История одного раскола православного мира

В советский период истории Молдавии государственному атеизму так и не удалось вытеснить религию из жизни общества. Даже значительная часть местных партийных и государственных чиновников продолжали отмечать религиозные праздники, посещали церкви. При этом большинство людей предпочитали ограничиваться исполнением действий обрядового характера, не соблюдали постов и других церковных ограничений, не стремились к глубокому изучению религии, но тем не менее продолжали относить себя к православным христианам.

Независимость Республики Молдова, ставшей правопреемницей Молдавской ССР, была провозглашена в 1991 году. Республика не смогла избежать большинства общих для всего постсоветского пространства проблем. Роль религии в жизни общества резко возросла, независимая Молдавия превратилась в арену деятельности десятков религиозных объединений. В условиях активной деятельности зарубежных проповедников позиции традиционного для страны православия оказались ослабленными острым противостоянием между Русской и Румынской Православными Церквами.

В декабре 1991 года был создан объединенный Национальный совет из 27 молдавских депутатов, 33 румынских парламентариев и священнослужителей, главной целью которого являлось ускорение процесса "реинтеграции" с Румынией. Одним из создателей совета являлся Румынский Патриарх Феоктист, который призвал к "немедленному принятию политического решения об объединении двух румынских государств".

После провала попыток добиться объединения с Румынией в кратчайшие сроки, сторонники союза с Румынией отказались от ставки на радикальные меры и начали систематическую работу по изменению общественных настроений. Опираясь на политическую и финансовую поддержку Румынии, они начали проводить в жизнь мероприятия по румынизации молдавского общества в религиозной, образовательной и культурной сфере. Одним из главных направлений деятельности унионистов стала румынизация Православной Церкви Молдавии.

В Республике Молдова религия отделена от государства: свобода совести и свобода религии гарантирована Конституцией (ст. 31), каждый гражданин имеет право свободно исповедовать религиозную веру в любой форме, индивидуально или в сообществе, распространять эту веру, отправлять частным образом или публично культ, если это не противоречит Конституции и действующему законодательству.

Хотя правительство Молдавии не имеет права вмешиваться в вопросы веры и жизнь религиозных общин, действующее законодательство содержит некоторые предписания в этой сфере: только граждане республики могут стоять во главе действующих на территории республики религиозных организаций, запрещается насильственное обращение в ту или иную веру, все религиозные организации должны быть официально зарегистрированы правительством и т.п.

Существующая процедура регистрации является не слишком сложной и одинакова для всех религий. Проблем с регистрацией не возникает в случае, если уставные документы и религиозная практика рассматриваемого культа не противоречат Конституции и действующему законодательству.

Одновременно с быстрым ростом численности традиционных религиозных организаций, а также старых и новых религиозных движений, нарастали центробежные тенденции внутри православной общины. Православная Церковь издавна играла в крае важную роль в поддержании межнационального мира, она объединяла в своих рядах представителей всех проживающих в стране народов. В Кишиневе практически нет ни одного прихода, который бы не посещали молдаване, русские, украинцы, болгары, гагаузы и представители других народов. Объединяющая общество роль Православной Церкви оказалась в значительной мере ослабленной после произошедшего в начале 1990-х годов церковного раскола.

После провозглашения независимости Республики Молдова Московский Патриархат предоставил бывшей Кишиневской епархии статус Автономной Молдавской Церкви. Вопреки принятому в отношениях между автокефальными православными Церквами положению, по которому на канонической территории одной православной Церкви не могут создаваться параллельные структуры другой православной Церкви, в декабре 1992 года Синод Румынской Православной Церкви принял решение о создании своей Бессарабской митрополии. Тем самым на всех территориях, входивших в состав Румынии между двумя мировыми войнами, была восстановлена юрисдикция Румынской Церкви. Сходным образом Румынская Церковь действовала на территории Сербии, где без всякого согласования с Сербской Православной Церковью был поставлен "румынский епископ над валахами". Это обстоятельство вызвало кризис в отношениях между Румынской и Сербской Православными Церквами.

Бессарабская митрополия была создана по инициативе нескольких человек (среди них был бывший епископ Московского Патриархата Петр (Пэдурару) и политик, выступающий за объединение с Румынией, Влад (Кубряков), которые согласно церковным канонам не имели никакого права на создание отдельной епархии. Позднее представители Румынской Патриархии разъяснили, что решение возродить Бессарабскую митрополию было принято по ходатайству "многочисленных" православных приходов Республики Молдова, "недовольных" отношением к ним со стороны московских церковных властей.

На решение Румынской Патриархии по вопросу Бессарабской митрополии не мог не сказаться кризис, который переживала Румынская Церковь после свержения режима Николае Чаушеску. В конце 1980-х – начале 1990-х годов румынская церковная иерархия подверглась суровой критике за сотрудничество с коммунистическим режимом. Патриарх Феоктист даже отказался от своего престола, но позднее был возвращен на него Синодом. Конфликт с Русской Православной Церковью позволил румынским церковным иерархам обрести поддержку в националистически настроенной части румынского общества, преодолеть кризис и восстановить свой авторитет.

