К 1020-летию крещения Руси "И я в Херсонес креститься, в раскаянье, еду!"

Сегодня уже никто точно не знает, в раскаянье ли или из политических соображений совершил свой поступок тот, о ком почти сто сорок лет назад Алексей Толстой писал в "Песне о походе Владимира на Корсунь". Сомнений не вызывает лишь то, что свершенное положило начало иной, пожалуй, далеко не худшей Руси. Тысяча двадцать лет назад великий князь Киевской Руси Владимир Святославович принял христианство сам и крестил свое государство.

Святое место

Для нашего полуострова это событие примечательно вдвойне. Ведь Корсунь – это у нас, в Крыму. Этим именем древние русичи называли византийский Херсонес. В XIX веке при раскопках, начатых по приказу начальника Черноморского флота адмиралу А. Грейга, удалось даже установить место, где предположительно крестился князь. Адмирал, естественно, был истинным патриотом Отечества и, поняв, что земля эта святая – источник духовного рождения христиан, и достойна она поклонения, не мог не подать на имя императора Александра I докладную записку о сооружении в Херсонесе "изящной архитектуры церковь и при ней богадельни для 30 инвалидов" в память о выдающемся событии. Деньги, как говорится, собирали всем миром. "По копеечке, – пишет в книге "Соборный храм святого Владимира в Херсонесе" Н. Манкуни. – Не от скудости казны, а чтобы каждый внесший чувствовал себя причастным строению храма-венца 900-летней истории Отечества, как гражданин и патриот. Жертвовали армяне и даже татары".

Позже по прошению главнокомандующего Черноморским флотом адмирала М. Лазарева император Николай I распорядился возвести храм во имя святого князя Владимира в черте Севастополя (в разрастающемся городе в то время было всего две церкви). А сооружение памятника в Херсонесе "стало делом особого попечительства архиепископа Таврического и Херсонесского Иннокентия (Борисова)". Он предложил восстановить самый крупный из четырех раскопанных ранее храмов в том виде, каким он был при князе Владимире, "что и составит самый приличный памятник на месте его крещения". 23 августа 1861 года император Александр II заложил первый камень в основание Владимирского собора.

Но это все будет позже, а тогда, в X веке, Владимир Святославович, решивший креститься, просто осадил Корсунь.

Десятинная церковь

Кто-то считает ее самым первым христианским храмом на территории Киевской Руси. Хотя летописцы утверждают, что первые храмы появились еще при княгине Ольге. Но между тем церковь Успения Пресвятой Богородицы, а именно так официально назывался храм, стала первой каменной и первой на территории христианской уже Руси. Владимир повелел возвести ее практически сразу после крещения и даже выделил на это десятую часть своих доходов – десятину, отсюда и более привычное название. Работали, естественно, греческие мастера. За образец взяли церковь Большого императорского дворца в Константинополе, тоже посвященную Богоматери и более известную как Фаросская. Она считалась самой прекрасной. Очевидно, такой стала и Десятинная церковь. Кстати, некоторые исследователи предполагают, что строили на месте бывшего дома одних из первых святых Руси – варягов Иоанна и Федора. Эдакая дань памяти невинным жертвам язычества. До крещения в Киеве приносили жертвы языческим богам. Однажды жребий выпал сыну варяга-христианина. Отец отказался отдавать сына, тогда разгневанные киевляне подожгли дом отказников. После крещения Киевской Руси погибшие отец и сын были причислены к лику святых.

Как бы там ни было, а в 996 году возведение шестиярусного каменного храма (основной материал – глинфа, тонкий квадратный кирпич, изготавливавшийся в те времена) было закончено. Владимир передал и привезенные из Херсонеса (с благословения местного епископа) частицы мощей святого Климента, епископа Римского, и ученика его Фива, а также церковные сосуды, иконы, два медные изваяния и четырех медных коней, которых установили неподалеку. Священники из Херсонеса и служили в новом храме, по некоторым источникам, церковь Владимир "поручил" Анастасу Корсунянину (тому самому, что когда-то помог ему войти в город).

В конце 1240-го орды хана Батыя, взяв Киев, уничтожили Десятинную церковь. По легенде, она рухнула под весом набившихся в нее киевлян, пытавшихся спастись от монголов.

Выбор пал на христианство

Вообще начало христианской веры в древнерусском государстве было положено задолго до Владимира. К примеру, в древнейшей летописи "Повесть временных лет" есть сведения о "хождении апостола Андрея Первозванного на Русь" еще в I в. н. э, когда апостол, проповедуя слово Божие, прошел побережье Черного моря, Крым, Причерноморье, по Днепру поднялся до места, где стоит теперь Киев, и на месте будущей Владимирской горки сказал своим ученикам: "Здесь воссияет благодать Божия, будет великий город, и Бог воздвигнет много церквей". Апостол благословил этот место и водрузил крест. Помолившись, поднялся выше по Днепру и дошел до поселений славян, где был основан Новгород. Также в некоторых источниках, рассказывающих о походе в 866 году на Царьград (древнерусское название Константинополя, нынешнего Стамбула) киевских правителей Аскольда и Дира, есть упоминание о том, что первое крещение было совершено при них. Христианство приняла бабушка Владимира княгиня Ольга и его мать – ключница княгини Малуша, были христиане и в княжеской дружине его отца Святослава.

