К Святыням Урала и всея Руси

В гостях у губернатора

15 Июля 2008 года, Вторник. Сегодня – основные мероприятия Всемирного Русского Народного Собора. В 10 утра прием в резиденции губернатора Свердловской области Э.Э.Росселя. Самого Росселя не было, он за два дня до этого ушел в отпуск. Странный поступок в 90-ю годовщину цареубийства и во время проведения всероссийских "Царских Дней". Губернатора Росселя представляли Председатель правительства Свердловской области Виктор Анатольевич Кокшаров и председатель областной думы. Присутствовали Владыки – Сергий, Митрополит Воронежский, Викентий, Архиепископ Екатеринбургский, Марк, Архиепископ Берлинский и Центрально-Европейский, Михаил, Епископ Женевский и Западно-Европейский, Юстиниан, Архиепископ Тираспольский и Дубоссарский, Протоиерей Всеволод Чаплин, заместитель председателя Отдела Внешних Церковных Связей Святейшего Синода (ОВЦС), Игумен Феодосий, наместник Монастыря Святых Царственных Страстотерпцев на Ганиной Яме и другие.

Весьма обстоятельно говорил председатель правительства свердловской области В.А.Кокшаров, рассказывал о верности историческим традициям, о значении почитания Царской Семьи, о достижениях промышленности, культуры и образования, о вкладе в этот процесс губернатора Э.Э.Росселя, о его заботе о развитии Екатеринбургской епархии. В таком духе выступил и председатель областного законодательного собрания. Я слушала их и при этом задавалась мучительным вопросом: "Но почему же Свердловская область?! Неужели за двадцать лет правления Э.Э.Росселя было невозможно решить это сугубо нравственное противоречие – Екатеринбург и Свердловская область?!"

К чести выступавших руководителей надо сказать, что они старались всячески избегать определения "Свердловская", из уважения к чувствам верующих – собранных ими людей – они употребляли выражения – "наша область", "Уральский край", "Средний Урал" и аналогичные им эвфемизмы. То есть они прекрасно понимали и чувствовали, что имя одного из главных цареубийц звучит оскорбительно в подобном собрании. И я оценила их политический и обиходный такт.

Интересно выступал Митрополит Сергий, хотя и он вынужден был проявить мастерство подобной дипломатии, чтобы не осквернить наш слух именем цареубийцы. Впрочем, ему-то было немного легче, так как совершенно естественно он говорил не об известной области, а о Екатеринбургской епархии... Весьма ценным было личное духовное свидетельство-признание в том, что первоначально он не разделял почитания Святости Царской Семьи с другими русскими верующими людьми. Но в начале или в первой половине девяностых годов (я не запомнила когда именно) он по благословению Святейшего Патриарха прибыл в Екатеринбург и в сослужении других Епископов и священников совершил панихиду на месте убиения Августейших Мучеников. Тогда еще тут стоял только простой – теперь всем известный – поклонный Крест. И во время того Богослужения Владыка Сергий явственно для себя, сердечным чувством ощутил присутствие Царской Семьи. И с той поры Владыка понял, что Они прославлены у Бога... Конечно, такое публичное признание маститого Архипастыря многого стоит!

Следом, вроде бы, выступал Владыка Викентий. Его речь была проста и безхитростна. Он говорил о цареубийцах и о подвиге Святых Царственных Страстотерпцев и Их верных слуг, о том духовном значении, которое имеет Их исповедническое, мученическое подвижничество и для епархии, и для всей России – в освобождении народа от той лжи, которая была нагромождена вокруг личности Государя Императора Николая Александровича и Его Близких. С той же искренностью Владыка высказал и благодарность в адрес губернатора и его помощников в деле повсеместного восстановления церковной жизни в епархии.

