"Мы верили, что настанет возрождение Православия на нашей земле – в России, в Белоруссии, Украине..."

Наш собеседник – протоиерей Иоанн Хорошевич, настоятель Свято-Марие-Магдалининского храма в Минске, один из сонма почтенных и маститых священнослужителей Белорусской Православной Церкви

---

– Ваше Высокопреподобие! Вы принадлежите к той плеяде священников Матери-Церкви, о которых митрополит Филарет, Патриарший Экзарх всея Беларуси, всегда отзывается с особым чувством благодарности. По словам Владыки, старшее поколение священнослужителей на своих плечах вынесло такие тяготы и скорби, такую тесноту и давление, о которых трудно даже помыслить современному тридцати – и сорокалетнему пастырю и даже молодому архипастырю. И потому при всей своей технологичности, просвещенности и смелости молодой клир всё равно очень отстаёт от старшего поколения, если не умеет оценить подвиг отцов и владык Русской Православной Церкви в XX веке. Как бы Вы, отец Иоанн, могли выразить, в чем всё-таки заключается главная особенность служения Вашего поколения Богу и людям?

– Да, Вы, конечно, правы в том, что и Церковь, и люди в церквах в нынешнее время стали другими. И не только прихожане изменились: у нас в храме на праздники и в воскресные дни даже и не сразу увидишь знакомых бабушек, привычных стариков... Они уже где-то по краям... Молодежь в храмах занимает передние места, представьте себе! А сколько детей причащается – от грудных малюток до подростков! И уже не бабушки тайком приносят или привозят их в церковь, как это было тридцать и сорок лет назад, а сами молодые родители.

Другими стали и священники. Конечно, другими... И тут не в телефонах или компьютерах дело, а в их какой-то иной внутренней природе. Наверное, дело в том, что они родились более свободными. Признаюсь, я нередко задумываюсь о том, что мы, старики, – это тот библейский народ Божий, а вернее, та его часть, которым было гораздо больше двадцати, когда они вышли из Египта. Я сознаю, что не войду, образно говоря, в Землю Обетованную. Но ведь и Боговидец Моисей не вошел в неё, и первосвященник Аарон не увидел победы...

Помню, как обожгли моё сердце слова, которые я прочел в одной из книг Владыки Экзарха о нас, его ровесниках. Правдивые и суровые слова о том, что все мы "умрем в пустыне", но сделать это нужно, пройдя свой путь с честью и достоинством, потому что внутреннюю свободу, как и радость о Воскресении Христовом, никто не отнимет у нас.

Если бы Вы знали, как я благодарен Владыке за эти слова!..

Наверное, главная особенность служения старших священников в "египетские" годы нашей истории заключается в том, что во многом мы жили надеждой. Мы верили, что настанет возрождение Православия на нашей земле – в России, в Белоруссии, Украине... Но я уже в преклонных летах и не стану лукавить, а скажу прямо: иногда наша надежда была сильнее этой веры. Порою казалось, что, родившись как будто с цепями на руках и на сердце, мы так с ними и помрём. Особенно тяжко было думать о детях, о будущих внуках.

Но вы знаете – удивительное дело: думать было тяжко, а молиться – легко! Потому что в молитве мы всегда свободны. Помните, в Евангелии: "...Познаете истину, и истина сделает вас свободными" (Ин. 8: 32). Вот это самое главное, что объединяет поколения наших священнослужителей: истинная свобода в молитве! Не смелость на площадях, не вольность мыслей, не широта взглядов... Это – дело наживное, да и не за этим идут в Церковь люди. Кто за этим в храм приходит, тот, простите, "захожанин". А прихожанам нужна молитва, Божественная литургия, соборность духа. Наш Владыка любит вспоминать, как его преподаватель по духовной школе призывал студентов как можно чаще бывать на богослужении и глубже дышать за литургией, как он выражался, "кислородом вечности".

