Ария наблюдательного гостя

В четверг в Путраджайе – новой административной столице Малайзии – открывается саммит Организации Исламская конференция (ОИК). В нем впервые примет участие Владимир Путин, ему предложено выступить в качестве гостя с перспективой превращения России в полноценного официального наблюдателя. Лидеры 57 исламских стран, входящих в ОИК, считают: мусульманский мир подвергается незаслуженным гонениям после трагедии 11 сентября. Цель Путина – через Малайзию попробовать закрепиться в регионе Юго-Восточной Азии.

"Мы даже не ожидали, что такой эффект будет достигнут в столь короткий срок", – говорят высокопоставленные источники "Известий", комментируя приглашение поучаствовать в саммите. О том, что Россия хочет присоединиться к ОИК, Путин громко заявил в начале августа в той же Малайзии. Пока в качестве наблюдателя, с неясной и неартикулированной перспективой постоянного членства. Участие, правда, будет довольно скромным – Путина пригласили на церемонии открытия и закрытия саммита. И тем не менее – "для нас это не протокольное, а политическое решение".

Первое объяснение тому, зачем нужно стремиться к ОИК – скорее формальное. В России, не устают повторять чиновники, живет около 20 млн мусульман. Эксперты ссылаются и на такую статистику: в 1991 году в России было 870 мечетей, сейчас – около 7 тысяч. ОИК же с момента своего создания ставит перед собой одну главную политическую цель – защиту интересов мусульманского мира. Соответственно, 20 миллионов имеют право ощущать себя под этой опекой. Впрочем, в категорию того, от чего надо защищать мусульман, периодически попадает и российское руководство – "при ином развитии ситуации в Чечне нам было бы сложнее попасть на саммит", говорят дипломаты. ОИК, в отличие от многих других международных организаций, направляла наблюдателей на президентские выборы, так что приглашение в Путраджайю официальные лица трактуют как комплимент себе – самая авторитетная мусульманская организация сочла, что в Чечне все не так уж плохо.

Именно количеством российских мусульман Путин аргументировал необходимость контакта с ОИК. Хотя это – лишь повод и условность. К ОИК до сих пор не проявляла официального интереса ни одна страна, в которой мусульманство не является доминирующей религией. В США, например, живет около 10 млн мусульман, значительно больше, чем во многих странах ОИК. Отчего союз между Штатами и Организацией Исламская конференция не становится более возможным – одни туда не стремятся, а вторые в любом случае категорически против. В чем и состоит одна из интриг поездки Путина – главной угрозой для мусульманского мира часть лидеров ОИК считает политику США, о чем заявляет жестко и открыто.

"Мусульмане напуганы и разочарованы, так как часть их стран оккупирована, другая живет в режиме международных санкций, третья в условиях постоянных угроз, четвертая обвиняется в поддержке терроризма", – заявил в Малайзии генсек ОИК Абдельухед Бельказиз. Малайзийский премьер Мохамад Махатхир, фактический лидер ОИК и скорее всего ее будущий генсек, тоже в больших симпатиях к Вашингтону не замечен (эксперты признаются, отчасти именно этим был обусловлен выбор Малайзии в пользу российских Су-35, а не американских истребителей на недавней сделке).

Саммит озаглавили как "Знания и духовность ради прогресса мусульманского мира". Эта встреча для лидеров 57 стран ОИК – первая после терактов 11 сентября, и часть участников пришла к ней с накопленным багажом радикальных предложений, как то: ввести против США нефтяное эмбарго, перевести расчеты между собой из долларов в какую-нибудь другую валюту. Хоть дальше слов эти предложения и не идут, но часть эмоций будет выплеснута на саммите. Путину же придется и исламских лидеров поддержать, и американских наблюдателей (не официальных, но весьма пристальных) лишним словом не обидеть.

Реальный же смысл участия в ОИК, говорят в Кремле, – это "возможность прямой постановки вопросов, которые нас интересуют, и пропаганда того, что мы можем". Вопросы будут ставиться на двухсторонних встречах, которые в иных условиях могли бы перекосить столь тщательно поддерживаемый внешнеполитический баланс, – планируются, например, переговоры с лидером Пакистана Первезом Мушаррафом. А что можем – показывается опять-таки на примере Малайзии. В Москве очень рассчитывают, что примеру Куала-Лумпура, закупившего российских "Су" почти на миллиард долларов, последуют и другие страны региона, и доля антиамериканских настроений оказывается весьма кстати. .

