Обитель Божия Олонецкой земли

Более чем 500-летняя история Важеозерской обители, основанной в суровом Олонецком крае преподобными Никифором и Геннадием Важеозерскими, полна драматических поворотов, но каждый раз милостью Божией монастырь возрождался. И сегодня в Спасо-Преображенском Важеозерском монастыре вновь возносятся Господу молитвы иноков, вновь сюда едут паломники: кто помолиться, а кто и потрудиться во славу Божию. 9/22 февраля, в день, когда Церковь чтит память преподобных Никифора и Геннадия Важеозерских, в обители праздник.

Основание Важеозерского Спасо-Преображенского монастыря (другие исторические названия обители: Задне-Никифоровская, Спасская Важеозерская Геннадиево-Никифоровская пустынь) положено около 1500 года преподобным Геннадием († 1516) и продолжено преподобным Никифором († 1557), его сотрудником. Наименование Важеозерской она получила от имени озера Важа, на котором стоит. Пустынь эта находится в Карельской епархии; от обители до города Петрозаводска – 112 км, а от Александро-Свирского монастыря – 92 км.

Преподобным Никифором около 1520 года по благословению Новгородского архипастыря была сооружена деревянная церковь в честь Преображения Господня.

Преподобные Геннадий и Никифор были учениками преподобного Александра Свирского. В монастыре сохранилась икона (список) семи старцев, также учеников преподобного Александра Свирского. Это старцы Игнатий, Леонид, Дионисий, Феодор, Ферапонт, Корнилий и Афанасий. Ректор Олонецкой духовной семинарии архимандрит Никодим (Кононов, с 1911 – епископ; † 1919) относил их к подвизавшимся в Задне-Никифоровской пустыни в XVI веке. Также и в книге "Святые новгородской земли XVI-XVIII веков", изданной в 2006 году, читаем: "В Задне-Никифоровской пустыни лежат еще мощи преподобных: Игнатия, Леонида, Дионисия, Феодора, Ферапонта, Корнилия и Афанасия – учеников Александра Свирского. О житии и подвигах сих иноков достоверных сведений нет". Но двумя страницами выше в этой же книге дается статья И.П. Барсукова "Сведения о преподобных отцах наших Никифоре и Геннадии Важеозерских, Задне-Никифоровских и об Афанасии, Дионисии, Игнатии, Корнилии, Леониде, Феодоре, Ферапонте Островских, Оятских, учениках преподобного Александра Свирского", из одного названия которой очевидно, что семь Оятских, или Островских, старцев были ошибочно причислены к Важеозерским святым. Впрочем, возможно, архимандрит Никодим (Кононов) располагал какими-то не дошедшими до современных исследователей материалами. Икона же почиталась в Важеозерской обители, потому что старцы, как и основатели пустыни, были учениками преподобного Александра Свирского.

Несчастье, постигшее в начале XVII века русскую землю, не миновало и Никифоровской пустыни. Толпы поляков вторглись сюда, опустошили пустынь: все имущество ее разграбили или уничтожили, иноков разогнали, часть перебили (по одним источникам – семь, а по другим – двадцать человек братии), в том числе убили и игумена Дорофея. Отшельники не оказывали сопротивления грабителям. Впоследствии могилы страстотерпцев долгое время были местом паломничества. В настоящее время сведений о месте этого захоронения не найдено.

Что стало с обителью после гибельного нашествия поляков, можно узнать из некоторых документов той поры.

Из писцовых книг 1623 года видно, что в то время состояние пустыни было самое разоренное. Так, жившие в обители иноки "священник черной Феодосий, келарь Феодорит и старцы Ефрем, Tapacий, Арсений и Иона объявляют переписчикам, что в прежних в 126 (1618) и в 127 (1619) годах приходу у них в том монастыре не было и книг нет", потому что "после немецкого разоренья монастырь был пуст, и старцы скитались между двор". О своих угодьях они сообщают, "что де они на том пороге Сиговце ловят в трех приколках рыбу сиги и лососи, а государево де жалованье – пустошь Юрьевскую Кириканова, что им государь пожаловал безданно на свечи, на фимиам и на служебное вино, – отнял у них насильством и ныне владеет Важенского погоста крестьянин Петр Васильев с детьми, а им де ни дани в монастырь, ни снопового хлеба с тое пустоши не платит; а как де он тою их деревнею владеет, и тому больше десяти лет, а у них де о том в монастыре челобитья не было для того, что де время пришло мятежное, и монастырь де их от немецких и литовских людей и от русских воров был в разоренье, и старцов де многих и слуг повысекли, а которые де старцы остались в том монастыре, и они де государю бити челом не смели, что де тот им Перха с детьми многажды грозил всячески". С одной стороны, это не удивительно: монахи часто имели хозяйственные споры с крестьянами, но, с другой стороны, не есть ли это жалоба на бедственное положение не только монастыря, но и всего государственного порядка?

