"Московский центр Карнеги": Александр Игнатенко. Эпистемология исламского радикализма

В Московском Центре Карнеги состоялся семинар на тему "Эпистемология исламского радикализма (исследовательские подходы)". С докладом выступил Александр Игнатенко, Доктор философских наук, главный эксперт НИИ социальных систем МГУ им. М.В. Ломоносова, член Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте РФ.

Ниже приведен тезисный вариант доклада А. Игнатенко.

Эпистемология исламского радикализма

(исследовательские подходы)

Интродукция. В качестве введения в тему перечислю те группировки, которые давали о себе знать в последнее время в разных районах мира. Причем, сразу скажу, что это – не все, которые можно было бы назвать.

«Аль-Каида» (всемирная организация);

«База джихада» (всемирная организация);

«Джихад» (Аль-Джихад, руководитель – Айман аз-Завахири, Египет);

«Джихад» (на египетском диалекте Гихад, по-арабски Джихад – без определенного артикля, Египет; не путать со старым «Джихадом» под руководством Аймана аз-Завахири, в названии которого есть артикль аль: Аль-Джихад),

«Джихад за поддержку мусульман внутри страны и за рубежом» (Джама‘а аль-джихад мин аджль наср аль-муслимин фи-д-дахиль ва-ль-харидж, Египет),

«Исламский джихад» (Палестина);

«Ансар аль-ислам», что значит «Сторонники ислама» (Ирак);

«Сторонники шариата» (Великобритания);

«Джемаа Исламийя», что значит «Исламская группа» (Сингапур, Малайзия, Индонезия);

«Шахадат аль-Хикма», «Свидетельство мудрости» (Бангладеш);

«Воинство Аллаха» (Египет);

«Движение пробуждения и добродетели» (Харака аль-якза ва-ль-фадиля, Марокко);

«Прямой путь» (Ас-сират аль-мустаким, Марокко);

«Секретная армия мусульманских муджахедов» (Афганистан);

«Джихад» (Йемен);

ХАМАС (Палестина, Кувейт, Алжир);

«Меч мусульман» (Афганистан);

«Исламский джихад» (Эритрея);

«Группа солидарных с «Аль-Каидой» (Йемен),

«Исламская партия освобождения» (Британия, Египет, постоветская Центральная Азия);

«Такфир и хиджра» (Египет, Марокко, Ирак);

«Движения единобожия» (Ливан);

«Совет руководства Движения единобожия» (группировка откололась от «Движения единобожия», Ливан);

«Джихадистский салафизм» (Марокко);

«Джихад» (Голландия);

«Ярмук» (Россия - Чечня).

«Табук» (Азербайджан);

«Исламский джихад» (Израиль);

«Джамаат-уд-Даава» (бывшая «Лашкар-э-Тойба», Пакистан),

«Худдам-уль-Ислам» (бывшая «Джайш-э-Мухаммед», Пакистан);

«Исламская группа» (Аль-Джама‘а аль-исламийя, Ирак);

«Организация исламского действия» (Ирак);

«Исламское движение» (Ирак);

«Исламская партия призыва» (Ирак);

«Сайф-уль-муслимин», что значит «Меч мусульман» (Афганистан);

«Риядус салихийн», что значит по-арабски «Сады праведников» (Россия - Чечня);

«Хранители салафитского призыва» (Алжир);

«Муджахиды Острова арабов (Аравийского п-ва. – А.И.)» (Саудовская Аравия);

«Исламское движение» (Израиль);

«Аль-Мадина» (Индия, Джамму и Кашмир);

«Исламская партия середины» (Иордания);

«Единобожники» (Аль-Муваххидун, Саудовская Аравия);

«Мусульманская объединенная армия» (Пакистан);

«Сторонники Сунны» (Ансар ас-Сунна, Египет);

«Движение единобожия и реформы» (Харака ат-тавхид ва-ль-ислах, Марокко);

«Салафитская группа» (Аль-Джама‘а ас-салафийя, Ирак);

«Аль-Мухаджирун» (Великобритания, Ирландия, Пакистан);

«Сипах-э Мухаммад» («Армия Мухаммада», Пакистан);

«Сипах-э Сахаба» («Армия сподвижников Пророка», Пакистан).

