Митрополит Кирилл: "Единство превыше всего"

Ведущий: Добрый день, коллеги! Сегодня 28 июля 2008 года. Приветствую в пресс-центре информационного агентства "Интерфакс" вас и наших гостей.

Они не нуждаются в подробном представлении. Это Владыка митрополит Кирилл, председатель Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата, и протоиерей Николай Балашов, секретарь ОВЦС МП по межправославным связям.

Оба они только что вернулись из Киева и любезно согласились прийти к нам, чтобы поделиться своими впечатлениями о Первосвятительском визите Святейшего Патриарха Алексия II на Украину.

Попросим Его Высокопреосвященство сказать вступительное слово.

Митрополит Кирилл: С 26 по 28 июля 2008 года в связи с празднованием 1020-летия Крещения Киевской Руси проходил визит Святейшего Патриарха на Украину. Этого события ждали, в первую очередь – на Украине, которая проходит через очень непростое время в своей новейшей истории. Я даже не имею в виду нынешнюю политическую ситуацию на Украине. Ведь самое дорогое, что может быть у человека, – это его вера, и именно она проходит сегодня через серьезные испытания. Это же можно сказать и о церковной жизни в целом.

Известно, что сразу после распада Советского Союза под влиянием известных политических сил на Украине был учинен церковный раскол, который все эти годы пытался легализовать себя. И особенно в последнее время прилагались огромные усилия для того, чтобы это наконец произошло. Существовала реальная опасность того, что это могло случиться в связи с празднованием 1020-летия Крещения Руси. По милости Божией, того, что несло в себе опасность и грозило тяжкими последствиями для религиозной жизни Украины, для целостности нашей Церкви, не произошло. Напротив, празднования в Киеве явили истинное Торжество Православия.

В воскресенье 27 июля на Владимирской горке состоялось совместное совершение Божественной литургии Святейшим Патриархом Константинопольским Варфоломеем и Святейшим Алексием, Патриархом Московским и веся Руси, в сослужении более ста архиереев, половина из которых представляла епископат Украинской Православной Церкви, а другая половина – архиереев, съехавшихся в Киев из России, Молдовы, Белоруссии, из бывших среднеазиатских республик Советского Союза. И это воистину соборное сослужение, в котором приняли участие представители других Поместных Православных Церквей, явило миру единство Православия, его каноническую твердость, став недвусмысленным ответом всем тем, кто связывали с празднованием 1020-летия Крещения Руси надежды на совершенно иное развитие событий.

Хотел бы выделить из множества важных фактов и обстоятельств этих трех дней, самое, быть может, важное и трогательное – то, как встречал народ Святейшего Патриарха Алексия. Людей, приветствовавших Предстоятеля Русской Православной Церкви, никто не созывал, не организовывал, не свозил в автобусах. Тысячи встречающих вышли на улицы по велению своих сердец. И когда прибыл автомобиль со Святейшим Патриархом Алексием, сначала несколько голосов, а потом с каждым мгновением все больше и все громче, начали скандировать его имя. И вскоре под небом древнего Киева уже звучало убежденное, дружное и громогласное, выдыхаемое тысячами людей в едином порыве: "А-лек-сий – наш Пат-ри-арх!". И под это многократно повторяемое приветствие Патриарх Алексий проследовал через главную площадь Киево-Печерской Лавры, благословляя народ. И в дальнейшем везде, где бы он ни появлялся, мы все, а вместе с нами и весь мир, слышали эти слова, совершенно ясно и твердо свидетельствующие о выборе людей и их позиции в церковном вопросе. Это было, если угодно, импровизированное и единодушное народное волеизъявление в пользу единой Церкви под водительством Патриарха Московского и всея Руси.

Другим замечательным событием стало совершение Божественной литургии в понедельник 28 июля, в день памяти святого равноапостольного великого князя Владимира, когда на площади перед Успенским собором Киево-Печерской Лавры и на прилегающих улицах, запруженных народом, собралось до 20 тысяч верующих. И по окончании литургии все мы, участники и гости киевских торжеств, услышали тот же глас народа Божия: "Алексий – наш Патриарх!".

Я также хотел бы обратить внимание на выступления Святейшего Патриарха, которые имели место во время праздничных мероприятий в столице Украины. Мне представляется, что слово, сказанное им на Владимирской горке, имеет историческое значение. Остается сожалеть, что именно в этот момент была отключена трансляция украинских телеканалов, и народ не услышал Патриарха Алексия, обращающегося, в первую очередь, к Украине, но не только к ней. Хочу поблагодарить российские средства массовой информации, в частности, телеканал "Вести-24", который вел прямую трансляцию этого богослужения. Таким образом, те, кто желали и имели для этого возможность, могли видеть и слышать все происходившее на Владимирской горке.