Впрочем, заботами и трудами оставшихся иноков с Божией помощью пустынь скоро начала возобновляться. Священник Феодосий с братиею вместо прежнего храма Успения Пресвятой Богородицы, сожженного литовцами, построили новый. После разоренья были также построены новая колокольня и поварня.

К 1640 году был уже в монастыре игумен Антоний, пожертвовавший в монастырь довольно ценное Евангелие и построивший келью на свои деньги, а также келарь, казначей, четыре старца и шесть служек. Но состояние обители все еще было бедное. Так, в описи 1640 года значится, что тогда были "две только ризы полотняные и стихарь полотняный с крашенинным оплечьем. Одежды для престола были крашенинные ветхие". Да и иноки в заключение описи объявили, что "приходу хлебного и денежного нам ни откуду нейдет, а питаемся мы, служаки и старцы, своими трудами, а иное Христовым именем скитаемся по миpy, a государева жалованья нам нет, в монастырь хлебные и денежные руги нейдет".

Через 40 лет после этого положение в монастыре изменилось в лучшую сторону. В 1680 году на место строителя старца Варлаама поступил строителем старец Савватий, в связи с чем монастырскому имуществу была составлена новая опись. Из этой описи видно, что и утварь церковная, и другое имущество монастырское, а также количество скота значительно умножились и улучшились. Число иноков и рабочих к этому времени увеличилось до 22 человек. Еще в лучшем положении находим обитель в 1685 и 1697 годах Утварь церковная и имущество монастырское были в то время уже безбедные и довольно ценные. Так, в писцовых книгах 1680 и 1685 годов упоминается о веригах чудотворца Геннадия, хранившихся в часовне великомученика Никиты. В книгах 1697 года упоминается о двух грамотах государя царя Петра Алексеевича и брата его великого государя Ивана Алексеевича: одна – о дарованной монастырю пахотной земле и пороге Сиговце и о разрешении рыбной ловли, а другая – о спуске в пороги корбасов. По тем же документам известно, что в последнее пятнадцатилетие XVII столетия строителями обители были: Ферапонт, Николай, Макарий, Варлаам и Сергий.

Так постепенно Важеозерская обитель возрождалась из пепла, в который обратили ее литовцы.

Время от 1701 по 1764 годы отмечено мероприятиями правительства Российской империи по секуляризации церковного имущества. В связи с этими мероприятиями по церковной иерархии Никифоровская пустынь в июле 1723 года была приписана к Сяндемской пустыни. В 1764 году игумен ее Tapacий переведен в Муромский монастырь, пустынь была совсем закрыта, а пустынская церковь была обращена в приходскую с припиской к Коткозерскому приходу. В описании Александро-Свирского монастыря сказано, что до штатов 1764 года за этим монастырем была приписною вместе с другими монастырями и Важеозерская, или Задне-Никифоровская, пустынь. Л.И. Денисов в книге "Православные монастыри Российской империи", изданной в 1908 году, пишет, что "Задне-Никифоровская нештатная общежительная пустынь в 1786 году была упразднена и обращена в приходскую церковь".

В 1800 году Важеозерская обитель вторично была приписана к Александро-Свирскому монастырю и состояла за ним до 1846 года. В ней тогда постоянно жили один иеромонах, один иеродиакон, три монаха из Александро-Свирского монастыря и несколько богорадников. Во все это время Никифоровская пустынь не пользовалась большою известностью и мало была посещаема. Впрочем, и проход в 12 километров от основной дороги был удобен лишь для пешеходов.

