Хотя еще в XVIII в. большая часть староверов-поморцев не признавала возможность заключения брака в отсутствие священства, уже с середины XVIII в. в Москве существовала поморская община Гавриила Артамонова, в которой был принят обряд бессвященнословного брака. Вскоре община стала известной в Москве, особенно в купеческой среде. В ней насчитывалось более 50 семей, в т. ч. купцов Алексеевых, Мониных, Заикиных.
Федосеевцы, имевшие богатые часовни на Преображенском кладбище, относились к брачным пренебрежительно, с насмешкой говорили о них, что свои браки те освящают в конюшнях. Поэтому в начале 1770-х гг. авторитетный руководитель общины Василий Емельянов обратился к приемлющим брак московским поморцам с речью: "Стыдно нам теперь, православные христиане, таиться, когда федосеевцы кичатся. Стыдно не иметь общественной моленной. Они упрекают нас, будто мы служим молебны и благословляем браки в конюшнях. Необходимо устроить нам молитвенный дом, чтобы избегнуть поношения".
Речь произвела впечатление. Главными жертвователями при строительстве часовни стали купцы Пимин Алексеев, Василий Федорович Монин, Андрей Тимофеевич Заикин и Никифор Петров. Вскоре на Покровке, напротив Рыкунова пер., был куплен дом с большим участком земли. В 1771 на дворе была устроена деревянная часовня с отдельным помещением для призреваемых. Все это владение было закреплено как частная собственность за В. Ф. Мониным, отсюда название – Монинская. Наставником был избран В. Е. Емельянов. В моленной к тому времени насчитывалось уже несколько тысяч прихожан. В 1797 г., после кончины В. Е. Емельянова, настоятелем избрали его брата Алексея Емельяновича.
В 1807 настоятелем моленной избран Гавриил Илларионович Скачков. Г.И.Скачков внес большой вклад в организацию внутренней жизни московской общины. Он составил "Канон, певаемый во время сочетания брака", доныне совершаемый многими поморскими общинами, а также "Епитимийник", "Устав, или Правила для прихожан Монинской часовни", написал труд "О мнениях федосеевцев Преображенского кладбища и о различии их учения от учения Покровской часовни" и др. Павел Любопытный насчитывает еще 32 сочинения Г.И. Скачкова.
Г.И.Скачков добился от властей, чтобы ему дозволили вести книгу записи бракосочетаний, а браки, записанные в нее, признавались властями за действительные. К приходу Монинской моленной принадлежали почти все женатые федосеевцы, так называемые новожены.
С началом Отечественной войны 1812 г. по распоряжению Г.И.Скачкова ценности храма, прежде всего, иконы и книги, были вывезены в Ярославль, Саратов, Астрахань и, благодаря этому, спасены. Сам Гавриил Илларионович остался в Москве – для попечения о бедных и больных (в 1813 г. у него числилось до 4500 прихожан). Во время нашествия французов Монинская моленная была сожжена. Г.И.Скачков организовал сбор средств со всей России на строительство новой каменной часовни. И вскоре, благодаря богатым пожертвованиям община построила новый каменный храм. Его великолепное внутреннее убранство образовали возвращенные церковные ценности.
Московская община приобретала все больший авторитет во всем поморском согласии. Сюда обращались за советом и разъяснениями сложных вопросов поморцы Нижнего Новгорода, Коломны, Балтийских губерний. Здесь были воспитаны замечательные деятели-поморцы. Гавриил Илларионович и сам немало разъезжал по России, посещая отдаленные общины и обители. При моленной им была организована иконописная палата, произведения которой распространялись по всей России.
В 1826 г., когда в ней насчитывалось до 6000 прихожан, Монинская моленная распоряжением московского генерал-губернатора князя Голицына была запечатана. Молиться перешли сначала в дом Гусарева, а затем в дом Ивановой в первом квартале Лефортовской части.
Наконец, 10 (23) января 1837 г. предписанием министра внутренних дел Блудова часовня была окончательно закрыта из-за отказа наставника Антипы Андреева молиться "за предержащия власти". Прихожане распределились по различным моленным, которых в то время в Москве уже было до сорока при 9000 прихожан. Об этом сообщает "Самарское Староверие"
