Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, состоявшийся в июне, призвал российские власти вынести нравственную и правовую оценку убийства последнего российского императора, членов его семьи и приближенных лиц. Вопреки опасениям ряда экспертов, мы утверждаем, что однозначное осуждение преступлений коммунизма не поколеблет, а укрепит легитимность новой России.
Понятие "легитимность" трактуется в современном полуматериалистическом-полупозитивистском обществоведении крайне узко – как согласие народа на то, чтобы им управляла данная власть. Основания же управления и согласия – полностью изъяты из современного рассмотрения. Законосообразность, правомерность государства ставится в зависимость от признания или непризнания его общественным мнением. А само общественное мнение – чем оно руководствуется? Как быть, если общественное мнение становится управляемым или, как говорят, "конструируется"? Что тогда является основанием легитимности власти? Мнение "конструкторов" общественного мнения?
Классическое решение проблемы легитимности связывает и власть, и общество требованиями нравственного закона. Собственно, сам термин "легитимность" (законность, правомерность) указывает на некий объективный нормативный порядок, называемый "естественным правом" или "нравственным законом". В данной перспективе легитимна та, и только та, власть, которая:
основывается на нравственных принципах,
находит нравственно обоснованные пути их реализации.
Сказанное не отменяет значимости признания власти со стороны общества. Власть, не признаваемая обществом, рано или поздно перестает ею быть. Однако признание – это, конечно, необходимое, но недостаточное условие легитимности власти – при отсутствии или нечеткости ее духовно-нравственных оснований.
В данной связи, легитимность новой, возникшей на обломках СССР, российской государственности можно охарактеризовать как формирующуюся, становящуюся легитимность. На нынешнем историческом этапе ее основанием считается волеизъявление народа, реализуемое в основном в период выборов и направленное преимущественно на поддержку персон, а не институтов и ценностей (что само по себе говорит о неустойчивости и недостаточной степени легитимности государства). Очевидно, что по мере укрепления легитимности именно ценностный фактор, ценностные основы государства, права и политики должны будут выдвигаться в центр политического сознания общества.
С проблемой легитимности неразрывно связана проблема преемства современного российского государства и права по отношению к Российской Империи и ее правовой системе. Дискуссии, которые ведутся в данной сфере, свидетельствуют о безраздельном господстве юридического позитивизма. Правом считается только совокупность нормативных актов государственной власти. Различие позиций связано с выбором исходной точки отсчета: либо за основу берутся законы Российской Империи, либо советское законодательство, либо современное российское законодательство. Но ни одна из этих позиций не дает возможности вполне решить вопрос о правопреемстве России. Каждая из позиций сталкивается с практически или нравственно непреодолимыми апориями.
Даже революционный террор, в том числе трагические екатеринбургские события, связанные с убийством Императора Николая II, его семьи и ряда приближенных, в разных правовых системах координат получает разную трактовку. Единственный верный путь в нашей ситуации – это оценка истории с точки зрения нравственного закона, который, в отличие от нормативно-правовых систем, не подвержен превратностям времени.
Именно в данной связи в канун 90-летия трагических екатеринбургских событий была выдвинута инициатива парламентского осуждения убийства последнего российского императора Николая II и членов его семьи, а также приближенных лиц.
Приведем текст предложенного проекта Постановления Государственной Думы:
"Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации,
основываясь на исторических фактах, свидетельствующих о совершенном 17 июля 1918 года в городе Екатеринбурге убийстве последнего российского императора Николая II, членов его семьи: супруги Александры Федоровны, детей – Алексея Николаевича, Ольги Николаевны, Татьяны Николаевны, Марии Николаевны и Анастасии Николаевны, а также приближенных лиц,
стремясь к утверждению духовно-нравственных основ Российского государства, преемственности его многовековой истории, преодолению последствий революционной смуты начала ХХ века, достижению прочного национального согласия,
рассматривая убийство последнего российского императора, членов его семьи и приближенных лиц как ничем не оправданное злодеяние,
полагая, что ответственность за это злодеяние несет прежде всего большевистское руководство тех лет,
осуждает это злодеяние, а также последовавший за ним массовый террор в России, повлекший за собой величайшие страдания российского народа,
категорически заявляет, что никакие политические цели не могут достигаться путем убийства и террора".
Очевидно, что принятие данного парламентского акта должно повлечь за собой целый ряд решений иных органов государственной власти – о переименовании целого ряда географических объектов, окончательном закрытии Мавзолея и ликвидации кладбища на Красной площади. Видимо, нельзя считать окончательными государственный гимн и армейский флаг. Фактически, должен системно завершиться процесс декоммунизации страны.
Если мы строим новую Россию на основе традиционных духовных ценностей, консервативных ценностей, то нельзя совмещать несовместимое и нужно вводить понятие экологии исторической памяти. Мы не можем новые поколения россиян оставлять в шизофреническом пространстве, где одновременно увековечиваются имена преступников и их жертв. Нельзя не ранжировать историческую память, она должна быть избирательной, персоналии и события в ней должны подвергаться ценностной экспертизе.
Возвращаясь к вопросу о легитимности, необходимо подчеркнуть, что новая Россия может утвердиться только на вечных основаниях, в этом – основа ее легитимности. И в этом же направлении нужно искать решения целой группы нерешенных, по большей части искусственно отодвинутых в сторону, проблем, связанных с преемственностью нынешней России по отношению к ее тысячелетнему прошлому. Историческая преемственность устанавливается не через совокупность правовых артефактов, – это не формальный вопрос, как об этом толкуют сторонники правового позитивизма. Историческая преемственность устанавливается через осмысление и реализацию вечного нравственного закона, всегда вдохновлявшего наших предков в лучшие моменты истории страны.
Осуждение преступлений коммунистического прошлого, решительное отмежевание от них, не подорвет позиции страны на мировой арене, не приведет к пересмотру границ или катастрофическому переделу собственности – в том случае, если будет сделан выбор естественного нравственного закона как основы легитимности новой России. От зыбкой постсоветской легитимности новая Россия должна окончательно перейти к легитимности, основанной на естественном нравственном законе.
Источник: Портал "Социальное богословие"
