Историческая память поможет нам сохранить единство. Интервью епископа Зарайского Меркурия журналу "Российская Федерация сегодня"

Одной из новаций начавшегося учебного года в российских школах стало введение преподавания основ религиозной культуры и светской этики (пока, правда, в качестве эксперимента). О том, где и как предполагается проводить этот эксперимент в интервью журналу "Российская Федерация сегодня" рассказал член Совета Минобрнауки России по федеральным государственным образовательным стандартам, председатель Синодального отдела религиозного образования и катехизации епископ Зарайский Меркурий.

– Преподавание основ религиозной культуры и светской этики начнется в этом учебном году, но не с 1 сентября: только весной 2010 года эти дисциплины появятся для четвертых классов (в последней четверти учебного года) средних школ. А с первой четверти нового 2010/11 учебного года к ним присоединятся пятиклассники. Всего в рамках эксперимента планируется охватить 256 тыс. учеников, а преподавать им будут 44 тыс. учителей. На данный момент в число 18 регионов, где пройдет этот педагогический эксперимент, включены Вологодская, Курганская, Свердловская, Тамбовская и Тверская области, Камчатка и Красноярский край, Калмыкия, Чувашия и Башкирия, Еврейская автономная область. В эксперименте не участвует Москва, но в него просится Новосибирская область.

– Ваше Преосвященство, в прошлые годы в некоторых общеобразовательных российских школах уже велось преподавание православной культуры. Функционируют воскресные школы при православных храмах и государственные еврейские школы. Что нового в сегодняшнем эксперименте?

– Действительно, уже накоплен положительный опыт преподавания основ православной культуры в большом количестве регионов: число общеобразовательных школ, в которых преподаются ОПК и (или) другие факультативы духовно-нравственной направленности, еще три года назад достигло 11184.

Но в прежние годы в разных местах это делалось по-разному: были разные методики, разные учебные пособия, даже сами названия учебного предмета отличались друг от друга. Проведение эксперимента преследует цель найти оптимальную модель преподавания, унифицировать учебный процесс. Ставится, например, задача написания единого учебника. Поэтому "экспериментировать" мы будем не над самой идеей преподавания религиозной культуры, которая за прошедшие годы себя вполне оправдала. А будем внедрять оправдавшие себя на практике формы и методы преподавания, подходящие модели подготовки учителя, удобные схемы организации взаимодействия участников образовательного процесса, вносить коррективы в содержание отдельных учебников и пособий.

– Как, по Вашему представлению, должен преподаваться этот предмет?

– Соответствующая церковная концепция предусматривает, что учебный предмет "Православная культура" должен преподаваться в основной (инвариантной) части школьной программы как полноценный урок по всем годам обучения, согласно выбору семьи или самого школьника. Наряду с этим для желающих могут преподаваться аналогичные предметы по другим религиям, религиоведение и нерелигиозная этика – для части наших сограждан, семей, не имеющих религиозной самоидентификации.

– Есть ли сегодня подходящий контингент педагогов, которые смогли бы справиться с этой задачей?

– Дело в том, что эксперимент проводится в тех регионах, где до сих пор такие курсы прежде, как правило, не читались. Отсюда возникает вопрос подготовки преподавательских кадров. Наш Отдел готов оказывать им методическую и консультационную помощь. Планируется, что в Отделе со временем появится подразделение по вопросам преподавания, в частности, "Православной культуры" в государственной и муниципальной школе, в сферу компетенции которого будут включены вопросы учебного обеспечения, содействия в подготовке кадров учителей, взаимодействия между епархиями. А ныне при Отделе уже создана и достаточно успешно работает Комиссия по преподаванию православной культуры и духовно-нравственному воспитанию. К работе в ней уже привлечены и продолжают подключаться специалисты в области педагогики, как светские, так и церковные. Они имеют богатый практический опыт работы в области преподавания православной культуры.

– Кому, на ваш взгляд, должно принадлежать решающее слово при выборе модуля обучения в новом учебном курсе – детям или родителям? И не слишком ли рано вводится этот курс – в 4-м и 5-м классах?

– Есть много регионов, где основы православной культуры преподаются с первого класса и по одиннадцатый. Существуют даже случаи, когда этой дисциплине начинают учить в старших группах детских садов. Поэтому до того момента, когда ребенок обретет право получить паспорт или, например, выбрать себе новую фамилию, решать вопрос о выборе данного предмета будут за него, несомненно, его родители. О том, что эксперимент будет проводиться в четвертых и пятых классах, решение принимало Министерство образования и науки, опираясь на рекомендации психологов и методистов.

– Не кажется ли вам, что новый курс объективно может вызвать определенный раскол в школьной среде? Раньше дети, может быть, и не задумывались о том, что они принадлежат к разным конфессиям, а сегодня вера разведет их по разным аудиториям/

– Страна у нас одна, а народы, населяющие ее, различаются своей культурной идентичностью и религиозной принадлежностью. В прошлые годы мы уже имели опыт стирания различий между нациями и народностями, объявляли о формировании новой общности под названием "советский народ". И к чему это привело? Как только единый дом разделили на коммунальные квартиры, то сразу все обособились. Иными словами, национальные особенности и менталитет того или иного народа ни в коем случае нельзя подавлять, тогда он будет себя чувствовать родным в общем доме, которым для всех нас является Россия.

– Вы много лет прослужили в Патриарших приходах в США. Есть ли что-то полезное в заокеанском опыте образования для России, в том числе в преподавании основ религии, ведь США тоже многоконфессиональная страна?

– Девять с лишним лет – немалый срок для того, чтобы ознакомиться с культурой, обычаями, образом жизни того народа, в среде которого приходилось не просто жить, но и решать при этом определенные задачи, вытекающие из статуса пребывания в его стране. Поэтому, конечно, есть определенные впечатления. Понимаете, Америка – это большой плавильный котел, где ценой сплочения людей в единую нацию нередко становится утрата ими своей культурной самобытности. Хотя люди там не менее религиозны, чем в России.

В США дети получают образование не для общего развития, становления всесторонне развитой личности, а для того, чтобы лучше устроиться в этой жизни, найти свое место под солнцем. Поэтому американцы – прагматичный народ, далекий от идеализации таких понятий, как, например, духовно-нравственная культура. Там тоже есть свои православные учебные заведения: семинарии, училища, воскресные школы. Но в обычной школе в США учат тому, чтобы легче поступить в какой-нибудь вуз. А значит, главное содержание учебной нагрузки – "натаскивание" по тем или иным профилирующим предметам. Они не могут позволить себе роскоши тратить время на духовный облик детей. Этим у них занимаются родители. Исключение они делают для воспитания чувства единства через патриотизм, прививая любовь к гимну, флагу страны, культивируя любовь к американской истории, американской культуре, пробуждая чувство гордости за экономические, военные и спортивные достижения Америки.

Мы с вами – другие. У нас 1000-летняя история, тесно связанная с православием как государствообразующей религией. И если мы об этом забудем, то этот каркас, скрепляющий своими крепами огромную территорию, пока еще единую, может рухнуть. Поэтому в наших условиях духовность, нравственность, историческая память – это не отвлеченные понятия, а единственный способ сохранить то, что завещали нам предки.