У меня было мелькнул помысел: стоило ли так говорить Владыке? И тут же поняла, что правящий Архиерей благодарит областные светские власти за сделанное ими, а не пеняет им за то, что они могли бы сделать, но не сделали. Конечно, чувство неблагодарности – страшный грех для христианина. Мы иногда с детской непосредственностью и с детской же безответственностью не понимаем тех, на ком лежит Крест определенного служения в определенное время и в определенном месте. Не видеть то, как духовно преобразилась "свердловская" земля с тех пор, когда я побывала здесь в Октябре 1992 года не возможно. Было восстановлены и заново отстроены многие десятки храмов, почти все монастыри, существовавшие тут до революции стали действующими. Конечно, без поддержки областных и местных властей одними епархиальными силами этого сделать было бы невозможно... И Владыка Викентий, конечно, был по-христиански справедлив и совершенно искренен в своих благодарностях. Иное дело – мой родственный счет к области с именем цареубийцы.

Не могу понять Эдуарда Эргартовича, почему он не просто не решается переменить имя руководимого им региона, но более того – пытается отстаивать его как верность традиции советского периода Российской Истории?

Во многом мне трудно понять моих соотечественников, родившихся, выросших и проживших большую часть своей жизни под гнетом воинствующего атеизма, интернационализма и большевицкой идеологии.. Не могу их строго судить, но не могу и соглашаться с ними, когда в стране уже давно провозглашены права на совесть и справедливость, когда взят политический курс на следование исконно российским интересам, а ответственные люди продолжают раболепствовать перед "исторической" памятью об изуверах и разрушителях российской государственности.

Конечно, слово Владыки Марка, посвященное памяти Святых Царственных Мучеников, выглядело несколько свободнее в выражениях. Это взгляд из-за рубежа, взгляд высокого гостя, все понимающего, ничего не требующего, но полный сочувствия...

Когда после ряда выступлений официальных и духовных лиц слово предложили мне, я, честно говоря, решила ограничиться двумя-тремя самыми общими фразами, дабы не перейти на болезненные для меня темы.

Помощник Э.Э.Росселя, ведущий прием, опять представил меня "Великой Княгиней", и мне пришлось тут же поправить его, объяснить, что это титул моей Свекрови, а сама я никаких титулов не имею. Предельно ограничив себя во времени, я также надеялась, что послужу примером и для последующих ораторов: мы сидели за столами, сервированными великолепными закусками, но никто не мог притронуться к ним, пока шли выступления. Когда же речи закончились, то осталось всего пять минут для чая. Нас так и предупредили: через пять минут общая фотография на крыльце губернаторской резиденции. Некоторую несуразность протокола могу объяснить и оправдать тем, что губернаторский прием проходил без хозяина резиденции, и все присутствующие без исключения были гостями...

До начала соборной встречи оставалось чуть больше часа, а всем участникам приема по распорядку надо было посетить Храм-Памятник Всех Святых на Крови Царской Семьи, возложить цветы к Царскому монументу у Храма и приложиться к святыням, только что прибывшим в Екатеринбург на Царские Дни. Чашку чая я не допила, хотя меня уже начала мучить жажда: во-первых, обычное дело после публичного слова, а во-вторых, хорошо представила себе, что за стенами прохладной резиденции уже надвигается дневная жара.

После общего фотоснимка ровно в одиннадцать все участники приема отправились к Храму Памятнику Всех Святых на Крови Царской Семьи. Председатель правительства и спикер областной думы пригласили меня в свой микроавтобус.

После возложение цветов к памятнику Царской Семье у Храма мы прошли в нижние приделы церкви, а потом уже внутри поднялись наверх. Там мы приложились к рясе Святого Праведного Иоанна Кронштадтского и к прибывшей из Костромского Ипатьевского монастыря иконе Божией Матери "Феодоровская", которой Великая Инокиня Марфа благословила своего Сына – Родоначальника Романовской Династии – боярина Михаила Феодоровича на Русское Царство. Затем все вновь сфотографировались на паперти храма и на том же микроавтобусе подъехали к концертному залу "Космос".