– Припоминается, как Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II говорил, неоднократно бывая в Вашей Свято-Марие-Магдалининской Церкви, что когда смотришь в глаза нынешних детей, то, по его словам, "исполняешься уверенностью, что этого поколения Церковь не потеряет".

– Конечно, не потеряет! Шесть раз приезжал в Белоруссию наш Великий Господин и Отец! Первым из всех Русских Патриархов ступил на землю Белой Руси – и остался здесь навсегда. Да-да, не удивляйтесь – остался навсегда! Он ведь наше сердце белорусское понял и полюбил. И своё здесь оставил... Ведь поездка в Белоруссию в октябре 2008 года стала последним апостольским путешествием Его Святейшества.

– Святейший Патриарх посетил все епархии Белорусского Экзархата?

– Все, а некоторые – и не единожды! Сейчас, правда, епархий больше стало, уже не десять, а одиннадцать... Но зато, какое торжество было в возрождавшихся епархиях, какой стимул был великий: к нам Патриарх приедет! Вы знаете, я немало послужил в прошлом за рубежом – в Германии, и многие наши отцы-настоятели – и в Австрии, и в Америке, в других странах. Так вот, мы как-то разговорились: никто не видел, чтобы так встречали кого бы то ни было и где бы то ни было, как нашего Патриарха на Белой Руси.

Не думайте, что я преувеличиваю. Время-то какое было? Чернобыль, распад огромной страны, озлобление народов. А годовщины военных событий с этой неперестающей болью воспоминаний? И всегда наш Патриарх – с нами, и мы – вместе.

Я говорю об этом не понаслышке и не со стороны сужу. Ведь организацией всех визитов вместе с Владыкой занимался мой зять, протоиерей Феодор Повный. Каждый визит планировался так, чтобы самое сокровенное чаяние, самую тяжкую проблему жителей тех земель, тех епархий и приходов, в которых будет Святейший Патриарх, – чтобы эту душевную боль людей утолить, надежду оправдать и веру укрепить. Вот, не могу я вам сейчас от волнения даже никакого примера привести: всё было неповторимо, всё важно, никаких мелочей, ни секунды визитов не было потеряно напрасно. Не случайно о каждом визите в Экзархии была издана отдельная книга.

– И всё же, что было одним из первых практических результатов самого первого в истории паломничества Предстоятеля Русской Православной Церкви в Белоруссию в 1992 году?

– Помнится, он был посвящен молитвенной и деятельной поддержке тех жителей Белоруссии, кто пострадал от последствий Чернобыльской катастрофы: это был лейтмотив визита. Но мне запомнился и другой, не менее важный, аспект программы.

Святейший Патриарх в 1992 году посетил едва начавшую свой путь возрожденную Минскую духовную семинарию. Ей было еще не полных три года, она восстанавливалась буквально из... то ли из руин, то ли из праха. Представьте: в Свято-Успенском Жировичском монастыре на северо-западе республики в Гродненской области, где исторически находилась семинария, еще совсем недавно, в конце 1980-х годов в братских и семинарских корпусах располагались: справа – психиатрическая лечебница для буйных пациентов, слева – сельскохозяйственный техникум. Монастырь – единственный на всю республику, который никогда не закрывался. Приезжает, скажем, наш Владыка в обитель и идет из собора в единственный крошечный корпус, как сквозь строй... А из окошек с обеих сторон смотрят: эко диво!..

Но уже осенью 1989 года Советскую Белоруссию посетил Блаженнейший Патриарх Антиохийский и всего Востока Игнатий IV. Он освятил первые помещения возрождаемой семинарии и благословил начало первого учебного года. Больница к тому времени уже переехала, а техникум в соответствии с мирным планом урегулирования, с каждым годом уступал семинарии всё новые и новые помещения, перебираясь на заранее подготавливаемые позиции. Надо сказать, что c тех пор и по сей день у нас ними прекрасные отношения сохранились...