С 1830 года в пустыни с тремя своими учениками поселяется старец отец Исаия (в миру Иоанн). Его брат, Феодор, основал Анжерскую пустынь. А дочь третьего брата известна в Карельской земле как святая Мария Олонецкая.

С появлением в Геннадиево-Никифоровом Важеозерском монастыре отца Исаии пришедшая в упадок обитель стала возрождаться и вскоре получила самостоятельность.

В писцовых книгах XIX века мы встречаем запись: "1846 года, марта 6-го дня, Олонецкая консистория по выслушивании указа из Святейшего Синода от 6 февраля 1846 года за N 360 об оставлении приписанной к Александро-Свирскому второклассному монастырю Задне-Никифоровской пустыни самостоятельною, с существующим в оной настоятельством строительским и с семью монашескими вакансиями, на правах общежития...". При ней оставлены были и все те угодья, какие за ней значились. С сих пор обитель Никифоровская начала пользоваться известностью.

Отец Исаия состоял в переписке со святителем Игнатием (Брянчаниновым), что во многом помогало ему в духовном совершенствовании. Не случайно незадолго перед кончиной отец Исаия был пострижен в схиму под именем Игнатий.

В таком благоустроенном виде обитель просуществовала недолго. 25 июля 1885 года Задне-Никифоровскую пустынь постигло несчастье: страшный пожар, начавшийся при сильном ветре, в самое короткое время опустошил все строения пустыни, кроме деревянной часовни великомученика Никиты над кладезем, под горою, у самого озера, и риги, да обгоревших каменных стен церкви Всех святых и небольшого дома у входных (западных) ворот.

Но очевидно, велико было ходатайство и заступничество святых угодников – преподобных Геннадия и Никифора, небесных покровителей обители, – потому что спустя полгода после пожара каменная церковь Всех святых усердием и трудами настоятеля отца Вениамина с братиею была восстановлена и 6 февраля 1886 года освящена. С течением времени, благодаря обильному притоку из разных мест пожертвований, церковь Всех святых благоукрашалась, церковный и монастырский инвентарь восполнялся, и пустынь быстро обустраивалась из отпущенных Управлением государственными имуществами в потребном количестве лесных материалов и на средства щедрых благотворителей.

Незаменимым помощником отца настоятеля в многохлопотном и беспокойном деле строительства был иеромонах Геннадий. Отец Геннадий (в миру Василий Борисов) был родом из Олонецкой губернии. Поступил в 1873 году послушником в Важеозерскую обитель и принял монашеский постриг в 1875 году. 19 сентября 1876 года он был рукоположен в сан иеромонаха. Со всем усердием и ревностью взялся отец Геннадий за порученный ему сбор пожертвований на восстановление пустыни. На восстановление обители дал свое благословение и был первым щедрым жертвователем святой праведный Иоанн Кронштадтский, с которым иеромонах Геннадий был близко знаком, являясь активным участником Кронштадтского Андреевского попечительства.

В 1892 году была окончательно достроена заложенная на месте сгоревшей деревянная церковь в честь Преображения Господня, с высокой колокольнею; а летом того же года, 19 июля, освящена прибывшим специально для этой цели праведным Иоанном Кронштадтским при огромном стечении народа.

В мае 1896 года была начата постройка обширной каменной стены со святыми вратами и надвратной церковью во имя преподобного Иоанна Рыльского, имя которого носил отец Иоанн Кронштадтский.

Именно в это время были построены храмы, игуменский и гостиничный корпуса. Обе церкви увенчали пятью главами. В церкви Всех святых богослужения совершались зимой, а после праздника Всех святых служба переносилась в Преображенскую. При монастыре конца XIX века действовали портняжная и сапожная мастерские.

Особое рвение и деятельность проявил иеромонах Геннадий по устройству подворья пустыни в Петербурге, на пожертвованной земле (около одной десятины в Шлиссельбургском участке, с возведенными на ней домами и флигелями и разным движимым имуществом); благодаря его усердию и трудам, в этом имении были устроены приют для богомольцев и обширный двухэтажный пятипрестольный храм в память чудесного спасения государя императора с царскою семьею 17 октября 1888 года. С благословения митрополита Палладия, при служении праведного Иоанна Кронштадтского, основание этого храма было положено 23 сентября 1894 года, в три часа пополудни. Все необходимые средства изыскивались иеромонахом Геннадием, который в конце концов надломил свое здоровье в неусыпных заботах и трудах и скончался 14 декабря 1898 года на 52-м году от роду. Почивший отец Геннадий был погребен 17 декабря 1898 года в строящемся тогда храме подворья (за Невской заставой), в правом приделе, на правой стороне, близ солеи. Здания подворья Важеозерского монастыря сейчас принадлежат администрации Петербурга, с которой ведутся переговоры о возвращении обители данного имущества.