В космосе

Оказалось, что предыдущая спешка была напрасной, так как нас разместили в каком-то душном апартаменте для VI-персон, где все минут двадцать задыхались от действительно космической жары. Впрочем, я не выдержала этого времени и вышла в коридор. Там Леонид беседовал с иеромонахом Никоном. Как сразу же выяснилось, Леонид уже пересказал ему мое удивление за вчерашнюю неучтивость. А отец Никон в свою очередь признался, что боялся в ответ на его приветствие услышать от меня что-нибудь обидное. С чего это он взял?! В общем, с помощью Леонида после разъяснений мы вновь восстановили былую взаимную приветливость.

Наконец всех гостей пригласили проходить в зал, и в это время на меня буквально налетела группа телерепортеров с трех или четырех каналов. Самой инициативной оказалась Инна Витальевна Осипова из Уральского бюро компании НТВ (она передала мне визитную карточку), а остальные толком даже не представились. К сожалению, большинство вопросов были о пресловутых "Царских" останках. Как могла короче разъясняла свою точку зрения.

Правда, иные вопросы были человечнее. Например: где я побывала в Екатеринбурге и на Урале? Говорила о посещении Ганиной Ямы, Верхотурских монастырей, Меркушково.

Были вопросы и о Тихоне Николаевиче. О Благотворительном фонде имени Ея Императорского Высочества Великой Княгини Ольги Александровны...

Вскоре после полудня состоялось открытие Собора. Нас усадили на первый ряд. я оказалась рядом с Аркадием Чернецким – градоначальником Екатеринбурга. Мы поприветствовали друг друга как старые знакомцы и о чем-то несущественном "поболтали".

Сначала были прочитаны приветствия от Его Святейшества Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, от председателя Государственной думы РФ Бориса Вячеславовича Грызлова, от губернатора Эдуарда Эргартовича Росселя. Глава администрации города Екатеринбурга Аркадий Михайлович Чернецкий со словом выступил сам. Потом предложили выступить мне. Мое слово называлось "Христианская совесть должна прокладывать русла нашим инициативам". Конечно, я обошла очень многие вопросы, которые просто накипели в душе, но в такой большой аудитории и при таком "официозе" эти вопросы могли бы прозвучать очень резко, что, видимо, неуместно для торжества Царских Дней. Я даже почувствовала, как некоторые организаторы соборной встречи вздохнули с облегчением, что я не "ляпнула" ничего "лишнего", хотя и совсем без остроты не обошлось. Бог даст, и в должном месте в должное время выскажу наболевшее.

Когда я возвращалась с трибуны и проходила мима отца Всеволода Чаплина, он горячо выразил поддержку моему выступлению. Что ж, это приятно... И А.М.Чернецкий одобрил мое выступление. "Комплименты обходительных мужчин приятны в любом возрасте", – отметила я про себя.

Потом был большой – почти часовой доклад Архиепископа Викентия. Доклад очень толковый, существенный, точно выражающий позицию Церкви, о главном и важном Владыка говорил без околичностей – прямо. Я понимаю, что подобные выступления готовятся Архипастырями совместно с помощниками, со знатоками вопроса. В данном случае могу сказать, что у Владыки Викентия очень хорошие помощники, высокопрофессиональные специалисты... Но и его уму и мужеству надо отдать должное.

Следом выступали Его Высокопреосвященство Владыка Марк, Архиепископ Берлинский, Германский и Британский, Его Преосвященство Владыка Михаил, Епископ Женевский и Западно-Европейский, Нина Борисовна Жукова (она сейчас в руководстве Всемирного Русского Народного Собора, а раньше занимала ответственный пост в Министерстве культуры, мы с ней познакомились вчера – на ужине у Владыки Викентия), его Высокопреподобие Протоиерей Всеволод Чаплин (он тоже в руководстве ВРНС).