Подобных организаций в настоящее время по всему миру не менее полутысячи. Активность этих группировок нередко носит насильственный характер, ее просто невозможно не заметить (самая показательная акция – теракт, совершенный «Аль-Каидой» 11 сентября 2001 г. в США). Поскольку эти группировки сами позиционируют себя в качестве исламских, что видно уже из избираемых ими названий-маркёров, о чем мы специально поговорим, постольку в широком общественном обиходе (в первую очередь в СМИ) эта активность обычно ассоциируется с исламом: высокочастотными выражениями во всемирной информационной среде стали такие, как «исламский экстремизм» («Islamic extremism»), «исламский терроризм» («Islamic terrorism») .

Постановка темы. Почему возникает вопрос об исламском радикализме, экстремизме и т.п. Многие люди говорят, что «исламского экстремизма», не говоря уж об «исламском терроризме» не существует. Сейчас очень часто можно слышать, что какая-то группировка, называющая себя исламской, на самом деле лишь «прикрывается» исламом как «оболочкой», «маской», «знаменем» и т.п. – существует длинный метафорический ряд. К подобной квалификации группировок, называющими себя исламскими, прибегают либо их идеологические и политические конкуренты из числа мусульман, также принадлежащие к группировкам, маркирующим себя в качестве исламских; либо люди, стремящиеся уберечь ислам и мусульман от дискредитации противоправными и/или аморальными действиями отдельных группировок; либо поклонники политкорректности; либо те, кто опасается, что нежелательные для общества нормы и установки, которым следуют эти группы, получат распространение среди всех или подавляющего большинства мусульман. Нередко заявляется, что сам разговор об исламском радикализме, экстремизме является проявлением исламофобии – стремлением неких сил уравнять ислам и терроризм. Иными словами, нас заставляют принять, что все эти группировки, которые заявляют о себе, что они исламские, являются неисламскими. Но при этом квалификация их как экстремистских и террористических объявляется нападками на ислам и исламофобией.

С другой стороны, имеет место такой подход к проблемам так называемого «исламского мира», при котором любое действие любого субъекта, действующего в рамках этого мира и, скажем так, на стыке этого мира с другими мирами, рассматривается как заведомо исламское. В этом случае, естественно, любые экстремистские и террористические проявления квалифицируются как исламские, что весьма сомнительно: в «исламском мире» действует множество субъектов политического действия, которые никак не могут рассматриваться в качестве исламских.

Развернувшаяся в разных странах и на международном уровне дискуссия о происходящем чаще всего ведется на уровне генерализирующих, обобщающих суждений: одни говорят об исламе как о религии мира, терпимости и любви, другие – о том, что ислам как религия, как минимум, не воспрещает своим последователям прибегать к осуществлению акций, которые расцениваются немусульманами, да и едва ли не всеми мусульманами, как насильственные и террористические. В подавляющем большинстве случаев в ходе таких дискуссий не рассматривается конкретика происходящего, а для анализа происходящих процессов используется концептуальный инструментарий, выработанный для исследования иных объектов и процессов: происходящее рассматривается в категориях «фундаментализма», «реформаторства» и т.п. – концептов, выработанных для осмысления не-ислама (в первую очередь христианства).

Назрел вопрос о том, как объективно, т.е. научно подходить к изучению этих явлений и процессов, оставляя «на потом» их ценностные и политические квалификации. Научно значит с позиций исламоведения. (Это не предполагает игнорирования других подходов, например, социологических и политологических.)

Я предлагаю исходить из того, что религиозный экстремизм всегда есть групповое действие, или, иными словами, действия, активность некой группы людей. Он принимает определенные организационные формы. Это объясняется просто: если религия есть в конечном счете установление сокровенной связи между человеком и Творцом (и здесь не может быть никакого экстремизма), то религиозно-политическая активность обязательно предполагает группу, ибо политика есть некоторые отношения между людьми. Причем, нас как исследователей данной активности не должны интересовать группы верующих, посещающих определенную мечеть или живущие в определенном районе, так как эти группы создаются исключительно в видах, скажем так, организации поклонения Богу. Нас должны занимать группы религиозно-политические, т.е. такие, которые апеллируют к религии (провозглашают себя религиозными) и действуют в политической сфере. Как исследовать эти проявления групповой религиозно-политической активности? Я бы выделил четыре исследовательских подхода.