Хотел бы также отметить, что состоялась встреча нашего Патриарха со Святейшим Патриархом Варфоломеем. Это была братская беседа. Вы хорошо знаете, что в повестке дня наших переговоров с Константинопольской Церковью стоит много важных вопросов. Я полагаю, что встреча двух Патриархов задала очень правильные параметры ныне имеющим место и будущим переговорам, ибо обе наши Церкви засвидетельствовали свою готовность и желание развязывать те узлы, которые завязались в ходе мировой истории.

Не хотел бы быть неоправданно оптимистичным: жизнь есть жизнь, и место уже решенных проблем порой занимают новые. Но, принимая во внимание нынешнее состояние дел, я думаю, мы все вздохнули с облегчением. И не только на Украине и в России. Чувство облегчения испытывают и православные во всем мире. Потому что не произошло самого печального, не случилось самого опасного. Мы не разделились, но засвидетельствовали свое единство, которое превыше всего.

Ведущий: Владыко, в дни киевских торжеств много говорилось и писалось о том, что визит Святейшего Патриарха Алексия на Украину проходил на весьма недружественном политическом фоне. Создавало ли это ощущение, что вы приехали в страну, где вас не ждут, где вы чужие, где вы нежеланные гости?

Митрополит Кирилл: Я не могу давать оценок каким-то внешним обстоятельствам, о причинах которых доподлинно не знаю. Мне известно только то, что Святейший Патриарх был официально приглашен на торжества в Киев Президентом В.А.Ющенко и Украинской Православной Церковью. Я не физиономист, и по выражению того или иного лица не пытаюсь делать каких-то выводов.

Однако я своими глазами наблюдал другое – то, о чем свидетельствую сейчас. Я видел многие тысячи православных людей, которые приветствовали Святейшего Патриарха с энтузиазмом, любовью и надеждой. Я вообще не припомню за всю свою жизнь, чтобы кого-нибудь где-либо так встречали. Кто-то из стоявших рядом со мной под впечатлением увиденного даже заметил, что это напоминает ему известные кадры военной кинохроники, запечатлевшей встречу народом своих освободителей. Такое же ликование, такие же счастливые слезы я видел в сегодняшнем Киеве. Такова была сила чувств православных украинцев, принадлежащих нашей Церкви, а может быть, и не только их. Это было действительно замечательно, а самое главное – это было зримое свидетельство того выбора, который сделал для себя православный народ.

Я хотел бы сказать еще об одном событии, которое осталось, может быть, не очень замеченным, но которое было чрезвычайно важно в свете последовавших за ним событий. 23 июля, накануне юбилейных торжеств, в Киево-Печерской Лавре под председательством Блаженнейшего митрополита Владимира состоялось внеочередное расширенное заседание Синода Украинской Православной Церкви. Я приезжал в Киев на один день, чтобы принять участие в этом заседании.

Должен сказать, что на протяжении последних лет на Украинскую Православную Церковь Московского Патриархата с самых разных сторон оказывается систематическое и сильное давление с целью склонить ее к тем или иным шагам по изменению своего нынешнего канонического статуса. На заседании Синода Блаженнейший Владимир предложил архиереям еще раз со всей определенностью высказаться по поводу того, следует ли изменять канонический статус Церкви.

Должен признаться, что пережил тогда очень трепетные мгновения, однако, за исключением единственного архиерея, все присутствующие выступили с горячей поддержкой сохранения единства нашей Церкви и заявили о том, что никакого изменения ее канонического статуса они не допустят. Это был голос Церкви, выраженный ее епископатом.

А несколькими днями позже в храмах и на площадях Киева уже звучал голос Церкви, выраженный народом. Полное совпадение позиций епископата и народа в судьбоносном вопросе о будущем Украинской Православной Церкви стало впечатляющим свидетельством воистину соборной воли всех верующих, которые твердо заявили перед всем миром о своем намерении оставаться верными историческому единству с Русской Православной Церковью.

Если говорить о более широкой общественной поддержке этой позиции православных Украины, то не могу не упомянуть о замечательном рок-концерте, который состоялся на Крещатике и собрал, по различным оценкам, от 130 до 200 тысяч человек. Никогда ранее не видел такой огромной массы людей. Весь Крещатик, ширина которого, наверное, соизмерима с масштабами Ленинского проспекта в Москве, оказался заполнен людьми до отказа, так что край этого человеческого моря терялся из виду где-то в районе майдана Незалежности. И нужно было видеть эти молодые лица и молодые глаза, нужно было ощущать ток нашего общего чувствования, нашего общего отклика, нашей общего согласия с той простой истиной, которая некогда была замечательно выражена в немногих словах одним преподобным и богоугодным человеком: "Россия, Украина, Беларусь – это и есть Святая Русь". Это сознание исконной принадлежности к единой духовно-цивилизационной системе ценностей растворено в крови у всех нас.

