Архимандрит Тихон (Шевкунов): "Идея коллаборационизма – угроза России"

На минувшей неделе Синод Русской православной церкви за рубежом (РПЦЗ) объявил перешедшего на сторону Гитлера генерала Андрея Власова патриотом России. Обозреватель "Известий" беседует об этом неприятно поразившем российское общество событии с наместником московского Сретенского монастыря архимандритом Тихоном (Шевкуновым). Так кем же на самом деле был Власов и для чего в сознание общества пытаются внедрить новый миф?

Кто открыл ящик Пандоры?

– Отец Тихон, надо признаться, заявление Синода РПЦЗ вызвало настоящий шок.

– Когда-то Зарубежная церковь открывала для многих из нас судьбы последнего русского императора и его семьи, новомучеников, деятелей белого движения. А теперь Зарубежная церковь предлагает нам другую фигуру – генерала Власова... С одной стороны, это неожиданно. С другой – предполагалось, что рано или поздно такая дискуссия возникнет. Ведь часть людей, составляющих ныне Зарубежную церковь, – потомки солдат и офицеров власовской армии.

Когда в процессе подготовки к воссоединению с РПЦЗ мы проводили наши собеседования, было принято молчаливое соглашение этот вопрос не поднимать. Слишком по-разному мы на него смотрели. Ведь речь шла порой ни больше ни меньше как о наших отцах и дедах, сражавшихся по разные стороны фронта...

– Кстати, поводом для выступления Синода РПЦЗ стал выход книги протоиерея Георгия Митрофанова, завкафедрой церковно-исторических дисциплин Санкт-Петербургской духовной академии, которая так и называется "Запретные темы истории ХХ века". В этой книге автор реабилитирует и героизирует Власова.

– Применительно к этой книге слова "запретные темы" все же большая натяжка и являются скорее рекламным приемом. Темы, поднятые автором, в том числе и власовская, открыто и с самых разных позиций обсуждаются в России уже более 20 лет. Для того чтобы убедиться в этом, достаточно заглянуть в интернет. Говоря о "запретных темах", я имею в виду другое. Это как в большой и непросто прожившей долгие годы семье: есть темы, проблемы, которые человек любящий и чуткий никогда не поднимет. Мне представлялось, что к подобным темам в процессе общения между нами и потомками власовцев еще немалое время должна относиться и эта проблема. Но теперь я вижу, что ошибался. После последних событий и более чем настойчивого акцентирования этого вопроса (как известно, на заседании Синода было принято и опубликовано в печати целых два документа, посвященных вышедшей книге и Власову) воздержаться от обозначения своей позиции уже невозможно. Тем более что у нас в России в последние дни люди даже на улицах подходят с вопросом: "Батюшка, объясните, как же так? Ведь Власов – изменник! Или теперь он не предатель?".

– В послании РПЦЗ об этом говорится: "Нас огорчила бросающаяся ожесточенность спора, немирный и беспокойный дух, который явили некоторые из противников названной книги". Цель Синода – укротить страсти?

– Цель прекрасна. Но что было сделано для уврачевания "ожесточенности", для исцеления "немирного и беспокойного духа"? Были написаны два упомянутых документа. Но стоит заглянуть в газеты прошедшей недели или в интернет, прочесть яростные споры, возмущение и негодование многих, увидеть горькое и нескрываемое разочарование в русском зарубежье, даже услышать или прочесть последнюю крайность – проклятия, чтобы понять: уврачевания не получилось.

– "Трагедия тех, кого принято именовать власовцами", т.е. участников движения, на основе которого возникла РОА, поистине велика", – еще одна строка из послания Синода РПЦЗ. Уместно ли говорить тут о трагедии?

– Несомненно, за выступлением зарубежного Синода стоит множество человеческих трагедий, в том числе и судьбы людей, преданных и брошенных во вражеском плену. И с этим невозможно не согласиться. Но если бы здесь была поставлена точка! К сожалению, сегодня происходит другое: настойчивый призыв признать выбор Власова единственно правильным, а его самого – по сути настоящим героем прошедшей войны. Более того, признать его героем грядущей России. А коллаборационизм не только возможным, но и единственно правильным путем служения России. Соответственно всех остальных людей, имеющих дерзость быть не согласными с такой позицией, – погибших на фронтах, трудившихся в тылу, умерших после войны и ныне живущих – ни больше ни меньше как подлецами и предателями. Об этом прямо говорит продекларированное кредо автора упомянутой книги, которая вновь вызвала перед нами дух генерала Власова: "Наше общество состоит из людей, в подавляющем большинстве живших во лжи, служивших злу и сейчас упорно делающих вид, что вся их жизнь прошла в служении правде. Они "служили России" – называлась ли она Советским Союзом, называется ли она Российской Федерацией, – а на самом деле эти люди, неспособные вот так честно и последовательно, как генерал Власов и его сподвижники, перечеркнуть свою прошлую жизнь, служили не России и служат не России, а служат только себе". Слава Богу, подчеркну, эта крайность совершенно не является позицией Зарубежной церкви.

