Мы плохо помним свою историю – внуки расстрелянных за веру христиан часто и не знают, что их деды прославлены как святые. Внуки палачей тем более не знают, кого их деды сажали в тюрьмы, кого пытали на допросах. Мы до сих пор живем так, как будто не было
ни красного террора, ни сталинских репрессий – и быть не может, чтобы короткая историческая память объяснялась только недоступностью архивных данных.
Русскую Православную Церковь все чаще называют Церковью новомучеников. Никогда еще за всю историю христианства ни в одной Поместной Церкви не погибало за короткий промежуток времени столько священнослужителей и мирян, не появлялось такого количества святых. Их подвиг не должен быть забыт. Мы публикуем рассказы о новомучениках – рассказы о настоящей верности Богу перед лицом смерти.
Это не только попытка трезво взглянуть на наше прошлое. Скорее, это попытка рассказать друг другу о будущем – о том, что никогда не должно повториться, и о том, что мы еще в силах сделать ради Христа здесь и сейчас.
Священномученик Александр (Крутицкий) – 1 июля
Окончив Московскую духовную семинарию в тревожном 1917 году, после получения диплома Александр Сергеевич Крутицкий еще более десяти лет прослужил псаломщиком. Трое детей, любящая жена – и, казалось бы, гораздо более безопасное положение, чем у принявших сан священнослужителей, которым часто грозили в первые десятилетия атеистической власти разнообразные притеснения и даже смерть.
Однако в 1929 году Александра Сергеевича все же арестовали по обвинению в "срыве сельскохозяйственных заготовок". Это было обычное надуманное обвинение, которое предъявляли "церковникам" в то время, – дескать, попы и иже с ними отвлекают народ от сельскохозяйственных работ, а именно – призывают в воскресенье и в праздники прийти в храм на молитву. Суд на этот раз оправдал псаломщика – но вместо того, чтобы затаиться, скрыться, сразу после освобождения Александр Крутицкий подает прошение о рукоположении в священный сан. В 1933 году, на заре самого страшного для Русской Церкви времени, он становится священником. Во всех бедах христиан будущий мученик не хочет оставаться сторонним наблюдателем, а идет служить Богу и людям до конца.
О жизни святого красноречиво говорит один факт. В селе Хомутово Покровского района Московской области, где служил отец Александр, жили три вдовы, мужья которых погибли в Первую мировую войну. И прежде чем вскопать огород для своей собственной немалой семьи, священник помогал обрабатывать землю этим вдовам – сам и пахал, и засевал... Бедным женщинам помогали многие односельчане, но только священник брался за самый тяжелый труд.
В начале марта 1938 года отца Александра арестовывают по 58-й статье за "контрреволюционную деятельность". Параллельно происходит обыск – или, вернее сказать, грабеж. Так, у жены священника одну серьгу из уха попросту вырвали.
На допросе арестованный отрицал свое участие в антисоветской деятельности, но "тройка" НКВД все равно приговорила его к смертной казни. 1 июля 1938 года священномученик Александр Крутицкий был расстрелян на Бутовском полигоне под Москвой и погребен в безымянной могиле.
Преподобноисповедник Георгий (Лавров) – 4 июля
Если зайти в Покровский храм московского Свято-Данилова монастыря, то слева от входа легко можно заметить раку с мощами новопрославленного святого Русской Церкви. Это – преподобноисповедник Георгий (Лавров), бывший братским духовником обители и ее прихожан в 20-х годах прошлого века. Как упоминается в следственном деле, только в Москве проживало больше тысячи его духовных детей.
В юности мать будущего святого очень хотела стать монахиней, но родители не позволили ей исполнить мечту и выдали замуж. Женщина очень хотела, чтобы хотя бы один из ее детей посвятил себя Богу, и более всего ожидала этого от старших сыновей. Но монашеский путь выбрал для себя самый младший – Герасим. Еще в детстве почувствовав желание уйти из мира, в двадцать два года, после смерти отца, Герасим отправился в Оптину Пустынь. Через девять лет, 23 июня 1899 года, он был пострижен в монашество и наречен именем великомученика Георгия.
Прожив около 20 лет в знаменитой Оптиной Пустыни, в 1914 году преподобноисповедник назначается настоятелем Мещовского монастыря в Калужской губернии.
