Если пытаться привести законодательство о свободе совести в соответствие с Основным законом страны, если улучшать его – оно может стать еще хуже. К такому парадоксальному выводу пришли юристы Славянского правового центра. "Не буди лиха, пока лежит тихо", – резюмировал адвокат Владимир Ряховский позицию своего единомышленника и коллеги, главного редактора журнала "Религия и право", профессора РГГУ Анатолия Пчелинцева. Выступая 23 декабря на семинаре в Московском Центре Карнеги с докладом "Актуальные проблемы свободы совести в России" в рамках программы "Религия, общество и безопасность", Анатолий Пчелинцев отметил, что в России действует более 100 законов, рамочным для которых является федеральный закон № 125 "О свободе совести и религиозных объединениях" (1997 г.). "Претензий к нему много, его четырежды рассматривали в Конституционном суде, но практика по нему устоялась, и я бы его сейчас не трогал", – – сказал известный адвокат, который в свое время сам приложил немало усилий, чтобы подготовить коррективы законодательства о свободе совести.
На семинаре в Центре Карнеги Анатолий Пчелинцев привел многочисленные примеры из правоприменительной практики, свидетельствующие о том, что в законодательстве о свободе совести далеко не все благополучно. В первую очередь, он выделил проблему регламентации государственной религиоведческой экспертизы. Примеры свидетельствуют, что экспертные заключения относительно "экстремистского характера" той или иной религиозной литературы и по другим случаям часто делаются не только недостаточно квалифицированными религиоведами, но и вообще "случайными людьми", не имеющими отношения к предмету. Так, в практике самого Пчелинцева были случаи, когда религиоведческую экспертизу "просили" сделать учителей школ, священнослужителей РПЦ и даже... патологоанатомов, и тем "неудобно было отказать". Подобные "экспертизы" влекут за собой "попрание прав граждан, серьезно травмируют людей".
Одной из самых острых проблем известный адвокат считает религиозное образование. По словам юриста, в Конституции отсутствует указание на светский характер образования, что порождает многочисленные нарушения. Коснувшись введения "Основ православной культуры" (ОПК) в качестве обязательного предмета в ряде регионов России, он сказал: "Я не против даже Закона Божьего – чисто религиозного предмета в светской школе. Но исключительно на добровольной основе, с согласия родителей и детей, в свободное от основной программы время, по согласованию с местной администрацией". Однако сегодня многие из этих условий обходят, что чревато конфликтами, заметил выступавший. "Нецивилизованное" внедрение ОПК, построенное на внушении неприязни и даже ненависти к другим исповеданиям, приводит к дискредитации самой идеи, а также к тому, что "скинхеды свободно ходят по улицам". А.Пчелинцев считает оптимальным для муниципальной школы курс "История религий", вероучительным же предметам место – – в воскресных школах, подчеркнул адвокат.
Еще одна юридическая коллизия связана с присутствием религии в российской армии. Докладчик осудил введение "явочным порядком" института православных капелланов в Вооруженных Силах. Его возмущает дискриминация в этом отношении тех религиозных организаций, которые не принадлежат к Русской Православной Церкви. Однако законодательное запрещение создания религиозных организаций в армии он считает необоснованным: людям, которые зачастую рискуют жизнью, необходимо дать возможность исповедаться, причаститься и т.д.
В своем докладе А.Пчелинцев коснулся и других злободневных проблем: это и отсутствие механизмов реализации в РФ решений Европейского суда по правам человека, и несовершенство закона об альтернативной службе, и практика защиты чести и достоинства религиозных организаций, оклеветанных СМИ и т.д. В заключение адвокат сделал общий вывод: ситуация в сфере свободы совести в последнее время ухудшается, причем дискриминации подвергаются не столько новые религиозные движения (многие из них свернули свою деятельность в России), сколько "традиционные конфессии РФ, которые не принадлежат к большинству".
Резкой критике подвергли позицию Пчелинцева сопредседатели Института свободы совести Сергей Мозговой и Сергей Бурьянов. Первый не согласен с тем, что неконституционность некоторых положений законодательства о свободе совести "не надо трогать". По его мнению, только за счет профессионализма адвокатов, научившихся интерпретировать спорные места в пользу своих клиентов, проблему не решить. Сергей Бурьянов также считает, что "системный характер" нарушений связан именно с несовершенством законодательства. Оба сопредседателя уверены, что оптимальным путем является даже не совершенствование, а радикальная отмена всего существующего законодательства о свободе совести; для решения спорных проблем в этой области достаточно общегражданского законодательства. Кроме того, С.Бурьянов высказался резко против возможности создания религиозных организаций в военных частях, а С.Мозговой усомнился, что сам по себе профессионализм гарантирует объективность религиоведческой экспертизы.
Отвечая на вопросы, А.Пчелинцев сам иногда противоречил своей идее "не трогать" законодательство. Так, говоря о сложностях с визами для католических священнослужителей-иностранцев, юрист отметил, что "надо менять норму закона, в судебном порядке защитить их невозможно". Однако у тех, кто реально заинтересован в поправках к законодательству о свободе совести, просто "нет сил", признался адвокат. А профессор РАГС, религиовед Михаил Шахов добавил, что подготовленные поправки в российском парламенте "некому толкать".
В полемику включился социолог Энвер Кисриев (Центр Кавказа РАН), который читает, что вопрос о свободе совести имеет исключительно политическую подоплеку. По его словам, "вектор изменений" в этой области неуклонно ведет к созданию "государственной идеологической системы на основе РПЦ". "Этого желает масса, народ – и политики вынуждены уступать", – сказал он, предупредив, что это – "путь к катастрофе". Свою реплику Э.Кисриев завершил угрожающим прогнозом: "Нас ждет жестокий общественный раскол и насилие над инакомыслящими".
Подводя итоги дискуссии, член экспертного света московского Центра Карнеги, политолог и религиовед Алексей Малашенко констатировал, что "ситуация печальна". По его словам, особую озабоченность вызывает "клерикализация, причем не только со стороны РПЦ": эксперт имеет в виду "непонятные процессы" на Северном Кавказе, где господствующие позиции завоевывает "отнюдь не исламское возрождение, а мракобесие". Если религия займет место идеологии, будет "катастрофа" – "тут паровоз уже не остановишь", воспользовался он напоследок зловещим сравнением Энвера Кисриева.
Источник: Благовест-инфо