"Единожды предавший"

– В документе зарубежного Синода говорится: "На вопрос: "Были ли генерал А.А. Власов и его сподвижники предателями России?" – мы отвечаем, нет, нимало. Все, что было ими предпринято, делалось именно для Отечества, в надежде на то, что поражение большевизма приведет к воссозданию мощной национальной России. Германия рассматривалась власовцами исключительно как союзник в борьбе с большевизмом, но они, власовцы, готовы были при необходимости противостоять вооруженной силой какой бы то ни было колонизации или расчленению нашей Родины". Они действительно собирались противостоять рейху?

– Это миф, сказка, которые были нужны Власову для двух целей – элементарного выживания и оправдания в себя в своих собственных глазах, а также в глазах сподвижников и их потомков. Этот миф и сегодня частью зарубежья искренне принимается за истину. Но от того мифом он быть не перестает. Хотя бы просто потому, что ни о какой "вооруженной силе" власовцев в противостоянии немцам не могло быть и речи. Громадным, многомиллионным армиям Советского Союза, армиям США, Великобритании, Франции, вооруженным новейшей по тем временам техникой, понадобилось 6(!) лет, чтобы разгромить гигантскую военную машину рейха. Дивизии же Власова даже в лучшее для них время состояли из нескольких десятков тысяч человек. Власов был армейским генералом и понимал суть этой сказки лучше, чем кто бы то ни было.

У него было еще несколько сказок для русских людей. 27 декабря 1942 года в Смоленске он заявил: "Германия не посягает на жизненное пространство русского народа и его национально-политическую свободу". А вот документ из недр министерства Альфреда Розенберга, датированный тем же 1942 годом: "Речь идет не только о разгроме государства с центром в Москве. Дело заключается скорее всего в том, чтобы разгромить русских как народ... с биологической, в особенности расово-биологической точки зрения..." Апологеты утверждают, будто Власов не догадывался об этом. Его современник, выдающийся писатель и мыслитель русской эмиграции Иван Солоневич, который не имел ни информации, доступной Власову, ни общения с гитлеровской верхушкой, понял другое. Он пишет: "Мы, русские люди, жившие в эти годы в Германии, видели и знали, что дело идет об уничтожении России и русского народа". Для тех, кто не обманывался и не обманывал, иллюзий не было. Поэтому когда другому генерал-лейтенанту, Антону Ивановичу Деникину, предложили участвовать в движении, он ответил, что служил и служит только России, а иностранному государству не служил и служить не будет.

Справедливости ради, надо сказать, что немецкое командование не вполне доверяло Власову, и в первую очередь потому, что они прекрасно сознавали: единожды предавший предаст вновь. Так, кстати, и получилось. Власов, которого нам предлагают сегодня как образец для подражания, предавал далеко не единожды. Он изменил военной присяге и перешел на сторону противника, спасая жизнь в немецком плену. Через три года он, "несгибаемый боец с большевизмом", предал своих новых хозяев: в апреле 1945 года он услужливо телеграфировал в штаб нашего 1-го Украинского фронта: "Могу ударить в тыл пражской группировке немцев. Условие – прощение мне и моим людям". Одновременно с этим он, обличитель, по его словам, второго после большевизма врага свободной России – "англо-американского капитализма", посылает своих генералов Малышкина и Жиленкова в штаб 7-й американской армии вести переговоры о капитуляции. Наконец, на следствии и на суде он предает все свои новые убеждения, а заодно и обманутых им соратников: "Содеянные мной преступления велики, и ожидаю за них суровую кару. Первое грехопадение – сдача в плен. Но я не только полностью раскаялся, правда поздно, но на суде и следствии старался как можно яснее выявить всю шайку". Это из его последнего слова на суде. Самое же страшное историческое предательство – участие в войне на стороне тогдашнего врага своего Отечества и вовлечение соотечественников в братоубийство, какими бы красивыми идеями это ни обставлялась. Все это во все времена было тяжким грехом и по человеческим, и по Божественным законам.

– В обращении Синода РПЦЗ: "Имя православного христианина Андрея Власова вызывает ненависть при неведении исторической реальности в силу тоталитарно-богоборческой пропаганды, целенаправленной исторической фальсификации". Власов был православным христианином?