Я к тому веду, что ко времени прибытия в Минскую духовную семинарию Святейшего Патриарха Алексия в 1992 году это была уже настоящая Школа! И хотя многое, особенно бытовая сторона жизни студентов и преподавателей, всё еще находилось в военно-полевых условиях, – конкурс абитуриентов был уже вполне приличный, а из первых студентов-строителей получились превосходные священники!

Но тогда мало кто мог подумать, кроме Святейшего Патриарха и Патриаршего Экзарха, что уже через четыре года здесь будет учреждена Минская духовная академия имени святителя Кирилла Туровского!

Многие ее выпускники уже сами преподают, почти все они – священнослужители. А один выпускник – епископ Бобруйский и Быховский Серафим – уже и рукополагает, и вместе с Владыкой Митрополитом руководит как проректор Институтом теологии имени святых Мефодия и Кирилла Белорусского государственного университета.

Еще в бытность этого учебного заведения Факультетом теологии Европейского государственного университета в Минске, возникшем в 1993 году, его тоже посетил Святейший Патриарх Алексий. Помню, с каким нескрываемым восхищением Святейший говорил об этом первом в Русской Православной Церкви опыте присутствия богословской школы в структуре светского учебного заведения. В сентябре 2004 года богословский факультет вошёл в состав Белорусского государственного университета, сохранив особый статус, и за свои пятнадцать лет подготовил немало профессиональных теологов и религиоведов. И слава Богу! А то ведь после "перестройки" у нас что ни религиовед, – то вчерашний преподаватель научного атеизма или лектор общества "Знание"...

– По Вашему рассказу, Святейший Патриарх Алексий стал настоящим Крестным воспреемником системы духовного образования в Белоруссии.

– Думаю, что так оно и есть. Очень жаль, что Святейший Владыка не успел еще здесь, на земле увидеть, как строится и готовится к скорому – дай Бог, скорому! – освящению Духовно-образовательного центра в Минске. По замыслу нашего правящего архиерея, это будет место постоянного пребывания Духовной академии в столице республики, в Минской метрополии. Однажды я услышал, как Владыка митрополит сказал, не обращаясь ни к кому, а как бы сам себе: "Построить этот Центр – мой священный долг...". Что ж, впереди еще отделка здания, а там уж – по Пушкину: "Окончен труд, завещанный от Бога...".

– Отец Иоанн! Стены Вашего храма расписаны фресками, на которых помимо древних святых, патриархов и пророков, изображены лики современных святых, читаются имена белорусских подвижников Православия разных веков.

– Совершенно верно. Признаться, поначалу я задумывал лишь слегка украсить интерьер храма элементами росписей, орнаментов... Но по мере возрождения Свято-Марие-Магдалининской церкви все мы, и клир, и паства как-то чувствовали особое покровительство наших небесных соотечественников.

К тому времени, как мы в 1988 году начали восстанавливать наш храм, который был изуродован до неузнаваемости и превращен в архив кинофотодокументов, в Белоруссии уже была церковь в честь Собора Белорусских святых. Это – Домовый храм Минского епархиального управления, который Владыка митрополит благословил посвятить святым подвижникам Белой Руси.

По благословению Святейшего Патриарха Пимена 3 марта 1984 года в Русской Православной Церкви было установлено празднование Собора Белорусских святых – в неделю 3-ю по Пятидесятнице. Владыка Филарет заказал в Москве первые иконы Собора и украсил образами московской работы иконостас своей Крестовой церкви, которая венчает здание Минского епархиального управления.

За эти четверть века Собор расширился. Видите, вот здесь у нас фрески, изображающие первоначальный состав Собора – Полоцкие и Туровские святители, преподобная матерь наша Евфросиния, благоверная Слуцкая княгиня София, преподобномученик Афанасий Брестский, мученик-младенец Гавриил Белостокский и другие... А на этих стенах – образы 23-х Новомучеников Минской епархии...

