Интервью со старшим научным сотрудником кафедры философии религии и религиоведения МГУ им. М.В. Ломоносова Костылевым П.Н.

В своем интервью порталу "Богослов.Ru" главный редактор журнала "Религиоведческие исследования" Костылев П.Н. размышляет по поводу перспектив развития религиоведческих наук в современной России, а также делится планами развития возглавляемого им издания.

Барицкий С.: Павел Николаевич, расскажите об истории создания журнала.

Костылев П.Н.: Идея журнала возникла у меня и моих коллег в начале 2006 г. – почти три с половиной года назад. Для нас это плод активной трехлетней работы. Это наш первый опыт издания периодики, и поэтому с множеством проблем мы столкнулись впервые.

В первом выпуске нам удалось опубликовать два перевода из одной из наиболее знаменательных антологий нашего времени – "New Approaches to the Study of Religion", которое издает издательство Walter de Gruyter. В обмен на рекламу (в конце журнала) нам было официально разрешено публиковать переводы статей из этого наиболее интересного религиоведческого сборника последних лет. Также по личной договоренности с почетным профессором Марбургского и других германских университетов Куртом Рудольфом мы смогли в одном случае перевести, а в другом поспособствовать изданию уже имеющихся переводов двух его статей: одна по истории религиоведения в Лейпциге, другая по коптско-мандейским параллелям, теме очень сложной, но весьма интересной. В начале журнала у нас есть три оригинальные статьи российских авторов на темы, непосредственно связанные с темой номера "Современное религиоведение".

Барицкий С.: А почему так долго осуществлялся этот проект – три с лишним года?

Костылев П.Н.: Сначала возникли проблемы с портфелем, потому что статей было больше, чем нужно, и некоторые из них мы в журнал не поместили. У нас сразу была достаточно высокая планка, хотя и не было ориентации на академический статус авторов, хотя странным образом в среднем академический статус некоторых авторов первого выпуска весьма высок.

Барицкий С.: Некоторые авторы обозначены как "независимые исследователи". Поясните, что это значит.

Костылев П.Н.: Некоторые наши авторы, будучи религиоведами по образованию, в настоящее время не связаны с религиоведением, поэтому, чтобы обозначить их как-то, мы избрали такую форму. К тому же в современной российской науке часто недооценивается значимость таких вот "независимых исследователей", которые не обладают официальным академическим статусом, что, в общем-то, не мешает им быть выпускниками религиоведческих кафедр, или людьми, которые самообразовываются и вполне достойно занимаются наукой. Это ведь тоже некоторая иллюзия, что настоящий хороший ученый обязательно должен работать в хорошем университете или Академии наук.

Барицкий С.: В Предисловии номера главная задача проекта обозначается как преодоление пропасти между российским и зарубежным религиоведением, а какова общая цель журнала?

Костылев П.Н.: Создание в России профессиональной среды религиоведов, в чем мы отчасти сходимся с целями и Московского религиоведческого общества.

Барицкий С.: А какая связь проекта "Религиоведческие исследования" с МРО?

Костылев П.Н.: В своем большинстве мы выросли из Московского университета. Но в институциональном отношении связи нет никакой, мы независимы друг от друга. Однако мы печатаемся у них, а они у нас. В этом выпуске и в будущем выпуске есть и, я полагаю, будут публикации членов МРО. То есть мы сотрудничаем.

Барицкий С.: Таким образом, это и есть проявление той самой цели вашей работы, о которой Вы говорили – единое религиоведческое пространство в России.

Костылев П.Н.: Совершенно верно. На следующий учебный год мы наметили несколько мероприятий, которые может проводить наш журнал. Я только что приехал с проходившей в Волгоградской области международной летней религиоведческой школы "Современная философия религии", одним из инициаторов появления которой был наш журнал. Там, кстати, журнал был впервые и представлен. Был весьма представительный состав, было прочитано 14 лекций разными специалистами из разных стран, сделано 7 докладов. Общее количество участников более 25 человек. Это был весьма интересный проект. До выхода первого номера журнал выступал соорганизатором конференции "Религиоведение на постсоветском пространстве", которая в конце февраля этого года прошла в Минске. Туда съехались религиоведы из Украины, России, Польши. В общем, редакционной коллегией ведется определенная работа, непосредственно связанная не с изданием журнала, но с общей научной жизнью.

Барицкий С.: Как часто вы собираетесь издавать журнал?

Костылев П.Н.: Пока мы планируем издавать два номера в год, но поскольку это вопрос в том числе и финансовый, то это, конечно, вопрос открытый.