С небольшим предуведомительным словом выступил П.В.Мультатули. Он привез в Екатеринбург на премьеру большой документальный фильм "Император Николай Второй: сорванный триумф". Петр Валентинович написал сценарий этого фильма. И вслед за этим показали сам фильм. Мне фильм очень понравился. Сделан очень тактично, изыскано просто. В фильме выступают историки, политические и общественные деятели, большинство положений проиллюстрировано кинохроникой. При всем спокойном и уверенном тоне, работа вызывает сильные чувства, она оказалась на удивление трогательной.

Демонстрацией фильма завершилось первое заседание. После просмотра мы вышли в фойе – в открытый космос. Тележурналисты с первого канала и областного телевидение попросили меня дать интервью. Тележурналистов мне порекомендовал мой старый знакомый Илья, его я помню еще по 1992 году. Сейчас это солидный дядька, местный депутат. А на Соборе он занимается вопросами охраны Архиереев, гостей...

Обед с Владыками и другими участниками Собора проходил в том же здании – в "космосе": в зале ресторана "Зимний Сад". Но там, как в оранжерее, было душно. После обеда из-за страшной жары мы отправились домой переодеться и немного передохнуть во время второго заседания Собора.

Вернулись к концу второго заседания. Выступал историк В.Л.Махнач, очень толково выступал. Потом – после небольшого перерыва – начался концерт, который продолжался около трех часов, вместо запланированных полутора. Концерт вела известная актриса Екатерина Васильева. Концерт мне очень понравился. Е.Васильева прочитала чрезвычайно трогательный, покаянный монолог о Святом Царе-Мученике. Это слово выражало самые сокровенные, исповедальные русские чувства. А когда я слушала песню, начинавшуюся слова "За Веру, Царя и Отечества", то шепнула сидевшей рядом Марине: "Если бы эту песню услышал мой отец, у него бы разорвалось сердце..."

После концерта ко мне подходил старый знакомый Алексей Кузьмин с женой. Мы немного поговорили. Алексей из тех моих "конвойцев", которые всегда сопровождали меня в поездках по Уралу в первой половине девяностых годов.

Около девяти часов состоялся торжественный ужин с Владыками в том же "Зимнем Саду". Домой приехали около одиннадцати. Поработала над дневником, а Леонид копировал фотографии с фотокамеры на компьютер, а потом перепечатал часть моих предыдущих дневниковых записей, которые я все время делаю "от руки".

День перед торжеством

16 Июля 2008 года, Среда. В восемь часов Литургия в Храме на Крови Царской Семьи, в "Расстрельной комнате", там, где Престол из радонита, изготовленный по заказу Протоиерея Александра Никулина. Светскими властями, которые участвовали в строительстве Храма-Памятника, планировалось устроить в этом месте музей. А кое-кто собирался там поместить восковые фигуры Царской Семьи, Царских слуг и, возможно, цареубийц. Но буквально за два дня до освещения собора Отец Александр сообщил Владыке, что изготовлен прекрасный Престол, и его можно было бы поместить в это святое место. Владыка благословил батюшку установит Престол. И отец Александр служил там первую Литургию под утро на 17 Июля 2003 года, как раз когда шел Крестный Ход на Ганину Яму. И я была на этой Литургии...

Теперь отец Александр пригласил нас на такую же службу заранее – еще 10 Июля. Первоначально служба планировалась на шесть часов утра, но поскольку служить захотели и батюшки, приехавшие из Москвы на Собор, а они были измотаны предыдущим днем, то Владыка распорядился начать эту Литургию позже. Служил Протоиерей Всеволод Чаплин, и тут я увидела митру на нем, значит он из новых Митрофорных Протоиереев, и совсем Синод от этой награды не отказался. Пообщались с отцом Александром Никулиным. Он немного удручен предпраздничной суетой и толкотней, так как рассчитывал послужить у Царского Престола в более спокойной обстановке ранним утром. Я его утешила, как могла.