В 1901 году Задне-Никифоровская пустынь, как пишет П. Ягодкин в статье "Задне-Никофоровская пустынь Олонецкой губернии и уезда", помещенной в N 12 Олонецких епархиальных ведомостей за 1901 год, представляла собой общежительный монастырь, содержащийся своими средствами. Число братии в пустыни достигало, вместе с послушниками, богорадниками и рабочими, до 45 человек (в том числе пять иеромонахов, два иеродиакона и восемь монахов). Временно заведовал пустынью эконом иеромонах Симеон. Духовником состоял 80-летний старец иеромонах Никифор, более тридцати лет подвизавшийся в пустыни.

В начале XX века по благословению отца Иоанна Кронштадтского в монастыре подвизался блаженный инок Владимир.

Инок Владимир (в миру Владимир Алексеевич Алексеев) родился 15/28 июля 1862 года в Луге, маленьком уездном городке, затерявшемся между Псковом и Петербургом, в купеческой семье. Простота души и нестяжательность – редкие уже качества для конца XIX века – были основой характера будущего подвижника Божия. О его удивительной жизни А.Е. Селезневым написана книга "Блаженный инок: Жизнеописание блаженного инока Владимира, Важеозерского чудотворца".

Перенесение мощей блаженного инока Владимира в Важеозерский монастырь было чудом. Блаженный еще при жизни предсказывал, что его мощи упокоятся в земле родной обители меж трех берез. Так и произошло, хотя это было уже третье перезахоронение.

Братия монастыря с большим благоговением относится к блаженному Владимиру. Насельники обители постоянно заходят на могилу за благословением инока Владимира на исполнение различных послушаний и ощущают благодатную помощь.

Но вернемся к истории обители. При советской власти монастырская жизнь прервалась. Поскольку все монастыри Олонецкой епархии имели сельскохозяйственные угодья, на их базе началось создание совхозов, коммун и артелей. На первом этапе, в 1918 и начале 1919 года, монашествующие пытались самостоятельно объединяться в совхозы. К концу 1919 года в Олонецком уезде существовало четыре совхоза: в Андрусовой, Сяндебской, Задне-Никифоровской пустынях, а также в Александро-Свирском монастыре; в Пудожском уезде – в Муромском монастыре, в Лодейнопольском уезде – артель в Паданском женском монастыре. Монастырское население стремилось в новых условиях сохранить свои обители как центры религиозной жизни.

Монастырское имущество, а также владения обителей (земли, лесные угодья и озера) были национализированы. В 1918-1919 годах реорганизованными хозяйствами часто управляли бывшие настоятели или казначеи упраздненных обителей, должность которых теперь значилась как заведующий хозяйством.

На землях Задне-Никифоровской пустыни возникла монашеская коммуна, заведующим которой стал казначей пустыни монах Стефан.

В ноябре 1920 года хозяйство Задне-Никифоровской пустыни от земотдела перешло в ведение уездного отдела образования, организовавшего здесь совхоз и при нем детскую колонию имени Зиновьева. В колонии жило 32 несовершеннолетних подростка, которые трудились в хозяйстве. Пяти монахам (они оставили свидетельства того, что в новых условиях хозяйство упало) разрешили остаться при закрытой обители в качестве работников; они занимали лишь одно небольшое помещение. Богослужения совершались в одном храме, другой был передан колонии под организацию театра (его так и не удалось открыть).

В 1922 году земли монастыря взяла в аренду артель финских эмигрантов "Райвая", члены которой выступали за окончательное выселение монахов; последние добивались разрешения жить в доме у монастырской ограды, владеть храмами и иметь небольшой участок земли для обеспечения себя продуктами.