Однако вышесказанное вовсе не означает отмены идеи государственного суверенитета. Ведь если вы возьмете германоязычную культуру, то она окажется общей и для суверенной Германии, и для суверенной Австрии, и во многом для суверенной Швейцарии. Это единое духовное пространство, имеющее общий для этой части Европы культурно-цивилизационный код. И ни одна из стран этого германского микрокосма отнюдь не стремится скомпрометировать или разрушить его, апеллируя к своему национальному суверенитету. И то, что мы все вместе пережили в эти дни на Украине, свидетельствует: наконец-то россияне, украинцы и белорусы тоже начали осознавать свою ответственность за сохранение единства этого уникального цивилизационного пространства, которое именуется Святой Русью.

Радиокомпания "Голос России": Владыко, означает ли столь очевидная демонстрация церковного единства, что раскольники потерпели поражение, от которого не скоро оправятся? И что теперь ожидает православных Украины в дальнейшем, в ближайшей перспективе?

Митрополит Кирилл: Я не думаю, что все страсти по расколу успокоятся в одночасье. Не думаю также, что нашу Церковь ждут на Украине легкие времена. Более того, я полагаю, что кое-кто даже захочет взять реванш за то, что ныне свершилось на Украине. И поэтому хотел бы остудить некоторые горячие и плохо помнящие историю головы. Нужно понимать простую вещь: Церковь существует в согласии со своей внутренней логикой на протяжении двух тысяч лет. Каких только политических катаклизмов ни произошло за эти столетия, как только ни изменялась карта мира, как только ни перекраивались границы, какие только государства ни возникали и ни исчезали, а Церковь по воле Божией остается тем же, чем она была два тысячелетия назад и чем пребудет до конца времен.

Отсюда следует единственный вывод для политиков, которые желали бы использовать Церковь в качестве инструмента для достижения своих узко прагматичных целей: не нужно вторгаться с подобными намерениями в церковную жизнь, ибо для них же самих в конечном итоге никакого добра от этого не будет. Мы хорошо знаем об этом на примере того, что произошло после революции в нашей стране, когда большевики вознамерились "упразднить" каноническую Церковь, заменив ее подконтрольной им карманной церковной структурой. Так был спровоцирован обновленческий раскол 20-х – 30-х годов.

Однако верующие "проголосовали ногами" против этого плана и отвергли раскол. Соборы, переданные государством раскольникам, стояли пустыми и безлюдными, а в маленькие отдаленные храмы, где поминалось имя Святейшего Патриарха Тихона, стекалось такое множество народа, что внутрь войти было невозможно. И верные чада Церкви победили, несмотря на то, что на стороне раскольников были вся политическая и пропагандистская мощь, весь материальный потенциал, все ресурсы государственной системы принуждения и подавления тогдашнего Советского Союза. А ведь в те времена бороться с расколом означало добровольно идти на Голгофу. И люди шли. А ведь с тех пор в душе верующего человека ничего не изменилось.

Ибо православный человек всегда дорожит своим спасением, а в расколе спасения нет. Потому что испокон века известно: грех раскола не смывается даже мученической кровью раскольника. Раскол – это не церковь, а ее муляж, это внешняя декорация, в которой не может обитать Дух Святой, это, если угодно, цирковое представление, во время которого только по видимости совершаются некие действия, имитирующие церковную службу, но где не действует сила благодати Божией. И поэтому подобная искусственная конструкция не может быть ни жизнеспособной, ни спасительной.

И дай Бог, чтобы это скорее поняли люди, которые были увлечены в раскол разбойниками, сознательно расхищающими стадо Христово. Ведь помимо расколоучителей и расколоначальников есть и люди, которые плохо понимают смысл того, что происходит с ними и вокруг. Одним не хватает правдивой информации, другие не могут самостоятельно разобраться в ситуации, третьи не способны уверенно отличать правду от лжи. И некоторые идут к раскольникам не потому, что сознательно поддерживают их, а потому, что просто не подозревают о том, что то место, куда они приходят со своей верою, вовсе не есть Церковь.