Потом был Крестный Ход из храма к крытому стадиону, где состоялось открытие Православной выставки. На молебне выступали Митрополит Сергий, Архиепископ Викентий, и министры торговли и культуры Свердловской области. После молебна мы немного побродили по торговым рядам. У одного павильона я заинтересовалась пряниками. Оказалось, что это павильон Школы ремесел из Перми. Сотрудница Школы узнала меня, попросила меня вместе сфотографироваться на фоне их стенда. У другого павильона священник из Приднестровья показывал три мироточивых и кровоточивых иконы из своего храма. Мы приложились к ним. Батюшка преподнес мне около десяти репродукций кровоточивых икон. Зрелище поразительное, вызывающее кроме благословения еще и мистический ужас. Конечно, это страшные предзнаменования. Что ждет Россию?!! Боже! Боже! Как тяжело на сердце от этих мыслей.

После Владимир Подгорнов пригласил нас немного перекусить в Сербском ресторане, выпить по глоточку пива, так как вода в такую жару совсем уже не утоляет жажды. Разговорилась с официантом по-сербски. А тот от волнения опрокину стаканчик с пивом на скатерть. Попало немного и на мою юбку. Нас пересадили за другой стол.

После ресторана отправились отдыхать перед вечерней службой. Леонид разговаривал со своей женой Ниной. Оказывается, сегодня нас неоднократно показывали в новостях по Первому каналу, по "России" и НТВ, как мы вчера прикладывались к рясе Святого Праведного Иоанна Кронштадтского.

Прошли теленовости: В.Н.Соловьев официально заявил, что останки принадлежат Цесаревичу Алексию и Царевне Марии. К моему ужасу это заявление поддержал Поль Ларсен-Куликовски – сын Ксении Куликовской – дочери Гурия Николаевича Куликовского-Романова – младшего брата моего дорогого Тихона Николаевича. Зачем Полю это?! Для славы? Какая глупость! Поль совершенно не разбирается в существе проблемы "екатеринбургских останков"! Жаль. Очень жаль видеть эту "семейную" проблему.

Владимир Подгорнов привез к нам домой мастера по компьютерам. Тот "вылечил" наш ноутбук от информационного "вируса". Приняла решение в эту поездку на Урал в Тюмень не ездить. Тяжелое для меня решение. Хотелось там побывать. Но никак не успею здесь в Екатеринбурге быть везде, где непеременно хотела быть. Так что в Тюмень – в следующий раз поеду или полечу. Специально поедем, чтобы побывать в Тобольске и, может быть, в селе Покровском. Сейчас надо немного отдохнуть. Это главная ночь в нашем паломничестве.

Во время праздничной службы нас собираются расположить на хорах Храма. Якобы там прохладнее и нет давки. Созвонилась с отцом Гермогеном. Игумен Гермоген предложил устроить все сам и назначил нам встречу на площадке у нижнего придела Храма-Памятника перед самой службой. В одиннадцать часов отправились к Храму на Крови Царской Семьи. К нам присоединился Владимир Подгорнов со своей супругой Юлией. Служба должна начаться в 11:30.

Вершина торжества

17 Июля 2008 года, Четверг, Память Святых Царственных Мучеников Дома Российского. Прибыли двенадцатом часу к Храму на Крови Царя. Как и договорились, дождались отца Гермогена. Он пришел с ромашками из своего сада – для Княгини Марии. Отец Гермоген – душка, весь поглощен своей "дипломатической" миссией. Говорит, что только что побывал на верхнем ярусе и понял, что там нечем дышать: "Там ни одной молекулы кислорода. Бедные певчие. Я сейчас проведу вас, Ольга Николаевна, на солею, где Вы прошлый раз располагались. Устрою все как надо... А Мария Владимировна пока в полете. Рейс задержали на несколько часов..." Подумала: "Ангела-Хранителя в пути..."

