Выбор стратегии Русской церкви

Итак, свершилось. Шестнадцатым патриархом Московским и всея Руси избран, как и ожидалось, митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл.

В единственном туре тайного голосования за него проголосовали более 70 процентов делегатов Поместного Собора Русской Православной Церкви. Под сводами величественного Храма Христа Спасителя прозвучал традиционный возглас "Аксиос!", что в переводе с греческого значит "Достоин!".

Митрополит Кирилл – самый яркий, заметный в обществе русский архиерей – считался наиболее вероятным преемником патриарха Алексия II на протяжении как минимум последнего десятилетия. И тем более начиная с печального дня 5 декабря, когда он стал патриаршим местоблюстителем после смерти своего великого предшественника. После того, как в минувшее воскресенье почти половина архиереев проголосовали за него при выдвижении официальных кандидатов, стало вероятно его избрание и в первом туре.

Однако, даже если забыть на время об убеждении верующих, что выбор предстоятеля Церкви определяется Богом, а не людьми, это не были выборы с заранее предрешенным результатом. Интрига сохранялась до того момента, когда один из трех кандидатов – митрополит Минский и Слуцкий Филарет – заявил самоотвод, оставив в избирательных бюллетенях только два имени: митрополита Кирилла и митрополита Калужского и Боровского Климента, получившего в итоге всего 169 голосов из 677 признанных действительными бюллетеней. Митрополит Филарет мотивировал это необходимостью "единомыслия" и сказал, что решение принято не в качестве протеста. Как и сделавший это ранее митрополит Киевский и всея Украины Владимир, возглавляющий многочисленнейшую украинскую делегацию на Соборе, митрополит Филарет призвал голосовавших за него отдать свои голоса митрополиту Кириллу.

Это решение 73-летнего иерарха, пользующегося огромным уважением в Русской православной церкви, вызвало разочарование как среди части делегатов Собора, так и среди наблюдателей, объяснявших его слишком малой поддержкой со стороны собратьев архиереев. В воскресенье, 25 января за митрополита Филарета было отдано только 16 из 198 голосов епископов. По словам источников на Поместном соборе, после самоотвода минского митрополита некоторые делегаты выражали недовольство чрезвычайно сузившимся выбором. Однако при повторном предложении председателя так и не смогли выдвинуть дополнительных кандидатов.

И вот после длительного ожидания в тишине и напряжении результатов голосования, председатель счетной комиссии объявляет, что митрополит Кирилл получил 508 голосов – и в храме раздаются столь непривычные в этих стенах аплодисменты. В следующую минуту митрополит Кирилл взволнованно и со значением произносит традиционную формулу: "Избрание меня Поместным собором патриархом Московским и всея Руси приемлю, благодарю и нимало вопреки глаголю". А после краткого благодарственного молебна "избранный и нареченный патриархом" – именно так митрополит Кирилл будет именоваться в Церкви до своей интронизации 1 февраля – уже просил у своей невероятно возросшей в этот момент паствы молитв и помощи в несении тягчайшего патриаршего креста.

Что же означает именно такое, огромным большинством голосов избрание митрополита Кирилла на московскую патриаршую кафедру?

Прежде всего безусловное признание его лидерства в Церкви вопреки всему тому, что тем или иным членам Церкви не нравится в митрополите Кирилле лично – будь то его напористость, красноречие или манера поведения, часто именуемая недостаточной молитвенностью. Оно означает осознание необходимости широкой миссии и акцента на православном образовании и просвещении. Оно означает желание равноправного партнерства с государством и активного влияния на общество. Оно означает готовность пожертвовать привычным спокойствием ради необходимых Церкви перемен. Оно означает готовность расширять социальное служение Церкви. Оно означает ясное видение своего законного места в мире и желание его артикулировать и защищать, но при этом искать, а не отпугивать союзников. Оно означает уверенную устремленность в будущее и желание находить православные ответы на вызовы современности.

Но важно понимать, что и патриарх Кирилл будет отличаться от митрополита Кирилла, каким мы его знаем. Волей-неволей он должен будет стать модератором церковной жизни и служить единству, часто жертвуя даже необходимыми изменениями в формах существования этого по природе своей консервативнейшего организма – православной Церкви. Уже в период местоблюстительства обозначенные им позиции отличались куда большим консерватизмом, чем случалось в его выступлениях ранее. Тем большим "центристом" будет он теперь, когда он стал патриархом всех православных христиан русской традиции в многочисленных государствах, а не руководителем даже самого важного церковного ведомства или лидером того или иного направления в церковной мысли.

Вот и в весьма спорном в православных кругах вопросе об экуменизме – то есть отношениях с другими конфессиями – избрание митрополита Кирилла патриархом наверняка умерит его позиции. Парадоксальным образом это и отложит вопрос о возможной встрече патриарха Московского с папой Римским. Митрополит Кирилл был во многом архитектором того улучшения отношений с Ватиканом, которое началось с избранием папы Бенедикта XVI, и, по мнению ряда наблюдателей, делало в обозримом будущем возможной встречу патриарха Алексия и папы Бенедикта. Однако встречей с папой можно завершать патриаршество, но не начинать его, и митрополит Кирилл наверняка это понимает. Так что, при сохранении существующей положительной динамики в православно-католических отношениях о такой церковной встрече на высшем уровне на ближайшие годы, думается, можно забыть. И о протестантах митрополит Кирилл говорил в своем докладе во вторник весьма критично. И об отношениях с другими религями – без излишнего энтузиазма.

Одной из главных забот новоизбранного патриарха наверняка станет положение Украинской православной церкви. Процесс избрания 16-го патриарха Московского с ясностью выявил странность положения, при котором высшее руководство Московского патриархата никак не влияет на избрание украинских епископов, а украинские епископы чрезвычайно влияют на избрание московского патриарха. Как патриарх Кирилл справится с этой сложнейшей задачей – вопрос ближайших лет.

Возможно, уже ближайшие дискуссии в оставшиеся дни Поместного собора укажут направление.