Дай Бог, чтобы раскол был преодолен как можно скорее. Но достичь этого можно только церковными средствами. Никакие политические схемы здесь никогда не сработают. Напротив, вмешательство политиков только породит еще одно, два, три разделения. Ничего доброго из этого не выйдет.

Итак, раскол возможно уврачевать только каноническим путем. А канонический путь заключается в следующем: нужно возвращаться с покаянием в Церковь и трудиться для спасения своей души и душ близких своих. Вот и вся простая логика церковной жизни.

Мы очень надеемся, что так и будут развиваться события. Мы также очень надеемся, что Вселенское Православие, которое сегодня однозначно выразило свою солидарность с канонической Украинской Православной Церкви Московского Патриархата, и далее будет поддерживать наши усилия по умирению раскола. Наконец, мы очень надеемся, что эта поддержка в будущем не утратит твердости и последовательности.

Газета "Время новостей": Можно ли говорить о каких-то практических следствиях этой встречи Святейшего Патриарха Алексия со Вселенским Патриархом Варфоломеем, в частности, в том, что касается отношения Константинопольского Патриархата к ситуации на Украине, а также усилий по сохранению канонического единства?

И второй вопрос: обсуждалась ли двумя Патриархами активность Католической Церкви на Украине, в частности, роль униатов в общественно-политической жизни этой страны?

Митрополит Кирилл: Очень важен факт этой личной встречи сам по себе. Ведь встретились два Патриарха, которые давно не виделись. Это было в повестке дня наших двусторонних отношений, которые до сего времени ни на минуту не прерывались, потому что между Москвой и Константинополем поддерживается постоянный диалог. Полномочные представители двух Церквей время от времени встречаются в тех или иных странах по той или иной конкретной проблематике. В одних случаях мы приходим к каким-то договоренностям, в других – о чем-то не можем пока договориться, и это, в общем-то, нормально для динамичного переговорного процесса. Но личной встречи Святейшего Патриарха Алексия со Святейшим Патриархом Варфоломеем не было с 1997 года. За это время много воды утекло. И было важно, чтобы два Предстоятеля встретились с глазу на глаз, по-братски побеседовали.

Что касается дальнейшей практической работы, то она будет осуществляться в русле постоянного рабочего взаимодействия между Московским и Константинопольским Патриархатами. С каждой стороны определена постоянная делегация, имеется конкретная повестка дня. Но я считаю, что именно эта встреча в день празднования 1020-летия Крещения Руси стала очень важным духовным фактором двусторонних отношений. И, конечно, она всех нас очень ободрила и поддержала, дала новый импульс переговорному процессу.

Темой беседы Патриархов были двусторонние отношения, это не был разговор по максимально возможному кругу существующих вопросов.

Агентство "Интерфакс": Обсуждалась ли на встрече двух Предстоятелей болезненная эстонская проблема? И каким образом она теперь, в свете наметившегося улучшения двусторонних отношений, может быть, по-Вашему, разрешена?

Митрополит Кирилл: Насколько я знаю, к этой теме прикоснулись, ее обозначили. Как известно, у Константинополя и у Москвы имеются различные подходы и к этой теме. Но я думаю о том духовном уроке, который все мы вынесли из факта личной встречи двух Патриархов, из их совместного праздничного богослужения, из их участия в юбилейных торжествах в Киеве.

Да, в двусторонних отношениях могут быть те или иные проблемы, могут различаться подходы и оценки, но при этом необходимо как зеницу ока беречь единство Православной Церкви. Можно по поводу чего-то не соглашаться друг с другом, можно в чем-то даже творчески противостоять друг другу, но ни в коем случае нельзя разделять то, что апостол Павел именует "тело Церкви" (Кол. 1. 18). Ибо впасть в этот грех очень просто, а изжить его крайне трудно. Вспомним 1054 год: папские легаты прибыли в Константинополь, положили свои анафематизмы на Престол собора святой Софии и отъехали восвояси. И что же в итоге? А то, что более 1000 лет христианство разделено.

Раскол всегда движим своей внутренней динамикой. Зародившийся конфликт быстро обрастает слухами, кривотолками, мифологемами, возгревая в людях взаимную ненависть. Ибо всякий раскол, в конечном итоге, есть явление утраты братской любви. И у него, как уже говорилось, есть собственная страшная внутренняя логика развития. Поэтому ни в коем случае нельзя допускать раскола.

Ибо пока мы способны вместе совершать Святую Евхаристию и причащаться от общей Чаши, у нас будут силы на противостояние всем существующим вызовам, на преодоление всех имеющихся разногласий. Но если мы перестанем питать свою душу от единой Чаши Тела и Крови Спасителя, если мы дерзнем остаться наедине с живущими в каждом из нас человеческими страстями, то последствия этого могут быть самыми опасными. Поэтому оба Святейших Патриарха, будучи во многом ответственны за судьбы Вселенского Православия, это прекрасно понимают. Надеюсь, поняли это во время их совместного богослужения в Киеве даже очень далекие от богословия и церковной истории люди.

