Православие в стране викингов

Православие в стране викингов

Беседа с протоиереем Владимиром Александровым, настоятелем Сергиевского прихода Московского Патриархата в Стокгольме

– Отец Владимир, расскажите, пожалуйста, об истории Православия в Швеции и об истории Сергиевского прихода в Стокгольме. Насколько мне известно, православная традиция в Швеции насчитывает не одно столетие.

– Исторически Православие в Швеции появилось давно, наверное, уже более тысячи лет тому назад, когда начались первые контакты между новгородскими купцами и шведскими торговыми людьми через "Средиземное море Европы" – Балтику. До сих пор в маленьком городке неподалеку от Стокгольма, в Сигтуне, можно увидеть развалины церкви святителя Николая, основанной русскими купцами.

С течением времени Швеция попала в орбиту Римского престола, и здесь воцарилось Католичество. В 1523 году на трон шведского государства взошел Густав Васа. Страна находилась в руинах после длительной войны с датчанами, естественно, что нужно было пополнять государственную казну, и очень "удачно" пришла Реформация. Густав Васа реквизировал имения католической Церкви и, подобно нашему царю Иоанну IV Грозному, железной рукой выжег Католичество так, что первый католический епископ появился в Швеции лишь после Второй мировой войны.

Швеция сделалась лютеранской страной, но контакты с Россией продолжались. И в 1617 году, согласно Столбовскому мирному договору, в Стокгольме было дозволено русским людям "по своей вере молитвенный амбар иметь". Таким образом, официальная дата основания русской церкви в Стокгольме – 1617 год.

Думаю, трагическую русскую историю XX века, когда после известных событий 1917 года многие русские люди оказалась в эмиграции, прекрасно знают все. В 1929 году уже стало ясно, что большевики пришли основательно и надолго, и часть русской эмигрантской Церкви получила автокефалию, а большинство западноевропейских приходов (в том числе и приход в Стокгольме) перешли под юрисдикцию Константинопольского патриарха. В те годы приход возглавлял отец Петр Румянцев, его преемником стал священник, впоследствии епископ Стефан (Тимченко). В 1979 году епископ Стефан скончался, и часть прихода, пожелав русского священника (назначен был другой, швед), организовала общество преподобного Сергия. Именно оно со временем и стало Сергиевским приходом Московского Патриархата. Наш приход принят в юрисдикцию Москвы в 1996 году, так что нам, с одной стороны, 13 лет, а с другой – почти 400, и мы имеем преемственность от той самой церкви XVII века.

– XVII века! Наверное, это одна из первых русских церквей в Западной Европе?

– Не одна из первых, а первая православная церковь за пределами нашей страны. Долгое время, наверное до войны 1789 года, она была посольской церковью, ориентированной на сотрудников посольства.

– И имела закрытый характер?

– Да, достаточно закрытый. Кроме того, до 2000 года лютеранская Церковь в Швеции была Церковью государственной. Человек, родившийся на территории Швеции, автоматически становился ее членом, платил специальный церковный налог (и до сих пор некоторые платят), поэтому русская церковь оставалась церковью для чужеземцев.

– Я знаю, что на сегодняшний день среди ваших прихожан довольно много шведов. Когда общественные устои стали ломаться, начался отход шведов от лютеранства, переход некоторых из них в Православие?

– В 1974 году отец Христофор Классон стал первым шведским священником. После него появились другие весьма достойные священники. Реально шведское Православие начало активно развиваться в последние десять лет во многом из-за того, что шведская лютеранская Церковь проявила безграничный либерализм. Я уже не говорю о женском священстве, считающемся "нормой"! В конце 1995 года шведская лютеранская Церковь приняла решение о благословении однополых браков, что недопустимо ни с какой точки зрения. И вот тогда наиболее здравомыслящие шведы стали задумываться: где же они находятся? В результате некоторые перешли в Православную Церковь.

Есть замечательный игумен, швед, настоятель единственного в Швеции монастыря, отец Дорофей. Он из священнической лютеранской семьи. Его дед, отец, брат – все лютеранские пасторы. И вот он рассказывал, что когда начал изучать богословие, то увидел, что лютеранство ведет свою историю с XVI века, а Православие с первых веков, после чего перешел в Православную Церковь.

