Создание православного патруля по охране порядка вызвало в обществе живейшую дискуссию. С одной стороны, правозащитники выступают против него, утверждая, что церковь вмешивается в дела государства. С другой стороны, шпана распоясалась настолько, что любая помощь хороша. Наш корреспондент решил выйти в дозор вместе с героями своего материала и понять что к чему.
Они получили благословение батюшки, помолились и пошагали в сторону метро. Под колокольный звон, без икон и красных ленточек "Дружинник", но с детским Евангелием в руках и нагрудными значками "Русская православная церковь". Меньше всего уличных миссионеров заботило, как на их шествие отреагируют прохожие. А выглядели православные дружинники, надо признать, весьма необычно. Впереди бодрой походкой ступал человек в рясе – чтец Дмитрий Пахомов, за ним – отряд, "вооруженный" листовками "Как подготовиться к причастию" и "Бог зовет тебя". Рядом семенили телевизионщики и фотографы – первого дежурства верующих пресса ждала две недели с момента, когда заместитель главы Отдела внешних церковных связей РПЦ Всеволод Чаплин заявил о том, что с декабря город будут патрулировать группы, прошедшие специальную подготовку в церковных общинах.
"Это что? Крестный ход? – удивлялись москвичи, оборачиваясь вслед странной процессии. – Да вроде непохоже. Акция какая-то".
КУРС МОЛОДОГО МИССИОНЕРА
Прежде чем стать дружинником, 40-летний психолог Юлия Н. сдала экзамен по катехизису, прослушала в храме курс уличного миссионера.
"Многие из нас решились присоединиться к бригадам после того, как прочитали объявление на сайте "Православие.ру", – поясняет женщина. – Оно было адресовано всем, желающим послужить церкви. Добровольцев тестировали на знание евангельских истин, христианских заповедей. В течение полугода мы посещали занятия, участвовали в коммуникативных тренингах. Нынешнее дежурство считаю пробным практическим заданием".
Для Юлии миссионерство еще и поиск "формулы", которая поможет сохранить мир и любовь в собственной семье.
"У меня сложная ситуация, – вздыхает прихожанка храма Апостола Фомы. – Отец принял ислам, мама, я и сестра – православные. Дело дошло до отречения – папа называет меня пропащей, не общается. Стараюсь до него достучаться – не слышит. Верю, что дружина научит меня аргументировать свою позицию, подскажет, как правильно себя вести".
По определению руководителя московского отделения Союза православных граждан Кирилла Фролова, патрульные бригады РПЦ – это "Тимур и его команда в православном варианте".
"Наша цель – вытеснить из районов столицы сектантов, – говорит активист, – объяснить молодежи, что есть истинная вера, пресечь проявления экстремизма. Дружины – некий гибрид между миссионерством и социальной поддержкой гастарбайтеров, бомжей, нищих. Слово Божие должно сочетаться с реальными поступками".
ВСЕМ ВЫЙТИ ИЗ СУМРАКА!
Кирилл Фролов на столе с религиозными буклетами изображает, как дальновидный стратег, маршрут передвижения дружинников: "Одна бригада едет в "Сити" – общаться со строителями, вторая – на Кавказский бульвар, третья – в Бирюлево, к храму Святителя Николая, где недавно произошел взрыв, и на Курский вокзал – к бездомным".
Молодые люди соглашаются, прощаются с братьями по общине и исчезают в шумных лабиринтах метро.
Мы держим путь в "Сити". Староста международных курсов миссионеров Леонид Кригер, наша новая знакомая Юлия Н. и еще трое дружинников сидят в вагоне рядом с девушкой, листающей глянцевый журнал, и юношей, читающим книгу "Дневной дозор". Потом эскалатор везет их мимо баннеров с картинками из нового триллера о вампирах "Сумерки". И наконец православный "спецназ" выбирается из подземки.
Вокруг грохочет стройка, бегают люди в касках и красных жилетах. То ли таджики, то ли узбеки. Телевизионщики сворачивают съемку: мало ли, район неспокойный, не ровен час украдут аппаратуру.
– А на вас здесь не нападут? Не боитесь? – спрашиваю у дружинников.
– Ребята обучались приемам допустимой обороны, – улыбается Кирилл Фролов. – Но, думаю, они не пригодятся. Наше оружие – слово.
