"Играми бесовскими тешатся"

Религиозные деятели об азартных развлечениях

В соответствии с 244 федеральным законом на всей территории России, кроме четырех специально отведенных зон, с 1 июля запрещена деятельность игровых заведений и казино. Некоторые представители религиозных организаций нашей страны уже выступили с заявлениями, приветствующими это решение властей. Наиболее заметным среди них стало заявление главы Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества Московского Патриархата протоиерея Всеволода Чаплина. Он напомнил о том, что в прошлые годы представители духовенства и православных организаций "говорили о пагубности игромании и о том, что люди в силу своей наивности или слабовольности оказывались бессильны перед навязыванием азартных игр".

Мы привыкли к тому, что церковные деятели высказывают свои суждения чуть ли не по каждому явлению социальной жизни, бичуют пороки и осуждают недостатки российского общества, призывают к моральному образу жизни. Но на чем основана позиция протоиерея Чаплина, как и других религиозных деятелей, в данном вопросе? Можно ли говорить о каноническом запрете азартных игр в христианских Церквах и иных религиозных традициях?

История христианской Европы показывает нам неоднократные случаи, когда страсть к азартным играм осуждалась отдельными богословами и проповедниками. Против азартных игр произносили проповеди некоторые епископы христианской Церкви, начиная со святого Киприана Карфагенского (III век) и заканчивая святым Бернардином Сиенским (XV век). Известный католический проповедник-доминиканец Джироламо Савонарола, будучи в 1494 году фактическим вождем Флоренции, взимал с картежников и игроков в кости, называя их "беснующимися", денежные штрафы, а игральные кости прилюдно сжигал вместе с запрещенными книгами на так называемых "кострах тщеславия". В литературе XV–XVI веков описаны различные случаи, когда проигрыш приводил человека к богохульству, за что некоторые расплачивались жизнью. Так, в 1502 году во Флоренции был повешен Антонио Ринальдески, бросивший после проигрыша в икону Богоматери куском навоза.

Не жаловали азартные игры и в Древней Руси. "Возрадуются бесы и налетят, увидев свой час, и тогда творится все, что им хочется: бесчинствуют игрою в кости и в шахматы, и всякими играми бесовскими тешатся", – читаем в "Домострое", написанном в середине XVI века протопопом Сильвестром, духовником Ивана Грозного.

Мы видим, что даже в Средние века игроки не подвергались жестоким наказаниям, а жизнью они могли поплатиться, только если их страсть приводила к более тяжелым с точки зрения Церкви преступлениям. И в наши дни церковный суд относительно мягко обходится даже со священнослужителями, уличенными в этой "бесовской" забаве. Примером тому может послужить судьба преподобного Патрика Данна, священника прихода в городе Уайт-Плейнс (США), запрещенного в служении. Но и преподобный Данн поплатился не за то, что играл в казино, а за то, что проиграл деньги, похищенные из церковной кассы.

Мы решили опросить представителей различных религиозных традиций, чтобы выяснить, имеет ли все же осуждение игромании богословскую и каноническую основу. Оказалось, что традиции Запада и Востока в этом отношении значительно различаются.

Протодиакон Андрей Кураев, профессор Московской духовной академии

Азартная игра – нарушение заповеди "Не искушай Господа Бога своего". Игра – нетрудовой способ получения богатства. Если это не труд – значит, надежда на чудо. Источник всякого чуда – Бог. А всякая надежда на чудо, не связанная с молитвой, неприемлема для православного верующего.

Еще плохо то, что возникает азарт. Азарт клиширует сознание. Все остальные люди для игрока или перестают существовать, или сводятся к одной какой-то своей функции. В пылу азарта человек несвободен. А то, что делает человека несвободным, осуждается православной традицией. Игрока "плющит" страсть. Одномерность человеческой страсти приводит к "расчеловечиванию", примитивизации человеческой жизни. В состоянии азарта чаще всего мысли о Всевышнем не будет места, а если эта мысль появится, то Господь будет восприниматься просто как генератор вожделенного материального блага, только и всего. То есть это какая-то языческая молитва, в которой нет места покаянию, благодарению, переживанию Божественного спасения. Словно призыв к языческому идолу: "Дай мне большое стадо, иначе я тебя вечером не покормлю!" Чисто языческое, эксплуатационное отношение к Богу. И, наконец, игромания, зависимость от игрового аппарата, от рулетки – это начало деструкции психики, семейной, трудовой, социальной жизни человека. И церковной, конечно, тоже.

Те или иные игры, в том числе игра в зернь (древнерусская разновидность игры в кости. – "НГР"), осуждались в некоторых средневековых русских требниках. На Руси в отличие от Византии бывали негативные суждения наших церковных юристов в XVI веке даже о шахматах. Но без подробной аргументации.