Митрополитом Бессарабским был провозглашен отлученный от Церкви Синодом Русской Православной Церкви бывший епископ Бельский Петр (Пэдурару), нарушивший епископскую присягу и самовольно перешедший в юрисдикцию Румынского Патриархата. Бессарабская митрополия поставила своей целью создание сугубо "румынской" Церкви, что противоречит основам христианства как мировой, вненациональной религии (согласно Священному Писанию, "во Христе нет ни эллина, ни иудея"). Тем самым Бессарабская митрополия способствовала дальнейшей дезинтеграции общества: она изначально противопоставила себя всем национальным меньшинствам Молдовы, а также закрепила в церковной сфере раскол титульной нации на тех, кто считает себя румынами, и на тех, кто считает себя молдаванами.

Московский Патриархат заявил о недопустимости наличия румынской церковной структуры на своей "канонической территории" и расценил переход части клириков под юрисдикцию Румынской Церкви как раскол. Большинство кишиневских политиков рассматривали создание Бессарабской митрополии как акт, который противоречит государственным интересам Молдавии. Не скрывал своего скептического отношения к новой церковной структуре и тогдашний президент Молдавии Мирча Снегур, который заявил, что создатели Бессарабской митрополии способствуют только дальнейшей дезинтеграции общества, так как своей акцией они усиливают сепаратистские тенденции внутри государства.

В состав восстановленной Бессарабской митрополии была включена не только вся территория современной Молдавии, но и приграничные районы Украины. В условиях раскола Православной Церкви в Украине Бессарабской митрополии удалось взять под свое управление три прихода в Белгород-Днестровском и Хотинском районах, однако в Одессе и других населенных пунктах попытки подобного переподчинения местных православных приходов вызвали скандалы и закончились неудачей.

В результате образования Бессарабской митрополии православная община Молдавии оказалась разделенной между двумя соперничающими церковными юрисдикциями. Молдавская митрополия РПЦ и Бессарабская митрополия Румынского Патриархата одновременно заявили о своем правопреемстве по отношению к предшествующим церковным структурам и о своих правах на все церковное имущество.

Первоначально правительство Молдавии избегало любого вмешательства в церковные споры и тем самым давало повод для признания равных прав за структурами Московского и Румынского Патриархатов. Раздел приходов, храмов и церковного имущества сопровождался многочисленными скандалами и потасовками, причем в качестве ударной силы Бессарабской митрополии часто выступали боевики из унионистких организаций.

В 1994–1999 годах имели место столкновения между сторонниками и противниками Бессарабской митрополии в населенных пунктах Окнице, Фэлеште, Кэлэраше, Канья, Стрэшене, Кугоая, Бадикул Молдовенеске, в Кишиневе и других местах. В результате осуществленного Бессарабской митрополией насильственного раздела под ее управление отошла десятая часть (более 100) православных приходов. Во многих случаях страсти достигали такого накала, что только экстренное вмешательство сил правопорядка позволило избежать погромов и человеческих жертв.

Все попытки разрешить конфликт путем переговоров между Русской и Румынской Православными Церквами оказались безуспешными. В 1999 году на переговорах в Кишиневе российская делегация во главе с митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом (нынешним Патриархом Московским и всея Руси) предлагала подчинить Бессарабскую митрополию Москве, но румынская делегация, возглавляемая митрополитом Даниилом (нынешним Румынским Патриархом), отвергла это предложение. Несмотря на сохраняющиеся разногласия, стороны подчеркнули необходимость продолжить консультации с целью найти совместный согласованный метод разрешения данной канонической проблемы на территории Молдовы. Однако осенью 2002 года Патриарх Феоктист даже не ответил на письмо Патриарха Алексия II с предложением продолжить двусторонние консультации по проблеме Бессарабской митрополии и диалог между двумя православными Церквами оказался прерванным.

С момента создания Бессарабской митрополии ее руководство и священнослужители поддерживают тесные связи с экстремистскими унионистскими организациями, выступающими за объединение с Румынией, принимают участие в массовых антиправительственных демонстрациях, в том числе не санкционированных властями. Подобная активность убедила власти в том, что деятельность представителей Бессарабской митрополии имеет в первую очередь политическую направленность и имеет целью посеять раздор в обществе.

Власти Молдавии не препятствовали функционированию приходов, но отказали в регистрации управленческой структуры Бессарабской митрополии. В 1997 году Верховный суд страны оставил без удовлетворения апелляцию представителей Бессарабской митрополии по данному вопросу и вынес постановление в пользу правительства.

В сентябре 2001 года правительство Республики Молдова утвердило новый статус Молдавской митрополии Русской Православной Церкви. Согласно этому документу, единственным правопреемником исторической Бессарабской митрополии на территории Молдавии признается каноническая структура Московского Патриархата.