Газета "Известия": Владыко, почему, по Вашему мнению, сегодня Ватикан никем не рассматривается как верный союзник Итальянского государства, тогда как Московский Патриархат постоянно представляют миру как один внешнеполитических инструментов Кремля? Надо ли что-то менять в этой ситуации, и возможно ли это в принципе?

Митрополит Кирилл: Благодарю Вас за этот вопрос. Мы говорим сейчас о жизни современных мифологем. Согласно одной из них, к сожалению, весьма активно поддерживаемой и распространяемой в западных средствах массовой информации, Русская Православная Церковь якобы является составной частью государственной структуры в России, поскольку якобы контролируется властью и выполняет ее политический заказ.

Я не знаю, что еще можно предпринять в дополнение к уже сделанному Русской Православной Церковью на протяжении последних пятнадцати лет, чтобы доказать неправду подобных утверждений. Но даже если вопреки совершенно очевидным и неопровержимым фактам, вопреки положениям принятых нами и четко прописанных "Основ социальной концепции", вопреки реальным деяниям нашей Церкви в России и за рубежом, – если вопреки всему этому в мире остаются силы, продолжающие настаивать на подобных подозрениях, то это означает, что кто-то извлекает определенную политическую выгоду из подобных мифов. Этот миф распространяют, например, и наши недруги на Украине. И, конечно, во всем этом есть ясно читаемая политическая подоплека и вполне определенная политическая цель.

А что касается сравнения Православной и Католической Церквей в контексте их присутствия на Украине, то честный анализ ситуации действительно способен привести непредвзятого наблюдателя к довольно неожиданным выводам.

Почему-то никого из наших критиков не смущает то обстоятельство, что украинские католики, включая униатов, находятся в духовно-каноническом подчинении у Папы Римского, местом пребывания которого, как известно, является государство Ватикан, расположенное в черте города Рима. И почему-то в данном случае никому не приходит в голову протестовать против того, что известная часть украинских граждан оказалась в юрисдикции зарубежного религиозного центра.

Более того, определенные круги политического истеблишмента Украины испытывают жгучее желание переподчинить остающуюся часть своих православных сограждан еще одной заграничной церковной структуре, которая находится в черте Стамбула, также вполне зарубежного города.

Никто из тех, кто, ссылаясь на государственный суверенитет Украины, пытается навязать православным верующим подобный политический сценарий, не испытывает ни малейшей аллергии ни на итальянский Ватикан, ни на турецкий Фанар. Напротив, эти люди демонстрируют самое горячее желание подпасть под зарубежную церковную юрисдикцию и даже испытывают трогательное умиление по этому поводу.

Но тогда возникает вопрос: а чем мотивированы их же гневные протесты против того, что имеющая самую широкую автономию Украинская Православная Церковь входит в состав Московского Патриархата? Совершенно очевидно, что эти протесты отнюдь не богословского и не канонического происхождения, да и с простой человеческой логикой отнюдь не дружат.

Ибо речь здесь идет о политической оценке ситуации и политическом же выборе, и только так к этому следует относиться. Но если это политическая оценка и политический выбор, то к внутренней жизни Церкви это не имеет никакого отношения.

Телекомпания "РЕН-ТВ": Владыко, во время визита Патриарха Алексия на Украину много говорилось о необходимости сохранения единства Церкви. А может ли у нас история с епископом Диомидом привести к расколу, и кто, по Вашему мнению, за всем этим стоит?

Митрополит Кирилл: Это совершенно несоизмеримые явления. Если результатом возможного разделения православных на Украине могут стать реальные геополитические и цивилизационные катаклизмы мирового масштаба, то от того факта, что епископ Диомид и поддерживающая его группа людей имеют то или иное частное мнение, ничего подобного, конечно, произойти не может.

Разумеется, всякое разделение и всякий раскол в лоне Церкви – это для нас боль и печаль. У меня лично еще остается какая-то доля надежды на то, что Владыка Диомид приедет на заседание Синода, куда он вызван, как это и полагается, в соответствии с каноническими нормами, что он принесет покаяние и воссоединится с Церковью. Для него дверь еще не закрыта.

