Обращение Константинопольского патриарха Варфоломея к украинской нации на торжествах по случаю 1020-летия Крещения Руси

Благословенные чада Церкви, Христолюбивый народ Украины!

Инициатива общественных, политических, религиозных и духовных лидеров великого народа Украины относительно проведения официального празднования 1020-й годовщины твердого решения Великого князя Владимира принять Христианскую веру от Вселенского Патриархата как официальную религию для народа Киевского государства и, соответственно, для всех русских княжеских уделов является не только обязательством перед благочестивым народом Украины, но и имеет важное значение для его будущего в процессе стремительных и решительных перемен в мире.

Эта инициатива является обязательством, поскольку все великие нации должны как можно более ревностно оберегать свою историческую память, особенно в отношении событий, которые формируют настоящую и прочную духовную идентичность их национального сознания и по большому счету определяют их особенный вклад в сообщество народов. Она также является особенно важной сегодня, поскольку глубина истории великого народа является неисчерпаемым источником силы и отражается на его ближних и дальних.

1. Выбор веры был во всех отношениях решающим фактором для исторической судьбы всех народов мира. С одной стороны потому, что он наполнял и оживлял их специфические особенности интеллектуальной идентичности, а с другой стороны, потому что он, в большей или меньшей степени, определял сущность их национального самосознания. Это важное и бесспорное утверждение. Нынешние праздничные события являются четким выражением благодарности благочестивого украинского народа Великому Князю Владимиру за его личное участие и мудрое решение в деле выбора веры для своего народа, как описано в летописи киевского монаха Нестора (ХІ век).

Очевидно, что решение Великого Киевского князя выбрать для своего народа Христианскую веру и просить у Вселенского Патриархата крещения было зрелым плодом мудрой оценки и сознания всех последствий этого решения, которое мотивировалось не только его личными чувствами, но и его видением счастья для своего народа. Да, он избрал Христианство, при том Христианство Византийской традиции, потому что, с одной стороны, Киевская Русь имела долгую официальную историю политических, экономических и духовных связей с Константинополем еще со времени правления Вселенского Патриарха Фотия, а с другой стороны, потому что тем самым он присоединил свой народ к наиболее развитой цивилизации того времени.

В этом смысле Киевский князь через крещение киевлян миссионерами Вселенского Патриархата не только установил неразрывные духовные связи благочестивого украинского народа с Церковью-Матерью – эти связи еще больше укрепились благодаря византийской евангелизации других Русских удельных княжеств, – но и заложил новые перспективы их отношений с остальным Христианским миром, теперь уже в качестве сонаследника Византийского духовного наследия и православной традиции. Киев стал административным центром распространения Византийского культурного наследия на все Русские удельные княжества, а Великий Киевский князь был тем, кто активно поддерживал этот процесс.

Вселенский Патриархат не жалел сил и жертв для этого многовекового процесса евангелизации. На карту было поставлено не только распространение, но и правильное усвоение Византийского духовного наследия, которое пронизывало все аспекты общественной, церковной и интеллектуальной жизни удельных княжеств и обогащало освященной православной традицией литургический характер национального самосознания народа на основе духовного измерения крещения, через которое все светские институции входят в единство церковного тела. На основе этого критерия православная традиция сформировала, с одной стороны, особенную духовную связь между Церковью и нацией, а с другой стороны – общепринятые отношения между Церковью и Государством, поскольку, как "рассеяние" народов в Ветхом Завете, так и Новозаветное "соединение" их через крещение определило национальное сознание православных.

Да, православная традиция остается верной миссии Церкви проповедовать "всем народам", не подчиняя Ее тем национальным устремлениям, которые являются чуждыми и противоречат характеру Церкви. По этой причине Она подчинила духовное отношение Церкви к национальному абсолютному и каноническому критерию территориальности церковных юрисдикций, а также устоявшемуся порядку Ее договорных отношений с Государством. В этом смысле Великий Константинопольский Собор (в 1872 год) осудил любые сепаратистские, этнофилетические и националистические тенденции в Церкви как экклезиологическую ересь, поскольку они отрицали бы территориальный характер церковных юрисдикций или принятую власть Государства относительно определения отношений между ним и Церковью. Пренебрежение этими двумя критериями не только противоречит Православной традиции, но и вносит опасную путаницу в саму литургическую структуру Церкви.

