Сегодня во многих храмах можно встретить людей, призывающих к непослушанию священноначалию, ссылающихся на благословение старцев и показывающих изданные "по благословению старцев" брошюры апокалиптического характера, призывающие жечь российские паспорта, отказываться от ИНН, переезжать в деревенскую глушь. Одной из проявлений этого "православного экстремизма" (определение о. Андрея Кураева) было "пензенское сидение". Недавно эти же настроения вылились в "третью серию Диомидовского скандала". По всей вероятности, этот "православный алармизм" будет обсуждаться на Архиерейском соборе Русской Православной Церкви.
Председатель Отдела внешних церковных связей Русской Православной Церкви митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл считает, что корень подобных проблем – в религиозной безграмотности людей: "Сам по себе факт веры еще не является позитивным, не спасает человека. Бесы тоже веруют и трепещут... Вера – это сложное духовное явление, которое может получать совершенно различную практическую реализацию, в том числе – и опасную для человека и общества. Опыт СССР показал, что секты развиваются там, где недостаточно развита религиозная жизнь людей, или где ее контролируют, ограничивают".
"Невозможно победить опасные проявления религиозной жизни, не повышая общий уровень религиозной культуры в обществе. Нормальное развитие религиозной жизни, включая заметную роль религиозного образования в жизни гражданского общества, – все это снижает уровень опасности, который происходит из активности сектантов", отметил владыка.
Архиепископ Белгородский и Староосколький Иоанн, руководитель Миссионерского отдела Русской Православной Церкви, полагает, что главная причина возникновения подобных брожений – невостребованность прихожан: "Вот батюшка отслужил службу и расстался с прихожанами до следующего воскресенья. А в это же время какой-нибудь внимательный, но может быть не очень здравый лжепроповедник соберет людей, каждую бабульку погладит по головочке, расскажет, какая она хорошая. Поскольку проблема одиночества в этом мире – одна из актуальнейших, то естественно, что такой лжепророк без труда создаст мощную, отлично организованную общину, направленностью которой он объявит защиту людей".
Причину успеха подобных околоправославных сект владыка видит, в первую очередь, в деструктивной основе объединений: "Нетрудно тогда понять, откуда такая агрессивность в подобных общинах: ведь они всегда не "за", а "против", идеология таких групп формируется только на "контра". Отсюда и агрессивность, и совершенно фанатичная жертвенность. Если бы эту энергию вовремя заметили и использовали по назначению – на ту же миссионерскую или социальную деятельность, тогда можно было бы уже говорить о миссионерском приходе, задача которого в том, чтобы внутреннюю энергию мирянина направить в мирное созидательное русло, найти выход для нее. Почему мы постоянно сталкиваемся с успешной деятельностью сект? Потому что они работают с человеком, изучают его и, увидев какие-то проблемы, оперативно направляют все свои силы на их решение".
Руководитель Пресс-службы Московской Патриархии священник Владимир Вигилянский подчеркнул, что обучение основам православной культуры и прививание правильного понимания роли Церкви в деле спасения человека должно вестись со школы: "Необразованность и невежество – вот истинная причина сектантства и мракобесия. Главная причина настроений, подобных пензенским – стремление к изоляционизму, причем как на индивидуальном уровне, так и на общинном. Церковь для таких людей перестает быть единым организмом – Телом Христовым. Часто люди объединяются вокруг лидера, который приводит верующих не ко Христу, а к себе, любимому".
Отец Владимир подчеркнул, что суть всех расколов и нестроений одна, несмотря на их различные виды и проявления: "Некоторые лидеры предлагают конкретные способы спасения человека посредством строгого соблюдения правил и ограничений, только внешне, поверхностно относящихся к сути христианства: отказ от паспортов, прививок, ИНН и т.д. Другие воспитывают в адептах чувство исключительности, избранности. Третьи считают, что исполнение "буквы" закона обнаружит и утвердит его "дух". Четвертые все время хотят "дополнить" церковные Таинства сугубыми действиями и молитвами, не утвержденными или отжившими свое в церковной традиции. Во всех этих случаях действует тонкий тщеславный механизм, игнорирующий тот член Символа веры, который говорит о "единой, святой, соборной и апостольской Церкви". По сути – это основа всех ересей, расколов и сектантских образований в истории Церкви".
