Подарок судьбы

20 октября 2000 года мы прилетели в Таллин, сели в такси, шофёр заговорил с нами по-английски. " И много в городе, таких как Вы таксистов, говорящих на иностранных языках?" – поинтересовались мы. "Да почти все. Кто по-немецки, кто по-английски говорит, надо перестраиваться, у нас очень много туристов, и так круглый год. Я сам русский, всю жизнь здесь прожил, работал на заводе инженером, а потом решил поменять специальность. Теперь доволен, жить стало лучше, свободней чем раньше".

Мы приехали в самый центр города, устроились в гостинице, пошли гулять, и вправду, вокруг всюду слышалась иностранная речь. Да и понятно, ведь виз въездных теперь не нужно, это единая Европа. Температура таллинской толпы положительная, полно кафе, ресторанчиков, лавочек с местными сувенирами из кожи, стекла, и за покупку, как в Париже, говорят " merci ". Да и русская речь повсюду, а если заговоришь, отвечают тоже по-русски. Мы впервые с Никитой попали в "ближнее зарубежье", нам было всё интересно.

Над городом возвышаются купола Александро-Невского собора, это место так и называется Вышгород. В воскресенье мы пришли в собор, служил Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий. В том году исполнилось 10 лет архиерейского служения Владыки. Проповедь митрополита была о чудесах выздоровления, прозрения и воскрешения из мёртвых Господом нашим Иисусом Христом... Именно в этот момент мне и подумалось о чуде встречи через 35 лет моего мужа Никиты Кривошеина с Владыкой Корнилием. А ведь и не мечталось, когда в 1971 году Никита уезжал навсегда из СССР, а Владыка Корнилий (тогда отец Вячеслав) был настоятелем маленького прихода в Нымме.

Их первое знакомство произошло в лагере в 1958 году в Мордовии, в месте под названием Явас. Мой муж всегда вспоминал об этой встрече с благодарностью. Их разговоры, душевная связь тех лет остались навсегда.

Потом, после отъезда Никиты в Париж, была переписка, которая не прерывалась, и вот – подарок судьбы: неожиданно Совет Европы послал Никиту на четыре дня для работы в Таллин. Я, конечно, упросилась поехать, для меня ведь это было не только любопытство – посмотреть на Эстонию свободную, но и познакомиться с Владыкой. Будущий митрополит родился в 1924 году в дворянской семье русских эмигрантов, отец был в звании полковника царской армии, когда в России случилась революция, они бежали в Эстонию. Отец Вячеслав Якобс рос в Таллине, с отрочества почувствовал в себе духовное призвание, пошёл по пути приходского окормления, через это нашёл счастье и единение с паствой. Потом молодого священника направили в Вологду. Стояла хрущёвская оттепель, гонения на церковь развернулись во всей "красе", а отец Вячеслав, потеряв бдительность, переусердствовал в просветительском рвении – решил "распространять" Бердяева. Его арестовали в 1957 году, причина: "антисоветская пропаганда – собирал вокруг себя молодёжь, устраивал музыкальные вечера на дому, обсуждал духовную литературу". Эти невинные встречи привели к аресту и осуждению на 10 лет политических лагерей.

Органы КГБ предоставили отцу Вячеславу все условия духовного самоусовершенствования в мордовских лагерях, где Никите встреча с батюшкой была как подарок, душевной радостью и поддержкой. После освобождения отец Вячеслав вернулся к священнослужению, но думал ли он тогда, что ему выпадет нелёгкий крест стать митрополитом Эстонским....

Собор был недавно отреставрирован, после службы нас пригласили осмотреть его, потом мы трапезничали, знакомились с клиром и мирянами. Митрополит Корнилий сказал, что завтра он едет в Пюхтицкий монастырь и если мы свободны, то он возьмет нас с собой. Мы с радостью приняли приглашение. В пять утра на машине, в сильном утреннем тумане, мы выехали в направление Святой Горы. В разговорах и воспоминаниях, мы незаметно проехали два часа и поспели к утренней службе в Успенском соборе.

Вошли, в полупустом храме, пели четыре женских голоса, и так же, как в моё посещение Дивеева, меня охватило чувство необыкновенного блаженства и радости, возвышающей до небес. О женском монастыре в Пюхтицах на Святой Горе, прославленном явлением Божией Матери и обретением чудотворного образа Ее Успения, я читала много, но не мечтала, что попаду сюда. У всякого монастыря есть своя легенда и история, а потому после службы нас повели к Заповедному дубу, на котором была найдена икона Успения Божией Матери. Вот уже несколько сотен лет он не покрывается листьями, от его стволов и коры веет древностью и вечностью, кажется, что он замер в ожидании благословенного знака с небес, чтобы вновь зазеленеть... В монастырской летописи говорится, что шесть столетий возвышается дуб на этом месте и, по преданию, в XVI веке он был свидетелем совершившегося чуда. Здесь, на Святой Горе, было явление Божией Матери. Первым её увидел эстонский пастух, и именно там, где являлась Богородица, на сучьях дуба был обнаружен чудотворный образ. Мы увидели его в Успенском соборе – это изображение лежащей во гробе Пресвятой Богородицы.

Пюхтицкий монастырьО Пюхтицах написано много, пересказывать его историю не буду, а хочу поделиться впечатлениями от этого посещения, так странно и неожиданно нам ниспосланного. Первое, что меня поразило – удивительное чувство покоя, гармонии и красоты, разлитой во всей природе. Стояла осень, солнечная и тёплая, паломников, обычно приезжающих летом и в большие праздники, не было. Мы с Никитой оказались почти одни, да ещё молодая влюблённая пара, я их заметила на утренней службе, а теперь, взявшись за руки, они бродили по монастырским просторам. Жёлтые, красные листья, гроздья рябины, голубое поднебесье над куполами, обилие цветов в оранжереях и на клумбах. Летом, когда цветут розы, воздух наполняется дивным благоуханием.