Отец Гермоген через южный портал, через громадную толпу провел всех нас к правой стороне главного алтаря: меня, Марину, Владимира с его супругой и Леонида. Когда в алтарь через южные дьяконские врата проходили священники, чуть ли ни каждый второй кланялся, здоровался, приветствовал. "Пробивались" ко мне через молящихся и мои давние знакомые из мирян. Но после Литургии оглашенных все как-то улеглось. Я наконец-то смогла по-настоящему сосредоточится на Богослужении. Во время службы до Символа Веры отец Гермоген несколько раз подходил к нам. Вынес для меня торжественную скамеечку с обивкой из красного бархата, подобную тем, что стояли для Владык и высокопоставленного духовенства в Алтаре. Но я, не смотря на усталость и боль в ногах, так и не решилась на нее присесть. И только уже после "Отче наш..", когда священство причастилось и уже начали причащать мирян, меня Леонид уговорил ненадолго присесть.

Приветствие Его Святейшества Святейшего Патриарха читал Владыка Сергий. Затем произнес проповедь Московский Протоиерей Валериан Кречетов. Перед самым молебном появилась Княгиня Мария Владимировна. Отец Гермоген представил нас друг другу. Мы обменялись улыбками и какими-то доброжелательными фразами.

После Креста мы направились к машине вместе с матушкой Масей, Мариной и Леонидом. Было уже около половины четвертого. В это время формировался Крестный Ход на Ганину Яму. От храма мы сразу поехали туда, чтобы успеть до того, как дорогу станут перекрывать для крестноходцев. Конечно, мне такой Крестный Ход был бы не по силам. Не то, что восемнадцать километров, я бы и трехсот метров после такой службы не прошла. Когда я это проговорила, Леонид из-за спины пробормотал: "Я бы сейчас и пятидесяти метров не прошел... Валюсь с ног, спать хочу..."

В Ганиной Яме были минут через сорок. Подъехали к Архиерейскому дому при монастыре и нас пригласили пить чай. Через минут пятнадцать зашел отец Феодосий после ночной Литургии, поклонился и сразу поднялся к себе отдохнуть на несколько минут.

С нами беседовала юрист Екатеринбургской епархии – майор юстиции. Она рассказала о многих перипетиях, в том числе и о могилах Архипастырей возле снесенного кафедрального Богоявленского Собора Екатеринбурга. После чая мы матушкой Масей и Мариной отправились осматривать монастырь.

Познакомились по ходу с Евгением Антоновичем Карасенко, внучатым племянником отца Митрофана Серебрянского – ныне Преподобноисповедника Сергия. Евгений Антонович прибыл сюда с ковчегом мощей Преподобного Макария Калязинского и Преподобноисповедника Сергия.

Встретили восход солнца, и вскоре подошел Крестный Ход с Владыками. На паперти храма во имя иконы Божией Матери "Державная" состоялся молебен. С проповедями выступили Владыки Марк и Викентий. Отец Феодосий пригласил нас на трапезу с Владыками. Были Владыки Викентий, Марк, Иринарх Домодедовский. Позже подошел Протоиерей Валериан Кречетов. Около десяти часов утра отправились в Екатеринбург.

На два часа была назначена архиерейская трапеза в "Зимнем Саду". Перед трапезой 25 минут ждали прибытия Княгини Марии. Причем Владыки стояли все это время. Княгиня наградила Владыку Викентия своим орденом Анны – на шее. В конце трапезы я вручила Владыкам свои книги.

После трапезы собиралась дать интервью телеканалу "Russian Today". Они просили меня об этом заранее. Но организаторы интервью вели себя безобразно, и мне пришлось отказаться от этой съемки.