Протоиерей Всеволод Чаплин, заместитель председателя Отдела внешних церковных сношений Русской Православной Церкви, видит причину формирования сект во враждебном отношении ряда людей к Церкви: "Разделить простой народ с иерархами – давняя мечта недругов Церкви. Весь миф о конфликте между простым народом и церковной иерархией протекает в головах недружественных журналистов, экспертов и общественных деятелей. На самом деле простой народ любит своих священников и архиереев. Искушение сказать "Я не люблю храм Христа Спасителя, а вот скромный батюшка в деревне мне по душе" свойственно многим интеллигентам еще в с XIX века. Но эти люди хотели бы видеть Церковь униженной и больной, загнанной в самые далекие углы общественной жизни. Русская Православная Церковь всегда одновременно была и во дворцах и в далеком селе, и там, где важно находиться для принятия общенародных решений и там, где совершаются малые дела. Православие пытается объять все общество – от элиты до бродяг".
"Лучшим средством от подобных проявлений должно стать преподавание основ религии в школе, в чем должно быть заинтересовано в первую очередь государство, ведь речь идет о жизни и благополучии его граждан", – считает отец Всеволод.
Настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Лос-Анжелесе, клирик Русской Православной Церкви за рубежом священник Алексий Чумаков считает ложную религиозность попыткой заменить настоящую духовную жизнь более простой, формализованной и регламентированной обрядовой: "Этот выдуманный мир по-своему комфортен, в нем есть внешние враги, в нем есть очень утешительная для человеческого самолюбия убежденность в правильности своего пути. По сути дела, это попытка избежать исполнения Заповедей Божиих, заменить внутренний труд – внешним обликом и одеждой. Труд воспитания своей совести и разума, укрепления и воспитания своей воли (дабы уклоняться от зла и делать добро) можно заменить ложно понятым "послушанием" старцу, что снимает с человека ответственность за свои поступки. Отношения нездоровой взаимозависимости, которые возникают при этом, вряд ли похожи на должную любовь и уважение к учителю веры и наставнику благочестия, каким должен бы быть опытный духовник".
Главной причиной подобной подмены отец Алексий считает ложное благочестие: "Гордость житейская, как одна из основ падшего мира может неплохо маскироваться, притворяться ревностью о вере и благочестии".
"Думается, основная причина такого рода настроений отчасти заключается и в той стремительности, с которой пост-советское общество стало "воцерковляться". Перефразируя известную американскую пословицу, можно взять ученика из школы, но нельзя взять школу из ученика, иными словами, люди, в массовом порядке пришедшие в Церковь, далеко не всегда меняются. Большинство современных болезней церковных, по моему мнению, – это болезни роста, болезни привнесенные из окружающего мира и не нашедшие себе пока исцеления", – сказал отец Алексий.
В такой среде естественно появление лидеров другого типа, харизматического, неслучайно и появление разных внутрицерковных группировок, конфликтующим друг с другом. Психиатрическая составляющая тут тоже, разумеется, есть, и как мне кажется, происходит своеобразный отбор, когда верующие определенного душевного склада тяготеют к тем, кто сможет найти ключик к их расстройству и дать то, чего ищет их душа. К сожалению, это чаще всего оказывается не Христос".
Отвечая на вопрос о путях взаимодействия с сектантами, отец Алексий в первую очередь, отмечает необходимость разговора о Христе и Евангелии: "Надо начинать с фундамента, с Христа, с Евангелия, стараясь пропускать мимо ушей всякую чепуху, столь занимающую прельщенного и обратить его внимание на действительное содержание христианской веры. Может быть и удастся убедить его со временем оставить свой шалашик и войти в здание церковное. Это трудный процесс, требующий терпения и молитвы, да и то с неизвестным исходом. Каждый, кому приходилось беседовать с душевнобольным человеком, знает, насколько трудно ему помочь".