Через четыре года отец Георгий впервые был арестован. Во время заключения он старался заботиться о других осужденных, которым оказывал не только духовную, но и простую медицинскую помощь. "Бинты, йод, вазелиновое масло и другое приносили мне при передачах... Вот откуда я бы никогда не хотел уходить, вот бы где с радостью и жизнь свою скончал, вот где я нужен! Тут-то, на воле, каждый может получить утешение – кто в храм сходить, кто причаститься, а ведь там – не так. Там одни скорби, одни скорби..." А один соузник вспоминал: "Небольшая чистая камера в Таганской тюрьме. Посреди нее стоит иеромонах, исполняющий должность санитара. Вереница больных проходит через комнату. Большинство страдает экземой, язвами на ногах... Отец Георгий... как милосердный самарянин, обмывает гнойные раны".
Настоятель Свято-Данилова монастыря сидел в тюрьме вместе с отцом Георгием, но был освобожден чуть раньше, и по его рекомендации отец Георгий по освобождении поселился при монастыре святого Даниила. Шесть лет преподобноисповедник духовно руководил всеми, кто приходил к нему со своими нуждами и бедами.
В 1928 году последовал новый арест, обвинения в антисоветской деятельности и ссылка в Казахстан. В новом для себя климате старец тяжело заболел – но только в практически безнадежном состоянии получил разрешение вернуться в Россию. Лечиться в Москве власти не разрешили, и тогда отец Георгий поселился и стал ждать кончины в Нижнем Новгороде. 4 июля 1932 года, после беседы с приехавшими из Москвы своими духовными детьми, он причастился и тихо отошел в иной мир.
Преподобномученик Феодор (Богоявленский) – 19 июля
Cвятой Феодор, в крещении Олег, был сыном русского консула в Тегеране, убитого персами в 1911 году. Молодого человека после смерти матери в 1927 году взяли на военную службу. Во время военной службы Олег не скрывал, что он христианин, и даже однажды попал за это на гауптвахту – нельзя же красноармейцу "пятнать честь мундира" присутствием на богослужении... Но отвратить Олега от веры не удалось. После окончания срока службы недолго побыв простым прихожанином Высокопетровского монастыря в Москве, в 1930 году он принимает монашеский постриг с именем Феодор.
Будучи рукоположен во иеродиакона к храму преподобного Сергия по соседству с Высокопетровским монастырем, отец Феодор прослужил там до ареста в 1933 году и последующей ссылки. Новосибирск, Владивосток... Через три года срок заключения подошел к концу – но, вернувшись в Москву, иеродиакон Феодор не прячется от будущих гонений, а решает стать священником. Он принимает сан и отправляется служить в село Ивановское близ Волоколамска.
Денег за требы молодой священник не брал, а наоборот, если видел нужду у прихожан, то старался помочь им, чем мог. Власти продолжали преследовать его, и однажды, после очередного разговора с властями и резкого отказа доносить о своих прихожанах, отцу Феодору запрещают служить в Московской области. Чтобы не бросать своих духовных детей, он был вынужден поселиться вблизи Москвы тайно, в сельском доме своей сестры Ольги. Там его и арестовали.
Начались новые допросы, пытки. От преподобномученика требовали назвать имена его друзей и помощников, но он категорически отказывался доносить на кого-либо: "Я считаю для себя нравственно невозможным называть следствию лиц, у которых я проживал". Следствие длилось больше двух лет, но из-за отсутствия показаний никого привлечь по делу так и не удалось, и власти решили осудить хотя бы одного отца Феодора... за дезертирство. Святой родился в 1905 году, а значит, подлежал призыву на фронт во время Второй мировой, – но обстоятельства помешали ему получить повестку и явиться в военкомат: в день, в который он должен был быть призван, в нужном направлении попросту не ходил транспорт. Материалы же дела говорят об этом так: "Вел антисоветскую агитацию и уклонился от службы в Красной армии... виновным себя не признал. Изобличается специальными материалами".
Преподобномученик Феодор был осужден, а всего спустя месяц после приговора умер в городе Балашове Саратовской области от невыносимых условий тюремного содержания.
Источник: Фома