Кое-кто критиковал Архиерейский Собор нашей Церкви за то, что его решение о лишении сана епископа Диомида было якобы канонически неправильно оформлено. Должен разочаровать этих критиков: решение Собора было канонически абсолютно безупречно. Ибо Собор не может созываться каждый месяц, и потому, естественно, было невозможно ждать следующего Архиерейского Собора, чтобы в соответствии с буквой канонических правил трижды пригласить Владыку Диомида на суд собратьев-архиереев. Поэтому Собор вынес решение в отсутствие не явившегося епископа Диомида на основании всех тех материалов, которые имелись в распоряжении Собора, а также исходя из собственных высказываний и заявлений Владыки Диомида, неоднократно им подтвержденных.

Но поскольку сам Владыка Диомид не предстал в качестве свидетеля или обвиняемого перед отцами Собора, то ими было наложено эмбарго на собственное решение до заседания Священного Синода, куда епископ Диомид приглашается в соответствии с нормами канонического права.

Если же он не явится на заседание Синода, то тогда эмбарго будет снято, и решение Архиерейского Собора войдет в силу.

Но если Владыка Диомид приедет на заседание Синода, то разбор его дела состоится. А результат будет во многом зависеть от позиции самого Владыки Диомида. Поэтому вне зависимости от того, насколько несоизмеримо с темой Украины его дело, мы, тем не менее, хотели бы по-братски посоветовать Владыке встать на тот путь, по которому и должен идти православный архиерей, а отнюдь не уподобляться тем расколоучителям, имена которых сегодня звучат в связи с украинской проблемой.

"Русская служба новостей": Владыко, в Пензенской области объявились новые затворники, 20 человек укрылось от мира. Они как раз выступают в поддержку епископа Диомида и утверждают, что грядет конец света, что будет война, в которой погибнут все, кроме них. Насколько это опасно и что предпринимает Церковь? И вообще, с чем связана активизация таких группировок в последнее время?

Митрополит Кирилл: Бедные люди с помраченным религиозным сознанием. К прискорбию, не они первые, не они последние.

С самых ранних времен существования христианства возникали подобные апокалиптические настроения. В какой-то момент Церковь их осудила, но они продолжают возрождаться время от времени. Причем, объективно рассуждая, у проявляющихся сегодня апокалиптических настроений имеются некоторые поводы.

Ведь далеко не все благополучно в жизни рода человеческого, даже на самый поверхностный взгляд. А приглядевшись, мы обнаружим некие грозные знаки серьезного кризиса, который ныне переживает человеческая цивилизация. До сих пор никогда и нигде, даже в языческой Римской империи, грех не оправдывался публично, никогда и нигде до сих пор грех не подкреплялся нормой закона. Такого в человеческой истории еще не бывало. И вот мы дожили до времен, когда грех подкрепляется нормой закона, а значит, и силой власти.

Такое развитие событий генерирует в некоторых умах апокалиптические настроения. Трезвое религиозное сознание способно их преодолеть, потому что у глубоко верующего и религиозно образованного человека есть ответы на эти мучительные вопросы нашего бытия, но многие другие люди таких ответов не находят. И они чувствуют свою беспомощность, неспособность на что-либо повлиять. Отсюда – самозакапывания в пещеры, бегство от этой жизни, бесплодные поиски спасения вне Церкви.

Поэтому нужно, конечно, прежде всего молиться за этих людей, пастырски работать с ними, если только они способны расслышать пастырское слово. Эта тема шире, чем история о 20 затворниках в Пензе. Это вызов пастырской деятельности Церкви, ибо она призвана учить и вести людей по пути спасения, невзирая ни на какие обстоятельства жизни.

А что касается конкретно этих людей, – я бы их не тревожил. Если хотят в пещере посидеть, пускай посидят, лишь бы, сохрани Бог, не обвалилась эта их пещера.

"Коммерсантъ": Вы сказали, что не исключается попытка реванша со стороны раскольников. Каковы, на Ваш взгляд, могут быть их шаги в этом направлении? Допускаете ли Вы, что раскольники все-таки попытаются убедить Константинополь признать их и принять под свое покровительство, чтобы в конце концов таким образом осуществить свои планы? Или же украинские власти попробуют другими методами добиться для них той же цели? Как Вы видите всю эту проблематику, чего ожидаете и чего опасаетесь?

Митрополит Кирилл: Конечно, такие попытки взять реванш еще будут. Я не исключаю ни одного, ни другого, ни третьего варианта. У меня нет прекраснодушно-оптимистического взгляда в будущее, жизнь не дает для него оснований. Потому что существует много реальных опасностей, и всегда актуально предостережение апостола "Блюдите како опасно ходите" (Еф. 5. 15). Но наша задача заключается в том, чтобы противостать всем этим опасностям, опираясь на нашу веру, на наши убеждения, на всесильную помощь Божию. Страшен сон, но милостив Бог. Этот сон вражья сила пытается нам навевать вот уже две тысячи лет, а Бог пребывает со Своей Церковью. Думаю, так будет и в том случае, о котором мы с вами сейчас говорим.