– Наверное, существуют разные пути прихода шведов к Православию: у кого-то после духовных поисков, у кого-то как результат смешанного брака.

– Шведы в последнее время – религиозно индифферентная нация. Проводились исследования, по результатам которых шведы по религиозности занимают одно из последних мест в Европе. Среднестатистический швед, как говорят, бывает в церкви два раза в жизни: первый раз – когда его крестят, второй раз – когда отпевают. Конечно, есть те, кто приходят стараниями русских жен или русских мужей. А есть люди, которые действительно чего-то ищут. Для них в Швеции сейчас появилась специальная каноническая структура – Шведское православное благочиние. Она объединяет тех, для кого шведский язык – родной. Мы – русские, греки, сербы – чувствуем себя здесь живущими на чужбине, хотя Швеция нас и принимает, и предоставляет все условия. Для них же Швеция – родной дом. Но возникает масса проблем.

– Какие же?

– В нашем приходе, в приходе Экзархата, в приходе финском и в приходе сербском по субботам служится литургия на шведском языке, причем в четырех приходах – в четырех разных переводах. Нет единого перевода литургии, нет единого текста Священного Писания. Есть перевод 1893 года, 1917-го, 1942-го. Есть абсолютно, по общему мнению, чудовищный перевод "Библия-2000", смысл которого в том, чтобы язык Библии не отличался от языка ежедневных газет. Простой пример: Мария Магдалина в нем зовется Мэгги. Звучит, по меньшей мере, странно! "Когда в товарищах согласья нет, на лад их дело не пойдет". Мы знаем, что, слава Богу, в других странах – во Франции, в Германии – этот вопрос как-то решается. Но шведы – они же викинги, люди немножко упрямые, и если считают, что, по их мнению, именно этот перевод правильный, то так и будут служить.

– Давайте вернемся к разным типам шведов, переходящих в Православие...

– Еще одна категория – это люди, рожденные и воспитанные в православных семьях. На них смотрят с надеждой.

– Как шведское общество, шведская семья смотрят на переходящих в Православие?

– Очень спокойно. Поскольку они люди не очень религиозные, то для светских родителей большой разницы нет, ушел ли их сын к православным, иеговистам или еще к кому-то.

– А чем православный швед отличается от православного русского?

– Тем, что он обращает больше внимания – не побоюсь этого слова – на обрядовую сторону. Вот если надо поститься, то он будет поститься так, как написано в Типиконе.

– То есть национальные особенности влияют?

– Безусловно. Апостол Павел пишет: "К свободе вы призваны". Иногда у наших шведов не хватает этой свободы. Но если требуется исполнять устав, они его точно исполняют.

– Сколько сейчас русских среди ваших прихожан, сколько шведов?

– Мы не ведем официальной регистрации, потому что для официальной регистрации нужно быть зарегистрированным как религиозное объединение. Но в среднем около 150 человек достаточно регулярно, то есть чаще, чем два раза в месяц, посещают богослужения. Из них примерно 60% – русские люди, русские жены, примерно 20% – студенты, дипломаты. А оставшиеся – шведы, их около 25-30 человек. И еще важный момент. Поскольку шведской Православной Церкви не существует, то миряне не имеют четкой юрисдикционной, если можно так выразиться, принадлежности. Сначала они молятся в нашем приходе, потом идут к сербам, потом к грекам.

– Может быть, это даже хорошо?

– Конечно.

– Чему нам можно поучиться у православных шведов?

– Многому. Во-первых, организованности. Во-вторых, вниманию к мелочам, причем это не столько специфика шведского Православия, сколько национального менталитета. Вниманию к ближним: православный швед на литургии обязательно про себя вспомнит своих близких, даже неправославных. Хорошей здоровой любознательности: если швед приходит в Православие, он не ограничивается обрядовой стороной, а обязательно начинает изучать богословие, русский или греческий язык.

С протоиереем Владимиром Александровым беседовала Александра Никифорова,