Осторожно: ваххабизм!

Слово "ваххабизм" и производные от него имеют в современном русском и других языках (например, арабском) негативный оттенок. Даже сами ваххабиты относятся к этому слову с неодобрением. Хотя ваххабизм – это одно из множества течений (направлений) в исламе. Сам ислам и существует в виде великого множества локальных "фрагментов", и каждый из этих "фрагментов" претендует на то, чтобы быть "настоящим", "правильным" исламом, и для своих последователей таковым и является. Специфическими, маргинальными "фрагментами" ислама стали в последней четверти XX века религиозно-политические движения типа "Талибана", "Партии исламского освобождения", "Аль-Каиды", "Хизбаллы" и др.

Ваххабизм – это один из "фрагментов" современного ислама, возникший в XVIII веке на Аравийском полуострове. Ваххабизм легко определить по вероучительным, обрядовым и нормативным отличительным признакам. Ваххабизм начиная с XVIII века постоянно развивался, и тема его эволюции остается малоизученной. Некоторые исследователи говорят о современном варианте ваххабизма – "неоваххабизме", иные об "усамизме" – по имени выдающегося ваххабита рубежа XX и XXI веков Усамы бен Ладена. Констатация эволюции и неоднородности ваххабизма проникает и в политический дискурс. "Ваххабизм, причем в его изначальном виде, – это нормальное течение в исламе, ничего здесь страшного нет, – заявил Владимир Путин в интервью газете Monde 31 мая 2008 года. – Но есть экстремистские течения в рамках самого ваххабизма. Вот именно эти направления пытались внедрить в сознание чеченского народа".

С 70-х годов XX века распространение ваххабизма во всем мире стало важной составляющей внешнеполитической стратегии Саудовской Аравии, в которой ваххабизм является официальной и обязательной для подданных королевства государственной идеологией. Не менее 6 тыс. аравийских благотворительных фондов распространяли в разных странах мира, в том числе и в России, ваххабитскую литературу и направляли к местным мусульманам проповедников ваххабизма. Распространялась ваххабитская литература и через российских паломников, побывавших в Саудовской Аравии во время хаджа. В одной из таких брошюр, изданных на русском языке, рекомендовалось... убивать мусульман, не посещающих пятничной молитвы. Для распространения ваххабизма активно использовался и продолжает использоваться интернет.

Не менее полутора тысяч российских граждан прошли обучение в саудовских исламских университетах. Ваххабитское "кредо" было обязательным для изучения в лагерях моджахедов (воинов "джихада") и "Аль-Каиды" на территории Афганистана и самопровозглашенной "Чеченской Республики Ичкерия". Недавно второй человек в "Аль-Каиде" Айман аз-Завахири дал высокую оценку бывшему члену Совета великих улемов Саудовской Аравии Абу-Умару ас-Сайфу, ликвидированному российскими правоохранительными органами в конце 2005 года. Тот, являясь "муфтием моджахедов Кавказа", создал на территории Чечни институт и фонд "Аль-Худа", который занимался ваххабитской пропагандой, издавал несколько газет, создал радио, начал создавать всекавказское телевидение, возглавил Верховный шариатский суд в Ичкерии.

В ходе распространения ваххабизма в России резко проявились различия между исторически сформировавшимися, местными "фрагментами" ислама, которые стали называться "традиционным (подразумевается, традиционным для России) исламом", и самим ваххабизмом. С одной стороны, это спровоцировало конфликт между ними. С другой стороны, ваххабизм стал "разъедать" "традиционный ислам": начался процесс перехода в ваххабизм "традиционных мусульман", проникновения ваххабитского вероучения, политической доктрины, лозунгов, обрядов в среду мусульман, особенно молодежи.

В ходе дискуссий о ваххабизме (или его отсутствии) в России некоторые участники ставят вопрос о том, что те люди, которых называют ваххабитами, таковыми не являются, ибо не знакомы с ваххабитской идеологией (вероучением) во всей ее полноте. После беседы с террористами, захватившими заложников в театре на Дубровке в октябре 2002 года, Евгений Примаков сказал: "Я слышал, что там ваххабиты, а они не знают, что такое ваххабизм". Можно только удивляться, как академик Примаков за четверть часа успел и о судьбе заложников поговорить с террористами, и учинить им экзамен на знание ваххабизма! Но, по-видимому, ваххабизм воспринимается российскими гражданами, воспитанными в иных религиозных или нерелигиозных традициях, лишь фрагментарно. Кого-то привлекает максималистское единобожие ваххабитов. Иных – провозглашаемая простота и чистота нравов в условиях морального разложения окружающего общества. Немало мусульман, живущих в стесненных материальных условиях, обращают внимание на простоту и дешевизну обрядов в ваххабитских организациях. Для других солидарность ваххабитских джамаатов является альтернативой местничеству, кумовству и коррупции.