– А где же Вы теперь поместите фрески с изображением тех, кто был канонизирован за эти 25 лет – Могилевского святителя Георгия (Конисского), Праведного Иоанна Кормянского, Священномученика архидиакона Никифора (Парасхеса-Кантакузина), священномученика Николая (Околовича), пресвитера Витебского, Исповедника Христовой веры Владимира (Еленевского), блаженных Валентины Минской и Манефы Гомельской? Места ведь уже нет...

– Да, действительно... Наверное, в крестильной церкви попробую...

– Отец Иоанн, Ваш храм не только одним из первых стал возрождаться из небытия: он также один из тех городских храмов, с которым связана богатейшая история белорусской столицы и этого района. Какие у Вас отношения с историками?

– История наша, действительно, богатая! И столь же трагическая. Ведь здесь было огромное Сторожевское кладбище, на котором несколько веков хоронили православных минчан. А теперь сами видите: если бы не памятный крест, который мы установили, никто бы и не узнал, что в этом месте были захоронения. Когда мы восстанавливали наши постройки, то находили в земле косточки из порушенных прежде могил. Собрали всё, что нашли на своей территории, и похоронили с честью. До сих пор к этому кресту приходят те, чьи родные были здесь когда-то погребены.

А вон там, в нескольких сотнях метров отсюда, видите строительное ограждение? Там было большое братское кладбище, на котором похоронены православные воины, погибшие в годы Первой Мировой войны. А потом был пустырь, птичий рынок... Общественность и наш приход добились того, чтобы здеcь не было застройки, а место было почтено, как положено. Но вот будет ли на бывшем воинском захоронении небольшой храм или часовня в честь иконы Божией Матери "Знамение", приписной к нашей церкви, – вопрос пока открытый. Надеюсь, усилия нашего Владыки склонят чашу весов в эту сторону, и тогда к 100-летию начала Первой Мировой войны мы уже будем служить здесь панихиды об упокоении "всех, за веру, Царя и отечество жизнь свою положивших".

Вообще же с приходы Белорусской Православной Церкви имеют особое благословение Священноначалия на активное участие в восстановлении и охране памятников истории и культуры, уход за могилами и местами захоронения воинов всех вооруженных конфликтов, которые прокатывались по белорусской земле, на участие в археологических раскопках мест памятников духовного наследия Беларуси.

Что же до историков, то без них нам никак невозможно было бы заниматься полноценным возрождением Церкви. С первых же дней жизни нашего прихода историк священник Федор Кривонос открыл для всех нас сокровище нашей приходской и храмовой истории.

А еще я могу сказать от имени очень, очень многих клириков нашей Церкви, самые добрые слова о Региональном представительстве Церковно-научного центра "Православная Энциклопедия" в Белорусском Экзархате. Это представительство, координатором которого является Геннадий Николаевич Шейкин, стало местом притяжения всей научно-исторической элиты белорусского общества. И я знаю, как высоко ценил Святейший Патриарх Алексий и руководители этого проекта труды историков из Белоруссии.

– Скажите, а религиозная, христианская, православная история Белой Руси всегда была в почете? Или ее исследованием занялись уже после торжеств в честь 1000-летия Крещения Руси?

– Знаете, в нашем храме молятся и служат многие ученые историки... Я мог бы немало рассказать о них, о их пути в Церковь, о их трудах на ниве агиографии и церковной истории. Но я расскажу лишь об одном молодом ученом, книга которого, без преувеличения, потрясла нашу просвещенную общественность в 1992 году.

Это был год 1000-летия Полоцкой епархии и Православной Церкви в Белоруссии. Алексей Мельников, молодой человек глубокого ума и благочестивого нрава, в течение нескольких лет до этого юбилея писал книгу под названием "Путь непечален. Свидетельства о святости на Белой Руси". Книга была издана Православной Церковью к торжествам и в последующие годы успешно переиздавалась... Высокий научный уровень и доступность изложения обеспечили ей несомненный успех.