Первый подход. Необходимо сделать объектом научного исламоведческого анализа все религиозно-политические группировки, которые объявляют себя исламскими.

Рассматриваемые объекты могут выступать под разными названиями-маркёрами, точнее даже, самоназваниями-маркёрами. Во-первых, существует очень большое количество группировок, которые имеют в своих названиях словa или выражения, обладающие однозначно исламскими коннотациями. Прежде всего, конечно, речь идет о словах «ислам», «мусульмане», «исламский». Группировок с такими названиями – великое множество: «Исламский фронт спасения» (Алжир), «Исламская армия спасения» (Алжир), «Вооруженная исламская группа» (Алжир), «Исламский джихад» (Палестина, Йемен, Либерия, Алжир в середине 80-х гг. и др.), «Исламская армия Адена-Абйяна» (Йемен), «Ашкари Исламийя», или «Исламское воинство» (Индонезия), «Исламский фронт освобождения Моро» (Филиппины), «Организация исламского действия» (Ирак, Франция в нач. 80-х г.), «Исламская армия освобождения святынь», «Исламская армия муджахедов» (Турция, турецкая аббревиатура – IMO, нач. 90-х гг.), «Исламская освободительная Армия» (Турция, турецкая аббревиатура – IKO, нач. 90-х гг.), «Исламское движение свободного Восточного Туркестана» (оно же «Фронт освобождения Уйгуристана», Китай), «Исламское движение Узбекистана», «Исламский национальный фронт» (Судан – не путать с «Национальным исламским фронтом», тоже Судан), «Всемирный исламский фронт борьбы против иудеев и крестоносцев». Некоторые названия являются аббревиатурами, которые тоже содержат в себе в сокращенном виде слово «исламский»: движение ХАМАС (от араб. Харака аль-мукавама аль-ислямийя – «Движение исламского сопротивления», действует на палестинских территориях – в секторе Газа и на Западном берегу р. Иордан, группа с таким названием дала знать о себе в Кувейте); движение с таким же сокращенным названием (ХАМАС) есть в Алжире, но там это аббревиатура несколько иного выражения: «Движение исламского общества» (Харака аль-муджтама‘ аль-ислами).

Во-вторых, – употребление в названии выражений, содержащихся в Коране. Например, победа (фатх). Это слово взято из суры 110 («Помощь»): «Когда придет помощь Божия и победа, и ты увидишь, как люди толпами будут вступать в веру Божию, тогда вознеси хвалу Господу твоему и проси у него прощения. Он благопреклонен к кающемуся» (Коран, 110:1-3. Перевод Г.Саблукова). Примеры названий со словом фатх: «Передовые отряды победы» (Таля’и‘ аль-фатх, Египет – группировка, отколовшаяся от египетской организации «Джихад»); «Батальон победы» (Катиба аль-фатх, Алжир – название, которое до присоединения в 1998 г. к «Салафитской группе за развитие джихада» Абу-Ибрагима Мустафы, действовавшая в районе Батны, горного массива Орес, и группа Юсефа Абу-аль-Басира, действовавшая в Эль-Уэде и Тебессе).

Широко известно название «Хизбалла» («Партия Аллаха»), которое избирают многие – как шиитские, так и суннитские группировки. В Коране «партия Аллаха» противопоставлена «партии Сатаны» (Коран, 5:56, 58:22, 58:19). Наиболее известная «Хизбалла» («Партия Аллаха») действует в Ливане; фиксировалось возникновение группировок с таким же названием в Саудовской Аравии («Партия Аллаха в Хиджазе»); Турции (существует до сих пор), Ливии (1986-87 гг.), Судане, (1998-99 гг.), Узбекистане, (1990, 1999 гг.), иракском Курдистане (самораспустилась 15 мая 2003 г.).