– Мне много довелось общаться с человеком, на которого обычно ссылаются, доказывая православие Власова. Это протопресвитер Александр Киселев. В Будущее России Власов (слева) и его соратник Жиленков обсуждали с оберфюрером СС Крюгером (второй справа) и рейхсминистром Геббельсом (справа)тяжелейшие годы войны он чем мог помогал нашим пленным в немецких лагерях. Встречался он и с Власовым, даже написал книгу о нем. Будучи абсолютно правдивым человеком, отец Александр, несмотря на огромное желание представить Власова в самом лучшем свете, все же в итоге ограничивается следующей констатацией: "Я далек от желания приукрашивать облик ген. Власова или кого-либо из его окружения. Если нельзя многим из них приписывать глубокую церковность, то нельзя и отрицать, что в большинстве случаев это были люди, благожелательно относящиеся к Церкви". Вот и все. Как-то в 1993 году я спросил отца Александра Киселева, которого некоторые называли духовником РОА, о самом главном, что является критерием того, ощущает ли человек себя православным или нет: "Отец Александр, скажите, Власов исповедовался, причащался?". Отец Александр ответил печально и коротко: "Мне об этом ничего неизвестно". То же засвидетельствовал внук отца Александра Киселева, священник Петр Холодный. Только на этот же вопрос отец Александр ответил ему более четко и определенно: "Нет, Власов не исповедовался и не причащался". Человека, который имел все возможности приступать к таинствам православной церкви, но сознательно не делал этого, я бы побоялся назвать православным христианином.

"Настоящее оружие"

– Ну а просто патриотом, порядочным человеком, хотя и со сложной судьбой, мы можем его назвать?

– Вот что пишет о генерале Власове и его соратниках человек, которому я всецело доверяю, упомянутый уже замечательный русский мыслитель Иван Лукьянович Солоневич: "Мне приходилось разговаривать с чекистами и коммунистами, с нацистами и гестаповцами – когда между нами не было ничего, кроме бутылки водки, иногда и нескольких. На своем веку я видывал всякие вещи. Ничего более отвратительного, чем "головка" власовской армии, я до сих пор не видал".

Давайте задумаемся: в России за последние десятилетия произошла огромная переоценка ценностей. С покаянием признан подвиг царской семьи и святых новомучеников, поняты мотивы Белой армии, даже ее самых жестоких представителей. Поставлены памятники, прах тех, кого считали врагами, торжественно, с воинскими почестями перенесен в Россию. Их могилы стали местом паломничества. Ильин, Деникин, Каппель. Но с Власовым этого не произошло. И, к примеру, с другим, совершенно, казалось бы, иным персонажем, – Павликом Морозовым тоже. Причина одна: то, что их объединяет – предательство, – принять невозможно. По-христиански простить – да! Но, по моему убеждению, право человеческого прощения в данной ситуации принадлежит только тем, кто пережил все это, кто был участником или современником этой войны. А нам, зрителям, а не участникам этой главы истории дано лишь от всего сердца посочувствовать трагической судьбе этих наших несчастных соотечественников. Но примером и героями их делать невозможно.

В документе Синода есть удивительное место, лично меня просто поразившее: "Возможно ли было в условиях, в которых пришлось действовать ген. А.А. Власову и власовцам, поступать иначе?". Имеются в виду нечеловеческие условия плена и выбор спасения жизни ценой измены присяге. В России, во всяком случае для людей, воспитанных в мое время (а время это было то самое советское, которое, как нам объясняют, надлежит во всех его проявлениях проклинать и публично стыдиться), – так вот в России ответить на этот вопрос, думаю, пока еще может любой школьник. Просто назвав имена генерала Карбышева, Зои Космодемьянской.

– Отец Тихон, но ведь Власова назвали героем не отдельные священники. Это даже не частное мнение одного или нескольких иерархов, но решение Синода Зарубежной церкви. Той Церкви, воссоединению с которой вся Россия радовалась два года назад. Как теперь людям жить с этим?

– Просто надо это пережить. И понять, что тема, на которую нам приходится сегодня вести разговор, для многих в зарубежье – неизлеченная, да и не могущая излечиться личная боль за близких и родных, участвовавших в этом движении. А что касается воссоединения, глубоко убежден – то, что произошло два года назад, было абсолютно правильным. И действительно, радовалась вся Россия. А всенародных радостей у нас сегодня не так уж много. Я также глубоко убежден, что иерархия РПЦЗ, вся Зарубежная церковь искренне стремятся к благу России. И что самое главное – они способны признавать свои ошибки. В этом их огромная нравственная, христианская и человеческая сила. Но живут они в несколько другом мире. Если бы они понимали наши реалии, то никогда не причинили бы нам такую боль.

Идея коллаборационизма, психология коллаборационизма – не просто исторический спор, а одна из самых серьезных опасностей, вольно или невольно нагнетаемая в сегодняшней России. Некоторые исторические фигуры, даже давно отошедшие в мир иной, становятся настоящим оружием, обладающим гигантской разрушительной силой, потому что оружие это направлено на слом традиционной духовной идентичности: зло пытается предстать добром, предательство – героизмом, а истинный героизм представляют как неразвитость, отсталость и даже грех. Это сфера той духовной брани, на которую не наложишь мораториев, которая не ограничена никакими договорами. Но пока дети в России, угадывая имя героя войны, будут называть генерала Карбышева, а не генерала Власова, у нашей страны есть будущее.