Как родилось в душе этого юноши намерение посвятить себя агиографии – древнейшему жанру литературно-исследовательского творчества? Кто вложил в его сердце благоговение к святыне и любовь к Богу? Мы не знаем, потому что он трагически ушел из жизни несколько лет назад. По сей день его открытия и обширные исследовательские материалы активно участвуют в исторической дискуссии... Он жил в доме напротив нашего храма, он стал нашим прихожанином. Он был одним из первых, и вечная ему память!

А вторым крылом исторической мысли в этом полёте стало неоднократное издание книги архиепископа Афанасия (Мартоса) "Беларусь в исторической, государственной и церковной жизни", написанная в Буэнос-Айресе, изданная за границей и увидевшая свет на родине автора только после начала возрождения Церкви.

Сегодня это уже классика, но тогда сотни и тысячи людей открывали в этих и последовавших за ними книгах правду и истину, разум и премудрость. Наконец, именно здесь они находили ответ на вопрос, кто и что на деле составляет ум, честь и совесть многовековой христианской истории нашего народа.

И еще я не могу не вспомнить выступлений, проповедей и лекций таких выдающихся историков нашей Церкви, как протопресвитеры Иоанн Мейендорф и Виталий Боровой, которых Владыка Экзарх приглашал и в торжества, и в будни разделить с белорусской научно-исторической интеллигенцией "пир веры". О, какие это были апостолы честной науки и проповедники христианского достоинства человека! Вообще наша национальная историческая школа, по моему мнению, очень обязана Владыке Филарету, который в силу своего авторитета и широких связей в международных историко-богословских кругах приглашает в наши Духовные школы и в светские научные заведения превосходных специалистов из-за рубежа.

– А как Вы относитесь к новому для Белоруссии явлению – сооружению памятников святым?

– Мне знакомы работы приснопоминаемого скульптора Вячеслава Клыкова в России... По-своему развивается это явление и в Белоруссии... Что я могу сказать? Всё – по благословению. Если память не изменяет, в Белоруссии поставлены памятники и памятные знаки святителю Кириллу Туровскому, преподобной Евфросинии, игумении Полоцкой, преподобному Елисею, игумену Лавришевскому, преподобному Афанасию, игумену Брестскому и праведной Софии, княгине Слуцкой. В прошлом году была особо почтена память князя Константина-Василия Острожского в его родовом поместье Тарасово близ Минска.

Вы задали неожиданный для меня вопрос, но пока я на него отвечал, мне еще вот что подумалось: памятников святым не ставят во множестве и в каждом селении... А это значит, что их действительно чтут.

– Вы говорили о 1000-летии Полоцкой епархии и Православной Церкви в Белоруссии, которое отмечалось в 1992 году. Кажется, именно тогда возник замысел воссоздания утраченного духовно-исторического национального символа Белой Руси – Воздвизального креста преподобной Евфросинии Полоцкой, который был изготовлен матером Лазарем Богшей по заказу княжны-игумении?

– Да, идея эта зародилась именно тогда. Торжества имели потрясающую духовную силу. Еще бы! Впервые за столько десятилетий в Национальной Академии Наук Беларуси 25 сентября 1992 года была проведена совместная церковно-государственная научная конференция на тему торжеств на самом высоком уровне. В Полоцком храме Святой Софии впервые после очень долгого перерыва была совершена Божественная литургия. В торжествах участвовали представители четырнадцати Православных Поместных Церквей и широких кругов белорусской диаспоры. Воистину всё белорусское общество всколыхнулось в те дни!

Разговоров о Полоцком Кресте было много, но в результате за организацию дела взялась Православная Церковь в лице Патриаршего Экзарха всея Беларуси и государство в лице первого Президента Республики. Государство выделило значительную часть драгоценного металла, создало художнику-эмальеру Николая Петровича Кузьмича условия для работы.

