Без вины виноватые

Для пожилого человека, пусть и занимающего ответственный пост, путешествие в Африку – настоящее испытание. Папа Римский Бенедикт XVI решил отправиться в Камерун и Анголу не случайно и не напрасно. Из обширной миссионерской территории Черный континент превратился в надежду и отраду Католической Церкви. За последние 30 лет число католиков в Африке утроилось – с 55 млн. до 150 млн. Более 13% католиков мира – африканцы. Ежегодный прирост верующих здесь составляет свыше 3%. Черный континент "экспортирует" священников в Европу и Соединенные Штаты.

Однако Африка – не только золотая жила для Католической Церкви, но и серьезная головная боль. Это целый комплекс характерных проблем, с которыми Церкви приходится сталкиваться уже сейчас или доведется столкнуться в будущем.

Проблема первая: политическая ангажированность. Африка – континент становящихся демократий, и здесь Церкви в отличие от старушки Европы довольно сложно оставаться над политической схваткой. Так, дискуссии на камерунском радио во время визита Бенедикта XVI показали, что часть жителей страны воспринимают Церковь как союзницу режима Поля Бийи (президента Камеруна с 1982 года), имеющего репутацию коррумпированного и репрессивного. Несмотря на то что среди камерунского духовенства немало критиков режима, в Церкви отсутствует консенсус, единая позиция по вопросам политики. Кардинал Кристиан Туми впервые публично призвал действующего президента не участвовать в выборах 2011 года лишь теперь, после того, как Бенедикт XVI осудил в своей речи "коррумпированных политиков, злоупотребляющих властью" в Камеруне. Церковь в Африке воплощает в себе социальные противоречия, и епископату подчас приходится выбирать между политической пассивностью и внутренним расколом.

Проблема вторая: инертность. Подчас эта инертность бывает преступна. В 1994 году Католическая Церковь не просто не смогла предотвратить геноцид народности тутси в католической Руанде. Католические священники, монахи и даже епископы – выходцы из народности хуту – становились соучастниками и инициаторами зверств. Цивилизаторская миссия Католической Церкви, таким образом, была провалена, а Ватикан решил официально отмежеваться от преступников. Репутации католицизма это нанесло серьезный урон, а число мусульман в Руанде за последние 10 лет увеличилось в 16 (!) раз.

Проблема третья – это как раз необходимость цивилизаторской работы при отсутствии четкой стратегии оной. Народный католицизм в современной Африке – это причудливое сочетание христианских догматов с верой в ведовство и порчу. Католик может каждое воскресенье бывать в церкви, но, случись с ним или его семьей какая-либо хворь, он спешит к колдуну, который устанавливает источник порчи. Те, кому доводилось читать этнографические работы Эдварда Эванса-Причарда о религии племени азанде, хорошо представляют себе алгоритм подобных верований и практик. На африканское ведьмо-католичество можно было бы смотреть как на забавный вариант "двоеверия", если бы на практике оно не приводило к зверским убийствам обвиненных в наведении порчи. Профилактика невежества Католической Церкви не удается.

Более того, Церковь склонна рассматривать веру в ведьм и порчу исключительно как подлежащее искоренению суеверие, а не как часть африканской ментальности. Как итог – африканцы просто-напросто не находят в католицизме ответов на все жизненно важные вопросы. Некоторые католические священники предлагают переломить ситуацию, официально признав существование ведьм, но на официальном уровне эта инициатива не находит понимания. Африканцы же все чаще смотрят в сторону пятидесятников с их экзальтацией и "экстатическими сеансами". В Анголе с 1992 года число пятидесятнических общин выросло с 50 до 900. Острая конкуренция с протестантами – четвертая проблема Католической Церкви в Африке.

Проблема пятая (а по значимости, пожалуй, центральная): СПИД. Подробно останавливаться на этой проблеме не будем – теме СПИДа, презервативов и мнения Папы на сей счет в этом номере "НГР" посвящен отдельный текст. Католический консерватизм и упрямство в вопросе о презервативах губительны для Черного континента. Это хорошо понимают представители духовенства и часть миссионеров в Южной Африке, но раздавать прихожанам "резиновые изделия" им приходится на свой страх и риск, под угрозой церковного наказания, без официальной санкции.

Шестую проблему можно сформулировать так: Африка – испытание для международного авторитета Папы. Черный континент голодает. Он нуждается в международной помощи – финансовой и гуманитарной. Разумеется, Африка возлагает большие надежды на авторитетные фигуры вроде Понтифика, позиционирующие себя защитниками бедных и обездоленных. Сможет ли Папа оправдать эти надежды? Стимулировать помощь Африке? Слов и благих намерений страждущему континенту будет явно недостаточно.

Проблема седьмая: брак. Многие христиане в Африке предпочитают традиционный брак католическому. Традиционный брак вообще не считается полноценным до тех пор, пока невеста не "подтвердит" свою фертильность, родив первого ребенка. Встречаются на Черном континенте и полигамные семьи. Разницы между католическим и, например, англиканским браком африканцы подчас не обнаруживают. Церковный брак как институт и как особое таинство в их сознании не утверждается. Для того чтобы это произошло, Католической Церкви предстоит работать и работать.

Наконец, восьмая проблема: амбиции африканского духовенства. В настоящее время в Римской курии нет ни одного кардинала из Африки, а африканские иерархи жалуются на то, что европейские собратья подчас относятся к ним как к людям второго сорта. Черная кузница католических кадров недовольна таким положением дел и в обозримом будущем, естественно, станет добиваться перемен. Католической Церкви это грозит системным кризисом. При всех "но" двигателем современной Церкви является пусть шаткий, но все же компромисс между консерваторами и либералами. Африканский епископат преимущественно консервативен, и его возвышение может нарушить статус-кво, привести к серьезным трениям внутри Церкви. Это возвышение неизбежно будет тормозить новые церковные реформы, которые назревают уже сегодня, а завтра могут оказаться необходимыми и неизбежными.

Находясь в Камеруне и Анголе, Бенедикт XVI произнес много слов, пересказывать которые не имеет смысла. Итог визита – это не сказанные слова. Подвести итог мы сможем только тогда, когда действительность даст нам ответы на два вопроса: "Стимулировал ли папский визит какие-либо изменения в жизни Католической Церкви в Африке?" и "В какие конкретные действия африканские католики конвертировали папские слова?"