Сторонники Бессарабской митрополии отказались признать "эксклюзивный статус" структуры Московского Патриархата и в 1998 году подали иск к Республике Молдова в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ). Слушания по делу состоялись в 2001 году. В ходе процесса представители Бессарабской митрополии потребовали признать незаконными действия правительства Молдавии, которое на протяжении семи лет отказывает Бессарабской митрополии в официальной регистрации. Правительство республики аргументировало свои действия тем, что Бессарабская митрополия не представляет отдельного религиозного культа, придерживается того же православного вероисповедания, что и Молдавская митрополия Московского Патриархата, и единственная разница между ними состоит в том, что одна из них входит в состав Румынской, а другая – в состав Русской Православных Церквей. К тому же, по мнению правительства, светские власти не имеют полномочий вмешиваться во внутрицерковные конфликты и своими решениями закреплять раскол в Молдавской Православной Церкви.

После судебного разбирательства Европейский суд по правам человека признал, что правительство Молдавии нарушило статьи 9 и 13 Европейской конвенции прав человека (о свободе религии и об эффективных средствах правовой защиты перед государственными органами). Суд отметил, что отказ в официальной регистрации не позволяет Бессарабской митрополии нормально функционировать, препятствует священнослужителям исполнять свои обязанности, что является нарушением прав верующих.

Министр юстиции Молдавии Ион Морей обвинил Европейский суд по правам человека в создании предпосылок для дестабилизации ситуации, поскольку принятое решение в пользу Бессарабской митрополии "привело Республику Молдова на грань этнического и религиозного конфликта с непредсказуемыми последствиями". Он сформулировал официальную позицию правительства в поданном в Страсбургский суд протесте к решению по делу Бессарабской митрополии.

В протесте констатировалось, что "некоторые церковные лица из Румынской Патриархии, под владычеством которой находится Митрополия Бессарабии, выступили с призывами к объединению с Румынией, которые подрывают государственность Республики Молдова. И Румынская Патриархия, и Митрополия Бессарабии, выступающие за восстановление границ Румынского государства, существовавших до 1940 года, забыли или делают вид, что не замечают, что в состав Республики Молдова входит и приднестровская территория, которая никогда не принадлежала Румынскому государству. В ситуации, когда руководство государства прилагает значительные усилия по урегулированию приднестровского конфликта, намерения Румынской Церкви, как и истца, направлены на территориальное расчленение страны, а также на дестабилизацию ситуации в регионе".

Проблема Бессарабской митрополии привела к росту напряженности в отношениях между Молдавией и Румынией. Особенное возмущение в Бухаресте вызвало прозвучавшее в Европейском суде в Страсбурге заявление Иона Морея о том, что "разжигание вражды между верующими имеет цель дестабилизировать социально-политическую ситуацию в республике. Расчет на то, что в мутной воде румынскому экспансионизму будет легче рыбачить, в том числе и с помощью Румынской Патриархии". Впервые прозвучавшее из уст официального представителя Молдавии обвинение Румынии в экспансионизме и использовании в политических целях Румынского Патриархата вызвало болезненную реакцию в Бухаресте.

Парламентская ассамблея Совета Европы отклонила протест молдавского кабинета министров и в апреле 2002 года приняла документ под названием "Религия и перемены в Центральной и Восточной Европе". В нем молдавским властям еще раз настоятельно рекомендовалось зарегистрировать Бессарабскую митрополию.

Под давлением Совета Европы в июле 2002 года Бессарабская митрополия Румынской Православной Церкви была официально зарегистрирована. Регистрация была вынужденной уступкой Совету Европы со стороны властей Молдавии, выступающих за скорейшую интеграцию страны в Европейское сообщество. Регистрация Бессарабской митрополии еще более осложнила отношения между Русской и Румынской Православными Церквами и способствовала дальнейшему расколу общества на сторонников и противников объединения с Румынией.

Проблема Бессарабской митрополии имеет каноническо-юридический характер и, безусловно, должна решаться в первую очередь в форме диалога между заинтересованными Православными Церквами. В то же время перспективы урегулирования конфликта в православной общине, как и религиозная ситуация в целом, во многом зависят от будущего направления политического развития Республики Молдова.

В случае сближения Молдавии с Россией Русская Православная Церковь имеет реальную возможность сохранить территорию страны в качестве своей канонической территории. В условиях же сближения Молдавии с Румынией возрастает вероятность укрепления позиций Бессарабской митрополии и Румынской Православной Церкви. В том же случае, если развитие страны пойдет в направлении укрепления молдавской государственности, то может стать реальной перспектива повышения автономного статуса Молдавской митрополии и даже создания в стране собственной и независимой автокефальной Церкви.

Конфликты и расколы внутри Православной Церкви в Молдавии, сохраняющаяся напряженность в отношениях между Русской и Румынской Православными Церквами способствуют дальнейшему увеличению конфессиональной мозаичности. В этих условиях деятельность по уменьшению степени излишней политизации церковной жизни, по сближению Православных Церквей и установлению между ними взаимопонимания приобретает особую актуальность.