С позиций свободы совести все "фрагменты" ислама, в том числе и ваххабизм, равноценны и имеют в светском демократическом государстве, каковым является РФ, неоспоримое право на существование без каких бы то ни было ограничений наряду с другими религиями и нерелигиозными идеологиями. С одной оговоркой – если их идеи (идеология) и деятельность не представляют угрозы для общественной безопасности и прав человека.

Ваххабизм, в свою очередь, характеризуется "программным" неприятием свободы совести. В его идеологии заложена религиозная нетерпимость, проповедь религиозной розни, призыв к насильственному искоренению всех неваххабитских систем и идей. В этом – сущностное отличие ваххабизма от других "фрагментов" ислама, в частности, от распространенных в России шафиитского и ханафитского мазхабов.

Ваххабизм провозглашает неполноценность граждан по признаку их отношения к религии: христиане, поклоняющиеся иконам, по утверждению ваххабитских улемов (религиозных ученых), "относятся к числу наихудших созданий перед Аллахом". В отношении немусульман ("носителей других верований, таких как христиане и прочие") провозглашается обязательность дискриминации на религиозной основе. "Мы не должны доверять им даже самые низкие руководящие должности. Перед ними должны быть закрыты двери всех средств массовой информации и связи, дабы они не распространяли свой яд среди мусульман", – пишет Мухаммад Шакир аш-Шариф в книге "Аль-Альманийа (светский образ жизни) и ее отвратительные последствия".

Ваххабизм осуществляет пропаганду исключительности своего учения, сопровождая ее угрозой применения насилия: "Имущество и жизнь человека будут неприкосновенны лишь тогда, когда все указанное выше (произнесение шахады – символа веры: "Нет божества, кроме Аллаха, и Мухаммад – Его посланник". – А.И.) будет дополнено полным отвержением всех объектов поклонения, кроме Аллаха. Любое же сомнение или колебание лишает неприкосновенности имущество и жизнь человека". Данная формулировка принадлежит основателю ваххабизма Ибн-Абд-аль-Ваххабу. Она не может считаться "исторически обусловленным" призывом, действенным только для XVIII века. Без малейших изменений, как руководство к действию, она повторяется современными ваххабитскими улемами в публикациях на русском языке.

Ваххабизм распространяет призывы, направленные на возбуждение религиозной вражды, совершенные с применением насилия или с угрозой его применения. "Необходим Джихад во имя Аллаха. Мы должны объявить войну каждому, кто борется против Аллаха и Его посланника (да благословит его Аллах и приветствует) так, чтобы исчезло всякое язычество (под "язычеством" понимается любая, необязательно религиозная, неваххабитская система идей и действий. – А.И.) и вся религия принадлежала бы Аллаху", – пишет Мухаммад Шакир аш-Шариф. По мнению ваххабитских улемов, должно караться смертью вероотступничество – переход из ислама в другую религию. "Убейте того, кто поменяет свою религию", – говорится в одной из ваххабитских книг.

Особое, можно сказать, ключевое место в идеологии ваххабизма занимает категория или принцип, называемый "такфир". Такфир – объявление мусульманина, представляющего другой "фрагмент" ислама, кафиром, то есть "неверным". Некто (чаще всего это ваххабитский улем) заявляет о каком-то мусульманине или группе мусульман, что они "неверные", то есть немусульмане. На неарабские языки такфир нередко переводят как "отлучение" (excommunication) или "анафема". Но такфир отличается от отлучения и анафемы тем, что непокаявшийся "вероотступник" должен быть убит. Такфир распространяется и на тех мусульман, которые от ислама не отступили ни словом, ни делом, ни сомнением, ни колебанием, но не присоединяются к ваххабитскому такфиру. "Тот, кто не считает кафира кафиром или не обвиняет кафира в куфре (неверии), сам становится кафиром" – эти слова Абу Мухаммада Аль-Макдиси приводит интернет-сайт "Кавказ-Центр".

Есть в ваххабизме еще более изощренное, религиозно-политическое обоснование насилия в отношении мусульман. "Язычеством" (ширк), "вероотступничеством" (ридда) или "неверием" (куфр) провозглашается любое участие в деятельности "тирании" ("тагута" – так ваххабиты называют государство и любую систему власти, которую они не контролируют), например, участие в выборах или получение пособий по многодетности. Делается это на том основании, что человек либо признает над собой чью-то власть, кроме Аллаха, либо надеется на помощь кого-то, кроме Аллаха. А за "вероотступничество" в ваххабизме полагается смерть. Речь идет не только о переходе из ислама в иную религию, но и о следовании, пусть одноразовом, в виде участия в голосовании или присутствия на партийном собрании, в каких-то неисламских процедурах или обрядах, так как это участие расценивается ваххабитами как перемена религии, ибо демократия (как и либерализм, коммунизм и проч.) трактуется ими как религия (дин).