И дело пошло. Научные исследования, сбор пожертвований, другие организационные хлопоты – всё это было на плечах Владыки. И были удивительные чудеса! Жаль, времени нет обо всём подробно рассказать. Но одним случаем, о котором я лично узнал, поделюсь.

Один из наших прихожан, человек серьезный, дал вместе с семейством обет: если Бог благословит доход – десятину пожертвую на церковные нужды. Дал Бог доход, а тот – замедлил обет исполнить. И все дела встали. Он понял, в чем дело, и поспешил к Владыке в один из дней рано утром на покаяние. И Владыка оказался на месте, и принял его, и выслушал. "Вот, говорит, замедлил и наказался... Примите, Владыка, жертву на то дело, которое сейчас нужнее всего. Здесь столько-то, да еще друзья добавили – итого вот такая сумма".

Он мне сам рассказывал: "Владыка как-то резко и глубоко вздохнул и говорит: вот, мол, через пять минут придет ко мне мастер, который Полоцкий крест восстанавливает. Ему золота не хватило, так он в долг царских червонцев без спросу купил и теперь за деньгами приехал. А у меня сейчас – хоть шаром покати... Но в конверте твоем – ровно столько, сколько требуется – ни больше, ни меньше". Одной рукой жертву взял, а другой тут же мастеру передал.

Вот так... Святейший Патриарх этот воссозданный Крест воздвизал своими руками в праздник Всемирного Воздвижения Честнаго и Животворящаго Креста Господня в Полоцком Спасо-Евфросиниевском женском монастыре во время своего очередного паломничества на белорусскую землю.

А в 2007 году таким же образом была воссоздана серебряная рака для святых мощей преподобной Евфросинии. Всё возвращается на круги своя...

– Приходилось ли Вам сталкиваться с тем, что церковное возрождение вступало в конфликт с национальным ренессансом?

– Был период, когда такого конфликта многие горячие головы активно желали. Но у них ничего не вышло. Мне, как и многим священникам и иерархам в начале 90-х годов задавали вопросы, почему мы, белорусы, совершаем богослужения не на белорусском языке? Многие не могли успокоиться от того, что Предстоятель Белорусской Православной Церкви – русский, да еще и москвич с ярославскими корнями. Но пока для нас придумывали каверзные вопросы, в 1990 году была создана Библейская комиссия Белорусского Экзархата. От начала своего существования она ставила целью перевод на белорусский язык текстов Нового Завета, последования церковных Таинств и Богослужения.

Споры были жаркие!.. Помню даже такой аргумент: "Калі па-беларуску імя "Icус" будзе напісана з двума "і" – гэта палітычная правакацыя!" Но потом чуждое отсеялось, и с 1991 по 2008 годы были изданы все четыре Евангелия в составе тетраглотт – книг, содержащих параллельные тексты на греческом, церковнославянском, белорусском и русском языках. Особым изданием в прошлом году вышло в свет служебное Евангелие на белорусском языке.

Поэтому если кто-то сегодня захочет, чтобы Таинство Венчания или Крещения, к примеру, совершились над ним на белорусском языке, этому нет никаких преград. Мои прихожане предпочитают церковнославянский, проповеди наши отцы произносят на том языке, на каком их готова слушать паства. Лично я могу и по-немецки...

– Ну, это штучки столичного города... А в провинции какое положение дел?

– Если хотите получить точное, объективное и полное впечатление, отправляйтесь в очередную ежегодную научно-творческую экспедицию "Дорога к святыням"! Она проходит как раз по самым малым селениям и отдаленным местам Белорусского края и всегда – с Благодатным огнем от Гроба Господня. В составе ее участников – ученые, писатели, общественные деятели. Они встречаются с местными жителями в школах, домах культуры, в их жилищах, чтобы принести в них Свет Божий и – освященное этим Светом белорусское слово. По пути Благодатным огнем и Святой водой освящают целые селения, храмы, монастыри, часовни, родники... Вот так и созревает подлинная белорусская церковная речь, свободная и от полонизмов, и от русизмов.