Алапаевск

18 Июля 2008 года, Пятница, Память Преподобного Сергия Радонежского и Преподобномученицы Елисаветы Феодоровны. Около 6:40 выехали в монастырь Преподобномученицы Великой Княгини Елисаветы в Верхней Синячихе за Алапаевском. Водителем был Александр, последний день перед его отпуском. Завтра с семьей летит в Турцию отдыхать. Сопровождали Марина, Вера и Леонид. Прибыли к началу Литургии, которая совершалась Владыками Сергием, Викентием, Марком и Иринархом Домодедовским маленьком-храме часовни возле шахты, поэтому весь народ стоял снаружи, да и Владыки большей частью тоже. Монастырь преобразился по сравнению с тем состоянием, которое было в конце девяностых годов. Центральный храм, который включал настоятельские и братские кельи с трапезной и кухней тогда был только возведен, а внутренняя отделка только начиналась. И была тогда отстроена только часовня возле шахты. Теперь достроены Святые Врата монастыря и стена вдоль дороги. Шахта огорожена оградкой. Возведены два новых корпуса – братский и настоятельский. Отец Моисей (Пилатс) с братией проделал огромную работу. К концу Литургии прибыла Княгиня Мария Владимировна со своей свитой. После молебна у шахты совершилась закладка нового храма, видимо, Преподобного Сергия. После молебна состоялась трапеза. Вновь пел детский хор, который пел и в Ганиной Яме. Последний тост за трапезой провозгласила я – многолетие отцу Моисею.

После отправились в Алапаевск, – сначала в храм Святой Великомученицы Екатерины. Там продолжительное время беседовала с верующими и по просьбе многих давала автографы на буклетах и книжках.

Потом отправились в Напольную школу, где перед мученической кончиной содержались Августейшие Страдальцы. Оттуда поехали в Свято-Троицкий кафедральный собор с Августовской иконой Божией Матери. Там при соборе тела Августейших Мучеников содержались в склепе после их обнаружения "белыми". Около восьми часов вечера прибыли в назад в Екатеринбург.

Царский монастырь – продолжение

19 Июля 2008 года, Суббота. В 8:10 выехали в Шамары, это в 33 километрах за поселком Шаля на Северо-Востоке области – на границе с Перской областью. Впервые вез водитель Артур на той же серебристой "Тойоте". Меня сопровождали Марина и Леонид. Впереди в своей машине ехал типограф Владимир Подгорнов с супругой Юлией. В Шамарах в 1916 году Священномученик Андроник Пермский и отец Серафим (Кузнецов) основали монастырь в честь памяти всех Императорских Особ. Тогда эти места относились к Пермской епархии. В 1917 году туда планировала приехать Преподобномученица Великая Княгиня Елизавета Феодоровна и, будто бы, Великая Княгиня Ольга Александровна. Поскольку монастырь предполагался в первую очередь в память Императоров Александра Освободителя-Мученика и Александра Миротворца. Члены Императорской Фамилии жертвовали на его устроение. Сейчас

Владыка Викентий благословил отца Александра Никулина восстанавливать эту обитель. Весной 2008 года туда прибыли первые насельницы и трудники. Сегодня же было торжество освящения Креста у шоссе, там, где находится сверток на лесную дорогу к монастырю, до которого еще более трех верст.

Опять огромное количество оводов и мошки. Встретили нас очень тепло и сразу же начали молебен. После молебна участники подходили к отцу Александру – ко Кресту и благословению. Он представлял меня незнакомым прежде людям... Среди участников возрождения монастыря – глава администрации поселка Шамары Анатолий Викторович Святов.

После молебна отправились на "джипе" в сам монастырь. Отец Александр по дороге показал проект текста "Меморандума" о восстановлении монастыря. По прибытии побеседовала с Отцом Александром в его келлии, сделанной из грузового контейнера. Единственное место, где можно было скрыться о насекомых. Попробовала в ходе беседы местного квасу. Решила пожертвовать на монастырь определенную сумму.