Могут употребляться и другие выражения – например, в Марокко есть группа с названием «Прямой путь» (Ас-Сират аль-мустаким) – кораническое выражение из первой суры Корана. Используется также слово ан-нур («Свет» – так называется 24-я сура Корана). В Ливане есть «Отряд Света» (Усба ан-Нур, откололся от «Отряда партизан» – Усба аль-ансар).

Используются цитаты из Писания (Корана) и Предания (Сунны) и в эмблематике. Пример – эмблема «Братьев-мусульман» (существует с 1928 г.). Вверху – изображение книги, на которой написано: «Сие – Священный (букв. Благородный) Коран». Внизу слова «И приготовьте...» - начало коранического аята: «И приготовьте для них, сколько можете, силы и отрядов конницы; ими вы устрашите (турхибун) врагов Аллаха, и вашего врага, и других, помимо них» (Коран, 8:60) Изобразительный элемент – мечи – является аллюзией на хадис Пророка Мухаммада о том, что «рай – под сенью мечей», т.е. они здесь обозначают призыв к ведению джихада. Специально отмечу, что все джихадистские организации имеют в своих эмблемах эти скрещенные мечи.

В-третьих, в названиях группировок употребляется имя Аллаха или пророка Мухаммада. Так, имя Аллаха присутствует в названии упомянутых выше «Партий Аллаха», а также в следующих названиях: «Воинство Аллаха» (Джунд Аллах, Алжир, вооруженное крыло «Алжирского исламского движения», нач. 80-х гг.); Исламская бригада «Джундулла» (Россия, группировка муджахедов под командованием полевого командира «амира Супьяна»); «Сторонники Аллаха» (Ансар Аллах, в разные периоды Алжир, Ливия, Ливан, Аргентина, Панама); есть даже «Батальоны Милосердного [Аллаха]» (Ката’иб ар-Рахман, Эритрея).

Что касается Пророка Мухаммада, то его имя включено в названия следующих групп: «Армия Мухаммада» (Джайш Мухаммад, Иордания); «Джайш-и-Мухаммед» (Пакистан-Индия, Джамму и Кашмир); «Молодежь Мухаммада» (Шабаб Мухаммад). К этой группе названий примыкает и «Армия Корана» (Джайш аль-Кур’ан, Ирак – вооруженные группы курдов-суннитов, выступавших в 1985 и 1987 г. против режима Саддама Хусейна в иракском Курдистане).

Нередко подобные группировки включают в свои названия имена выдающихся деятелей ислама далекого и недавнего прошлого: «Группа Абу-Зарра аль-Гуфари» (Иордания) названа в честь сподвижника Пророка; «Бригады Мусы ас-Садра» (Ливан) – в честь одного из основателей шиитского движения в стране, таинственно исчезнувшего в Ливии в 1978 г.; на палестинских территориях действуют «Боевые отряды Изз-ад-Дина аль-Кассама» (вооруженное крыло палестинской организации ХАМАС), названные по имени исламского деятеля, погибшего в Палестине в 1935 г.; в последнее время в Египте заявили о себе «Кутбиты», названные по имени Сайида Кутба, радикального идеолога «Братьев-мусульман», казненного властями в 1966 году.

В-четвертых, в наименованиях ряда группировок (в основном военизированных) присутствуют географические, точнее, историко-географические названия, имеющие определенный символический смысл и символически вводящие эти группировки в контекст исламского исторического наследия. Приведу три примера (их значительно больше).

Бадр: здесь – аллюзия на известную в исламской истории битву при Бадре (624 г.). Тогда немногочисленный отряд мусульман под командованием пророка Мухаммада (примерно 315 человек) одолел 950 идолопоклонников. Битвой при Бадре было положено начало победоносной борьбе мусульман против их врагов в Медине, Мекке и на всем Аравийском полуострове. В данном случае подразумевается обязательная победа мусульман, которые начинают борьбу с противником в неблагоприятных для себя условиях. Это название довольно популярно: «Корпус Бадр» (военное крыло «Высшего совета исламской революции в Ираке»); «Аль-Бадр муджахедин», или просто «Аль-Бадр», действует в Индии (Джамму и Кашмир), как полагают индийцы, с территории Пакистана.

