Нравственные советы там, где нас нет

ZABUGOR TV

Телеканал France 3. Николя Саркози выступил за полную отмену рекламы на государственном ТВ; ИТАР-ТАССЕсли бы сегодня изобретателю телевидения Зворыкину сказали, что он гений, он бы страшно обиделся, потому что всегда был скромным человеком. "Телевидение – создание целой лестницы рук", – говорил он. На смену романтикам-изобретателям пришли жёсткие телевизионные магнаты. Они создали гигантскую империю, за которой стоят огромные деньги, и разговоры о нравственности становятся неприличными. Однако в данном случае речь идёт не об их нравственности, а о России, которая вынуждена жить по тем безнравственным законам, которые ей навязывает ТВ.

Нас долгие годы убеждали, что реклама – движущая часть прогресса телевидения. Чем больше рекламы, тем больше денег, тем выше рейтинг и т.д. Но где здесь хоть что-нибудь о качестве продукции? Николя Саркози первый из французских президентов задумался о разрушительной роли рекламы на телевидении. С 1 января 2009 года он ввёл ограничение на рекламу с 12 минут до 5 с условием её показа только с 20.00 до 06.00. А с 1 декабря 2011 года реклама на государственном ТВ исчезнет вовсе. Выплата 150 млн. евро компенсирует ему издержки от рекламы. После такого революционного шага, разумеется, прошла целая волна забастовок на национальном телевидении, но Саркози пока что от своего решения не отказался. Он считает, что исчезновение рекламы сделает телевидение независимым от рейтинга, а следовательно, журналисты будут делать более качественный контент. Решение об отмене рекламы касается конкретно государственного ТВ – France Televisions, которое включает пять каналов.

С 1978 года во Франции действует Высший аудиовизуальный совет, который находится под пристальным вниманием правительства. В его составе девять членов, из которых три назначаются президентом и по три – председателями обеих палат парламента из числа видных деятелей вещания, культуры и академических кругов. Совет распределяет радио-, телевизионные и спутниковые частоты и лицензирует кабельные каналы; назначает руководителей государственных теле – и радиокомпаний (на три года – по контракту), а также Национального института архивов и спутникового агентства ТДФ – совместно с парламентом, правительством и постоянным персоналом компаний; определяет условия работы с частными вещательными компаниями; следит за беспристрастностью вещания в период выборов, а также за соблюдением квот на импортную продукцию в целом и показом на экране насилия и секса в частности; наказывает нарушителей закона путём штрафов или временного прекращения передач. Государственные каналы находятся в открытом доступе, и именно на них приходится основной процент зрительской аудитории.

В открытом доступе в Германии существуют два государственных канала: ARD и ZDF. Оба канала относятся к публично-правовому телевидению. Они имеют над собой контрольный орган – совет телерадиовещания. К совету предъявляется конституционно-правовое требование, чтобы он как представитель общественности осуществлял контроль над телеканалами.

Два других крупнейших немецких канала SAT-1 и RTL – частные, и тоже в открытом доступе. На них контрольный орган влияния не имеет. Гельмут Том, директор RTL, с бравадой заявляет: "Зритель имеет право выбирать своё правительство, а значит, и свою телепрограмму. Я тоже иногда удивляюсь его выбору, но червяк должен быть по вкусу рыбе, а не рыбаку".

В Италии три государственные программы, взаимодополняющие друг друга: RAI UNO, RAI DUE, RAI TRE. Если по одному каналу идут мультипликационные фильмы, то по другому новости, а по третьему – футбол. Часа через два каналы обмениваются программами, и в результате каждый зритель всегда смотрит ту программу, которая ему более интересна. Наверное, поэтому итальянцы так много проводят времени у телевизора, по 4 часа в день. Больше них телевизор смотрят только португальцы и англичане. До 1978 года в Италии существовала церковная цензура. Но и сегодня государственные каналы находятся под пристальным вниманием правительства. На государственное телевидение RAI оказывает давление Сильвио Берлускони, который является крупнейшим телемагнатом Европы. Он владеет не только тремя крупнейшими итальянскими каналами: Retequarto, Canale-5 и Italia-1, но и французским La Chinq, немецким – Telefund и испанским – Telechinco. Его медиахолдинг Fininvest составляет серьёзную конкуренцию национальному телевиденю RAI и отнимает у него половину аудитории. К этому следует добавить, что закон, который контролируется парламентом, запрещает показывать сцены насилия и сексуальные сцены с 7.00 до 22.30 на государственном телевидении, что отнюдь не распространяется на те каналы, на которых властвуют законы Берлускони. А если ещё учесть, что все эти каналы так же, как и государственные, – в открытом доступе, то становится понятно, насколько серьёзная идёт в Италии война телевизионных кланов. Примером тому может послужить вынужденная отставка в марте месяце этого года президента RAI Антонио Бальтасара. Этого увольнения потребовал заместитель премьер-министра Италии. Таким образом Берлускони оказывает давление на государственное телевидение.