Протоиерей Игорь Пчелинцев, пресс-секретарь Нижегородской епархии Русской Православной Церкви главную причину появления разобщающих тенденций в Церкви видит в российской незаконопослушности: "Только тиранам и деспотам удавалось достичь на какое-то время определенного уровня гражданского и церковного послушания, но на бытовом уровне всегда считалось и считается – обойти начальство, слукавить, даже с гордостью нарушить законы и правила". Небрежение к законам мирским и Закону Божиему порождает неуважение к начальствующим: "Мы должны признать, что часто отступаем от Закона и от законов. Слишком много ситуаций в нашей жизни, когда начальствующие противопоставляются народу, некоторые реалии гражданской жизни простыми людьми легко переносятся и в оценки церковной жизни – "там, наверху свои интересы, у нас, у простых – свои".
Эта проблема, по словам отца Игоря неоднократно возникала в церковной истории: "Проблему обрисовывал в общих чертах еще Мельников-Печерский. В то время власть много усилий употребляла на борьбу со староверами, но Мельников добавляет, что при всей масштабности борьбы и миссионерской работы со старообрядцами мало уделялось внимания, а зачастую вообще отсутствовали знания о тайных сектах – псевдоправославного, околохлыстовского толка, эффективно работающими на разрушение личности и десоциализацию входящих в них членов".
Возможным путем укрепления единства отец Игорь считает развитие приходской общины: "Народ не осознает важности многих проблем, не живет духом церковности, для большинства приходская община не семья, а просто посторонние люди, церковь не дом родной, а всего лишь место, "где хорошо", где можно "порешать свои духовные проблемы", "удовлетворить свои религиозные потребности". Я не призываю к "церковной демократии", но надо что-то делать, чтобы народ жил интересами Церкви, а не был просто потребителем".
Священник Лев Семенов, ответственный секретарь Российской ассоциации центров изучения религий и сект, кандидат исторических наук, полагает что на формирование многочисленных сект и околосектанских объединений немалое влияние имела утрата народом традиций религиозной жизни: "В значительной степени это связанно с недостатком подлинной воцерковленности и с недостатком религиозной просвещенности. Не секрет, что 70 лет наше общество было оторвано от религиозного воспитания, традиция в значительной степени была нарушена, сломана. В последние полтора-два десятка лет произошел массовый приход людей к вере, многие из числа неофитов не имели той глубокой внутренней базы жизни в церковной ограде, которая необходима для подлинного исповедания веры. Церковь, как объединение ныне пребывающих на земле верующих, представляет собой такое же многослойное явление как наше общество. Это люди с разными взглядами, убеждениями, разным образованием, разыми предпочтениями и политическими и историческими, и поэтому не удивительно, что среди тех, кто относит искренне себя к православным верующим, находятся и люди которые вопреки всем каноническим установлениям оказываются глухи к прямым указаниям священноначалия на всех уровнях".
Сектовед профессор Александр Дворкин подчеркивает, что вербовка в секты происходит главным образом, на периферии храмов, на периферии больших церковных событий: "Если в Москве проходят Рождественские чтения или Собор, то вокруг храма Христа Спасителя стоят люди и раздают листовки: странного вида бородачи в кирзовых сапогах, люди в поношенных рясах, непонятно кем рукоположенные. И вот обратившим на них внимание людям они говорят, что настоящая Церковь уже не тут, что по древнему пророчеству в последние времена епископам нельзя будет доверять, что в Церкви благодати не будет, а настоящее православие будет не тут, а там, куда мы вас приведем, послушайте духоносных старцев и т. д". Нередко подобные секты возглавляются бывшими священниками и монахами, напомнил Александр Леонидович.
Источник: Regions.ru