Табук: – название города, который в настоящее время находится на территории Саудовской Аравии. Подразумевается поход под руководством пророка Мухаммада в 630 г. против этого города, принадлежавшего в то время Византийской империи, и битва при Табуке. С самим походом связано также нежелание мусульман воевать в жару против византийцев (которые, как оказалось, не собирались нападать на мусульман; впрочем, это известно из истории, а в исламской традиции утверждается, что Византия готовила агрессию). Как считается, именно по этому случаю, Аллах ниспослал аяты (стихи) Корана, в которых порицает мусульман, не желающих вести джихад: «Радовались оставленные тому, что сидят [на месте], не согласившись с посланником Аллаха, и не желали жертвовать своим имуществом и собой на пути Аллаха и говорили: “Не спешите [на джихад] в жару!” Скажи [о Мухаммад]: “Огонь геенны еще жарче”. Если бы они понимали!...» (Коран, 9:82). 1 июля 2002 г. на сайте «Кавказ-Центр» было помещено интервью радио «Кавказ» с неким амиром (командиром) азербайджанского джамаата «ТАБУК» Ровшаном (Халидом) Бадаловым Китаб-Оглы. Из текста следует, что этот джамаат планирует начать джихад, имея целью «освобождение Кавказа от оккупантов (России. – Авт.) и возвращение временно утраченных территорий Азербайджана (Нагорный Карабах. – Авт.), возрождение Ислама». Таким образом, в самом названии действующей в Азербайджане ваххабитской группировки содержится смысл борьбы против мнимой агрессии со стороны христианского государства (России, исторического правопреемника Византии) и призыв к мусульманам, отлынивающим от вооруженного джихада, присоединиться к нему.

Ярмук: соотнесенность с этим историко-географическим названием призвана выражать веру в сокрушительную победу мусульман над государством неверных. В 636 г. арабы ко главе с Халидом Ибн-аль-Валидом (кличка «Меч ислама» – Сайф Аллах) разгромили византийцев в битве при реке Ярмук (на территории современной Иордании), в результате чего большая часть Палестины и Сирии, ранее принадлежавших Византии, оказалась в руках арабов. Арабские источники преувеличивают число погибших византийцев, оценивая его в 100 тысяч. Но убитых действительно было очень много (по свидетельствам нейтральных историков, 50 тысяч). По некоторым сведениям, в России на территории Кабардино-Балкарии действует объединенный кабардино-балкарский джамаат «Ярмук», которым руководит амир по имени Сейфулла (или Сейфуллай – встречаются два варианта клички, но оба они – явное заимствование прозвища Халида Ибн-аль-Валида «Меч ислама»).

Второй подход. Необходимо обращать внимание на наличие во всех этих группировках духовного лидера, т.е. человека, который окормляет их в религиозном отношении.

Во-первых, существуют группировки, которые возглавляются непосредственно религиозными авторитетами. Из достаточно известных примеров: ХАМАС в Палестине – шейх Ясин, ХАМАС в Алжире – шейх Нахнах, «Хизбалла» в Ливане – имам Фадлялла, «Джемаа исламийя» в Юго-Восточной Азии – шейх Баашир, Исламское движение «Талибан» – мулла Омар, «Ансар аль-ислам» («Сторонники ислама») в Ираке – мулла Карикар, «Хезбе ислами» в Афганистане – мулла Хекматьяр, нью-йоркская ячейка египетского «Джихада», совершившая в 1993 г. теракт во Всемирном Торговом Центре – Умар Абд-ар-Рахман и т.д.

Такими религиозными авторитетами для своих последователей являются и люди, не получившие систематического и всеобъемлющего религиозного образования – Усама бен Ладен («Аль-Каида»), строитель по образованию и профессии (за глаза его приближенные даже называют его «Стройподрядчик» – Аль-Мукавиль); Айман аз-Завахири (египетский «Джихад»), врач; Метин Каплан («Организация Федерального исламского государства Анатолии», она же «Государство халифата», она же «Капланисты», Германия), профессия неизвестна, но систематического религиозного образования не имеет; Абу-Хамза, он же Мустафа Камиль («Сторонники шариата», Великобритания), профессия неизвестна, систематического религиозного образования не имеет, и т.д.