– За три десятилетия, количество приходов на территории Белоруссии возросло с 369 до 1446. Число монастырей возросло до30-ти, а раньше был один. Из одной епархии образовано одиннадцать архиерейских кафедр. Создана целая система духовного образования... И это при том, что времена были далеко не легкие, да и сегодняшние мировые перспективы не слишком обнадеживают... Как это удается, на Ваш взгляд? Какой универсальный алгоритм действий здесь можно выделить?

– Ничего универсального предложить не могу. А вот пример для размышлений – пожалуйста.

В Минске одновременно возводятся три крупнейших церковноприходских объекта.

Первый: Конкафедральный собор – храм-памятник в честь иконы Божией Матери "Всех скорбящих Радость" и в память о погибших и страждущих от Чернобыльского бедствия. При нём – Крестильная церковь в честь преподобной Евфросинии Полоцкой, развернутый социальный комплекс с Духовным училищем, Школой катехизаторов, Издательством Белорусского Экзархата, с Информационный агентством Белорусского Экзархата, с мастерскими для людей с ограниченными возможностями, с Союзом сестричеств милосердия и другими службами.

Проект социального комплекса выиграл на международном конкурсе грант ЮНЕСКО и был возведен частично и на эти деньги. Всё остальное – пожертвования, в том числе от христиан Германии.

Второй объект: Храм в честь Всех Святых в память о безвинно убиенных в Отечестве нашем. В строй введен уникальный социальный объект русской Православной Церкви – Дом Милосердия с храмом в честь Иова Многострадального, крупнейший медицинско-диаконический центр оснащенный по последнему слову техники, – а также малый храм Живоначальной Троицы близ строительной площадки храма-памятника. В Приходе действуют Иконописная и Швейная мастерские, общеобразовательная православная школа.

Сооружается этот комплекс при активной поддержке государства.

Третий объект: Минский Свято-Елисаветинский женский монастырь с обширными сельскохозяйственными подворьями и скитами, с храмами в честь Святителя Николая, преподобномученицы Великой княгини Елисаветы и инокини Варвары, с приходским храмом в честь "Державной" иконы Божией Матери, со всеми возможными ремесленными мастерскими и великолепным издательством. А какие мозаики создали в храме "Державной" наши белорусские мастера!..

Все это строится своими силами и на пожертвования верующих.

Лично я не берусь судить, какой из путей предпочтительней. Это Промысл Божий, дело Священноначалия и прерогатива истории. Но я о другом хочу сказать: не мы строим церкви Божии. Здесь Господь – заказчик, святые – подрядчики, а отцы настоятели – всего лишь прорабы, организующие рабочий народ Божий на исполнение воли Отца небесного и велений человеческих сердец.

– Вы забыли сказать о Священноначалии: какое ему Вы отводите место в этом сонме исполнителей планов Божественного Домостроительства?

– Ну что ж, вероятнее всего – проектное бюро, органы надзора и блюстители совести и веры.

– Позвольте спросить Вас, отец Иоанн, еще об одном: более тридцати лет Православие на белорусской земле окормляет митрополит Филарет. Вы говорили о Его Преосвященстве в том или ином контексте, но мне хотелось бы услышать от Вас какую-то главную мысль, краткую и точную, которая подвела бы черту нашей беседе.

– Разрешите мне ответить словами, которые принадлежат Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II:

"Помощь Божия сопутствует архипастырским трудам Владыки, одного из первенствующих наших митрополитов, – во славу Святой Церкви Христовой и на благо паствы, которую Патриарший Экзарх всея Беларуси ведет к богатству славы Господа и к утверждению Духом Его".