С четками и посохом

В Историческом музее проходит выставка "Тысяча лет русского паломничества", где представлены многочисленные реликвии, портреты и документы, связанные с традицией посещения святых мест.

"...И вдруг открылось нам многовожделенное наше сокровище, святой град Иерусалим, из-за которого много мы претерпели скорбей по морю и посуху..." Хождение за благодатью или исцелением к чудотворным иконам и мощам, визиты к старцам для благословения или вразумления, странничество от монастыря к монастырю – в былые времена паломничество на Руси принимало самые разные формы. Ему действительно тысяча лет, а то и больше, если вспомнить поездку в 955 году в Царьград княгини Ольги, принявшей там крещение. Выставка в Историческом музее берется если не воссоздать в подробностях, то хотя бы обозначить вехами традицию православного паломничества.

Естественно было начать с византийского влияния, с предыстории появления христианства на Руси и первых веков его исповедования. От той поры остались в основном разрозненные реликвии, крохи и фрагменты материальной культуры – большей частью добытые археологами. Кусочки мозаики из храма Cв. Софии в Константинополе, византийские иконы X-XI веков, средиземноморские медальоны-реликварии, корсунские и новгородские наперсные кресты – из этих "осколков истории", конечно, трудно выложить общую картину событий. Для ясного ее понимания полезнее, наверное, будут книжные источники, но все же у реликвий имеется своя, иногда не очень объяснимая власть над чувством и сознанием.

Если связи с византийской культурой никогда не прерывались полностью (паломнические путешествия на берега Босфора происходили даже при Османской империи), то Святая земля для многих поколений православных христиан представлялась, скорее, аллегорической страной, нежели реальной Палестиной. Лишь с конца XVIII столетия туда начали добираться одиночные визитеры из России, но уже в следующем веке количество православных паломников в Иерусалим и Вифлеем исчислялось сотнями и тысячами. Припасть к истокам христианства стремились церковные иерархи, аристократы и купцы, писатели, художники, философы. В 1882 году по императорскому указу было основано "Императорское Православное Палестинское общество", которое возглавил великий князь Сергей Александрович. Оно было призвано содействовать далекому, но важному путешествию в Святую землю.

Неудивительно, что большой раздел выставки посвящен как раз пребыванию русских паломников в Палестине. Здесь и изображения различных мест, упомянутых евангелистами (например, этюд Василия Поленова "Олива в Гефсиманском саду", и всевозможные сувениры – чаще всего, кстати, изготовленные предприимчивыми арабами, но оттого не менее дорогие сердцам паломников. Найдется рукописная книга "Описание града Иерусалима" (надо представить, насколько приподнятыми были чувства автора, чтобы в эпоху типографских машин взяться за написание сего труда вручную, средневековым полууставом). Можно увидеть реликварии и дарохранительницы, заказанные дворянами в честь своего палестинского путешествия. Есть и географические карты, и планы расположения палестинских достопримечательностей – но, пожалуй, предметные подтверждения религиозного воодушевления здесь важнее географии.

Как и совсем несущественным представляется тот факт, что рисованный вид горы Афон мало совпадает по очертаниям с фотографиями. И что Киево-Печерская лавра на холсте самодеятельного художника больше похожа на сказочный город из народной былины. И, наверное, не художественными своими достоинствами занимателен хрустальный штоф со встроенной внутри деревянной конструкцией "Голгофский крест с орудиями страстей".

Максимально нехитрым предстает паломнический быт, если говорить о хождениях в Троице-Сергиеву лавру, Соловецкий монастырь, Нилову пустынь. Чарки, ложки, посохи, деревянные четки, картонные иконки, дорожные псалтыри, опять же сувениры – уже не арабского, а местного артельного производства. Тут материализуется мир героев Лескова, Достоевского, Мельникова-Печерского, Шмелева. Может быть, этот мир даже интереснее массивных золоченых скульптур и богатых фолиантов, которых на выставке тоже хватает. Во всяком случае, экспозиция со множеством музейных участников – это первый опыт светского и научного взгляда на явление, без которого по-настоящему понять историю страны невозможно.