Возможность такого явления заложена в самом исламе, в котором отсутствует священничество. Водителями мусульман после смерти Пророка Мухаммада стали религиозные ученые (уляма’, ед. ч. алим), или улемы, т.е. люди, знающие ислам, – в соответствии с хадисом Пророка: «Ученые – наследники пророков». Ни в Коране, ни в Сунне объем знания, необходимый для того, чтобы мусульманин был улемом, не определен. В реальности происходит так, что более знающие объясняют ислам менее знающим.

Функционально эти руководители являются муфтиями соответствующих группировок, т.е. исполняют функцию, которая называется в исламе – ифта’, т.е. издание фетв, или ответов на вопросы членов группы – последователей муфтия, которые считают его непререкаемым авторитетом.

Во-вторых, ряд группировок, особенно боевых (джихадистских), возглавляется командиром (амир), но обязательно имеет в своем составе муфтия, т.е. ученого или предполагаемого таковым человека. Так, упомянутый мной Умар Абд-ар-Рахман (в настоящее время по приговору суда отбывает срок пожизненного тюремного заключения в США за участие в подготовке взрыва Всемирного торгового центра в Нью-Йорке в 1993 г.), бывший преподаватель религиозных наук (улюм ад-дин) в филиале университета «Аль-Азхар» в Асьюте, сначала был муфтием организации «Джихад», а затем – верховным муфтием «Исламской группы»; саудовец Абу Умар (он же Мухаммад бен Абдаллах ас-Сайф, по некоторым сведениям, бывший член Совета великих улемов Королевства Саудовская Аравия) в настоящее время является муфтием иностранных и чеченских ваххабитов, воюющих в Чечне (Россия).

В-третьих, существуют группировки, духовные авторитеты которых находится вне этих группировок и поддерживают с их членами опосредованный контакт. В настоящее время в Интернете существует большое количество сайтов, принадлежащих улемам, шейхам, муфтиям различных направлений (в основном ваххабитам, располагающим большими финансовыми средствами), которые предоставляют возможность связи с ними и ответа на вопросы в виде фетвы. В Интернете же публикуются списки телефонов, по которым улемы могут ответить на вопрос мусульманина из любого места на Земле, т.е. издать фетву. Террористическая активность ваххабитских муджахедов в Чечне направляется саудовскими ваххабитскими улемами.

Наконец, в-четвертых, должны приниматься во внимание те религиозные авторитеты, которые вообще не могут иметь физического контакта с последователями по причине своего отсутствия в этом мире. Среди них необходимо указать, например, Ибн-Абд-аль-Ваххаба, Сайида Кутба, Абдаллу Аззама. Распространение учения этих авторитетов предполагет наличие организации.

Третий подход. Все группировки могут и должны рассматриваться как своего рода организационное выражение позиции по неким актуальным на данный момент времени вопросам ислама. Принято считать, что существует исламское правоверие, своего рода исламская ортодоксия, с одной стороны, и отступления от него – с другой. На самом деле – ключевое понятие, своего рода ось, вокруг которой формируется эволюционирующий ислам – это мас’аля, или вопрос как технический термин. Все фетвы исламского духовенства – это всегда ответы на более или менее четко сформулированные мас’аля. В эпоху средневековья их насчитывалось три тысячи. К ним добавились многие современные вопросы (маса’иль).

Примеры важных вопросов: сотворен Коран или он существует извечно, свобода воли, таухид (единобожие), такфир (обвинение мусульманами в неверии-куфре других мусульман), имамат (духовное руководство общиной), хиляфа (халифат, форма истинно исламского государства), валя’а-бара’а (причастность-непричастность – вопрос об отношении мусульман к единоверцам и иноверцам, как в странах распространения ислама, так и в странах, где мусульмане составляют вероисповедное меньшинство), джихад (ведение вооруженной борьбы - против кого, какими методами и т.д.), шахада, или истишхад (акции геройского самопожертвования – самоубийственные террористические акты), татаррус (убийство мусульман, а также немусульман, не воюющих протв мусульман в ходе джихадистских акций).