– "РИА-Новости": Владыко, хотелось бы уточнить: можно ли сказать, что в Русской Православной Церкви, несмотря на существовавшие до начала этого визита опасения, его рассматривают как успех? И можно ли в целом определить его как победный?

Митрополит Кирилл: Я бы избегал этой триумфалистской риторики – победный и тому подобное. Скажем проще: мы увидели своими глазами то, что на самом деле есть сегодня на Украине. Это означает, что все это существовало и до 26 июля 2008 года, и настроения людей были именно таковы на протяжении всех этих семнадцати лет. С какими проблемами сталкивались наши верующие, какое давление на них оказывалось! А они все вынесли и засвидетельствовали Патриарху и Церкви свою верность. Мы говорим сейчас не об отдельных верующих, и не о тысячах православных, которые по зову своего сердца пришли на православное богослужение под открытым небом в Киеве, и даже не о тех десятках тысяч молодых людей, заполнивших Крещатик.

Украинская Церковь – это ни много ни мало одиннадцать тысяч православных приходов, это древние Лавры и монастыри. Нужно знать и помнить, что во всех этих приходах, монастырях и Лаврах верующие люди со слезами молят Бога помочь им сохранить единство Церкви. И как человек верующий я вам говорю, что Бог эту молитву слышит. И в Его силах провести нас через все испытания, через все искушения. Хотя мы и просим Господа: "...Не введи нас во искушение...", – однако иногда для нашего же спасения как раз следует проходить через те или иные искушения и трудности. Но Бог ведет Свою Церковь. А самое главное, что от нас требуется, – не делать ошибок и отдать себя в руки Божии, и тогда Святой Дух все управит. Важно, чтобы мы своим грехом или своим неразумием не создавали тех проблем, которые затем, как это не раз бывало в прошлом, приходилось бы преодолевать иногда ценой героических усилий.

Ведущий: Отец Николай, Президент Ющенко в течение всего этого визита и практически на протяжении всего своего президентства говорил о том, что он не вмешивается и не станет вмешиваться в дела Церкви. Однако же, если говорить о данном визите Патриарха Алексия на Украину, то все помнят, как были запрещены плакаты с его изображением. Их практически не было в Киеве, о чем много писалось.

Скажите, не пришлось ли Вам, будучи, в Киеве, стать свидетелем каких-либо иных случаев, когда власть откровенно вторгалась бы во внутрицерковные дела? Можно ли привести другие примеры?

Протоиерей Николай Балашов: Должен заметить, что Виктор Андреевич Ющенко в своей речи, обращенной к украинской нации на Софийском майдане 25 июля, снова говорил, что государство не будет вмешиваться в жизнь Церкви. Однако не далее, как накануне, во время вечернего богослужения, которое совершал в Софийском соборе Патриарх Константинопольский Варфоломей, именно президентская служба протокола взяла на себя функцию определять, где будут находиться те или иные представители Церкви. В частности, не было допущено, чтобы глава канонической Украинской Церкви Блаженнейший митрополит Киевский и всея Украины Владимир занял на этой службе то положение, которое считали необходимым представители самой Украинской Православной Церкви: его кресло президентские чиновники отодвинули в глубину, в задний ряд. И вообще число представителей канонической Украинской Православной Церкви, которые были допущены на это богослужение протокольной службой Президента, не достигало десяти человек.

В связи с этим управляющий делами Украинской Православной Церкви архиепископ Белоцерковский и Богуславский Митрофан заявил на пресс-конференции, что его удивляет подобное вмешательство государства в религиозную жизнь и, в частности, попытки светских людей организовывать процесс богослужений.

Действительно, были трудности с размещением портретов Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия на улицах Киева, и спасибо российским тележурналистам, которые показали сюжет о том, как перед приездом Константинопольского Патриарха спешно сворачивались портреты Патриарха Московского.

Кроме того, перед прибытием Святейшего Патриарха Алексия в киевский аэропорт было даже, вопреки общепринятой практике, запрещено поднять флаги Патриарха, России и Украины. И вот свое первое обращение к встречавшим его украинцам Святейший Патриарх вынужден был произносить на фоне трех голых флагштоков.

Таким образом, имеется расхождение между повторяющимися декларациями и практическими делами некоторых представителей государственной власти на Украине, и это вызывает сожаление.