Поэтому очевидным является то, что Православная Церковь не может терпимо относиться к каким бы то ни было нарушениям или изменениям этого отношения к государству или нации. В связи с этим она всегда отрицала любое конъюнктурное приспособление к критериям Ее собственного закона, даже при том, что она, из пастырских соображений, приняла принцип, по которому "церковное управление как правило может изменяться вместе с изменениями в политической жизни". Однако современная законодательная культура государственной идеологии поставила под сомнение или даже отбросила законную роль Церкви в структуре или функциях современного государства. Однако ей не удалось отстоять традиционное духовное отношение Церкви к национальности, которое осталось нерушимым и укрепило связи Церкви с обществом, даже в наиболее суровых общественных условиях.

Источником этой духовной связи Церкви с телом верующих (corpus fidelium) является крещение, в котором происходит духовное возрождение человека и церковное тело формируется в пределах тела нации или общества. Поэтому Церковь четко осознает, что тело Ее членов составляет общество верных таким же образом, как Государство четко осознает, что оно составляет сообщество граждан. Однако в конструкции и функционировании этих двух сообществ есть конкретное отличие, ведь Государство рождается из своих граждан, а Церковь рожает Своих членов в новом духовном измерении, которое является иным, но не отменяет правовых отношений между гражданами. Материнское отношение Церкви к Своим членам, отношение, которое постоянно подпитывается Святыми Тайнами, объясняет историческую выносливость этого отношения к национальности, но не допускает никаких сомнений относительно устоявшейся роли государства определять законный порядок сотрудничества между Церковью и Государством на пользу как верующих, так и граждан, особенно в случае неуврачеванных церковных разделений.

2. Православная Церковь является четко организованным сообществом автокефальных или автономных Церквей, которое в то же время ясно осознает себя аутентичной наследницей Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Она выполняет свою духовную миссию посредством созыва Вселенских или Поместных Соборов, согласно канонической традиции для сохранения и подтверждения единства Поместных Церквей между собой и со Вселенским Патриархатом. Решениями Вселенских Соборов (канон 3 Второго, каноны 9, 17 и 28 Четвертого и канон 36 Пятого-Шестого Вселенских Соборов) и учитывая многовековую церковную практику Вселенскому Патриархату, как Первому Престолу в Православной Церкви была предоставлена исключительная ответственность и обязательная миссия заботиться о сохранении веры в таком виде, как она нам была передана, и за соблюдение канонического порядка (taxis). Таким образом, он уже семнадцать веков с надлежащей рассудительностью несет свое служение в этом качестве среди Поместных Православных Церквей, всегда в пределах канонической традиции и всегда используя синодальную систему, и, в то же время, Он принял на себя исключительную миссию распространения Православной веры среди всех народов Восточной и Центральной Европы.

Поэтому важно, что Вселенский Патриарх, хотя и имел возможности, никогда не претендовал на расширение Своих канонических полномочий, ведь Он никогда не пытался узурпировать исключительные полномочия Соборов, хотя, снова-таки, имел такую возможность. Поскольку гарант соблюдения канонического строя Сам не мог нарушить канонический порядок без ущерба для единства Церкви. Напротив, Вселенский Престол более тысячелетия рассматривал в качестве условных даже канонические границы Его собственной церковной юрисдикции ради предоставления необходимой поддержки для выживания оказавшихся в тяжелом положении патриарших престолов Александрии, Антиохии и Иерусалима, а также автокефальных архиепископий Кипра, Охриды, Печа и Тырново.

Лучшим примером икономии Вселенского Патриархата в Православной Церкви является умаление его собственных прав на управление самой значительной среди дочерних Церквей – Украинской Церковью, которая семь веков принадлежала к канонической юрисдикции Вселенского Патриархата, то есть от времени крещения Великим Киевским князем (в 988 году) вплоть до ее аннексии Российским государством при Петре І (1687 год). И в самом деле, Церковь-Мать, из-за известных неблагоприятных обстоятельств, ограничила себя ради того, чтобы с готовностью оказать Украинской Церкви всемерную церковную, духовную и материальную поддержку, ориентируясь не только на более полное применение духовного наследия Византии, но и на защиту ее православной идентичности от тяжелого политического давления распространителей неправославного учения, особенно в очень трудные для благочестивого украинского народа времена.