Все эти вопросы новые-старые, т.е. когда-то они ставились в истории ислама, возможно, в иной форме или под иным углом зрения.

Четвертый подход. Выяснение соотнесенности с исламским Писанием и Преданием и в целом – с исламским наследием.

Приведу несколько примеров.

Последователи Усамы бен Ладена в Саудовской Аравии (и ваххабиты в целом) свою экстремистско-террористическую деятельность в королевстве и других государства Аравийского полуострова мотивируют хадисом (высказыванием) пророка Мухаммада, как считается некоторыми, последним, которое произнес пророк, - «Изгоните многобожников с Острова арабов (Аравийского полуострова. – А.И.)!».

На упомянутой ранее эмблеме «Братьев-мусульман» воспроизведен коранический аят - «И приготовьте для них, сколько можете, силы и отрядов конницы; ими вы устрашите (турхибун) врагов Аллаха, и вашего врага, и других, помимо них» (Коран, 8:60). Сообщу тем, кто не знает арабского языка: в этом кораническом аяте употреблено слово юрхибун – от ирхаб, что в современном арабском языке значит террор.

Наконец, в качестве примера я бы привел цитату из книги «Ислам против терроризма», которая распространялась на проведенной в Москве в сентябре с.г. конференции «Веротерпимость – основа процветания многонациональной России». Там на странице 141 приводятся слова пророка Мухаммада «Убейте того, кто поменяет свою религию» («Сахих» аль-Бухари, хадис № 6922).

Однако сразу скажу, что я абсолютно далек от того, чтобы на основании этих цитат прямо квалифицировать ислам как «экстремистскую» религию, призывающую своих последователей к насилию. Проблема соотнесенности идеологии той или иной религиозно-политической группы с исламским Писанием (Кораном) и Преданием (Сунной) исключительно сложна. Укажу на несколько важных моментов в этой связи.

Во-первых, Коран записан непосредственно после смерти пророка Мухаммада, и все – как мусульмане, так и ученые-исламоведы – считают его аутентичным текстом, т.е. таким, который зафиксировал всё, что говорил пророк Мухаммад в качестве посланника Аллаха, передавая людям Божье Слово. Но при этом Сунна подвергалась сбору и записи спустя много лет после смерти пророка Мухаммада и в отношении неё и у мусульманских ученых и у исламоведов есть сомнения относительно аутентичности отдельных ее частей – из-за пресловутого человеческого фактора (тех людей, которые запоминали и передавали из поколение в поколение сообщения о деяниях, речениях и умолчаниях пророка Мухаммада). Проще говоря, существуют хадисы явно сочиненные, вымышленные, они называются мавду‘ат (собственно, они не входят в Сунну), есть хадисы слабые (да‘ифа), есть достоверные (сахиха) и т.д. Сам Коран – тоже неоднороден в том отношении, что, будучи аутентичным в смысле своего содержания, он имеет в своем составе аяты отменяемые (мансуха) и отменяющие (насиха), для чего нужно знать последовательнось ниспослания Мухаммаду этих аятов (в тексте же Корана они даются не последовательно). Вопреки распространенному мнению относительного того, что Сунна «разъясняет», «детализирует» Коран, в исламе исторически были разные точки зрения относительно того, как соотносятся эти два источника. Иными словами, все наследие ислама допустимо рассматривать как градуированное по части очевидности/неочевидности того, что есть настоящий ислам – как он заповедован людям Аллахом, и по степени обязательности/необязательности для мусульманина тех или иных норм и положений. В качестве примера укажу то, что все джихадистские группировки, расходясь с так называемым традиционным исламом, отвергают деление на Великий джихад (нравственное самосовершенствование мусульманина) и Малый джихад (вооруженная борьба) и утверждают, что есть и должен быть только один джихад – силовой, вооруженный, и это - через доказательство того, что соответствующий, часто цитируемый хадис пророка Мухаммада не является абсолютно достоверным.