Священник Игорь Ковалевский, генеральный секретарь Конференции католических епископов России

Основной из всех добродетелей считается благоразумие. Оно способствует развитию другой добродетели – умеренности. Отношение человека ко всем земным благам, в том числе предметам роскоши, должно руководствоваться благоразумием и умеренностью. В этом контексте надо смотреть на проблему азартных игр. Они могут стать для человека проблемой, даже манией. Это уже не только серьезная моральная, но и психологическая проблема, для которой необходима терапия.

В Католической Церкви нет формального запрета на азартные игры. Она лишь призывает верующих руководствоваться добродетелями благоразумия и умеренности. Злоупотребление азартными играми, так же, например, как алкоголем, может привести к греху.

Никаких дисциплинарных канонических взысканий в отношении верующего и даже священнослужителя у нас нет. Но это дает основания усомниться в благоразумии и ответственности человека.

Частные мнения отцов Церкви по тем или иным вопросам, связанным с увеселениями, неоднократно высказывались. Некоторые возражали даже против посещения театра. Но это частные мнения, которые необходимо рассматривать в контексте той или иной культуры. В Средние века свой отпечаток могла вносить светская культура, но Церковь руководствуется той установкой, что материальные ценности цивилизации являются благом, а зло возникает, когда человек ими неправильно пользуется.

Юрий Сипко, председатель Российского союза евангельских христиан-баптистов

В протестантизме нет запрета на азартные игры, но существуют духовные законы, в которых эта деятельность рассматривается как недостойная христианина. Игровые заведения, казино, где развиваются низменные страсти, – недопустимые проявления в духовном мире как баптистов, так и протестантов в целом. Христос показывает нам образ настоящего, совершенного человека. И в этом образе нет места страстям, подобным игровой страсти. Что касается "праведного" и "неправедного" богатства... Описывая деяния Иоанна Крестителя, Евангелие так говорит об этом: "И спрашивал его народ: "Что же нам делать?" Он сказал им в ответ: "У кого две одежды, тот дай неимущему, и у кого есть пища, делай то же" (Лук. 3:10,11).

В Евангелии нет запретов, подобных тем, какие мы встречаем в Ветхом Завете. Это не инструкция на все случаи. Это высокий стандарт жизни, который представлен нам в образе Христа. Апостол Павел говорил: "Мне все позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною" (1Кор. 6:12). А евангельское учение еще более категорично: "И, подозвав народ с учениками Своими, сказал им: "Кто хочет идти за Мной, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за мной" (Мк. 8:34). Можете вы представить себе, что человек, отвергнувший себя, живет в самодовольстве, развлекаясь, предаваясь азартным играм? В отвергнувшем себя человеке, идущем за Христом, исчезают страсти плоти.

Игровой бизнес нельзя назвать незаконным обогащением, потому что в игровые заведения люди приходят добровольно. Но что лежит в корне всего этого? Страсть к обогащению. В игровом бизнесе несут ущерб обе стороны – и организаторы, и посетители этих заведений, и выигравшие, и проигравшие. Ущерб от этого один – духовный.

Санжей-лама, представитель традиционной буддийской сангхи в Москве

Буддизм относится к азартным играм негативно. Главное тут, наверное, – возникающая зависимость, как и при алкоголизме. Но в канонах буддизма ничего не сказано о наказании увлекающемуся игрой, видимо, в те времена ничего такого не было.

Раввин Исроэль Зельман

В иудейском законе существует два подхода к проблеме азартных игр. Они описаны в трактате "Сангедрин" Вавилонского Талмуда. Согласно первому подходу, азартные игры запрещены, потому что это неправильный способ перехода денег из рук в руки. Правильный способ – это тогда, когда покупатель четко знает, что он приобретает, знает точную цену и добровольно платит. Тут ситуация иная. Человек не хочет расставаться со своими деньгами, наоборот, он надеется свои деньги приумножить, хотя, конечно, понимает риск, но отгоняет от себя тревожные мысли. Если человек проигрывает, получается, что у него эти деньги забирают не вполне по доброй воле. Эта ситуация не аналогична честной операции купли-продажи. Здесь есть элемент принуждения. Согласно этому талмудическому мнению, азартные игры запрещены как некий вид грабежа. Рассчитывая на низменные инстинкты человека, его как бы грабят.

Согласно другому подходу, человек знает, что он в результате игры может потерять деньги. Игрок может как проиграть, так и выиграть. Он платит за удовольствие, за развлечение. Так что на грабеж это не похоже. Но деятельность по организации азартных игр все равно неправильна. Профессиональный игрок считается неподходящим для свидетельства в раввинском суде. Его свидетельство изначально не считается правдой. Почему? Талмуд дословно говорит об этом так: этот человек "не заселяет мир", то есть не занимается общественно полезным трудом, не помогает строить мир вокруг себя.