Телевидение США первым начало эскалацию насилия на экране, и там первыми спохватились о пагубных последствиях беспредела на экране. Американские учёные, психологи проводили исследования, насколько телевидение влияет на психику человека. Они повергли общественность в шок: "Неопровержимый вывод заключается в том, что визуальное восприятие насилия порождает насилие". Теперь американским телекомпаниям и радиостанциям запрещено выдавать в эфир материалы и программы с "непристойным" содержанием, к которому относятся проявления откровенно сексуального характера, а также ярко выраженное насилие и употребление нецензурной лексики. Во время вечернего эфира с 18.00 до 22.00, который могут смотреть и слушать дети, запрещено передавать программы и передачи с "неприличным" содержанием. Если ещё несколько лет назад федеральные власти получали ежегодно от граждан страны "сотни жалоб" на непристойности на телеэкранах, то сейчас таких жалоб приходит "сотни тысяч". Закон, который подписал президент Буш, позволит властям более жёстко обращаться с нарушителями и "содержать эфир в чистоте от вульгарности". Надзор за исполнением закона осуществляет Федеральная комиссия по связи, которая принимает решения о наложении штрафов.

В Великобритании, пожалуй, больше всего увещеваний и взываний к совести. Совет управляющих Би-би-си из 12 человек назначается правительством на пять лет, и их утверждает королева. Глава совета – Марк Томпсон, директор BBC, в прошлом году удостоенный звания самого влиятельного католика Британии. В совет входят "защитники национальных интересов" в области вещания – видные представители культуры, СМИ, промышленности и других сфер. Совет подбирается на внепартийной основе, он определяет общее направление вещательной политики и финансирования, назначает руководящих работников корпорации, включая её генерального директора. BBC не поддерживает публично ни лейбористов, ни консерваторов, а любой телефонный звонок "сверху" лишь укрепляет решимость показать тот или иной "нежелательный" материал, подрывая репутацию власть имущих.

При BBC существует также ряд совещательных органов – общественных советов в различных регионах, состоящих из представителей зрителей и слушателей. Они взаимодействуют с правлением компании, что позволяет адекватно отражать интересы аудитории и своевременно реагировать на её претензии. Структура и состав их определяются положениями Королевской хартии. Национальные советы по телерадиовещанию создаются в каждом регионе Соединённого Королевства, чтобы "с учётом культуры, языка и интересов народа", живущего в регионе, контролировать программную политику BBC и давать корпорации советы по её совершенствованию. В них состоят по 8–12 членов, назначаемых корпорацией на 5 лет. Деятельность региональных советов координируется Генеральным консультативным советом.

Такая гладкая на первый взгляд структура контроля за нравственностью на Британском телевидении сложилась не сразу. За программу общественных советов зрители боролись не одно поколение. И первой из них стала Мэри Уайтхауз. Эта женщина сумела организовать целое движение по защите нравственности своих соотечественников и собрала целую армию единомышленников. В конце концов к ней подключился даже Дэвид Фрост, один из самых популярных тележурналистов Англии.

Нравственные советы там, где нас нет. Только в России, как говорят теледеятели, – это невозможно, убыточно, опасно. Пора кончать обращаться за разъяснениями к телевизионному начальству хотя бы потому, что они не вправе решать подобные вопросы. Разрушение личности, нравственное убийство человека – это война, которая ведётся против нашего народа. Проблема высших советов по нравственности должна решаться на государственном уровне.