В 1929-1930 годах закрываются последние из действовавших монастырских церквей, а монашествующих окончательно выселяют. В результате те, кто не подвергся аресту и высылке в лагерь, были вынуждены переходить в приходские храмы (сельские или городские) и жить на частных квартирах (в крестьянских домах).

Во время массовых репрессий монашествующих иноков Важеозерской обители расстреляли там же, в монастыре.

К 1935 году пустынь была разорена; иконы, служебные книги и монастырские архивы, погост, братский корпус, монастырская стена были уничтожены. На территории монастыря началось строительство Интерпоселка. Храм Всех святых использовался как кинозал и столовая, в Преображенском храме был спортзал. Колокольня была снесена, а храмы обезглавлены. Кладбище монашествующих было снесено, и его часть использовалась как отхожее место.

После 1945 года в стенах бывшей обители расположились колония для несовершеннолетних и психиатрическая больница.

Возрождение обители началось в 1991 году; тогда монастырю был возвращен юридический статус. В июне 1992 года в монастыре появилась старшая монахиня Серафима (Литошко). Первая Божественная литургия была отслужена 1 августа 1992 года в стенах изуродованного Преображенского храма.

Богослужения совершались в деревянном Преображенском храме. Малыми средствами храм отреставрировали: починили печи, установили новый иконостас. Были восстановлены колокольня, каменный зимний храм Всех святых и надвратная церковь преподобного Иоанна Рыльского.

В августе 1995 года в монастырь назначен духовником сегодняшний настоятель игумен Иларион (Кильганов), который до 1998 года оставался единственным иеромонахом обители. Его молитвами и трудами уже летом 1996 года стали совершаться богослужения. В этом же году в Важеозерском монастыре во время Успенского поста владыка Мануил, архиепископ Петрозаводский и Карельский, совершил первые постриги – монашеский и иноческий. Насельниц насчитывалось немного; но, несмотря на суровые карельские зимы, сестры малыми силами с Божией помощью восстанавливали монастырь.

9/22 февраля 1998 года, в день чествования основателей обители преподобных Геннадия и Никифора, впервые за последние десятилетия была вновь совершена Божественная литургия в храме Всех святых, которая с того дня служится в монастыре ежедневно.

В 1999 году в Питкяранте была обретена икона Важеозерских святых. Ее принес юноша из Импилахти, бабушка которого спасла эту икону. Во время гонений на Церковь часовня, в которой находилась эта икона, была превращена в конюшню. Из потоптанных лошадьми образов, которыми был устлан пол, бабушке удалось спасти только две иконы; одна из них оказалась образом Важеозерских преподобных.

В 2000 году обитель стала именоваться Спасо-Преображенским Важеозерским монастырем. До ноября 2000 года он был женским. С 1995 по 2000 год старшая сестра обители – монахиня Мария (Ющенко). Под ее руководством восстанавливались трапезная, пекарня с мастерской, начато строительство домов архиепископа Олонецкого и Карельского Мануила и духовника монастыря игумена Илариона.

С ноября 2000 года монастырь вновь стал мужским. За семь лет сделано немало: полностью отреставрированы храмы, заново выстроена колокольня, после пожара 2001 года восстановлена надвратная церковь преподобного Иоанна Рыльского, построены два братских корпуса, воздвигнуты новые святые врата, восстановлена часовня великомученика Никиты, на месте оскверненного братского кладбища построена часовня новомучеников и исповедников Российских. В 2002 году на храме Всех святых восстановлены маковки пяти куполов.

С любовью в монастыре возрождается древнейший чин возношения панагии. После службы панагия – Богородичная просфора – возлагается в особый сосуд – панагиар. Подняв панагиар с просфорой, священник несет его во главе крестного хода в трапезную и ставит подле икон. После окончания трапезы просфора с молитвой разрезается и раздается для вкушения присутствующим.

Сейчас в монастыре несколько иеромонахов. На праздники приезжают священнослужители, духовные чада и паломники из Петрозаводска, Санкт-Петербурга, Гатчины и других мест. Монастырь опять становится местом массового паломничества, как и было раньше. Здесь под спудом храма Всех святых находятся мощи преподобных Геннадия и Никифора Важеозерских. Также это место связано с памятью святого праведного Иоанна Кронштадтского. Здесь всегда рады людям, приезжающим помолиться и помогающим восстанавливать святыни Олонецкого края.