Потом прошли к сохранившемуся фундаменту храма, на котором отец Александр с чадами устроил настил, а над Престолом навес. Взяла на память камешек от фундамента, один для Марфо-Мариинской обители, а другой для себя – на память. Все сфотографировались у закладного Креста посреди поля. Места очень красивые, девственные. Около половины третьего отправились в обратный путь. Прибыли домой около пяти часов вечера.

Часа через два приехал Отец Александр Никулин, чтобы вручить мне икону Святителя Николая местного уральского письма. Как он выразился: "В память о столь историческом событии". После побеседовали более часу. Леонид передал о. Александру диск с нашими фотографиями, сделанными за время нашей поездки.

Три иконы

20 Июля 2008 года, Воскресенье. Около десяти утра Леонид собрал все наши книги в рюкзак и отправился на главпочтамт, что бы отправить этот груз почтовой посылкой. Как потом он выяснил на почте, посылка получилась весом в 19 килограмм 980 грамм. Конечно. В аэропорте у нас был бы сильнейший перегруз.

Около 11 часов утра пришел местный антиквар, мой старый знакомый Владимир Хохлов. Он тоже из общины Отца Александра Никулина. Владимир принес мне в подарок чудный список иконы Божией Матери "Августовская", и еще подарил колокольчик с фигуркой рыцаря Сида. Привез ее из Испании. Мы с Владимиром сфотографировались. А Марина предложила повезти икону в монастырь иконы Божией Матери "Спорительница Хлебов" и освятить ее заново.

Леонид сказал, что икона освященная, а повторно иконы не освещают. Но стоит отслужить перед ней благодарственный молебен за успех нашего паломничества на Урал. Так и сделали: взяли икону с собой.

В первом часу дня отправились в монастырь и с дороги позвонили матушке Татьяне. Нас встретили с колокольным звоном. Рядом с духовником монастыря – иеросхимонахом Сергием (Романовым) было много священников и среди них мой давний друг Протоиерей Геннадий Ведерников из Нижнего Тагила. Его я видела еще во время ночной службы 17 Июля, но переговорить нам тогда не удалось. Были участники большого Царского Крестного Хода, кажется из Перми...

Отец Сергий сразу же повел меня показывать строительство громадного храма Святых Царственных Мучеников. Готов фундамент, там будет пещерный храм, глубина подвального этажа в два этажа обычного жилого дома, если не больше. Уже отстроенные храмы в монастыре громадные, "городские" по масштабам. Они поразительно смотрятся среди Уральской тайги. В монастыре планируется проживание 450 сестер. Сейчас уже здесь спасаются боле 250 монахинь и еще чудные дети-сироты. Детки пропели тропарь Святым Царственным Мученикам. Трогательно до слез.

Отец Сергий собирался пригласить нас сразу на трапезу. Но мне хотелось сначала отслужить молебен. Конечно, я не подумала, что они только что закончили Литургию, и пора трапезы настала.

На молебен в храм принесли чудесно замироточившую нынешним утром икону Божией Матери "Тихвинская". Благоухание было поразительное! На основном аналое уже стояла икона Божией Матери "Казанская", которую празднуют завтра. На соседний аналой уложили "Августовскую" и "Тихвинскую". Служба продолжалась один час пять минут (Леонид на диктофоне засек время). Акафист Божией Матери священники читали по очереди. И по очереди они на протяжении всего молебна кадили трем иконам. Я впервые видела такое. Потом была трапеза, по светским критериям довольно скромная, но по-монастырским меркам просто роскошная. Сестры во время трапезой чудно пели.

С отцом Сергием состоял очень серьезный и важный разговор по поводу издания сборника моих выступлений по Царской теме. Без всяких просьб с моей стороны, он взялся посодействовать. Дай-то Бог!

21 Июля 2008 года, Понедельник. На три часа местного времени запланирован отлет из Екатеринбурга на Москву.