Но все-таки человеком, запомнившимся потомкам как креститель Руси, стал именно Владимир. Правда, сам он сначала был язычником. Братоубийственным путем придя к власти, "стал Владимир княжить в Киеве один, – говорит летопись, – и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, затем Хорса, Даждьбога, Стирбога, Симаргла и Мокоша. И приносили им жертвы, называя их богами... И осквернилась кровью земля Русская и холм тот".

Что послужило поводом для принятия князем христианства – раскаяние в грехах либо (что вероятнее) государственные соображения? Ведь давно существовала прочная связь Руси и Византии, особенно в результате торговли по пути "из варяг в греки", благодаря принятию веры на Русь пришла письменность, распространилась иконопись, стало доступно наследие античного мира. Христианство укрепило княжескую власть: церковь внушала подданным необходимость беспрекословного повиновения, а князьям – сознание своей православной церкви. Короче, как модно нынче говорить, у государства стала формироваться национальная идея. Хотя, по свидетельствам летописцев, князь, решив отказаться от язычества, долго выбирал, какую бы из религий соседних государств принять.

Согласно "Повести временных лет" в 986 году к Владимиру с рассказами о преимуществах своих верований пришли "булгары магометанской веры, иноземцы из Рима (т. е. католики), хазаре – иудеи и грек – философ". Якобы после проповеди грека христианская вера пришлась князю по душе, но окончательного решения не было. На следующий год отправил он десять "мужей добрых и смысленных" для того, чтобы посмотрели предложенные религии, так сказать, в действии. Послов потрясла греческая литургия. Для окончательного решения князь отправляется в корсуньский поход. Негоже же великому князю просить византийцев о крещении, пусть они попросят. Долго не мог он взять укрепленный Корсунь. Наконец, согласно летописи, некто Анастас пустил из города в русский стан стрелу с надписью: "За вами к востоку находятся колодцы, откуда херсониты получают воду чрез трубы: перекопайте водопроводы".

Овладев Корсунем, послал греческим императорам Василию и Константину ультиматум: "Ваш славный город я взял; так поступлю я и с вашею столицею, если не отдадите за меня сестры своей еще незамужней, которая есть у вас (Анна. – Ред.)". Те лишь просили князя-язычника принять православие, поскольку христианам нельзя жениться на язычниках. Как раз в то время у князя появились проблемы со зрением. Прибывшая в Корсунь Анна велела передать князю: "Если хочешь исцелиться от своей болезни, крестись". Владимир согласился. Как только Корсунский первосвятитель возложил на него руку, Владимир мгновенно прозрел и воскликнул, выходя из своей купели: "Вот теперь-то впервые узрел я Бога истинного!".

Многие из дружины, видя совершившееся чудо, тут же последовали примеру своего князя. Крещение происходило в церкви св. Василия (это христианское имя князь и получил при крещении), стоявшей посреди Херсонеса на городской площади. А поход все-таки был нужен именно для поддержания "имиджа": князь не унизился в глазах народа, сделав снисхождение византийским царям. Корсунь же сразу был отдан грекам – за невесту.

Возвратившись с царевной Анной и греческим духовенством в Киев, Владимир крестил двенадцать сыновей и многих бояр, приказал уничтожить всех идолов, главного – Перуна – сбросить в Днепр. "На следующий же день, – говорит летописец, – вышел Владимир с попами царицыными и корсуинскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, молодые же у берега по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же совершали молитвы, стоя на месте. И была видна радость на небе и на земле по поводу стольких спасаемых душ...". Мог ли народ ослушаться призыва к крещению? Вряд ли. Хотя бы потому, что победа над Византийской империей, сильней-шей в то время, воспринималась всеми как великий триумф, а главный виновник этого – князь Владимир – стал, как говорится, национальным героем.

Вслед за Киевом наступил черед крещения жителей Великого Новгорода. Правда, они, отказавшись принимать новую веру, оказали крестителям сопротивление. Но после подавления восстания (исключительно для утверждения единства государства) новгородцев удалось крестить. К XII веку большинство древнерусских земель за исключением вятичей приняли христианство (в целом мирным путем). Ну а многие древние славянские верования вошли на Руси в христианский канон. Праздники поклонения языческим богам соединились с культами святых: праздник Купалы слился с днем Иоанна Крестителя, Перуна – с днем Ильи Пророка. Наши прадеды еще верили в низшие божества – леших, домовых, русалок. А блины на Масленицу и сейчас напоминают о языческом поклонении Солнцу.