..А статус наблюдателя Россия на этом саммите может и не получить. "Нас пригласили в качестве гостя, гостем и будем", – подчеркивают кремлевские чиновники. Остальное – внутреннее дело ОИК.

К кому стремимся Организация Исламская конференция была создана в 1969 году. Сейчас в нее входят 57 государств, в которых мусульманство является главенствующей религией. В их числе – Саудовская Аравия, Кувейт, ОАЭ, Бруней, Ливия, Палестина. Кроме того, в 90-годы в ОИК вступили шесть стран СНГ – Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркмения и Узбекистан. Наблюдателем в ОИК может быть как страна, так и организация – ООН, например. А стать полноправным членом может любое "мусульманское государство", если сочтет себя таковым и решит следовать целям ОИК. Таким, например, как "поддерживать борьбу палестинского народа, помогать ему в отстаивании своих прав и освобождении его оккупированных территорий".

Должна ли Россия вступить в Организацию Исламская конференция?

Евгений САТАНОВСКИЙ, президент Российского еврейского конгресса: – Проблема в том, что Россия просто не может туда вступить. Мы могли бы быть наблюдателями, и то при благоприятном стечении массы обстоятельств. Только страны исламские по своей природе могут быть членами ОИК. Россию всегда называли православной страной, многоконфессиональной, но мусульманской – такого не было. На территории России удивительно гармонично сосуществуют разные конфессии. Фраза Путина в Малайзии была скорее не столько заявкой на вступление в ОИК, сколько рукой, протянутой к мусульманскому миру. И это оценили.

Дамир-Хазрат ГИЗАТУЛИН, заместитель муфтия: – Мы считаем, что сегодня настал момент, когда необходимо восстанавливать добрые дружеские отношения России с восточным миром. Мы не слепые и видим, что все сейчас стремятся войти в ОИК. Россия не должна быть последней. Вступление России в Организацию Исламская Конференция поможет восстановить баланс, существовавший, но нарушенный за годы перестройки. Россия – великая держава, дружбой с которой дорожит восточный мир. Мусульмане России и духовенство одобряют Владимира Путина во всех его миролюбивых шагах. Я думаю, что надо такие шаги совершать во всех направлениях, не только в сторону мусульманского мира.

Иосиф ЛАСКАВЫЙ, врач-патологоанатом, член Клуба "Известий": – Вопрос неоднозначный. Думаю, надо как следует разобраться, какие именно условия нам ставит эта организация. Вообще я атеист и, казалось бы, мне все религиозные направления одинаково чужды. Но, как показывает практика, из всех фундаменталистов именно исламские – не будем здесь лицемерить – проявили себя самым опасным образом. Так что сначала надо понять, что мы от вступления в эту организацию приобретем и что потеряем, и не возьмем ли мы на себя слишком тяжелые обязательства.

Яков ЭТИНГЕР, доктор исторических наук, политолог, член Клуба "Известий": – Вступление России в Организацию Исламская конференция наверняка укрепило бы ее влияние в исламском мире. Но не надо забывать, что ни одна из крупных западных держав не входит в эту организацию. И трудно сказать, как они воспримут такой шаг России. К тому же в мусульманском мире есть влиятельные политические круги, недружественно настроенные по отношению к России и рассматривающие ее в качестве составной части единого блока Запада против ислама.

Абдул ГУСЕЙНОВ, писатель: – Следовало бы вступить. В России все-таки проживает более 20 миллионов мусульман. Россия должна участвовать обязательно, ведь принимаемые этой организацией решения будут иметь отношение и к мусульманам России. Кроме того, ОИК – это организация прогрессивного крыла мусульман. Это не "Аль-Каида", не реакционные мусульмане. С ними полезно общаться и дружить.

Евгений ВЕСНИК, актер: – Я считаю, что, кроме пользы, от этого ничего не будет. На заседаниях ОИК наш президент будет говорить, что Россия не имеет ничего против ислама и мусульман. Ведь Коран и Библия – это почти одно и то же. В Коране нет ничего про терроризм. Мы должны сказать, что необходимо объединяться против террористов, которые прикрываются исламом. Я считаю, что вступление в ОИК принесет России большую пользу на международной арене.

Дмитрий ТРЕНИН, заместитель директора Московского центра Карнеги: – Вступать в ОИК России не имеет никакого смысла. Это организация, в которую входят мусульманские страны. И хотя в России 20 миллионов мусульман, что составляет приблизительно 7-ю часть населения, Россия мусульманской страной не является. Имеет смысл поддерживать отношения с ОИК, но вступать не нужно. Это было бы странно как со стороны России, так и со стороны самой организации.

15 октября 2003 г.