Юлия и Леонид в это время ведут переговоры с высоким стариком. Патрульные спрашивают у него, верит ли он в Бога, тот отвечает: "Всегда был атеистом". Около 30 минут деду читают лекцию о существующих в мире конфессиях, узнают мельчайшие подробности его биографии и расстаются лучшими друзьями.
– Ну вот. Одного мирянина привели в храм Господень, – с гордостью сообщают товарищам по дружине миссионеры. – Знаете, надо бы уточнить план и распределить задачи – кто начинает диалог с прохожими, кто поддерживает...
– Так у вас и тактика своя есть?
– А как же! Конечно.
НЕЛЕГАЛЫ – ТОЖЕ ПАСТВА
Заместитель главы Отдела внешних церковных связей РПЦ Всеволод Чаплин аргументировал необходимость создания православных дружин тем, что в стране растет число "группировок, которые порабощают улицы, маленькие города, села". По его мнению, христианский патруль "способен навести порядок в своем месте проживания и во всей России".
В реальности православные дружины не занимаются охраной правопорядка (к тому же МВД РФ не дало им таких полномочий), скорее выполняют идеологические функции. Гастарбайтерам-мусульманам они описывают преимущества своей религии, бомжей и нищих призывают обратиться к Богу и наставляют на путь истинный, братьев по вере просят чаще молиться и посещать храм.
В наркопритоны, злачные места уличные миссионеры не пойдут – это не их задача. Зато уже сейчас христианские отряды можно встретить в районах, где живут мигранты-нелегалы, и услышать такой разговор:
– Вы в Аллаха верите?
– Ага.
– Тогда возьмите книжечку (Евангелие) – почитайте. Вы должны знать традиции и культуру страны, предоставившей вам работу.
– Ага.
– Нуждаетесь в жилье, продовольствии?
– Ага.
– Тогда приходите к нам в храм.
– Ага.
Узбеки и киргизы не понимают и половины из того, что пытаются донести до них дружинники, – не знают языка. Единственное правило, какое неукоснительно соблюдают гости Москвы, – соглашайся со всем, что говорят русские, а вдруг они из миграционной службы или милиции.
"С нелегалами надо действовать иначе – сначала напоить чаем, помочь с теплой одеждой, – рассуждают участники православного патруля, – поговорить с помощью хорошего переводчика по душам, а потом приглашать в церковную общину. Они такие запуганные, забитые. Им забота нужна".
А КТО ПРОТИВ?
Дружинники курсировали по стройкам "Сити" четыре часа. Какому-то пьянчужке дали брошюру о причастии. Судя по лицу бродяги, тот решил, что получил знамение Божие – расчувствовался, прослезился, прижал книжицу к сердцу и захромал по дорожке, позвякивая пустыми бутылками. Долго беседовали с бывшими военнослужащими, с прорабами-белорусами, каменщиками-украинцами, потом с гастарбайтерами-таджиками. "Дискуссия" с последними закончилась тем, что к безостановочно кивающим грузчикам приблизилась пожалевшая миссионеров женщина-маляр: "Джамал, Акмал, вы хоть слово поняли? " Парни закивали в два раза активнее...
Некоторые прохожие принимали патруль за "свидетелей Иеговы" и, только рассмотрев значок РПЦ, соглашались выслушать уличных проповедников. Появление православных дружин в районах Москвы вызвало у них недоумение, у российских правозащитников – недовольство. Одни возмущаются: "Почему церковь решила заняться охраной порядка, вмешивается в дела государства? " Другие протестуют против создания патрульных бригад с религиозной подоплекой. Третьи опасаются, что подобные эксперименты приведут к массовым конфликтам.
"Наоборот, мы не хотим переноса в Россию французских и греческих событий, когда националисты громили целые кварталы, – утверждает руководитель московского отделения Союза православных граждан Кирилл Фролов. – Надо быть слепым, чтобы не замечать происходящего в стране. Секты множатся как грибы, церкви взрываются, молодежь поклоняется идолам, в обществе растет враждебность. На фоне финансового кризиса этот процесс обострится. Мы, верующие, не хотим оставаться наблюдателями. Разве это плохо? "
Источник: Мир новостей
