Все мое государство видно из окна

Начались торжества по случаю 25-летия понтификата Иоанна Павла II. В Ватикан съехались главы орденов, 164 кардинала со всего мира, председатели епископских конференций, начальники подразделений Римской курии и первоиерархи двух десятков униатских Церквей восточного обряда. Вчера Папа принял Коллегию кардиналов и подписал новое апостольское воззвание о проблемах епископского служения, а вечером провел мессу в память о своем избрании. Сегодня в зале Павла VI хор и оркестр Лейпцига исполнят в честь понтифика Девятую симфонию Бетховена и произведения Брукнера. В субботу Папа закроет Коллегию кардиналов. А 19 октября, во Всемирное воскресенье миссии, Папа возглавит мессу на площади Св. Петра и совершит прославление матери Терезы Калькуттской, второй после него узнаваемой личности современного западного христианства.

Епископ Рима, викарий Иисуса Христа, преемник Князя Апостолов, верховный Первосвященник Вселенской Церкви, Патриарх Запада, примас Италии, архиепископ и митрополит Римской Провинции, глава Града Ватикан, раб рабов Божьих – таков полный титул юбиляра.

Когда 16 октября 1978 года префект Священной канцелярии вышел на балкон собора Святого Петра и возгласил: Habemus Papam! ("У нас есть Папа!"), а потом назвал никому не известное имя польского кардинала Кароля Войтылы, толпа на площади замерла. Тогда он был молод, энергичен, занимался лыжами и символизировал преодоление тирании.

Теперь он немощен и болен. И трудно сказать, какой Папа больше соответствует тому образу викария Христа, который он кропотливо создавал в эти годы. Ясно одно: он вернул этому титулу былое значение – выше королей, министров, границ и континентов.

Папа стал публичным политиком, героем первых полос, нарушителем тысячелетних устоев и ярким агитатором за консервативные ценности. Еще 40 лет назад он вместе с польскими епископами обратился к немецким епископам: "Мы прощаем и просим прощения". С тех пор он верен своему намерению "исцелить память" и вернуть покаянию его христианский смысл: от имени Церкви Иоанн Павел II просил прощения за грехи инквизиции, за Крестовые походы и "перегибы" миссионеров, обращаясь к Православным Церквам, мусульманам, иудеям и китайцам. Он был первым понтификом, кто посетил синагогу и мечеть. При нем Ватикан в 1993 году признал Государство Израиль.

Противник технократии, он благословил Интернет как действенный миссионерский ресурс. Сторонник традиционного понимания семьи и роли женщины, он фотографировался с христианками топ-моделями. Он отказался обсуждать отмену целибата (безбрачия) священников, не признал контроля над рождаемостью, не оставил надежд женщинам на священство, а сексменьшинствам – на признание в Церкви. При этом он не дал педофильскому скандалу вырваться за пределы стен Ватикана и не порадовал прессу разоблачениями в курии.

Папа не дает интервью, но беседует с каждым, кто приходит к нему на аудиенцию: от Рональда Рейгана и Нурсултана Назарбаева до Юрия Шевчука. Когда один репортер прорвался к нему, чтобы спросить, как здоровье, Папа едва улыбнулся: "Передвигаюсь помаленьку". Себя он называет Папа-бродяга: до него понтифики не путешествовали, он же совершил более сотни зарубежных поездок, ни разу – как частное лицо. Когда он летел в Казахстан, его спросили, как ему нравятся виды из окна. Папа ответил, что он не турист. Из всех стран, где Папа хотел побывать, ему не удалось приземлиться только в России и Китае. Он ездил на Украину к миллиону католиков, в Азербайджан – к 150 прихожанам и был готов ехать в Монголию – к трем десяткам.

Двадцать лет назад, приехав в Польшу, он спел вместе с согражданами гимн легиона Домбровского "Еще Польска не сгинела" и обрушил коммунистические режимы. К сонму европейских святых он прибавил целую армию коммунистических мучеников, прославив 476 святых, причем большинство из них – китайские, вьетнамские, корейские исповедники и узники советских лагерей: поляки, украинские греко-католики, литовцы.

Иоанн Павел II выступал перед ООН, протестовал против бомбежек в Афганистане, Ираке и насилия на Ближнем Востоке. Он не принял идеи войны цивилизаций, но и не предотвратил эти войны, как и балканскую резню.

Он не получил Нобелевскую премию, в отличие от матери Терезы, поскольку Нобелевский комитет счел, что Папа "достоин премии, но в ней не нуждается". Он первый Папа, чье здоровье обсуждается и комментируется кардиналами. Но сам он, похоже, меньше всего интересуется, киногенична ли его болезнь. Каждую среду, выходя на публичную аудиенцию, он видит тысячи людей, ждущих его благословения. Однажды он сказал президенту Путину: "Посмотрите, все мое государство видно из окна". В эти дни многие укажут ему, что он является главой миллиардной армии католиков. В политкорректном мире этот Папа, публично старея и не стесняясь своей немощи, напомнил миру, что смерть и готовность к ней – последнее свидетельство о Боге.

17 октября 2003 г.