– Владыка Назарий, как изменится ваш административный статус после возведения вас в сан епископа и как это отразится на монастырской жизни?
– Для читателей я хотел бы пояснить, что все остается на своих местах. Викарный епископ – помощник Митрополита, но я остаюсь наместником Александро-Невской Лавры, а владыка Митрополит остается священноархимандритом. Повышение моего статуса происходит только с точки зрения того, что это высший сан Церкви, и, конечно, будет немного легче некоторые вопросы решать, в том числе, проводить постановления Лавры, курировать некоторые программы – особенно те, которые имеют общеепархиальный характер, но также и общероссийские и международные. Поэтому с точки зрения руководства, управления Лаврой все остается на своих местах. Конечно, для самой братии и для народа все несколько по-другому, потому что другой вид приобретает богослужение, все привыкают к новому обращению ко мне, да я и сам к нему привыкаю. Но в рабочем порядке все остается по-прежнему. Для меня лично, конечно, добавляется еще то, что я, становясь викарным епископом, более плотно буду участвовать по благословлению владыки Митрополита, правящего архиерея, в некоторых общеепархиальных делах. Это освящение престолов, рукоположение новых священников, участие в каких-то мероприятиях по связям с государственными органами, общественными организациями. Я это делал и раньше, но теперь, видимо, придется больше времени этому уделять. И, наверное, братия будет ощущать мое отсутствие немножечко больше.
– А с чем связан выбор титула епископа Выборгского?
– Это надо спрашивать Святейшего Патриарха, который являлся инициатором. От меня это сокрыто. Я могу только предполагать, что некоторую роль сыграло то, что в свое время, будучи еще иеромонахом, я служил в Выборге, был настоятелем Спасо-Преображенского собора. Меня, когда я был еще студентом, назначал туда покойный ныне Патриарх Алексий II, в бытность свою Митрополитом. Это был мой первый самостоятельный приход. Также, может быть, некоторую роль сыграло то, что я до сих пор имею довольно широкие связи с Финской Православной Церковью. Меня очень хорошо знает в Финляндии и Лютеранская Церковь, – много программ было различных осуществлено. Так что я только благодарен Святейшему Патриарху, что он доверил мне свой титул, который носил двенадцать лет, будучи и епископом и Архиепископом Выборгским.
– Почему в вашей хиротонии участвовали все члены Синода?
– Это не потому что я! Дело в том, что в городе состоялось действительно историческое заседание Синода в исторических его помещениях. Эти помещения переданы Русской Православной Церкви. Так случилось, что кандидатом в епископы оказался я в это время. Это не потому что я – архимандрит Назарий, а потому что так сложилось. Я считаю, что все в жизни бывает по промыслу Божьему, и если Синод, Святейший Патриарх и наш правящий архиерей посчитали, что я достоин возведения в сан епископа, то я это принимаю только как волю Божию. Я ничего не сделал для того, чтобы это состоялось сейчас или вообще когда-либо. Я только выполнял свое послушание – как мог, как меня научили, как мне благословляли. И если Церковь решила, что я достоин этого звания, то я ничто вопреки глаголя, принял это. И я принимаю свой сан не так, как в Евангелии говорится о фарисеях, чтобы расширять воскрилия своих одежд и председательствовать на сонмищах, а как послушание – может быть, только с большей ответственностью. Епископское служение, с одной стороны, более почетно, но с другой, более ответственно. Потому что отвечаешь уже не только за вверенных тебе людей, паству, но и за пастырей. Вот это очень важно.
– Кто вам ближе всего среди ваших предшественников по титулу?
– Единый образец очень сложно сыскать, потому что епископское служение очень разнообразно, и каждый епископ, предстоятель Церкви, любой из иерархов имеет свои дарования – у одного иерарха одно, у другого – другое. Из тех людей, которые предшествовали мне по титулу, мне очень близок Митрополит Антоний (Вадковский). Он был, в том числе, Архиепископом Выборгским. Но с другой стороны, он мне очень близок тем, что был как раз на переломе, в условиях каких-то новых веяний. Он очень себя хорошо показал как епископ новой формации в то время. И, с одной стороны, он никак не погрешил против православия, а, с другой, прекрасно ориентировался в новой ситуации, которая возникла в начале XX века. Он достойно из этой ситуации вышел, и был очень уважаем и любим всем народом, в том числе и простым. Мы знаем, что были некоторые разделения между мирянами и высшей иерархией. Но вот Митрополит Антоний (Вадковский) прекрасно в себе сочетал и любовь к народу Божьему и ответственность за свой пост. Его бы я назвал среди моих предшественников образцом для подражания.
Источник: Свято-Троицкая Александро-Невская Лавра
