А шут уйдет

Одной из самых громких новостей последнего времени стала запись в блоге журнала "Сноб", сделанная известным священником Иоанном Охлобыстиным (до и отчасти после рукоположения – известным сценаристом и актером). Отец Иоанн стал сомневаться в своем соответствии сану и написал Патриарху письмо об этих сомнениях.

"... Залез в Интернет узнать для ребенка о трубчатых червях и напоролся на рецензию о фильме "Царь", где сам снимался. Прочел, подивился, воскорбел. Фильм ругали" – так начинается запись в блоге, в которой говорится о сомнениях в соответствии служения священника и работы актера.

Фильм не только ругали, но и хвалили. Однако о. Иоанн сообщил: прочитал "много критики в мой адрес от собратьев по служению и простых прихожан".

– Если отбросить хамов, дураков и желающих самоутвердиться за чужой счет, все равно много. Суть основной претензии в том, что исполнением роли бесноватого царского шута я соблазняю людей и унижаю священный сан, – рассказывает о. Иоанн.

Его первой реакцией было "отмахнуться и напомнить, что на постановку фильма режиссера благословил покойный Патриарх Алексий", но, поразмыслив, он увидел в критике "определенный резон". "Я действительно категорически не соответствую общепринятому нормативу внешнего образа священнослужителя: я снимаюсь в кино, предпочитаю светскую одежду, причем своеобразную, занимаюсь боевыми искусствами, мое тело покрывают татуировки, пальцы мои частенько унизаны перстнями, и у меня не растет борода в конце концов... Что-то не так".

Задавшись все в том же блоге "Сноба" вопросами: "Что есть истина? Что для меня Христос?", о. Иоанн решает: "Наверное, я обращусь к Святейшему с просьбой отстранить меня от служения, пока я не найду правильный вопрос и единственный ответ на него".

И позже уточнил: "Свое намерение реализовал – письмо Святейшему составил и отнес в Патриархию. Все должно быть честно – Господь рассудит".

Символично, но публичные сомнения о. Иоанна совпали с другим печальным и значимым событием – умер Патриарх Сербский Павел, первым облачивший о. Иоанна в священнические одежды.

" В 1999 году, когда американцы бомбили Югославию, я приехал снимать Пасху, – вспоминает о. Иоанн. – Ночь, пурпурные всполохи взрывов на горизонте, небольшая площадь перед кафедральным храмом, наполненная испуганными людьми. Павел позвал меня в алтарь и заставил облачиться в богослужебные одежды. Я ему сказал: "Но я не священнослужитель".

– Это ты так думаешь, – ответил он и положил мне в руки запрестольный крест".

– Я читал только то, что написано в его блоге, – прокомментировал для "РГ" ситуацию председатель Синодального информационного отдела Московского патриархата Владимир Легойда. – И могу сказать, что нынешнее состояние его – когда о. Иоанн, будучи священником, снимается в кино – является нарушением канонических правил. Поэтому вопрос, который у него возник к самому себе – правильный. Каноны запрещают священникам играть.

Но выдержки из комментариев, что оставили в блоге о. Иоанна, вопияли о другом: "Теперь, в наши смутные времена, людям нужны именно такие священники, которые прошли сами через все, а не нахватались книжной мудрости".

До самого о. Иоанна трудно дозвониться. К счастью, трубку взяла его жена, матушка Ксения (до рукоположения мужа – актриса Оксана Арбузова. – Прим. авт.), имеющая в православных кругах репутацию человека горящего в вере.

– Несколько дней назад, мне казалось, нам позвонили со всех радиостанций, телекомпаний и газет мира, – рассказала она. – И я весь день повторяла: "Нет, неправда!" Отец Иоанн не собирался отказываться от священнического сана. Его запись в блоге "Сноба" не предназначалась к широкому обсуждению, а письмо Патриарху вообще другого толка.

– Лично я считаю, что нет большего счастья для священника, чем служить у престола, – отозвался на ситуацию руководитель пресс-службы Патриарха протоиерей Владимир Вигилянский (до рукоположения – известный журналист. – Авт.). – Я бы ни за какие коврижки не отказался от этого. Но тут дело такое: у священника, как и у всякого человека, бывают кризисные моменты. Это может быть и ощущение своего недостоинства, и переживание о невозможности осуществить задуманное, и страх послужить кому-то соблазном. О. Иоанн, судя по тому, что он спрашивает совета и благословения у Патриарха, поступает вполне смиренно. Я к нему очень хорошо отношусь и сочувствую ему. Меня только смущает, что он решает такие вопросы "на миру", как человек светский. Но, повторяю, каждый человек – целая Вселенная, и подходить к его ситуации нужно очень индивидуально. Думаю также, ему обязательно нужно обсудить эту ситуацию со своим духовником и действовать по послушанию.