Что касается людей, которые только посещают игровые заведения, то, согласно первому мнению, таким образом они включаются в несправедливое действие. Они выполняют роль пособников грабителей. Те религиозные правоведы, которые придерживаются этого мнения, считают, что даже единожды нельзя переступать порог места, где играют в азартные игры. В частности, духовный лидер сефардов (евреев – выходцев из стран Ближнего Востока) раввин Овадья Йосеф запрещает своим последователям не только посещать казино, но даже играть в лотерею. Другое талмудическое мнение формально не запрещает еврею периодически, не увлекаясь этим, посещать игровые заведения. Этого мнения в наше время придерживаются некоторые авторитетные раввины из общины ашкеназов (выходцев из Европы). В Лас-Вегасе и других подобных местах можно увидеть религиозного еврея, пришедшего развлечься. В то же время в Израиле казино запрещены.

Конечно, с точки зрения морали все мнения сходятся на том, что игра, как правило, разжигает в человеке низменные инстинкты.

В самом тексте Торы нет запрета на азартные игры. Этот вопрос рассматривается Устной Традицией иудаизма, которая передается от учителя к ученику на протяжении веков. Записанное в Торе часто предполагает однозначное понимание (нет разных мнений о том, что нельзя есть свинину или зажигать огонь в субботу), а вот в Устной Традиции возможно разнообразие мнений, что мы и видим в данном случае. Из всего разнообразия мнений иудеи той или иной богословской традиции выбирают ту точку зрения, которая им представляется наиболее актуальной, подходящей к конкретным жизненным обстоятельствам того или иного исторического периода.

В некоторых еврейских общинах есть обычай играть в праздник Хануки в карты, конечно, не на деньги, но многие раввины этот обычай все равно осуждают. Пожалуй, единственная игра, которая не только не порицается, но даже поощряется некоторыми великими еврейскими богословами, – шахматы, поскольку она развивает интеллектуальные способности человека.

Абдулла Техраниния, преподаватель исламского права Мусульманской духовной академии в городе Кум (Иран)

Священный Коран запрещает азартные игры: "Воистину, опьяняющие напитки, азартные игры, каменные жертвенники (или идолы) и гадальные стрелы являются скверной из деяний сатаны. Сторонитесь же ее, и, быть может, вы преуспеете. Воистину, сатана при помощи опьяняющих напитков и азартных игр хочет посеять между вами вражду и ненависть и отвратить вас от поминания Аллаха и намаза. Неужели вы не прекратите?" (сура "Скатерть", аяты 90–91). Азартные игры в этих аятах приравниваются к идолопоклонству. Они становятся причиной ненависти, враждебности и конфликтов между людьми. Проигравший испытывает ненависть по отношению к выигравшему. Одновременно выигрыш побуждает игрока и дальше идти по пути неправедного обогащения. Все это разрушает взаимопонимание между людьми. В результате игры становятся заклятыми врагами даже друзья. Дело может дойти к тому же до убийства. С игрой часто бывают связаны и проблемы в семейной жизни увлеченного азартом человека.

В пылу азарта игрок забывает обо всем, даже о Создателе. А ведь поминание Всевышнего – один из столпов ислама. "Они уверовали, и их сердца утешаются поминанием Аллаха" (сура "Гром", аят 28).

С точки зрения исламского права азартные игры всякого рода запрещены. Правоведы шиитов и суннитов единодушны в этом, о чем свидетельствует шиитский богослов XIX века Шейх Ансари в своей книге "Мисбах аль-Фукаха" ("Свет правоведов"). В другом богословском сочинении, "Мефтах аль-Карама" ("Ключ к величию"), к числу греховных деяний относятся обучение азартным играм, помощь кому-либо в игре, покупка и продажа предметов, связанных с игрой, и даже просто посещение игровых заведений. Авторы этой книги советуют даже не здороваться с тем, кто был уличен в пристрастии к азартным играм.

В исламской традиции игра приравнивается к обману, к нечестному предпринимательству. Коран отрицает такой путь обогащения: "О те, которые уверовали! Не пожирайте своего имущества между собой незаконно, а только путем торговли по обоюдному вашему согласию" (сура "Женщины", аят 29).

Наконец, предаваться азартным играм предосудительно еще и потому, что это занятие – праздное, не приносящее никакой пользы. Оно становится преградой для развития человека, наносит как духовный, так и материальный ущерб. Коран предписывает "отворачиваться от всего праздного" (сура "Верующие", аят 3).