Владыка Корнилий нас представил матушке игуменьи Варваре. Она впервые попала в Пюхтицы в начале пятидесятых годов и вот уже более тридцати лет направляет жизнь насельниц.

Как положено, нас усадили трапезничать. На стол подали овощи, ягоды, фрукты, выращенные в монастырской оранжерее, дивный творог, сметана, ряженка, мёд, всё со своей фермы. Матушка игуменья рассказала нам из каких трудностей ей приходилось возрождать и поддерживать монастырь. Её увлекательный и живой рассказ о нахождении средств для покупки и установления новой котельной мне показался сочетанием детектива с Божиим Промыслом. В монастыре есть не только телефон-факс, но и электронная связь, а за пультом управления котельной досматривает одна из послушниц с высшим техническим образованием. Прогрессу и порядку в Пюхтицах могут позавидовать многие русские эмигрантские приходы! Хоть и идёт здесь постоянная работа физическая и рукодельная, молитва не прекращается. Она на устах сестёр, которые восстанавливают древние ризы, в молитвенной тиши пишутся иконы, этот ручеёк, как живой источник, даёт силы всем труженикам монастыря. В послушании у матушки игуменьи 170 монахинь и послушниц разного возраста, с разной судьбой, приехавших со всего света. Энергия, сила духа матушки Варвары, умение всё поставить на хозяйственную ногу, строгость, любовь и внимание к каждой монашке, создают особую атмосферу единой, деятельной семьи.

За последние годы трудами сестёр на территории монастыря был построен скотный двор, вырыт огромный пруд, в нём разводят рыбу, которую нам подавали во время обеда. Уже к вечеру Владыка Корнилий, с которым мы не расставались, завёз нас на ферму монастыря. Тут нам показали и амбары, и сеялки, стадо коров, пасеку, сотни кур.

Осматривать уголки этой "прогрессивной" обители нам выделили монахиню Олимпию. С ней, мы увидели мастерские по реставрации икон и золотого шитья, замечательную выстроенную и расписанную фресками крестильную. Сама монахиня Олимпия – эстонка, по своему послушанию пишет иконы, поёт на клиросе, совсем недавно она и ещё три послушницы расписали крестильный храм. "Писали быстро, в несколько недель справились, сами удивлялись, как хорошо и споро работалось...", – говорит она с радостной улыбкой.

В летние месяцы, Пасхальные и Рождественские недели и, особенно, в праздники Пюхтицкой иконы Божией Матери Успения, монастырь наполняется паломниками со всех концов света и не только из России. Кстати, попасть теперь в Эстонию русскому человеку труднее, чем нам из Франции, он мыкается часами в консульствах, достаёт туристическую визу, которая стоит дорого и не всем по карману. Как и во всех больших монастырях, здесь хорошо налажен приём паломников, никто не остаётся без крова, есть гостиница, селят у жителей соседней деревни, каждый приезжающий идёт помолиться, а потом окунуться в водах живоносного источника.

Прозрачное, будто из фарфора, лицо монахини Олимпии оживилось, когда я показала ей открытку с изображением матери Марии (Скобцовой), я рассказала, что пишу книгу о её творчестве, занимаюсь выставкой её работ. "Вы, конечно, знаете, что она у нас бывала в начале тридцатых годов, сразу после пострига во Франции... и фильм о ней здесь снимался, а когда актриса Касаткина приезжала, мы её учили, как нужно носить монашеское облачение". Странно, подумала я, и здесь мать Мария напоминает мне о себе.

Сестра Олимпия повела нас в музей монастыря. Здесь хранятся предметы, облачения, принадлежащие святому Иоанну Кронштадтскому, много фотографий тех лет. Оказывается, он не раз бывал в Пюхтицах, совершал богослужения и заботился о строительстве его, но особое значение в прославлении обители сыграл Эстлянский князь и губернатор Сергей Владимирович Шаховской. Именно он и его супруга посвятили последние годы своей жизни благоустройству монастыря, они скончались в Пюхтицах, прах их покоится здесь же, у стен храма прп.Сергия Радонежского.

На закате дня мы собрались в обратный путь. Матушка Варвара и насельницы ласково простились с нами и приглашали приезжать.

Мы провели с Владыкой Корнилием вместе целый день, конечно, если бы не он, то вряд ли бы мы встретили такой царский приём. Было бы хорошо, но совсем иначе. Все, с кем за этот длинный день нам пришлось увидеться, испытывают к митрополиту огромную любовь и доверие. Наши сердца и души были переполнены волнением, весь обратный путь до Таллина мы делились впечатлениями. Владыка много и интересно рассказывал нам о трудном положении, которое сложилось у Православной Церкви в Эстонии. С болью в сердце он поведал нам о расколе, происшедшем за последние годы по вине Константинопольского Патриарха Варфоломея (могли ли мы тогда думать, что рука Стамбула дотянется и до Парижа!)

Благословение на монашеский постриг и архиерейство Владыка Корнилий всегда воспринимал как новый крест. Ему выпали годы трудного епископства, пришлось разрубать узлы постсоветской церковной дипломатии. Но Господь милостив к нему и в свои 76 лет он полон сил, энергии, забот о пастве и думает только о благе Православной Церкви в Эстонии.

Париж, 2007 г.

Впервые опубликовано: http://www.russian-inok.org/page.php?page=monastery1&dir=monastery&month=0508