Во-вторых, Коран и Сунна как источники исламского вероучения, права и этики исключительно сложны для понимания – не только в том смысле, что они написаны на арабском языке. (Хотя здесь тоже есть очень серьезная проблема: в обороте есть переводы Корана, содержащие фальсификации его содержания, сделанные нередко из самых добрых побуждений.) К слову сказать, экстремистские группировки (например, последователи Усамы бен Ладена) предпочитают очень примитивное прочтение Корана и Сунны – выдергивание цитат о джихаде, неверных и т.п.

В исламе процесс понимания и предполагаемо правильного истолкования Писания и Предания является прерогативой ученых-улемов (уляма’), осуществляющих функцию ифта’ (издания фетв). Вокруг них группируются последователи, создавая религиозно-политические группировки, следующие толкованию исламских положений того или иного ученого (муфтия группировки).

Предварительные выводы (исследовательские гипотезы). Если держаться в рамках исламоведения и употреблять адекватную самому исламу терминологию, то, рассматривая такие религиозно-политические группировки, нужно, наверное, говорить не о фундаментализме, экстремизме, радикализме и т.п., а о сектах (по-арабски фирка). Возникновение указанных выше группировок – равно как и любых других, которые могут возникнуть в будущем, – допустимо рассматривать как никогда не прекращавшийся в исламе процесс сектантского деления (по-арабски ифтирак), результатом которого было и остается возникновение все новых сект (араб. фирак, ед.ч. фирка). Раскол (ифтирак) на секты (фирак) и пребывание мусульман в этом состоянии вплоть до Судного дня – одно из важнейших положений Сунны. Этот раскол предсказан в известном хадисе Пророка о 73 сектах, гласящем в наиболее простом варианте: «Раскололись иудеи на 71 секту. И раскололись назреяне (христиане. – А.И.) на 72 секты. И расколется моя умма (сообщество верующих. – А.И.) на 73 секты. Всем им гореть в адском пламени, кроме одной - спасшейся».

Так или иначе, в хадисе идет речь об обязательном, неизбежном расколе исламской общины на секты. От многих исследователей ускользает глубокий вероучительный смысл этого хадиса в любом его варианте. Кто бы ни провозглашал себя «спасшейся сектой», – окончательный приговор, т.е. квалификация ее в качестве спасшейся, шедшей правильным, истинным путем, принадлежит Богу, а не людям. И до Божественного приговора люди просто не в состоянии определить, какая из сект является спасшейся.

Уже сейчас можно утверждать, что в последнее время возник целый ряд новых сект – в качестве примера прежде всего следует назвать усамизм (последователи Усамы бен Ладена), характеризующийся особым мнением относительно таких вопросов, как единобожие, такфир, валя’а-бара’а, джихад, истишхад. К усамизму относится не только ставшая знаменитой «Аль-Каида», но и множество других группировок, существующих в разных странах мира. (Я бы причислил к усамитам всех, кто следует мнению Бен Ладена по перечисленным выше вопросам.) Еще один пример – ваххабизм (усамизм может рассматриваться как его подсекта), который характеризуется особым мнением по таким вопросам, как единобожие и такфир. Еще – кутбизм (по имени Сайида Кутба), который отличается собственным мнением по вопросу о такфире (концепция джахилийи XX века) и джихаде. Особая секта – халифатисты, имеющие свое мнение по вопросу о халифате (тут будут выделены как минимум три подсекты – капланисты, последователи Метина Каплана, тахриристы, члены «Исламской партии освобождения», и мухаджириты, последователи британского исламиста сирийского происхождения Омара Бакри Мухаммада, возглавляющего организацию «Аль-Мухаджирун»). Но это только отдельные новые исламские секты, взятые в качестве примеров. Реальность значительно богаче и разнообразнее. Исламоведческое исследование новых сект должно дать реальную картину того, что происходит в настоящее время в исламе и с исламом.

"Московский центр Карнеги" , 15 октября 2003 г.