в заявлении Ватикана, "вновь разверз так и не зажившие раны в отношениях между католиками и православными". В ноябре 2006 года Папа Бенедикт также посетил Константинополь и встретился с Экуменическим Патриархом Варфоломеем: они провели вместе день, как было сказано в пресс-релизах, "в молитве, экуменическом диалоге и братских объятиях"; оба иерарха выразили приверженность делу "восстановления Полного Евхаристического Сопричастия между своими Церквями". Было возвещено об "обнадеживающих итогах" визита, но союз пока не заключен.

Некоторые из православных иерархов, исходя из того, что Бенедикт как теолог делает упор на писаниях древних христиан, полагают, что он уделит примирению еще большее внимание. Но загляните в какую-нибудь русскую православную церковь, и это предположение покажется пустым теоретизированием. В конце концов, миновало почти 10 веков, а Церкви до сих пор не объединились. Как говорит прихожанин русской православной церкви Троян: "Я мало что знаю о Бенедикте. Мне представляется, что он не так знаменит, как Иоанн Павел, или, возможно, его просто не "пропагандируют" – употреблю это некрасивое слово – так рьяно, как пропагандировали Иоанна Павла. В лучшем случае я слышу, что его визит вызовет массу пробок на дорогах".