Такфир предполагает обязательное действие – джихад, то есть насилие, вплоть до убийства тех, кто квалифицирован как "вероотступник" ("муртад" в ваххабитских материалах на русском языке) или "кафир" ("неверный"); обязанностью мусульман, по утверждению ваххабитских богословов, является "джихад против кафиров". "Сражение против муртаддов и их предводителей является самым обязательным среди всех обязанностей", – заявляет Абу Мухаммад Аль-Макдиси.

Ваххабиты последовательно претворяют в жизнь все эти положения. Так, арабские и чеченские ваххабиты, окопавшиеся под сенью самопровозглашенной "Чеченской Республики Ичкерия", уничтожали или пытались уничтожать тех, кого они квалифицировали как вероотступников. Например, "Верховный шариатский суд" под руководством саудовского ваххабитского улема ас-Сайфа вынес смертный приговор главе Центрального духовного управления мусульман России Талгату Таджуддину и председателю Совета муфтиев России Равилю Гайнутдину, которые были объявлены "вероотступниками".

Приведенные идеи абсолютно ясны по своему содержанию, смыслу и имеют цель мотивировать читателя (предполагается: мусульманина) на ограничение свободы совести мусульман и немусульман – вплоть до самых крайних форм физического насилия. Подобные призывы подпадают под статьи Уголовного кодекса Российской Федерации (например, под ст. 282) и статьи Закона "О противодействии экстремистской деятельности".

Есть еще один, обычно остающийся незаметным аспект проблемы. Распространение в России ваххабизма с его проповедью религиозной нетерпимости, религиозно мотивированного терроризма, джихада – все это привело к росту исламофобии и ксенофобии, обращенных против российских граждан – "этнических мусульман". Какая реакция может возникать у православного, иудея, неверующего при чтении антихристианских, антииудейских, антилиберальных, антикоммунистических пассажей в ваххабитских произведениях, например, таких: "Джихад означает борьбу за то, чтобы слово Аллаха было превыше всего, чтобы на земле была только одна власть – власть ислама".

Исламофобия – это боязнь ислама. И именно страх перед мусульманами, страх перед исламом стал характерен для некоторой части российского общества, хотя в который раз повторим: если уж чего-то страшиться, то самого ваххабизма.

В течение всего периода распространения ваххабизма в России мусульмане оказывали ему активное сопротивление. Ваххабизм два раза запрещали в Чечне (в 1997 и 2001 годы) и по одному разу в Ингушетии, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии. В Дагестане был принят Закон "О запрете ваххабитской и иной экстремистской деятельности на территории Республики Дагестан" (1999 год). В разных регионах России Духовные управления мусульман стали публиковать списки литературы, не рекомендуемой к прочтению мусульманами, куда входили ваххабитские книги и брошюры с вполне "исламскими" названиями вроде "Основы исламского вероучения".

Федеральные органы власти России поддерживают инициативы гражданского общества. Министерство юстиции РФ публикует федеральный список экстремистских материалов, в котором немалое количество позиций занимают ваххабитские сочинения. Все эти действия нужно рассматривать как направленные на защиту прав и свобод российских граждан от идеологии и практики маргинальных групп, покушающихся на эти права, в частности на свободу совести. В ходе этой борьбы образовалась четко не сформулированная дилемма: противостоять ваххабизму, этой чужой идеологии, содержащей в себе подстрекательство к силовому ограничению прав и свобод, или же противостоять "ваххабитам", российским гражданам, которые обладают неотъемлемым правом на свободу совести, например, правом верить в идеи, с которыми в XVIII веке выступил аравийский религиозный реформатор Мухаммад Ибн-Абд-аль-Ваххаб? Запретительные меры демонстрируют, что российское государство и гражданское общество в России предпочитают бороться против ваххабизма, а не ваххабитов.

Запретительная деятельность в отношении ваххабизма сочетается с поощрением "традиционного ислама": развитием исламской инфраструктуры (строительство мечетей, обустройство мусульманских кладбищ, создание сети средних и высших религиозных учебных заведений с выдачей дипломов государственного образца и т.п.), организацией и частичным финансированием паломничества (хаджа) в Мекку, публикацией исламской литературы распространенных в России направлений ислама – ханафитского и шафиитского. И в богатой палитре российских "фрагментов" ислама есть группы "единобожников" (араб. "муваххидун"), которых называют ваххабитами. Вполне вероятно, что когда-то и их станут называть традиционными мусульманами...