Барицкий С.: Определено ли содержание будущего журнала?

Костылев П.Н.: Да. Следующий номер журнала будет посвящен истории религии в таких ее темах, как "Теоретические проблемы истории религии" и "Неизвестные страницы истории религии". Он также будет сдвоенным, то есть формально это будет номер ¾, и мы надеемся, что он выйдет этой зимой.

Барицкий С.: Какие "белые пятна" в истории религии будут освещены в номере?

Костылев П.Н.: Я предполагаю, что это будут истории тех религиозных движений, которые не получили достаточного освещения в современном российском религиоведении. Это может быть суфизм или джайнизм, может быть, это будут вопросы, связанные со средневековой религиозностью. В том числе мы планируем перевод ряда теоретических работ западных исследователей, связанных с методологией истории религии и ее теоретическими проблемами.

Барицкий С.: Вернемся к уже вышедшему сборнику. На Ваш взгляд, какие наиболее удачные статьи можно отметить и почему?

Костылев П.Н.: Лично мне больше всего нравится теоретический раздел, который собственно посвящен теме номера, поскольку теоретические проблемы современного религиоведения – это то, что меня чрезвычайно занимает. Но у других членов редакционной коллегии есть, конечно, свои предпочтения, которые они отчасти и отобразили в содержании.

Барицкий С.: Среди разделов, представленных в номере, у меня вызвали интерес два, а именно "Конференция" и "Дискуссия". Расскажите о них подробней, что они из себя представляют?

Костылев П.Н.: В российском научном сообществе регулярно происходят те или иные мероприятия, которые заслуживают не только внимания и участия, но также и освещения. Действительно, когда после проведения какой-то конференции по ней выпускается сборник для авторов тиражом 50-100 экземпляров, то об этой конференции никто никогда не узнает. Она останется только таким рассыпающимся следом, меркнущим в потоке научной жизни. Как нам кажется, некоторые научные мероприятия заслуживают того, чтобы на основе их результатов были подготовлены нормальные статьи в научно-периодические издания, в наш ли журнал или в какой иной. Время сборников и, может быть, даже малотиражных монографий постепенно проходит. Если мы посмотрим на сердцевину научной жизни на Западе, то мы увидим, что это – научная периодика. У нас же, к сожалению, пока что считается, что главное для ученого – это издать книгу, а уж прочитает ее кто-нибудь или нет – дело десятое. С этим же связано потрясающее отсутствие в большинстве российской научной периодики нормальных по объему хотя бы разделов рецензий. Этот недостаток мы также хотели преодолеть, не в последнюю очередь ориентируясь на такое замечательное в плане рецензирования издание как "Вестник ПСТГУ". Там, действительно, очень хорошо сделан раздел рецензий, и мы надеемся, что и у нас он сделан не хуже, в этом же стиле.

Если говорить о разделе "Дискуссии", то мы планируем размещать здесь действительно дискуссионные темы, причем один из авторов будет защищать определенный тезис или позицию, а кто-то другой – справедливо сомневаться в этом. Наука не существует не только без научных мероприятий, но и без научных дискуссий, когда все, слушая всех, кивают и улыбаются, внутри сохраняя самое разное отношение к научному результату того или иного ученого, это не приводит нас к развитию науки, но приводит к стагнации, когда кто угодно выпускает что угодно, и никто на это никак не реагирует. Мы полагаем, что раздел "Рецензии" и раздел "Дискуссии" призваны изменить это положение вещей или хотя бы представить немного иную позицию по какому-либо вопросу.

Барицкий С.: Будут ли дополнительные разделы в следующем журнале?

Костылев П.Н.: Мы думали о введении раздела, связанного с интервью, но будет этот раздел или нет, покажет время. Сейчас я не могу сказать ничего определенного. Однако в целом структура журнала представляется мне вполне оправданной.

Одной из интересных мне представляется рубрика "Портрет ученого", которая в каждом номере журнала будет, судя по всему, посвящена религиоведам, чья активная деятельность протекала во второй половине XX – начале нашего столетия. Это не совсем историческая рубрика, а рубрика, которая, скорее, посвящена выявлению новых классиков, тому, что актуально на Западе сегодня, тому, что интересно, и тому, о чем вы вряд ли найдете какие-то серьезные материалы в других русскоязычных изданиях. Это вполне находится в рамках нашей программы по открытию Запада Россией, если угодно. В рубрике планируются небольшие вводные статьи к каждой персоналии с указанием некоторых их текстов. Планируется 2-3 материала в каждом номере, которые будут посвящены портрету ученого.