Таким образом, после аннексии Украины Россией и под давлением Петра І, Вселенский Патриарх Дионисий IV рассудил, что при тогдашних обстоятельствах было необходимо церковное подчинение Украинской Церкви Московскому Патриархату (в 1687 году), чтобы не преумножать беды благочестивого украинского народа и, чтобы он находился под православным политическим руководством – хотя украинская иерархия сильно и единодушно противилась этому решению, решению, которое означало нанесение явного ущерба каноническим правам Церкви-Матери. В том же духе, Церковь-Мать соглашалась с требованием правительств вновь созданных государств православного народов на Балканском полуострове относительно автокефалии Церквей, которые выходили из Ее канонической юрисдикции, а именно Элладской (1850 год), Сербской (1831 год), Болгарской (1945 год) и Албанской (1937 год), ради их национальной целостности, хотя такие автокефалии повлекли резкое сужение церковной юрисдикции Константинопольского Патриархата.

3. Поэтому Вселенский Патриархат, как гарант единства Православных Церквей в вере и каноническом порядке, всегда выполнял свои обязательства, настраивая свои духовные антенны на потребности православных и на особенные обстоятельства каждого периода, но всегда в устоявшихся пределах Православной традиции. Как Церковь-Мать всех православных, Вселенский Патриархат никогда не отождествлял Себя с какой-то определенной православной нацией, а с готовностью разделял исторические судьбы всех православных наций, даже за счет Своей собственной юрисдикционной или другой выгоды, всегда сотрудничая на равных условиях с гражданским и политическим руководством этих наций, наследуя яркий пример нашего Господа, Апостолов и великих Отцов Церкви.

В этом смысле мы искренне приняли почетное приглашение Его Превосходительства, Президента Украины, Господина Виктора Ющенко принять участие в праздничных торжествах по случаю 1020-й годовщины Крещения украинской нации Церковью-Матерью, поскольку, с одной стороны, в этом многогранном событии празднуется вклад Вселенского Патриархата в христианизацию европейцев, а с другой стороны, поскольку это событие подчеркивает новые европейские перспективы украинской нации во время великих и стремительных изменений в мире. Церковь-Мать радуется вместе с набожным украинским народом, потому что то Крещение остается неиссякающим источником благодатной силы, которая не только поддерживает его внутреннее, духовное единство, но и направляет его в полной мере на важную сферу международных отношений.

Поэтому гражданское, политическое, церковное и, в целом, интеллектуальное руководство украинского народа имеет общий долг использовать как можно шире в допустимых пределах данный Богом дар Крещения не только для безотлагательного исправления различной путаницы и травм исторического прошлого, но и для восстановления объединяющей роли, которую играла Православная Церковь в самосознании Христолюбной украинской нации. Продолжение этой путаницы в этнофилетических или политических целях, не соответствующее духовному характеру Церкви, ослабило бы объединяющую силу крещения и еще больше обострило бы существующее тревожное разделение церковного тела, разделение, которое разрушает не только духовное единство, но и гражданское единство украинского народа и несет в себе очевидные тяжелые последствия для будущего Украины.

Церковь-Мать имеет не только право, но и обязанность поддержать в пределах устоявшейся Православной традиции любое конструктивное и перспективное предложение, которое как можно быстрее ликвидировало бы опасные разделение в церковном теле, "чтобы зло не стало большим" для Святой Церкви в Украине и Церкви вообще. Разнообразные политические и церковные трудности, вызванные существующей путаницей, являются очевидными и известны из долгого исторического прошлого, но всем также известно, что забота о защите и восстановлении церковного единства является нашей общей обязанностью, которая перевешивает любые политические или церковные цели в соответствии с наставлением Божественного Основателя Церкви: "Да будут все едино" (Иоанн, 17:21).

Киев, Софийская площадь

26 июля 2008 г.