Вместе с тем я думаю, что в восприятии киевлян все это только добавило симпатий по отношению к Предстоятелю нашей Церкви, имя которого они без устали скандировали в эти дни: "Алексий – наш Патриарх".

Ведущий: Скажите, а на той вечерне, о которой Вы упомянули и где светской властью регулировался допуск архиереев на богослужение и утверждалась их расстановка в храме, видимо, согласно некоей государственной разнарядке, – поминались ли там на службе имена Святейшего Патриарха Алексия и Блаженнейшего митрополита Владимира, как того требуют церковные каноны?

Протоиерей Николай Балашов: Нет, к сожалению этого не произошло. Поминалось одно только имя Патриарха Константинопольского. Но на тех совместных богослужениях, которые затем совершались на Владимирской горке, все происходило в соответствии с каноническими правилами Церкви.

Институт стран СНГ: Известный православный журналист Василий Анисимов в своей книге "К истории автокефального и филаретовского расколов" на Украине показал, что так называемый "Киевский патриархат" является не столько церковным расколом, сколько, по сути, криминальной террористической организацией, которая, в частности, занималась вербовкой боевиков в Чечню.

В какие неразумные головы могла прийти идея сделать эту структуру каким-то субъектом каких-то переговоров, включать ее в "план Кравчука", передавать через нее Константинопольскому Патриарху уже после окончания торжеств какие-то бумажки по уже, кажется, закрытому вопросу об автокефалии...

Не компрометирует ли "Киевский патриархат" тех, с кем он контактирует, поскольку вообще не является, на мой взгляд, религиозной организацией?

А теперь главный вопрос: нынешний визит Святейшего Патриарха теперь как бы разбит на две части: осенью ожидается новый приезд на Украину и посещение Донецка. Планируется ли в рамках второго визита Патриарха в Донбасс общественная презентация документов социальной, миссионерской и правозащитной концепций Русской Православной Церкви, которые бы продемонстрировали бы интеллектуальное достоинство канонической Церкви и идейное убожество расколов?

И, наконец, когда и как будут реализованы решения Архиерейского Собора об учреждении Патриаршего подворье в Киеве и подворья Киево-Печерской Лавры – в Москве?

Митрополит Кирилл: Все, что касается распространения на Украине общецерковных документов, является важной задачей, которую нужно решать, причем распространять их следовало бы не только по-русски, но и по-украински. И Вы совершенно правы, что знакомство с этими документами показывает уровень современной богословской мысли Московского Патриархата и не может не быть привлекательным для мыслящих людей. Но распространение этих материалов должно осуществляться силами Украинской Православной Церкви.

Что касается взаимного открытия подворий в Москве и в Киеве, то соответствующее решение, принятое на Соборе, будет осуществляться. О конкретных же сроках говорить еще рано.

Радиостанция "Радонеж": Известно о заявлении МИД России по поводу неуважения, выказанного официальными властями Украины к Русской Православной Церкви в ходе визита ее Предстоятеля в Киев.

Также имело место внушение от имени правительства Турции Патриарху Варфоломею в связи с тем, что его политическая активность в сопредельных странах не отвечает национальным интересам Турции, государственным служащим которой он, согласно тамошней Конституции, является.

Что Вы можете сказать о международном политическом фоне состоявшегося визита?

Митрополит Кирилл: Я не хотел бы в связи с церковными торжествами углубляться в политическую проблематику. И вообще, чем мы меньше говорим о политике, тем меньше делаем ошибок. И я также не хотел бы делать ошибок, тем более, что с этой темой мне еще придется, наверное, какое-то время жить.

Но вместе с тем оторвать церковную жизнь от политической невозможно. Особенно в переходные исторические эпохи, порождающие в жизни общества политические турбуленции огромной силы. Украина как раз проходит сейчас через такой период. Мы же видим, что происходит в этой стране и на уровне парламента, и на уровне исполнительной власти, на уровне регионов. И все это, конечно, накладывает свой отпечаток на церковную жизнь.

Поэтому задача заключается в том, чтобы в интересах всех сторон максимально деполитизировать церковный вопрос на Украине. Однако сегодня он, к сожалению, очень политизирован. Общеизвестно, что раскол в Украинском Православии был создан под влиянием определенных политических сил, и он продолжает оставаться их оружием, их рычагом давления.

Так что если этот раскол лишится политической поддержки, то он сойдет на нет сам по себе, подобно тому, как сгинул обновленческий раскол в советской России. Вот об этом нужно молиться и все делать для того, чтобы постараться деполитизировать церковную ситуацию на Украине.